Through The Flames Of War

      Мне всего двенадцать лет, скоро уже День Рождения, но радости на душе нет и в помине. Радоваться попросту нечему, последние два года были самыми ужасными за мою недолгую жизнь. Наша с Питером мать заболела неизлечимой болезнью, и мы оба понимали, что рано или поздно её время подойдёт к концу. Но мы с братиком продолжали надеяться, верить, что случиться чудо и она исцелиться и всё будет как прежде. Как бы мне хотелось, чтобы это было так.       Я и Питер сидели в коридоре госпиталя и пытались отвлечься от дурных мыслей с помощью музыки. Наша мама прививала нам любовь к музыке ещё «с пелёнок». До сих пор помню, как ещё не родившийся Питер пинал живот матери, стоило ей включить на плеере какую-нибудь попсу. Забавно, до сих пор при упоминании этого братик покрывается ярким румянцем, а его реакция вызывает у меня улыбку. Однако, сейчас нам было не до смеха, вовсе нет.       — Питер, Лилиан, ваша мама хочет с вами поговорить, — из палаты показался наш дедушка. Увидев, что Питер не обращает никакого внимания на его слова, он приблизился и аккуратно снял наушники с его головы. — Питер, не заставляй маму ждать.       Брат неохотно уложил плеер и наушники в портфель и, закинув его на спину, отправился вслед за мной и дедом. Вокруг маминой постели собрались все родственники, которые только смогли приехать. Все они плакали, их лица выражали боль и сострадание к нам, как её детям, самым близким людям. Она посмотрела на лицо моего младшего брата, которое опять было всё в синяках от побоев — Питер опять ввязался в неприятности, и хулиганы побили его.       Конечно же, как всегда, учителя и директор закрыли на это глаза. От этого мне и Питеру каждый раз становиться очень обидно, ведь безнаказанные люди должны нести ответственность, но этого не происходит. И где, спрашивается, справедливость?       — Опять подрался в школе? — с улыбкой спросила мама, смотря брату прямо в глаза.       — Они сами виноваты… — с обидой в голосе ответил тот. — Думают, раз сильнее, то имеют право обижать тех, кто слабее их.       — Ты прямо как твой отец… Скоро он вернётся и заберёт вас обоих с собой.       — Не говори так мам… — на глаза начали наворачиваться слёзы. — Ты обязательно поправишься и всё будет хорошо!       — Лилиан, присмотри пока за братом, хорошо? — с надеждой спросила мама. Я понимала, почему она так говорит, но не хотела верить. Она не может!.. — Обещайте мне, что всегда будите друг у друга и будете сильными… Обещайте…       — Мам… — я уже не могла сдерживаться и просто начала рыдать. Ко мне присоединился Питер, мы оба плакали навзрыд и не хотели верить в происходящее.       Биение сердца матери стали слабее, и дедушка быстро вывел нас из палаты. Мы пытались попасть обратно, но нас не пускали родственники и работники. В итоге Питер побежал на улицу в истерике, я помчалась за ним чтобы догнать. Он упал на землю и начал бить по ней кулаками, иногда вырывая клочки травы. Я присела рядом и попыталась успокоить его, Питер же лишь прижался ко мне и принялся плакаться в плечо.       Вдруг появился яркий свет над нами, в следующий же миг перед глазами предстал бар, из которого я только что вышла, оставив Питера и его новых друзей. Опять эти жуткие воспоминания из детства… Я пытаюсь заполнить потерю матери выпивкой, но у меня ещё ни разу не получилось и в итоге я засыпала в подворотне, если не удавалось добраться до корабля, и плакала. Много плакала.       Не разбирая дороги, я шла по улицам Забвения. Все мои мысли были заняты матерью и семьёй, которую мы с братом покинули и не видели больше двадцати лет. Иногда я удивляюсь тому, как вообще умудрилась вляпаться во всё это: стать одной из Опустошителей, окончательно поссориться с братом, и вообще попасть в Космос. Для людей на Терре это сравни чуду, но не для меня, нет. Уж лучше бы я осталась дома, закончила школу, поступила в колледж и вышла замуж.       — Квилл!       Этот голос я узнаю сразу же… Вот дерьмо! Стоило выбраться из одной передряги, как тут же встряла в новую! В мою сторону направлялся Йонду со своими ребятами. Смысла бежать уже нет, меня точно нагонят. Если мой братец ещё был в состоянии обмануть нашего старика, то вот меня даром прохвоста природа обделила. Остаётся лишь надеется, что смогу легко отделаться, в противном же случае я рискую сдохнуть.       — Йонду! — я приветственно улыбнулась ему, но получилось не очень; это можно было понять по его недовольному выражению лица. — Какими судьбами? Давно не виделись, я уже успела соскучиться!       — Давай без этих нежностей. Где твой брат? — капитан чуть ли не прорычал мне прямо в лицо. — У него есть кое-что, вещица, которая принадлежит мне. Я знаю, что он за Забвении, и я на сто процентов уверен в том, что ты встречалась с ним тут.       — Я… Я не понимаю о чём ты, Йонду, — всё с той же ложной улыбкой проговорила я, стараясь держать себя в руках и не дать дёру. — Я без малейшего понятия, где может находиться этот предатель. Мы разминулись два года назад, с тех пор я его не видела. Не думала, что он вообще всё ещё жив…       Договорить я не успела, так как Удонта схватил меня за шею и навёл свою стрелу прямо мне в лоб. Он же не убьёт меня? Не может же…       — Быстро говори, где он или мне придётся преподать тебе очень болезненный урок, который, моя дорогая, ты вряд ли переживёшь…       — Он… — я тяжело вздохнула. Прости меня, Питер, но у меня нет выбора. — Он с друзьями в том баре, — я с трудом мотнула головой в сторону заведения, откуда не так давно вышла, полная злости на младшего братишку.       Йонду отпустил меня и я, наконец, могла вздохнуть полной грудью. Откашлявшись, я могла лишь наблюдать за тем, как Опустошители направились в сторону бара. Я не хотела выдавать Питера, но у меня попросту не оставалось иного выбора — центаврианец мог попросту убить меня, а после отыскать брата самостоятельно. Но, может стоит попытаться?       — Йонду, подожди! — мужчина даже не думал внимать моим просьбам. Это начало бесить, и я не сдержалась. — Подожди ты, старый импотент, сука!       Все впали в ступор и в шоке уставились на меня, а на лицо капитана нужно было обратить особое внимание. Сначала оно выразило удивление, потом шок, а за ними пришла ярость. Видимо, задела за больное? Он психанул и рванул в мою сторону. Я сжалась и раскинула перед собой руки.       — С-стой! Я пошутила! Ты… Ты не хотел меня выслушать! Как ещё я должна была остановить тебя?!       Меня схватили за воротник кожаной куртки и как следует встряхнули. На пару секунд я потеряла ориентацию в пространстве, но быстро пришла в себя и схватила мужчину за руки так, что мои оказались поверх его. Конечно, это вряд ли поможет и Йонду даже не ослабил своей хватки, но тут сработали чисто мои рефлексы. Инстинкт самосохранения, чтоб его. Жаль, что он не объявился в тот момент, когда я рискнула нагрубить своему бывшему капитану.       — Что ты только что сказала?! — прошипел он, вновь встряхнув меня как какую-то тряпичную куклу. — Может мне вырвать тебе твой длинный язык, чтобы ты больше не могла ничего сказать в своей жалкой жизни, которую, между прочим, я когда-то спас тебе и твоему никчёмному брату! Нужно было тогда дать моим ребятам сожрать вас, чтобы ничего не осталось! Но нет, я почему-то решил, что будет лучше оставить вас в живых! Как же я ошибался!       — Ты выкрал нас! — тут уж принялась кричать я, ибо уже больше не было мочи терпеть это всё. — Маленьких детей из их собственного дома! Лишь потому, что мы стали сиротами, вовсе не означает, что мы готовы были бросить Терру и наших близких! Ты уничтожил наши жизни! Если бы не ты, то всё было бы хорошо! Я бы не попала к Мэносу!..       Я не сдержалась и расплакалась, отчего команда и сам Йонду впали в некий ступор. Повисла гробовая тишина, по крайней мере, мне так казалось. Помедлив, центаврианец отпустил меня, и я смогла осесть на землю.       — Питер бросил меня, не помог… Никто не помог мне, я спаслась лишь потому, что хотела элементарно жить… Если бы я не стала Опустошителем и не покинула Терру, ничего бы этого не случилось!.. Но что ты понимаешь? Тебя то никто никогда не похищал и не издевался… — мне ничего не ответили. Удонта немного посмотрел на меня, плачущую, после чего развернулся и побрёл прочь. — Прошу, не убивай его… Да, он — гад, каких поискать, но он мой брат… У меня больше никого нет.       Ответом опять послужило молчание. Хотя, мне кажется, что он всё же прислушается к моей просьбе. Он ведь не такой плохой, каким хочет казаться… Может. Хотя, я никогда не смогу ему простить то, что именно из-за Йонду мы с Питером лишились дома. Посмей мы вернуться, ничего не было бы как раньше и скорее всего наша семья отвернулась бы от нас. Не знаю почему, но мне кажется, что всё было бы именно так.       Только я хотела подняться на ноги и направиться к своему кораблю, как раздался страшный взрыв. Он исходил из того самого здания, где был Питер со своими друзьями.       — Нет… Питер!       Я рванула в ту сторону, что было сил. Но в тот момент, когда я пробегала мимо Опустошителей, Йонду схватил меня за талию и не в какую не хотел пускать.       — Там мой брат! Пусти!       — Дура! Тоже хочешь сдохнуть! — я начала сдаваться, всё же вырваться из мужской хватки у меня вряд ли выйдет. — Мы найдём его, а Краглин отведёт тебя на Эклектор. Хватит дурить!       Я успокоилась и центаврианец, наконец, отпустил меня. Я надеюсь, он сможет найти Питера в целости и сохранности. Что-что, а свои обещания он всегда сдерживал, отчего заставлял уважать себя ещё больше несмотря на то, что он Опустошитель и мерзавец, каких ещё поискать по всей Галактике надо.       Йонду с остальными побежал к источнику взрыва, а мы с Краглином сели в мой корабль и направились на Эклектор. Боже, сколько времени я не была там? А страшно всё так же, как и в первый раз… Лишь меня не посадили в камеру, а ведь с лёгкостью могли, дай только Йонду своё дозволение. Однако, сохранность своей собственной шкуры волновало меня куда меньше, чем жизнь брата. Сердце сжималось, стоило подумать о том, что он скорее всего погиб при взрыве.       — Уверен, Питер живее всех живых. Этот крысёныш и не из таких передряг выкручивался, и ты это знаешь, как никто другой, — подал голос Обфонтери. Знаю, он хотел меня подбодрить, ведь раньше мы хорошо общались, ещё до нашего с Питером побега, но это мало чем помогало.       Я ничего не ответила на слова старого друга, лишь отвернулась и принялась смотреть в иллюминатор Эклектора, надеясь, что мой капитан и мой непутёвый брат вернуться невредимыми. И Йонду, конечно, не попытается прибить Питера, в чём я очень сомневаюсь.