Не по плану
19 октября 2020 г., 14:23
Тишину, повисшую в зале, можно было, пожалуй, резать ножом. Гарри немного напрягся после того, как с его головы медленно сняли шляпу, и встал с табурета, делая пару шагов вперёд. В прошлый раз после звучного «Гриффиндор» раздались оглушительные аплодисменты, громкие настолько, что даже закладывало уши, были и свист, и крики радости. Теперь же не хлопал никто. На несколько секунд повисла мёртвая тишина, однако после того, как кто-то кашлянул, разряжая общую атмосферу, с зала словно сняли магический блок — он буквально взорвался звуками голосов — по столам побежали удивлённые вздохи и громкие возгласы, которые становились всё громче и громче. Обернувшись назад, Гарри поймал тяжёлый взгляд Снейпа, по глазам которого вряд ли было возможно понять хоть что-то, и наткнулся на замерший взгляд Дамблдора. Тот не двигался, не улыбался мальчику; замерев в одной позе, он лишь сидел и смотрел. Стало даже немного не по себе.
Каждый шаг отдавался эхом в голове, но Гарри предпочёл игнорировать это странное чувство, медленно проходя мимо стола, за который с такой широкой улыбкой бежал в прошлом, на котором теперь смело можно ставить крест. Цвета игры сменились, за основу теперь брались не алые оттенки с золотым отливом, а зелёные с серебряным свечением.
Возможно это было немного эгоистично и самонадеянно, однако Гарри давно решил, что второй раз не собирается делать одни и те же вещи. Конечно, стоило не так уж много усилий притвориться, что ему ничего не известно, просто следовать по уже проложенной дорожке — ни тебе трудностей, ни препятствий, живёшь, радуешься и наслаждаешься свободным временем. Это без сомнения являлось чистой правдой, однако так ли эта правда была нужна? Теперь Гарри, имеющий возможность настоящего выбора, а не его иллюзию, мог делать то, что он захочет, не то, что надо.
— Что же… Продолжим, — голос МакГонагалл показался слишком громким, хоть и не помог устранению общего гула, однако теперь Гарри это не так сильно заботило. Он на Слизерине. Мальчик уже видел завтрашние заголовки газет и мысленно улыбался сам себе, представляя сплетни одну интереснее другой. «Гарри Поттер поступил на змеиный факультет — неужели он хочет присоединиться к Тёмному Лорду? Читайте в нашей статье!» — ну чем не сенсация для Риты Скитер? Подавив усмешку, Гарри всё же обернулся на людей, которые теперь должны были стать его сокурсниками, почти семьёй. Те, впрочем, выглядели весьма озадаченно, многие переглядывались, старательно избегая смотреть в глаза мальчику, оно и понятно. Большинство здесь были наследниками чистокровных семей, представители которых являлись или до сих пор являются пожирателями смерти, растившие своих детей на ненависти к некому Гарри Поттеру, ставшим причиной нелепой смерти их хозяина. А что теперь? Этот самый Гарри Поттер поступает не на Гриффиндор, как рассчитывали, пожалуй, все, присутствующие здесь, и что делать с ним дальше было абсолютно непонятно.
— Что, Поттер, неужели решил хоть раз в жизни поступить правильно? — голос Малфоя вынул Гарри из своих размышлений и заставил отвернуться от преподавательского стола, за которым Дамблдор, словно превратившись в каменное изваяние, не сводил с мальчика пытливого взгляда. — Думаешь, твои родители одобрили бы такое ужасное отношение к их любимому факультету? Вон, взгляни, Уизли сейчас от злости взорвётся, — Рон и правда выглядел не очень дружелюбно, хоть и был далёк от описания Малфоя — вряд ли он сейчас выглядел разозлённым. — Берегись, как бы тебя в коридоре не подстерёг и не натравил бы стайку учеников, обиженных судьбой. — Гарри лишь закатил глаза на это заявление. А Малфой как был занозой в заднице, так ею и остался. Ну вот что ему например стоило не упоминать родителей?
— Знаешь, не всегда необходимо следовать чьим-то ожиданиям, чтобы спокойно жить. А про родителей лучше бы помолчал — не самая лучшая тема для споров, — честно, сколько Гарри не думал о том, какие и с кем отношения ему стоит выстраивать, к единому мнению он так и не пришёл. Малфой… Сам по себе он был, может, и не настолько плох, но имел уж больно устоявшуюся схему в мозгу. Поттеру не в чем было его винить — с самого раннего возраста в его голову вбивали исключительно то, что Люциус считал нужным — у ребёнка не было и шанса отстоять своё мнение. Наверное, именно поэтому Гарри решил сблизиться с ним — кто бы как не считал, они были похожи. Существовали, конечно, по разные стороны баррикад, но их истории можно было наложить одну на другую и почти не увидеть отличий. Гарри должен был стать героем, любимцем школы, примером для подражания, а Драко должен был стать достойным последователем Тёмного Лорда, внушающим страх, преемником старинного рода. Им обоим не дали выбора. Кто знает, что случилось бы, будь у Малфоя та же возможность, что и у Гарри. Сидел бы сейчас, может, где-нибудь в Рейвенкло и радовался жизни.
Малфой уже даже открыл рот, чтобы ответить что-нибудь эдакое, наверняка не очень приятное, однако Гарри успел отвернуться раньше, помотав головой из стороны в сторону, не желая нарываться на ссору в первый же день. Мальчик пропустил тот момент, когда все первокурсники были распределены и сидели теперь за своими столами в ожидании напутственной речи от вставшего Дамблдора. Улыбка на его лице, такая же немного рассеянная, как обычно, показалась Гарри слегка наигранной, хотя здесь он в своих силах не мог быть уверен от слова совсем — что творилось в голове волшебника он догадаться точно не сможет. Ничего нового сказано не было — в лес не ходить, по лестницам не бегать, учитесь хорошо, будьте умничками, и в жизни ждёт вас успех. Мальчик не спорил — речь директора хоть и казалась странной и местами даже несуразной, всё равно вызывала лёгкую улыбку — для первокурсников большего и не надо.
Детям не дали времени переварить услышанное, и тарелки начали заполняться абсолютно разнообразной едой всех видов и оттенков, заставляя сразу забыть о всех своих проблемах и сосредоточиться на чувстве голода, которое сразу поспешило себя проявить. Гарри поймал недоумённый взгляд кого-то из старших сокурсников, когда сразу же наложил огромную кучу еды себе в тарелку, не особо заботясь о мнении окружающих. Да и, оглянувшись, мальчик понял, что он не один такой, который последний раз ел ранним утром — почти все ребята одного с ним возраста хоть и с меньшим энтузиазмом, выбирали себе кто мороженное, кто курицу, кто кусочки торта — аристократы или нет, всё же пока что дети, поэтому иногда могли позволять себе забыть о манерах.
Гарри даже забылся в счастливой улыбке, давая себе возможность полностью окунуться в беззаботное детство, которое, впрочем, весьма быстро закончилось — время пролетело совсем незаметно, и небо над головами слегка потемнело, намекая о том, что пора уже расходиться по своим комнатам. Первокурсников собрали в кучку, и они, удивлённо осматривая всё вокруг себя, направились за старостой. Гарри продолжал ловить взгляды исподлобья со всех сторон, не обращая, однако, на них никакого внимания — и не к такому можно привыкнуть.
Конечно в своей группе он оказался белой вороной, к нему никто не подходил и не хотел начинать разговор — даже Малфой, который будто бы случайно всегда находился рядом, предпочитал изучать картины, висевшие на стенах, тихо следуя за всеми. Наверняка сегодня ночью или завтра утром к родителям в поместья полетят десятки сов с вопросом «А что делать дальше?».
Мальчик и не заметил, как в коридорах стало темнее и тише, и оглянулся вокруг. Окна становились всё и реже и реже, вместо них появлялись факелы, освещавшие коридоры тёплым пламенем, и огромные витражи, выглядевшие весьма изящно — пусть Гарри и не мог оценить этого сполна, искусство никогда не находило особого отклика в его сердце. Многие дети, видимо, чувствуя себя в привычной атмосфере, расслабились и стали чуть более громкими, более разговорчивыми. Кто-то, пусть и с не очень большим желанием в голосе, даже извинился перед Поттером, случайно задев того локтём. Гарри плохо помнил Слизеринскую гостинную — он был в ней всего один раз на втором курсе, да и тогда ему было вовсе не до изучения обстановки, так что теперь он с большим любопытством крутил головой, подавляя в себе появившуюся после плотного ужина сонливость, однако слабо освещённые коридоры вовсе не стремились будить мальчика, вызывая лишь бо́льшую усталость — вглядываться в пустые стены совсем не хотелось.
Наконец ребята подошли к нужной двери, скрытой от большинства взглядов, которая распахнулась после сказанного старостой пароля, и позволила войти внутрь. Здесь Гарри всё-таки нашёл в себе силы осмотреться — эта гостиная настолько разительно отличалась от башни, что казалось, была частью совсем другого замка. С Гриффиндором в первую очередь ассоциировался уют, лёгкая безалаберность и тепло, но здесь, среди выставленных в точном порядке предметов и изящных кресел, выполненных в одном стиле, Поттер почувствовал себя немного лишним. Однако к обстановке привыкнуть можно легко, было бы желание. Не удержав зевок, Гарри всё же подумал, что сейчас ему гораздо важнее был здоровый сон, чем внутренние дебаты с собой по поводу интерьера, которые никому кроме него не сдались, поэтому узнав, где находится его комната, он быстрым шагом направился туда, оглянувшись и поймав-таки несколько взглядов, неотрывно следивших за ним. Действительно, он как-то слишком легко влился в Слизерин, словно поставив всех перед фактом, не выдавая в себе ни неуверенности, ни сожаления. Посмотрим, что покажет будущее, что изменится, а что останется таким же.
Спальни мало чем отличались от гостиной — такие же тёмные, но выполненные человеком с явно хорошим вкусом — все сочеталось гармонично и как-то правильно, вызывая желание задержаться взглядом на какой-нибудь мелкой детали и рассматривать её подольше. Кроватей было всего две — в подземельях места было всяко больше, чем в башне, что позволяло максимально расширить личное пространство учеников. Гарри сразу заметил Буклю, казавшуюся почти кристально белой в общей немного тёмной обстановке, и бросился на кровать, которая несмотря на внешнюю вычурность, оказалась действительно мягкой, даже гриффиндорские спальни, пожалуй, не могли похвастаться такими приятными, почти шёлковыми простынями. Вторая кровать пока пустовала, пусть Гарри и знал, кто там будет спать, и с кем ему придется делить комнату ближайший год как минимум. Они со Снейпом обсуждали это перед самым началом учебного года, когда Поттер достал Северуса настолько сильно, что тот согласился принять его у себя и обсудить некоторые планы на ближайшее время. Конечно, Гарри попросил себе в соседи Малфоя. Не то, чтобы он действительно желал тесного общения с ним, но уж лучше так, чем кот в мешке. По крайней мере действия Драко можно предугадать.
Гарри не стал дожидаться Малфоя, который, вероятно, пошел высказывать свое фи по поводу соседа Снейпу, и, быстро сняв с себя мантию, кинув ее куда-то на тумбочку, залез в кровать, с наслаждением вытягивая руки и ноги во всю длину. Вокруг царила непривычная тишина — в гостиных Гриффиндора даже ночью кто-то умудрился шуметь, здесь же либо стены были толще, либо ученики спокойнее, а может и то и другое вместе — но заснуть получилось на удивление быстро — Гарри даже не успел как следует обдумать сегодняшний день, как уже провалился в сон.
***
— Поттер, ты собираешься весь день в кровати провести или как? — Гарри нехотя приоткрыл глаза, не совсем понимая, что происходит. Без очков мозг отказывался адекватно взаимодействовать с внешним миром, и потому мальчик различал лишь общую темную обстановку и белëсую макушку Малфоя, стоявшего в дверях и уже, видимо, собиравшегося уходить. Тот похоже встал достаточно давно судя по идеально выглаженной форме да и аккуратному виду в целом. Привычным движением взяв очки с прикроватной тумбочки, Гарри неловко нацепил их на нос, с наслаждением потягиваясь. Понять, сколько сейчас времени, оказалось достаточно затруднительно — ни одного окна в спальне как не было, так и нет, а свет исходил от огромной люстры, висевшей на потолке и представлявшей из себя настоящее произведение искусства. Гарри всё-таки нашёл в себе силы выползти из кровати и, ощущая на своей спине тяжёлый взгляд Малфоя, поспешил в ванную чистить зубы. Конечно, Драко не стал его дожидаться и сразу же ушёл, что стало понятно по звуку закрывающейся двери, но Гарри не особо возражал — хоть разбудил, и на том спасибо. Выйдя, Поттер быстро оделся и, кинув нужные книжки в сумку, поспешил выйти в пустующую сейчас гостиную. Первым уроком в расписании стояло зельеварение — кто бы мог подумать, и, хоть Гарри достаточно часто бывал в этом кабинете, сейчас он абсолютно не представлял, как к нему дойти. Коридоры казались абсолютно одинаковыми и найти какой-нибудь важный ориентир оказалось слишком трудно. Мальчику просто повезло, что он прибился к маленькой группке сокурсников, шедших на тот же урок и всё ещё посматривающих на Гарри с явным неодобрением, которое никто даже не старался скрыть. — Это Поттер… — Кажется, Дамблдор не одобрил… — Отец всё ещё не ответил… Гарри слышал лишь обрывки чужих разговоров, не стараясь особо вслушиваться в них. Конечное мнение о нём всё равно сформируется через неделю-две, пока что ученики предпочитали держать нейтральную позицию. Класс, к которому наконец подошли ребята являлся до боли знакомым — сколько оскорблений мальчик здесь выслушал от Снейпа, ох уж эти тёплые воспоминания о школе. Однако теперь, имея какой-никакой опыт и полученные за время своего «домашнего обучения» знания, Гарри собирался хотя бы попытаться вникнуть в безусловно сложный предмет хотя бы на зло Северусу, который в ответ на это заявление лишь криво усмехнулся и отвернулся со словами «Удачи, Поттер.»***
Ну, могло быть и хуже — подумал Гарри перед тем, как выйти из класса. Снейп даже и не собирался сжалиться над мальчиком, напротив — в первые же минуты загрузил его вопросами, на некоторые из которых Гарри всё же смог ответить. Гриффиндорцы, сидевшие на другой половине класса, кидали странные взгляды в сторону мальчика, успешно им игнорируемые, и перешёптывались за спиной, хоть и быстро прерывались обманчиво вкрадчивым голосом Снейпа. — Поттер, — мальчика окликнули в самый последний момент, заставляя остановиться и обернуться к преподавателю. — Дамблдор хочет встретиться с вами, следуйте за мной. Хотя вы-то наверняка помните, где находится кабинет директора, — Снейп плавной походкой вышел из класса, не задерживаясь ни на секунду, чтобы подождать Гарри, которому приходилось почти бежать, чтобы успевать за профессором. Тот не оборачивался, хотя, вероятно, и хотел что-то сказать, но сдерживал себя, молча отсчитывая поворот за поворотом. Гарри выдохнул, прикрыв глаза, поняв, что дверь за спиной закрылась, и он остался один на один с директором Хогвартса в его кабинете. Обстановка здесь ничуть не поменялась, всё будто замерло в одном состоянии и будет стоять абсолютно также даже спустя тысячелетия. — Ах, мальчик мой! — Гарри шагнул вперёд, встав ровно перед столом директора. По старой, давно уже казалось забытой привычке, он выпрямил спину и провёл ладонью по волосам в бесполезной попытке привести их в относительный порядок. Дамблдор смотрел прямо в глаза, слегка наклонив голову так, что в его очках отражался тёплый свет огня в камине. — Добрый день. Эээ… Я вам был нужен? — Да, я попросил Северуса отвести тебя ко мне. Хочешь лимонную дольку? Удивительная сладость, — Гарри почти закатил глаза на такую ожидаемую просьбу, но от угощения вежливо отказался. — Как тебе Хогвартс? — Огромный! И такой… Волшебный! — мальчик не собирался долго ломать комедию одного актёра, но пока что говорил чистую правду, замок и правда производил неизгладимое впечатление. — А твой факультет? — вот и началось. — Очень интересно. Знаете, мои сокурсники столько всего знают, даже удивительно. Хотел бы я знать столько же, — теперь Гарри всё же пришлось соврать, хоть он и стремился избежать этого — директор наверняка запросто его раскусит. Конечно, ни с какими сокурсниками он не говорил и не имел и малейшего понятия о том, сколько те знали и чем интересовались. — Гарри, — Дамблдор встал, став выше мальчика почти в два раза. — Гарри, Слизерин, безусловно, интересный факультет, скрывающий свои тайны и загадки, некоторые из которых неподвластны даже мне, но тебе куда важнее будет найти настоящих друзей, только вспомни Рона, вы столько времени провели вместе. Подумай о людях, готовых принять тебя к себе, в свою семью, где ты не будешь чувствовать себя лишним или не таким, как все, — Гарри подавил желание закусить губу — Альбус знал, что нужно сказать, чтобы попасть в точку. — Подумай об этом, Гарри. Слизерин не сможет дать тебе того, что ты хочешь, в полной мере. — Но ведь шляпа… — Любые правила созданы для того, чтобы их нарушать, верно же? Кажется, именно так любил поговаривать твой отец во время своего обучения. Пока ступай, но помни, что мои двери всегда открыты для тебя. Пароль, — Дамблдор наклонился, поправляя очки. — Лимонная долька. Гарри неловко кивнул, разворачиваясь и выходя из кабинета. Снейп будто и не сдвинулся с места с того момента, когда оставил мальчика наедине с Дамблдором, лишь мерное дыхание выдавало в нём живого человека. Единственное, чего удостоился Поттер — короткий кивок и секундное пересечение взглядов, после чего профессор сразу же развернулся и направился, вероятно, обратно к себе в лабораторию, оставив Гарри наедине с эхом своих шагов в пустом коридоре. Альбуса, конечно, не зря называли великим дипломатом, на секунду даже захотелось передумать. Однако никакой его дар не смог бы сейчас переубедить Гарри. Не в этот раз. — М-м-мистер П-п-поттер? Очень р-рад познакомиться, — мальчика словно прошило током в тот момент, когда он медленно обернулся, уже прекрасно понимая, кого он там увидит. Шрам полоснуло болью, возвращая давно забытое чувство страха. — Да, это я, а вы… — конечно, ответ был уже известен. — Профессор Квирелл, о-о-очень рад, — повторил человек, улыбаясь осторожно и немного дёргано под стать трясущимся рукам. — Да, очень приятно, — Гарри не удержался и сморщил лоб, желая немного принизить возникшую боль. Здесь, перед ним, в коридоре Хогвартса, сейчас находился пусть и ослабевший, пусть потерявший почти всю свою жизненную силу, и всё же остававшийся собой тот-кого-нельзя-называть. Волан-де-Морт. — Вы… — Поттер! — мальчик резко развернулся, ловя взглядом скривившееся лицо Квирелла. К ним спокойной походкой направлялся Малфой, совершенно не заботясь о том, что он прервал преподавателя. — Если опоздаешь на урок, факультету снимут баллы, поэтому прошу меня извинить, профессор, — Драко скривился в усмешке и в этот момент стал невообразимо похож на Снейпа. — Но Поттеру следует поторопиться, если он не хочет заработать себе наказание. — Да… Прошу простить, профессор, но мне действительно нужно идти. — К-к-конечно, не смею вас з-з-задерживать, — Квирелл развернулся, и Гарри едва не вскрикнул от резкой боли, но сразу же собрался и сделал два больших шага назад, разворачиваясь полубоком. Чёрт, Малфой наверняка заметил. — Профессор! — Гарри всё же не смог сдержаться, — поправьте свой тюрбан, он немного развязался на затылке, — и спрятал улыбку в рукаве, наблюдая за тем, как быстро Квирелл вскидывает руки, почти в панике ощупывая свою голову. Малфой лишь поднял брови в непонимании. Но Гарри был почти уверен — по его губам проскользнула короткая улыбка.
