Black Dog

Апрель 1977 — Вот чёрт! — воскликнула Бетти, ощущая судороги в ногах, и села на кушетку, опираясь при этом на Роберта. В последнее время проблема с ногами стала настолько острой, что порой Эбони просила Криса отменить гастроли, но тот не соглашался. В итоге Бетти наняли массажиста, который каждый день по несколько раз приводил тело главной звезды шоу в порядок. Крис наседал на Бетти, считая, что она должна и дальше завоёвывать мир, но та начала немного уставать. «Дикарка» шла с большим размахом, так что порой не хватало билетов и приходилось давать по пять-шесть концертов в очень короткий промежуток. Бетти так сильно уставала, отчего у неё не оставалось времени, чтобы составить программу будущего шоу. Единственной отрадой в этом море работы были Фредди, с которым Бетти виделась временами, ведь у него в января начался тур, и конечно же, Роберт. После того, как Фредди расстался с Мэри и купил себе квартиру на Стаффорд-террас, между ними мало что изменилось. Бетти не собиралась жить с Фредди, несмотря на то, что у неё возникла перспектива избавиться от Криса. Её устраивало нынешнее положение вещей, нравилось встречаться лишь только иногда, а в остальное время делать всё, что заблагорассудится. Где-то в глубине души Бетти понимала, что они оба не созданы для семейной жизни: она не могла назвать причину, но почему-то была уверена в том, что у них ничего не выйдет. Бетти очень любила Фредди и испытывала к нему сильно влечение, но не представляла теперь, как будет с ним жить, пусть Мэгги и души не чаяла во Фредди. Перед тем, как уехать в Америку, Бетти купила квартиру. Она сразу же начала ремонт, понимая, на сколько месяцев затянется весь процесс, поэтому продолжала жить на Теккерей-стрит, пусть эта квартира и перестала её устраивать. Поскольку Led Zeppelin отложили тур из-за тонзиллита Роберта, то он был одним из первых, кто посетил её новое, ещё пустое жилище. В тот вечер они выпили горячего чаю с мёдом, что Виктор привёз из Кента. Они часто виделись после премьеры фильма. Группа была в Англии, репетируя предстоящую программу, а Бетти хоть вечно и моталась по разным странам, постоянно возвращалась домой. Она сразу же находила Роберта, и когда у них получалось, они проводили время вместе. Фредди, толком не разобравшись с прошлыми отношениями, доделывал альбом и потом тоже начал репетиции. Поэтому чаще всего Бетти была предоставлена самой себе, пусть Рождество они и встречали почти вместе, а их отношения, по сути, вышли на новый уровень доверия. Роберт и не собирался исчезать из жизни Бетти. Отчасти он был рад, что при таком раскладе из-за его болезни их с Бетти графики теперь часто совпадали. Конечно, Фредди был от этого не в восторге. В апреле у Queen должен случиться перерыв, а вот Бетти почти весь месяц должна была провести рядом с Плантом — конечно, его ревность лишь только усиливалась от этой мысли, учитывая, что её подогревали Брайан с Роджером и личный менеджер Фредди, Пол Прентер, который мгновенно невзлюбил Бетти. Он считал её пятой ногой у собаки, но от Бетти никто не мог избавиться, пока она входила в круг общения Фредди. Фредди пустился во все тяжкие, когда начался тур, решив, что пока нет рядом ни Бетти, ни Дэвида, то можно делать всё, что угодно, хотя чаще всего он так заполнял пустоту. С Бетти за три месяца от начала тура они увиделись раз девять: она приезжала на пару дней, обволакивала его заботой и снова уезжала. Дикки и Брайан проводили время со своими жёнами, пока они не уехали домой, а Роджер в компании музыкантов из Thin Lizzy заваливался в какой-нибудь бар, а потом с девчонками шёл в номер. Все развлекались как могли, и Фредди в том числе. Иногда он испытывал чувство стыда, понимая: если Бетти узнает, то она просто уйдёт от него навсегда; но с другой стороны, она же должна была понимать, что все рокеры в туре только и делали, что трахались. — Я знаю, что у тебя полно там девчонок, — спокойно говорила она Фредди и продолжала его целовать, словно доказывая: ну, я-то лучше всех. Конечно, Фредди был уверен, что Штатах Бетти тоже будет весело проводить время — неважно, с кем, но в основном с Led Zeppelin. И пускался во все тяжкие, словно мстя ей так за все слухи, какие будут ходить вокруг неё и Планта на протяжении весны и части лета. Саму Бетти мало что волновало. Она была рада, что их отношения с Фредди очистились от Мэри и больше не надо было терпеть эту дамочку и лелеять её светлые чувства к Меркьюри. Осталось ещё избавиться от Криса, но учитывая, что контракт заканчивался в ноябре, то оставалось не так уж и много времени терпеть его ревность и выполнять похотливые желания. Именно в то время она познакомилась с Арни Баттелло. Вернее, Роберт свёл их. Ещё прошлой осенью, когда он был в Нью-Йорке, Роберт встретил Арни. Тот в своё время был знаком с Каталиной. — С этой медовой девочкой я бы с радостью поработал, — сказал тогда Арни. — У неё через год, кажется, заканчивается контракт — думаю, что она с радостью сменит менеджера, — ответил тогда Роберт. Зная почти всю подоплёку отношений Бетти с Крисом, Роберт нисколько не сомневался, что её надо спасать от менеджера. Она уже сто раз отработала долг, и сколько можно пользоваться ею, когда хочется, учитывая, что вокруг полно девиц, готовых удовлетворить любые желания. Роберт свёл Бетти и Арни в одном из далласских баров, и пока они говорили о работе и вообще о бизнесе, он заметил молоденькую темноволосую девушку, которая явно скучала в углу клуба. Вот так Роберт встретил Одри Гамильтон. Недавно она оставила мужа — сбежала от него в поисках счастья, решив, что тусоваться с музыкантами куда лучше, чем запекать индейку по воскресеньям. Робби ей понравился сразу, и она поняла, что предложение прийти сегодня в его номер значит куда больше, чем просто вместе выпить вина. — До скорого, — сказал он, целуя её в щеку. Он направился к Бетти и Арни, а потом они вместе покинули бар. Конечно, Робби всё ещё надеялся, что случится тот момент, когда Бетти станет его. Он не оставил в прошлом свои желания по отношению к ней, продолжая каждый раз мечтать о большем, когда она начинала с ним заигрывать. В этом искусстве она, безусловно, преуспела и могла дать фору любому. Бетти так ловко заманивала мужчин в свои сети, а потом так мягко отказывала им, что никто и не обижался на неё за это. Но почему-то в этот раз Роберт не особо рассчитывал на лояльность Бетти и решил, что лучше всего назло ей кинуться в отношения с головой. Бетти всегда ревновала его к группиз, каких она порой считала и ещё оценивала. В тот вечер Бетти направилась в свой номер, чтобы переодеться. Каталины здесь не было — никто и ничто не мешал Бетти спать в одной постели с Робби. Эбони называла её за это инквизитором. — Вот нельзя так, дорогая. Нельзя спать с мужчиной в одной постели и не давать ему при этом, — всегда сетовала подруга. Когда Бетти вышла из лифта, то увидела, как в номер Роберта вошла худенькая черноволосая девушка. Бетти развернулась и пошла к себе: собственно, стоило ожидать, что всё будет именно так. Утром она и словом не обмолвилась об этом. — Так, у тебя всё в порядке? — спросил Роберт, помогая Бетти сесть на кушетку. Он видел, как на её лице промелькнула гримаса боли, и уже начал беспокоиться. — Сейчас будет лучше, — прошептала она, и из глаз брызнули слёзы. — Всё хорошо. Это просто судороги. Наверное, пора садиться на диету. — Милая моя испанка, зачем ты себя так доводишь? — он провел по её щеке пальцами. — Ладно, сегодня я поработаю твоим носильщиком. — Робби, ну не надо, — Бетти попыталась отстраниться от него. — Я сама. — Вот ещё чего. Сама она, — он взял её на руки. — Я же твой рыцарь. Она доверчиво прижалась к нему, сплетая руки у него на затылке. В тот день Роберт пришел к Бетти на репетицию. Он почему-то подумал, что неприлично мало времени проводит с ней, хотя тур начался несколько дней назад. Бетти же с трудом сегодня танцевала, боясь, что завтра просто не сможет выйти на сцену. Роберт вынес Бетти из театра, донёс до машины, потом довёз до отеля, затем до её номера и остался с ней столько, сколько смог. Он понимал, что Одри будет расстроена, но он совсем не мог бросить Бетти. Она всегда приходила к нему на помощь, когда ему было плохо, и он обязан её поддержать. Он раздобыл таблеток, чтобы ей стало лучше, пусть и понимал, что наркотики сейчас не выход. — Я не могу задерживать тебя, — сказала Бетти, когда Роберт принялся разминать её икры. — Ты должен идти. — Я сейчас должен быть с тобой. Ричи всё знает, и остальные тоже. Концерт только завтра, и всё будет хорошо, — он продолжил с силой массировать её ноги. — У меня сердце сжимается, когда тебе больно или плохо. — Во всём виноваты растяжения, — Бетти улыбнулась, потянувшись к стакану с томатным соком. — Их было так много за прошлый год, что теперь я расплачиваюсь за это. Но ничего, новый врач назначил мне диету. Придётся принимать таблетки и есть больше мяса. — Так лучше? — Робби стал заматывать ноги Бетти эластичными бинтами. — Ага… У меня ещё интервью, — напомнила она. — Я с этим даже выйти не смогу никуда. — У тебя есть с собой джинсы? А я пойду поищу кроссовки, — он поднялся с постели. — Что ты задумал? — Пора менять стиль. Все эти твои платья-рубашки и комбинезоны никуда не годятся. — Я и без каблуков?! — возмутилась Бетти. — Ничего, переживёшь. Ладно, пойду прикуплю тебе кое-что, — и он оставил её одну. Одри не задавала вопросов, когда они вместе пошли в магазин. Она вообще была настолько счастлива, что вчера попала в номер Роберта, что была согласна на всё. Она не спрашивала, где он находился полдня, решив, что это неважно. Конечно, до неё доходили слухи, что стоит бояться Каталину Нуэрро, потому что она могла и тумаков надавать. Слышала что-то про Бетти Данлер, которая всех музыкантов сводила с ума, но то, что она была в городе, Одри пока не очень тревожило. Она-то знала, что этой ночью Перси был с ней, а не с этой танцовщицей. На том интервью все отметили, какой странной была Бетти. Всегда одетая с иголочки, словно дама, ищущая себе богатого покровителя, она выглядела немного необычно в джинсах, белой футболке, кожаной куртке и белых кедах. Но Бетти давала интервью в своей манере, а тот факт, что её на руках внёс в зал ресторана и унёс после к машине Роберт Плант, придавал ещё большей необычности интервью. Роберт провёл полночи с Одри, удивляясь её чувственности и желанию удовлетворить его, забыв при этом про себя, а потом направился к Бетти. На часах было около трёх; открыв дверь запасным ключом Эбони, он вошёл вовнутрь. Бетти спала, прижавшись щекой к подушке и положив ноги на специальный валик. Он лёг рядом с ней, и стоило ей почувствовать тепло чужого тела, как она сразу же прижалась к Робби. — Я думала, что ты ублажаешь очередную девицу, — уколола она его утром. — Ну, я сначала ублажил девицу, а потом пошёл к тебе, — он улыбнулся, шлепнув её по носу. — Как твои ноги? — Лучше. Сегодня концерт. Тебе не надо на сауд-чек? — спросила она. — Надо, — он встал с кровати. — Но сначала я позавтракаю с тобой. — Мы с тобой всё равно увидимся в Чикаго. Столько дней, чтобы вместе развлекаться. Кстати, а что с остальными? — она сняла трубку телефона, быстро заказывая самый простой завтрак. — Ты прекрасно знаешь, что творится за кулисами. Почти весь наш персонал погряз в героине, Джимми тоже связался с этим. Бонзо пьёт. Ричи не отстает от остальных. Кажется, что только мы с Джонси тормозим на виражах. Но я тоже не пример идеального поведения. Я видел, чем и твоя труппа с персоналом занимается — почти тем же самым. Надеюсь, что всё пройдет относительно гладко, — Робби закурил. — О, не переживай, всё будет хорошо, — Бетти дотронулась до его щеки. — Я надеюсь, — Роберт поцеловал её руку, поймав себя на мысли, что с прошлого октября ни разу не пытался затащить Бетти в постель. Наверное, он перегорел, пусть и не перестал хотеть свою испанскую кошку. — О, завтрак приехал, — и, не дав Бетти подняться с постели, Робби пошёл открывать дверь.

***

В Чикаго они добирались из разных городов. Одри, к своему удивлению, поехала с Робертом, пусть все вокруг и твердили ей, чтобы она особо не обольщалась. Но она не могла поверить своему счастью. Робби всё делал для неё, пусть они и провели вместе меньше недели, но она начала думать, будто у них всё серьёзно. Остальные девочки, что сопровождали группу, то и дело твердили: скоро Робби всё надоест и он променяет её на кого-то ещё. Одри решила, что не упустит свой шанс. Роберт от неё никуда не сбежит, по крайней мере, до сентября. В тот вечер всё пошло не так. Самолет Бетти задержался, и она приехала позже Led Zeppelin. Конечно, она сразу же отправилась к Роберту, собираясь поселиться в его номере. У неё не было других планов, ведь так случалось постоянно. Где был Роберт, там жила и Бетти. Так уж у них повелось, и она совсем не собиралась нарушать данную традицию. Бетти не стала стучать в дверь; проверив, что не заперто, она вошла в номер и увидела темноволосую девушку, что сидела на полу у дивана. Роберта в комнате не было, что давало Бетти полное право прогнать очередную одноразовую девицу. Она так делала прежде и собиралась пустить в ход весь свой арсенал колких фраз. — Кто ты такая? — спросила Одри, дерзко смотря на Бетти. — Если что, Роберт сейчас мой. — Этой ночью, — ответила Бетти. — Давай выметайся отсюда. — Каталина! — прошептала девушка. — Ох, если бы, — Бетти засмеялась. Она услышала, как позади неё хлопнула дверь. Обернувшись назад, она увидела, как Робби пугливо смотрит на неё. Он прошёл в комнату, надеясь, что не придётся уворачиваться от женских шпилек: уж очень не хотелось попасть под раздачу. Роберт стоял между Одри и Бетти, совсем не зная, кто начнет боевые действия первой, но уже ощущал, как в воздухе витает запах войны. — Перси, — подала голосок Одри. — Зачем тебе эта старуха? — Слушай, может быть, для тебя двадцать пять лет и старость, но такие, как ты, уходят и приходят, а я остаюсь, — пылко сказала Бетти. — Перси… — Я не могу её прогнать, — Роберт бросил взгляд на Бетти. — Тогда я её прогоню! — Одри кинулась к Бетти, собираясь схватить её за волосы. Соперница увернулась, отчего Одри ударилась плечом о дверной косяк. — Вот чёрт! Давай проваливай отсюда, нам тут хорошо и без тебя! — Умерь гонор своей девицы! — Бетти зло посмотрела на Роберта; она нажала на дверную ручку, собираясь уйти. — Да больно надо! Можете развлекаться сколько хотите. Только запомни, дорогая, если тебя покатали на самолёте и привели в номер, то это ничего не значит. Он столько лет не уходит от жены, и ради тебя не уйдёт! И да, ты как была пустым местом, так им и останешься, а я буду вечно. — Кем бы ты ни была, но ты пустышка! — Роберт держал Одри, чтобы она не накинулась на Бетти. Все боевые действия сместились уже в коридор. — Да подавись им! Больно надо, — Бетти развернулась и направилась к лифту. — Бетти, стой, чёрт возьми! — этого Одри никак не ожидала. Не думала, что Робби кинется за этой девицей, одетой в шёлковый халат с меховой отделкой. Так, стоп! Бетти… И тут до Одри дошло, кто был в номере Робби. Бетти Данлер боялись и ненавидели все группиз Америки. Они её просто терпеть не могли, и не было никакой возможности избавиться от неё. Всегда всё было одинаково — все музыканты давали понять одно и тоже: если Бетти тут, то всем остальным можно сидеть и помалкивать в тряпочку. Но Одри не собиралась молчать и уж тем более отдавать Роберта этой стерве, именуемой подругой всех рокеров. И вот её Роберт уже бежит до лифта за танцовщицей, не позволяя ей улизнуть. Одри видит, как они ругаются у лифта, слышит, как Бетти сыплет проклятиями то на испанском, то на английском, а Робби хватает её за локти, притягивая к себе, и трясёт так, чтобы заглядывать в её кошачьи глаза, говоря намного тише неё, но все же до Одри доходит часть сказанного. Робби втолкнул Бетти в лифт, и Одри прождала его несколько часов, а потом нашла пару девчонок, какие пришли в отель, надеясь провести ночь хоть с кем-нибудь из группы. Она рассказывала им о том, какая несчастная, и что Роберт Плант променял её на какую-то английскую девку, которая успела переспать со всеми рок-музыкантами. Утром весь отель был всполошён тем, что долго не могли найти Роберта, а потом оказалось, что они с Бетти сломали кровать в её номере. И у Одри не осталось сомнений — это измена. Понятное дело, чем они там занимались всю ночь. Малышка Одри была очень расстроена; она думала, как отомстить Бетти, но Ричи сказал ей, что через неделю танцовщица уедет, и они встретятся только в июне. Безусловно, это удача — Одри решила ждать. Скоро проблема решится сама собой.

***

— Что ты делаешь? — возмущённо спросила Бетти, когда за ними закрылась дверь. — Отпусти меня! — Что я делаю? Пытаюсь умерить твой пыл! — крикнул Роберт, прижимая её к стенке. — Какого хрена ты устраиваешь мне сцены ревности, как будто моя жена? При всём этом ты даже не любишь меня и не желаешь, чтобы я уже наконец отодрал тебя как следует. Я хочу знать ответ! — Да пошёл ты! — зло выплюнула она. — Кто ты такой, чтобы я тебя ревновала? Кто ты вообще такой, чтобы так говорить со мной? — О, моя милая испанка, моя дерзкая кошечка, ты и сама прекрасно знаешь ответ, только сказать боишься. Но ничего, это исправимо! Сегодня больше никаких отговорок, моя дорогая! Когда дверь лифта открылась, Роберт перекинул Бетти через плечо. В холле они встретили Ричи с Джонси, и стоило только захотеть возразить, как Робби быстро начал первым: — Заткнулись оба! Я пытаюсь разобраться с одной проблемой. Лучше откройте мне дверь. Ричи не стал спорить, он вытащил из кармана Бетти ключ от номера и вставил его в замочную скважину. Джонси просто молча наблюдал, даже и не зная, что тут сказать. Ни для кого не было секретом, что у Роберта завелась девчонка, которая следовала за ним почти везде — надо же было как-то постоянно снимать напряжение, — а тут он выяснял отношения с Бетти. Ричи и Джонси слышали, как они продолжили ругаться в её номере, потом махнули рукой и отправились по своим делам. Жаль, что Джимми и Бонзо заняты очень важными делами и всего этого не видят. Роберт хотел выяснить отношения с Бетти, а потом сделать так, чтобы она оказалась с ним постели. Взять её без всяких церемоний, особо не спрашивая, чего она хочет, без долгих ласк и прелюдий, и плевать на её чувства к тому несчастному парню, имя которого она так старательно скрывает. И пусть это разрушит их дружбу, но зато он получит своё и Бетти больше не будет лезть в его дела. Но всё пошло не так. Вместо того, чтобы завалить Бетти в кровать и взять, как животное, он начал просить у неё прощения. Робби и сам не понял, как это случилось. Кажется, между фразой «признайся, ты меня ревнуешь» и «это всё та девица начала, а я просто ответила ей» его тон стал более мягким. Они и не заметили, как Роберт, сидя в кресле, а Бетти полулёжа на кровати, курили и перекидывались шуточками. Им было о чём поговорить, пусть тур и начался только недавно. Они поговорили о детях, ведь Мэгги сейчас была дома у Робби. Потом перешли на тему домашнего хозяйства, а затем у Бетти оказалась марокканская марихуана. Ну как можно было отказаться от пары косяков? Роберт уже и забыл про Одри, решив, проведёт ещё часик с Бетти и отправится к своей походной жене. Учитывая, что Кат приедет через две недели, надо нагуляться на долгое время. Тем более, ему очень нравилась Одри. Робби сам скрутил косяк, решив, что чем больше, тем лучше. Он подумал, что вот именно сейчас наступил тот самый момент, когда Бетти так накурится, что не сможет ему отказать. Он надеялся на это, поэтому сам курил медленно, чтобы марихуана не ударила в голову быстро и сильно. Бетти предложила выпить вина, что было в её баре. Она налила полные стаканы и подала Робби. — А почему мы поссорились? — вдруг спросила Бетти, удивлённо глядя на мужчину. — Кажется, я собирался провести время с тобой, но там была другая, — и они оба рассмеялись. — А, или нет, ты пришла ко мне в этом халатике. Он потянул за ленту, при этом притягивая Бетти к себе. Бетти приложила палец к его губам. Роберт уже был готов предаться греховной страсти с ней, но она явно понимала, что у него на уме. Она быстро встала на колени, поставив стакан с вином на тумбочку. Бетти улыбнулась, откидывая волосы назад. — Знаешь, у нас у балете есть такой приём, когда в движении надо аккуратно упасть на пол, — начала она. — Словно падаешь как подкошенный. На самом деле это целое искусство. — Я видел, как много раз ты делала это, и всегда задавался вопросом: а вдруг всё пойдет не так? Бетти вдруг встала на ноги. Она скинула с себя халат, оставшись в шёлковой сорочке. Робби видел линии её груди, так как ткань почти ничего не скрывала, но при этом оставляла простор для воображения. Роберт помнил, как прикасался к ней — той ночью в Нью-Йорке — когда они были почти на краю. — Я сейчас покажу, — она жестом попросила его покинуть кровать. — Вот сейчас делаем вот так, — и она легко упала на постель, смеясь и при этом стряхивая пепел с косяка. — Так, ещё раз. Робби и сам не понял, как втянулся в эту игру. Ещё до того, как у каждого из группы появились свои проблемы и увлечения, они все развлекались так, что везде стоял хохот. Как только они не чудили, как только не заполняли своё время! И вот сейчас Бетти возвращала его в те времена, когда всё было просто и легко. Сначала они поодиночке падали на кровать, потом уже вместе. Они смеялись, курили марихуану, выпивали вино и снова смеялись. Роберт и Бетти разошлись до такой степени, что спинка у кровати сломалась, а ножки просто не выдержали такого издевательства над собой. Роберт и Бетти засмеялись, при этом успевая наполнить лёгкие дурманом. Им определённо было весело. В шесть утра Роберт позвонил администратору, чтобы отремонтировали спинку кровати. Они оба хохотали при этом, продолжая находиться под кайфом и градусом. Когда им надоело ждать, то они завалились спать вместе. Утром Одри всполошила всю дорожную команду Led Zeppelin, решив, будто Роберт пропал. Она, конечно, понимала, что он мог быть с этой английской занозой, о чём Ричи ей и сказал, но почему-то Одри была встревожена. Ричи стал опрашивать всех. Джи был очень зол, не понимая, что за бардак сейчас творится. Пейджи вообще не беспокоился: он прекрасно знал, с кем Роберт занимается всякими интересными вещами, а Джонси послал всех к чёрту, помня, как сам помогал вокалисту затащить их общую подружку в номер. Бонзо повозмущался немного, махнул рукой и снова отправился пить, решив начать утро с новой банки пива. — Твою мать, Бетти! — Эбони вошла в номер подруги. — Я так и знала, что ты здесь! — она ткнула в сторону сонного Планта. — Вставай, там твоя подружка подняла целую бучу. Смотри, без году неделя здесь, а уже качает права! — Одри… — протянул Робби. — Чем вы тут занимались? — Эбони стала подбирать вещи со пола. — Господи, и кровать сломали, а я думала, почему Муди пристаёт ко мне из-за счёта за испорченную мебель. Как дети, честное слово, — протянула она. — Можно, я приму у тебя душ и позавтракаю с тобой? — спросил Роберт. — Перси, — обратилась к нему Эбони, — я, конечно, прекрасно понимаю, что когда вы вместе сходитесь в туре, то это сущая катастрофа, но ведите себя приличней. — Чёрта с два, Эбс, — и Бетти запустила в подругу подушкой. — Только не в этой жизни. Приличная девочка я только со своим кавалером. Эбони в ответ закатила глаза. Она прекрасно поняла смысл сказанного Бетти — оно так и было в действительности. С Фредди Бетти так себя не вела, хотя Queen тоже были теми ещё весельчаками. Вечером снова были три часа психоза, как прозвал свои выступления Робби. Бетти пришла на концерт, крутилась за кулисами, но предпочитала держаться подальше от Робби, тем самым давая Одри повод думать, будто вокалист принадлежит ей. Конечно, она зашла в гримёрную после этого безумного выступления, когда море фанатов сходило с ума, пусть сам Роберт и не двигался на сцене как заведённый. Бетти общалась в основном с Джимми и Бонзо, а потом в беседу включился Джонси. Робби смотрел на всё это издалека, пока Одри сидела у него на коленях и недоверчиво поглядывала на всё происходящее, словно ожидая, что эта Испанская кошка, как прозвал её Роберт — вообще непонятно почему — снова пустит в ход уйму унизительных слов. — Мы сегодня пить, — предложил Джимми. — Пойдёшь с нами? — Конечно, — Бетти улыбнулась, а потом, наклоняясь к Пейджу, тихо прибавила: — Пока Перси занят своей девицей, я могу делать что хочу. И никто не будет вечно напоминать мне о том, чтобы я не увлекалась всеми непотребствами. — Так вот она, долгожданная свобода, — Джимми странно улыбнулся. — А то Перси совсем тебя по рукам и ногам связал. — Не, он просто ревнует меня ко всему, что вызывает у меня интерес. Просто он хочет меня трахнуть, а я всё никак не могу позволить ему это. Впрочем, он и без этого проживёт, — и они с Джимми засмеялись. История со сломанной кроватью в номере Бетти уже наделала шума — пара въедливых журналистов поспешила об этом написать, сгустив краски и добавив яркости. Конечно, по мнению всех, кровать сломалась оттого, что танцовщица и вокалист Led Zeppelin бурно выясняли отношения, после чего точно переспали. Бетти всё это никак не беспокоило: она уже давно привыкла к тому, что все пишут о её романах, каких, если верить сплетням, было столько, что никому и не снилось. Она привыкла развлекаться, и неважно, где это делать: в гей-баре, в просто злачной забегаловке или в полумраке номера. Она помнила, как они с Робби и Лемми ходили смотреть на Sex Pistols, чтобы узнать, что это за чудо такое. Ничего особенного они не увидели, лишь только позерство Роттена [1]. Хотя в панк-волне вполне наблюдались довольно интересные группы, но Бетти всё это не привлекало. В тот вечер они все пили, а Лемми пытался заигрывать с Бетти, но Робби быстро дал понять, кто здесь главный. Вот так примерно было бы и сейчас, если бы Одри Гамильтон не пыталась подмять под себя всю территорию.

***

Овации, овации и ещё раз овации! Последний концерт Бетти в Чикаго прошёл как событие года. Билетов снова не хватило, а дополнительные дни Муди и Крис решили не ставить в график Бетти. После у неё предстояли две недели выходных, какие она намеревалась провести с Фредди, а там и встретить вместе её день рождения, чтобы потом снова вернуться в гущу событий. «Дикарка» превосходила успех «Чёрной богини» в разы — конечно, это льстило Бетти. Она наслаждалась своим успехом как никто другой, упиваясь тем, что о ней пишут, говорят, обсуждают, вожделеют, учитывая снимки в каталогах белья или обложки журналов. Она не пела, а её имя мелькало там же, где и названия групп. Именно в Чикаго Крис позвонил ей, чтобы сообщить, что по английский опросам в «Melody Maker» она занимала первое место среди женщин года, обскакав тех, кто пел или играл на гитаре. Это было странно, как и обложка, которую украшали они с Робертом. Снимок был сделан ещё в январе как полная шутка, но кажется, многим понравилась идея, как Бетти прижимается щекой к обнажённой спине Роберта, при этом совсем не понятно: а есть ли на ней одежда или нет. Конечно, это стало ещё одним поводом, чтобы приписать им роман. Даже Фредди обиделся на это: ему-то казалось, что лучший он, а с ним должна быть его муза — Бетти, но никак не рядом с Плантом. Но вся пресса мира думала, как всегда, иначе. И всё это происходило на фоне панковской моды, какая захлестнула как бешеный тайфун всю Англию, готовясь перекинуться на Штаты. Бетти купалась в славе, пусть публика за последние три года и сильно изменилась. Это и Роберт отметил, да и многие другие, но по сути, всё это рок-н-ролльное сумасшествие очень нравилось всем, пусть и имелись побочные эффекты. Фанаты сходили с ума, пресса, кажется, совсем сорвалась с цепи, а персонал, окружавший Бетти и Led Zeppelin, то и дело утопал в развлечениях, но никого это особо и не волновало: бывали штормы и посильнее этого. В свой последний день в Чикаго Робби пробрался в гримёрную Бетти, оставив Одри с остальными в зале. Он застал её врасплох, когда она переодевалась, чтобы отправиться на вечеринку. — Что ты тут делаешь? — спросила Бетти, и Робби приложил палец к её губам, глядя прямо в её глаза, подведённые чёрной подводкой. — Хотел поговорить с тобой, пока тебя не окружила толпа людей, — спустя некоторое время ответил он. — Мы с тобой проведём чудный июнь, когда встретимся в Нью-Йорке, а потом в Лос-Анджелесе, — зачем-то произнесла она. — Я говорю про сейчас. Я знаю, что не идеален, но я же не могу быть один, в то время как ты отказываешь мне раз за разом, — пылко начал. — Я не ревную тебя, если ты об этом, — он провел пальцем по её нижней губе. — Дело совсем не в этом. Я не хочу распыляться по мелочам, но ты просто не оставляешь мне выбора, — она непонимающе взглянула на него. — Перси, ты вообще о чём сейчас? Мы с тобой лучшие друзья. Кто я такая, чтобы осуждать тебя за твои многочисленные измены? — он положил ладонь ей на шею, находя пальцем позвонки. — Ты можешь делать то, что считаешь нужным. — Ты прекрасно знаешь, в чём дело и о чём я постоянно думаю, когда ты рядом, — слегка повысив голос, ответил Роберт. — Ты опять таблеток наглотался? — вот он и попался. Да, она прекрасно знала, что Робби не был бы таким смелым, если бы не таблетки. Бетти отчасти понимала, что именно он хочет ей сказать, на что он намекает. Бетти изумлённо посмотрела на него, не зная, что ответить. Робби пытался донести до неё мысль: он мог бы быть только с ней, если бы они стали любовниками, и больше никто бы ему не был нужен. Это открытие поразило её и в то же время испугало. Бетти сейчас совсем не была готова к такому повороту. Она любила Фредди, искренне и очень сильно, и тут Роберт в шаге от того, чтобы подарить ей своё сердце. Он ещё не готов это сделать, но уже точно на пути к этому. Надо сделать всё, чтобы это никогда не случилось, пронеслось в голове Бетти. — Я был бы только с тобой, если бы ты не была такой вредной, — его руки скользнули к её талии. — Целовал бы только тебя, обнимал бы только тебя… — Робби, ты же знаешь, что это не так. Мы оба знаем, что тебя ничто не удержит от прогулок в компании разных юбок. И я не могу быть с тобой. Я не хочу быть твоей. Я хочу существовать для тебя, а это совсем разные вещи. Я не хочу терять остатки своей гордости, ибо я и так сделала очень много неправильного за последнее время, — в голосе Бетти слышался лёгкий испуг. Роберт был под кайфом, судя по расширенным зрачкам, и сейчас могло произойти всё, что угодно. Он наклонился к ней, целуя её в плечо, поддевая пальцами лямку её черного боди. Он стянул его вниз, а потом подхватил Бетти на руки, усадив на стол с зеркалом, где пару часов назад она старательно наносила макияж. Пара баночек упала на пол, но это не охладило пыл Робби. Он притянул Бетти к себе, целуя в шею, сжимая её грудь. Бетти лишь откинула голову назад, поддаваясь этому необузданному, почти животному порыву Роберта. Больше всего в мужчинах она любила силу и быстроту действий — именно таким всегда был Фредди. Бетти обожала грубость в постели, словно лишь только это могло заставить её чувствовать восторг плоти. Она тихо застонала, ощущая, как его губы скользят от мочки её уха вниз, и вцепилась в его кожаную куртку одной рукой, опираясь второй о стол. Да, к чёрту всё, подумала она, уже готовая отдаться волне страсти, что сметала всё на своем пути. Пора было сделать один раз то, в чём постоянно обвиняла пресса. А Фредди… Он никогда не узнает. У него ведь тоже во время гастролей есть девчонки — Бетти знала это наверняка. — Наверное, он тут, — услышали они голос Джи. Роберт перестал целовать Бетти, при этом продолжая сжимать лямку её боди, прижимаясь к обнажённой груди. Джи открыл дверь — он был не один, а с Одри. Конечно, Одри снова переживала из-за того, что Роберт от неё сбежал. Она расплакалась и убежала. Робби всё же отправился за со своей подругой. Джи закрыл дверь, оставшись с Бетти наедине: им надо было о многом поговорить. — Я всё понимаю… — начал Джи. — Но я знаю, что ты встречаешься с Фредди Меркьюри, и я не хочу, чтобы Роберт потом страдал. — Я ничего не сделала, — жалобно ответила Бетти. — Это всё он… — и она почему-то расплакалась — то ли оттого, что оказалась в ловушке из-за своего поведения, то ли потому, что очутилась на месте многих группиз, становясь ничуть не лучше этих распущенных девиц. — Я рад, что сейчас вы проведёте время порознь. Я дам тебе совет: или уступи ему, или же просто исчезни, потому что у Роберта давно не просто зуд в штанах по отношению к тебе. Когда тебя нет рядом, он рассказывает нам о тебе с таким пылом, словно о своей любимой машине. У него глаза горят, как не горели никогда раньше. Он скучает без тебя. Он с ума сходит. — Я не могу ответить ему, — прошептала Бетти. — Меня вообще не касается, с кем они развлекаются во время тура, но ты можешь подвести под монастырь всю группу. Понимаешь ли ты это? — она просто кивнула. — Будь хорошей девочкой. Джи оставил её одну. Бетти закрыла глаза руками. Кажется, начало сбываться всё то, о чём столько времени твердила Эбони. Скоро должна была взорваться бомба — осталось только ждать, когда это случится.