Black Dog

Июль 1977 Фредди видел перемены в Бетти. Из Лос-Анджелеса она вернулась совсем другой, словно в ней что-то сломалось. Она больше не смотрела на него так, как прежде, а её улыбка не озаряла лицо, словно утреннее солнце. Ему трудно было сказать, что именно с ней случилось, но даже в постели с ним она стала совсем иной. Бетти чаще всего была отстранённой и думающей о чём-то своём. Фредди полагал, что всё дело в шоу, которое готовила Бетти, или в её сложных отношениях с Крисом, ведь их контракт подходил к завершению. Или самое худшее — в том, что она всё узнала про его развлечения. Но Бетти молчала, и кажется, можно было вздохнуть спокойно. Пока Бетти продолжала гастролировать, попутно развлекаясь со своим старым другом, Фредди вернулся домой вместе с Джо Фаннели. Дэвид совсем не одобрил этого и понимать и прощать, как Мэри, вовсе не собирался, отчего их отношения закончились: Фредди остался с Джо. Бетти он очень понравился, особенно его рвение к освоению кулинарного искусства, и она, кажется, ничего не подозревала. Это тревожило Фредди, но он ничего не мог поделать с собой, всё больше и больше увязая в наркотиках и изменах. Он всегда оправдывал себя тем, что его любви хватит на всех, и что он любит и Бетти, и Джо, и кого-то ещё, и вообще, все так живут и ничего такого в этом нет. В это время, пока они записывали альбом и конфликтовали с Sex Pistols — Фредди защищал Бетти от нападок панков — в их жизнь ворвалась Бэсси Рочфорд. Она подошла к ним в клубе, когда они выпивали. Бэсси сразу же понравилась Бетти, и спустя пару стопок водки она назвала её своим личным биографом. Это и стало началом дружбы Бетти и Бэсси. Фредди очень нравилась новая подруга Бетти: с ней можно было откровенно поговорить, рассказать о многом, ведь сама Бэсси особо не отличалась моралью, крутя романы то с женщинами, то мужчинами. — Я решилась кое на что, — как-то сказала Бетти Бэсси. Они были у неё в квартире, наблюдая за тем, как красят стены в спальне. — Я хочу уйти от Фредди. — Мне казалась, ты влюблена в него, — Бэсси достала сигареты. — Я долго думала над тем, что творится со мной в последнее время. Я влюблена в другого и не могу понять, кто мне больше нужен. Фредди — мой сладкий призрак. Мужчина, которого я так обожала раньше. С ним и сейчас хорошо, но во что превратились наши отношения? Во встречи между делом. Две недели вместе, а потом снова мы не видимся подолгу. И что мы делаем всё то время, что вместе? Только трахаемся. Это, правда, восхитительно, но мне нужно что-то ещё, — Бетти прищурилась, оценивая голубой цвет стен. — Да, мы можем поговорить обо всём на свете, но мне кажется, перестань мы принимать наркотики, пить и просто окажись в одной квартире — всё разом кончится. — Замуж за него ты бы не пошла, — задумчиво сделала вывод Бэсси. — Нет, не пошла бы. Даже если бы позвал. Фредди, как и я, совсем не приспособлен к быту. С ним точно каши не сваришь. У кого-то же должно быть адекватное понимание реальности? — Бетти поднесла кулак ко рту. — Меня устраивают такие отношения, но я поняла, что у меня может быть всё иначе. — Роберт, — догадалась Бэсси. — Насколько я понимаю, он крепко женат. — Я не хочу уводить его из семьи — он сам должен это сделать. Я не давила на Фредди, когда он находился с Мэри, не буду давить и на Роберта, — она вздохнула. — Я пропала с ним — вот что случилось со мной. И с ним, кажется, тоже самое. Недавно он почти признавался мне в любви. Джи говорит, что он влюблён в меня. И я была в полном замешательстве, но сейчас готова прыгнуть в пропасть. Бетти осязала внутри себя растущее чувство к Роберту теперь с каждым днём всё больше и больше. Оно было подобно бабочке, долго находившейся в коконе и вот сейчас готовой вырваться наружу, расправив свои крылья. Бетти более не могла отрицать метаморфозы, случившиеся с ней за последние несколько недель. Она ревновала Робби, бесилась оттого, что он проводит время не с ней, эгоистично пыталась привязать его к себе, при этом всегда давая понять: между ними ничего не будет. Она врала себе, и каждый раз, когда он жарко целовал её в губы, пробираясь пальцами под её одежду, была готова отдаться ему. Да, она давно хотела этого, но глушила, как могла, в себе все желания плоти. Бетти Данлер влюбилась в Роберта Планта — вот что случилось. И как бы она не запрещала себе любить его — кажется, это уже было просто невозможно. Наверное, поэтому она решила провести отпуск с Робертом, где могла бы отдаться ему наконец, а после уйти от Фредди. Конечно, это больно ударило бы по нему, но Бетти хотела быть честной со всеми. Она поехала в Австралию, будучи уверенной, что после этой поездки всё изменится. Бетти всякий раз улыбалась, когда думала о том, как скажет Роберту о своих чувствах, зная, что он их примет и будет беречь. Она хотела всё изменить в своей жизни, и ей казалось, что это случится очень скоро.

***

В июле, после второго двухнедельного перерыва, в Сиэтле стартовала последняя и заключительная часть тура Led Zeppelin тысяча девятьсот семьдесят седьмого года. Оставалось поработать ещё несколько недель, и можно будет отправиться на Ямайку с Бетти. Роберт был изрядно удивлён, когда она позвонила ему и сказала, что согласна провести с ним дней шесть перед тем, как группа вернётся в Англию. Роберт уже начал всё планировать, и мысль, что он проведёт несколько дней с Бетти, стала лучом света посреди всего этого хаоса, что творился вокруг их концертов. Новые фанаты стали такими же буйными, как и их новая музыка, а промоутеры и вся команда группы явно хотела хорошо заработать на триумфальном возвращении Led Zeppelin. От всей этой суеты мог устать кто угодно, и конечно, для Роберта предстоящий отпуск стал стимулом побыстрее завершить все дела. Конечно, всё шло не так гладко, как хотелось бы. Джимми был вечно недоволен своими фотографиями, и всё из-за худобы, вызванной героином. Порой он вообще мог не доиграть концерт и группа больше не возвращалась на сцену. Бонзо между выступлениями заливал тоску от разлуки с семьёй алкоголем, а Джонси старался быть в стороне от всего этого. Роберт тоже после отъезда Одри пребывал в некотором замешательстве; вокруг него вечно крутились девчонки, но он хотел лишь только одну, и ему казалось, что Бетти тонко намекнула ему об этом, когда звонила в последний раз. Через неделю Led Zeppelin давали два концерта в оклендском «Колизиуме», где шоу вёл небезызвестный Билл Грэм. Как и обычно, ветераны службы безопасности Грэма оказались не в ладах с «цеппелиновской» охраной — впрочем, ничего нового. На протяжении многих лет Питер Грант и Билл Грэм за глаза называли друг друга обманщиками, но как-то им удавалось уживаться вместе. Всё пошло наперекосяк, хотя никто не понимал, чем может окончиться трагическая цепочка событий. Всё началось с Уоррена Гранта, который в течение ряда концертов находился с Джи, предпочитая наблюдать за работой отца. На двери одного из автоприцепов, служившего костюмерной и стоявшего за сценой, кто-то краской написал «Led Zeppelin» — обычное дело, ничего удивительного в этом не было. Юный Грант попросил охранника Грэма стереть надпись. Ричи заметил, как охранник грубо оттолкнул мальчика. Находившийся в тот момент за кулисами Бонзо увидел это, обругал обидчика, надавал ему пинков, после чего вышел на сцену. Джи сообщили, что кто-то ударил его сына, и конечно, он с подручными отловил охранника, затащил его в прицеп и немилосердно побил, чтобы в следующий раз тот вёл себя приличней. Ричи в тот момент стоял за дверью, наблюдая за тем, чтобы никто не помешал «процессу воспитания», как окрестил этот акт насилия Пит. Кто-то из людей Грэма поспешил на помощь своему коллеге, но при попытке проникнуть в прицеп был жестоко избит Коулом. Когда наконец охрана Грэма попала в прицеп, жертва лежала на полу в бессознательном состоянии. Беднягу отправили в больницу. Второй концерт состоялся на следующий день, но только после того, как Билла Грэма вынудили написать бумагу, что такого больше не повториться. Джимми весь концерт просидел на стуле, чего ранее никогда не случалось, словно это был знак протеста против насилия. Все ощущали, что над ними витают чёрные тучи, но никто не унывал, хоть всё происходящее и начало несколько доставать. — Это какой-то психоз, — сказал Роберт Бетти перед концертом. — Не поверишь, у меня тоже множество проблем. Впервые в жизни я захотела придушить Криса за организацию поездки. У меня скоро крыша поедет из-за всей этой Австралии, массовой истерии, что случилась вокруг моей персоны, и организации самого концерта. Промоутеры продали больше билетов, чем зал вмещает в себя людей, и это всё потому, что я вернусь сюда с последними концертами в апреле следующего года. — Надеюсь, что всё наладится. — Робби, я сглажу все углы, — загадочно ответила Бетти. На следующий день Led Zeppelin собирались отбыть в Новый Орлеан, когда Коул выглянул в окно и увидел спецподразделение полиции, кольцом окружившее здание гостиницы. Ричи даже ухитрился спрятать кокаин: снюхивать, как это делали Black Sabbath несколько лет назад, а потом топить в туалете просто не было смысла, да и жалко. Часть барбитуратов Ричи всё же успел утопить. Бонзо, Джи и самого Ричи арестовали. Им предъявили обвинение в нанесении телесных увечий, правда, довольно скоро отпустили под залог. После происшествия группа разъехалась. Джонси поехал к жене. Джимми с Джи отправились в Сан-Франциско. Роберт, Бонзо и Ричи вылетели в Новый Орлеан и остановились в гостинице «Royal Orleans». Все были в приподнятом настроении, считая, будто всё плохое осталось в Окленде. — Твоя старуха на проводе, — сказал Коул Роберту, когда они заполняли документы при регистрации. — Отлично, давай, — Роберт отправился в номер, чтобы поговорить с Морин наедине. Его никто не видел больше часа. Коул решил, что Роберт лёг спать, потому что дорога была утомительная, или же после разговора с женой он решил поболтать со своей подружкой. Ричи прекрасно знал, что с Бетти Плант может наматывать минуты бесконечно, несмотря на то, что она находилась в Австралии и их разделяла бездна часовых поясов. Через два часа Коул услышал страшную новость: у Роберта умер сын. Роберт сам не понял, как набрал номер Бетти. У него сейчас был день, у Бетти — ранее утро. Он слушал гудки, надеясь застать её в отеле. Администратор сказала, что Бетти Данлер сейчас поднимется к себе в номер. Роберт ждал её минут семь, и это время показалось ему вечностью. Он ещё не ощутил полностью весь ужас случившегося, не понял до конца смысл сказанных Морин слов, не верил в страшное, продолжая цепляться за отрицание действительности. Он хотел было повесить трубку, но услышал голос Бетти. — Робби, — радостно начала она. — Выслушай меня молча и постарайся не медлить. Я думаю, что Морин сейчас вряд ли способна принимать здравые решения, — перебил он. — Робби, что случилось? — Бетти понимала по тону его голоса: что-то стряслось. Она всегда улавливала интонации, угадывая его настроение. — Я просил меня не перебивать. Вызови машину ко мне домой и сделай это как можно скорее. Я думаю, что после того, как переболела Кармен, а потом и… — тут он запнулся. — Мэгги будет следующей, если уже не заразилась. Попроси показать её врачу. Я не прощу себе, если с ней что-то случится. — Робби… Что случилось? — она не понимала, что происходит. — Мой сын умер, — выдавил из себя Роберт. И вот теперь его накрыла лавина боли, словно до этого он пребывал в отупении, когда ничего не ощущаешь, принимая факты, не осознавая значимость события. — Я… я… — она не знала, что и сказать. Бетти совсем не представляла, как повести себя в этой ситуации. — Сделаешь то, о чём я просил? — стараясь придать своему голосу спокойствие, спросил Роберт. — Да, — согласилась она, ощущая, как слёзы бегут по щекам. — Робби… Я люблю тебя. Они больше не говорили: Роберт повесил трубку. Слышал ли он то, что сказала ему напоследок Бетти? Да, но ему некогда было об этом думать. Месяц назад за эти слова он бы душу продал, готов был пойти за ней хоть в ад, но сейчас это признание, если оно действительно было таковым, не имело никакого значения. Это было больше похоже на сладкую пилюлю после горького лекарства, способом приободрить его и не более того. Акт милосердия. Проявление их дружбы. Впрочем, теперь больше ничего не имело никакого значения.

***

Когда Роберт повесил трубку, Бетти ощутила, как боль в солнечном сплетении начала распространяться по всему телу. С ней часто происходило такое, когда в жизни случалось из ряда вон выходящее. В последний раз подобная боль почти парализовала её, отчего Глории пришлось вызывать врача, потому что ей показалось, что у её маленькой мисс случился сердечный приступ. Бетти было тогда семнадцать лет, и религиозный фанатик убил Френни. Даже после измены Фредди Бетти знала, как укротить неприятные приступы. Она хоть и обладала хорошим здоровьем, но понимала, что подобная боль может парализовать её надолго. Слезы лились нескончаемым потоком по щекам, и она беспомощно сползла по стене. Лишь только спустя несколько минут, когда часть горечи выплеснулась через слёзы, Бетти поднялась на ноги. Под руку ей попалась ваза, которую она швырнула в стену. После она била о пол всё то, что попадалось ей на глаза. Она разгромила пол-номера в порыве гнева и отчаяния. Ещё два дня назад ей казалось, будто у неё в руках ключ к переменам в её жизни, и вот сейчас всё изменилось. Она хотела подарить всю себя Роберту, но сейчас ему это вряд ли нужно. Она слишком хорошо знала, что такое утрата. В такие моменты хочется, чтобы тебя похоронили за плинтусом и не трогали вообще, даже любовь не способна вытащить тебя из этого жуткого состояния. — Чёрт возьми! Бэтс, что случилось? — спросила Эбони, проходя в номер подруги. — Что такого сказал Роберт? Бетти быстро поднялась с пола и метнулась к Эбони, схватив её за локоть и потащив к телефону. — Позвони в контору Криса, пусть он заберёт Мэгги из Дженнингса и отвезет её в больницу! Давай, живо! Делай, что тебе говорят! — Что стряслось, Бетти? — Эбони всё так же ничего не понимала. — У Роберта умер сын, — и Бетти зарыдала ещё сильнее. — Что? Как так? — Я не буду давать последние шоу. Можете послать Криса ко всем чертям, но я не выйду на сцену. Я возвращаюсь в Англию, — в голосе Бетти было столько гнева и боли, что Эбони знала: с ней лучше не спорить. — Мы как-нибудь всё решим. Следующие два дня были как во сне. Крис звонил Мёрси, орал на неё — Мёрси стойко отвечала, что выступления отменили. Муди постоянно ругался с промоутерами, желающими увидеть Бетти в нескольких шоу. Мёрси пыталась организовать перелёт, пусть у Бетти и всей труппы и был свой самолёт. Бетти злилась, кидалась во всех предметами, и даже звонок Фредди её совсем не спас. Он пытался её утешить, но Бетти слышала в его голосе мерзкую ревность. — Зачем тебе так спешить домой? — Я хочу увидеть Роберта, чёрт возьми! Тебе никогда этого не понять, потому что ты никогда не окажешься на его месте! — это был ужасный выпад, но сдержать себя Бетти не смогла. — Зачем ты мне напоминаешь о том, что у меня не будет того, что есть у тебя? — Фредди сохранял спокойствие. — Потому что сейчас я должна быть рядом с ним! — огрызнулась Бетти. — У него есть жена, пусть она и утешает. — Фаррух Балсара, — Бетти всегда в порыве злости так звала Фредди, — друзья всегда приходят на помощь. Ты сам вечно этим занят, хотя тобой все откровенно пользуются! Прости, но мне пора. Бетти удалось прилететь в Лондон чуть раньше Роберта. Прежде чем поехать в Уэльс, она навестила Мэгги. Её состояние наладилось, и как выразились врачи, девочку вовремя привезли. Они с Мэгги почти не говорили, но знали, что этот день всё изменил навсегда. Девочка шёпотом рассказала о страхе, что плотно поселился в её жизни, и высказала желание, чтобы Бетти и Фредди всегда были вместе. Бетти было трудно сознаться, что внешне она всё та же и всё равно ещё любит Фредди, но внутренне она сильно изменилась и её чувства стали совсем иными. Она не могла многое объяснить Мэгги, боясь окончательно разрушить её хрупкий мир, и так разбитый смертью друга. — Не расставайтесь, — попросила Мэгги. — Милая, я никуда не ухожу, — Бетти поцеловала дочь в лоб. Она молчала, не могла признаться в том, что собралась сделать несколько недель назад. У неё сжалось сердце от всего происходящего. Бетти боялась встретиться с Робертом, но в то же время знала: он нуждается в ней.

***

Диагноз — респираторное заболевание. Это стало причиной смерти Карака, оно же чуть не сгубило Мэгги. Самочувствие мальчика резко ухудшилось; вызвали скорую помощь, но он скончался по дороге в госпиталь. Незадолго до этого болела Кармен, но Морин сумела её выходить; она и не думала, что болезнь мгновенно накроет сына, который отличался на редкость крепким здоровьем. Лондонская пресса подняла шумиху, сообщив, что «загадочный вирус» убил сына рок-звезды, что подливало масло в огонь. Роберт был просто раздавлен горем. Он попросил Бонзо и Ричи отправиться домой вместе с ним. Коулу с трудом удалось нанять самолёт. Но когда это всё же случилось, Роберт сначала отправился в больницу к Мэгги. Он надеялся, что с девочкой всё хорошо и он смог сохранить её для Бетти. Почему-то он был уверен: она никогда больше не отважится стать матерью, побоявшись лишиться карьеры. В тот день он чуть не столкнулся с Фредди. Он видел, как Меркьюри выходит из палаты девочки, и когда его тень растворилась в больничном коридоре, Роберт вошёл в комнату. — Эй, Кнопка, как ты? — приглушённым голосом спросил Робби. — Мне уже лучше, — Мэгги протянула руку к Роберту; он наклонился к ней, и она дотронулась до его щеки. — Не плачь. — Иногда некоторые вещи нельзя забыть, — ответил он. — Мне тоже больно, — и она прикусила нижнюю губу. — Знаю, — прошептал он. — Мама была здесь сегодня утром, — Роберт лег рядом с девочкой. — И что она сказала? — Она была очень потерянной, — сделала взрослый вывод Мэгги. — Посетители просто нескончаемым потоком идут. Надо принять лекарство, — в комнате появилась пухленькая медсестра. — Вам, юная леди, вообще очень повезло, но тому мальчику вряд ли кто бы помог, как говорит доктор Перкинс. Пусть Господь поможет его родителям. — Возможно, Он вряд ли им поможет, — произнёс Роберт, и тогда медсестра всё поняла. — Я соболезную вашей утрате. — Мне надо было тебя выбрать папой, — призналась Мэгги, касаясь щеки Роберта горячей ладонью. — Всё хорошо, Мэгс, — но она знала, что всё плохо. Слова были больше не нужны. Роберту надо было ехать домой; он мог бы заехать к Бетти, но ему было всё равно. Впервые за столько лет он не хотел её видеть, считая отчасти причиной некоторых бед. На похоронах народу было немного. Джонси и Джимми так и не приехали, Джи тоже не смог показаться. Ричи и Бонзо старались всегда быть рядом. Странно, за последние два дня, что Роберт провёл дома, он так и не смог поговорить с Морин. Он избегал её, хоть она и искала его общества. Он не мог посмотреть ей в глаза, обнять её, словно она была виновата во всём происходящем. Бетти тоже была здесь. Они не говорили со вчерашнего вечера, когда она приехала в Дженнингс. И вот он увидел её — и всё раздражение по отношению к ней прошло. Роберт подошёл к Бетти, и она обняла его, поднявшись на носочки, так как была ниже его на полторы головы. Он посмотрел в её глаза, полные слёз, и понял, чего ему не хватало все эти дни — её крепкого плеча. — Милая моя, — прошептал он. — Мне так не хватало тебя. — Роберт, — она выдохнула. — Я не знаю, что ты чувствуешь. Мне не представить, что у тебя на душе, как разрывается твоё сердце. Мне этого не понять. Но я не могу смотреть на то, как ты убиваешься. Не могу думать о том, как тебе больно. — Не надо слов сейчас. Морин бросила краткий взгляд на эту парочку, и её кольнула ревность. Где-то в глубине души она понимала, что потеряла Роберта. Они могут жить дальше, смириться с потерей, даже восполнить её, но прежним ничего уже не будет. Она видела, как Робби обнимает танцовщицу, как шепчется с ней и как она говорит с ним, гладя его по щеке. Морин впервые за столько времени вняла словам сестры. — Помяни меня, когда она уведёт у тебя мужа, — вот так однажды сказала Ширли. Морин собрала всю волю в кулак: сейчас никак нельзя расклеиваться, иначе она всё потеряет. Коул после церемонии сказал ей, что ощущал ещё в начале тура, будто должно что-то случиться и скоро взорвется бомба — и вот оно произошло. Предчувствия его не обманули. Морин скептически относилась ко всем этим знакам судьбы, и все поминки старалась не замечать, как муж смотрит на свою подружку. Ширли только и твердила, что её следует прогнать, но Морин прекрасно понимала — это вряд ли поможет. Роберт не позволит. Она не знала, в какой именно момент Бетти стала для Роберта воздухом, опорой и поддержкой. Морин недоумевала: как вообще могло такое случиться? Она силилась понять, что сделала не так за эти три года, и не могла найти ответа. Бетти никогда не пыталась уступить Роберту, и Морин была уверена, что они так и не переспали, пусть все и говорили об обратном. Бетти и не хотела увести Робби из семьи, но почему именно она с ним сидела на лужайке перед крематорием, почему именно на её коленях покоилась голова Роберта, почему она гладила его золотистые локоны и что-то говорила ему. Даже отец Роберта возмутился по этому поводу. — Это всё слава и деньги довели вашу семью до этой трагедии. И эта женщина, — высказал своё мнение Роберт-старший. — Сколько вижу их вместе, и Бобби от неё не отлипает. Когда почти все разъехались и дом оказался пустым, Морин решила пройтись по комнатам. Она искала Роберта. Конечно, она понимала, что спать с ней он не станет ни сегодня, ни завтра, и может быть, ни послезавтра, но ей хотелось знать, что он дома и с ним всё относительно хорошо. Роберт спал там же, где и вчера. Морин тихонько открыла дверь, чтобы просто посмотреть на мужа, и если он крепко спит, поцеловать в лоб, как она часто делала, когда желала спокойной ночи детям. Она увидела на полу женский халат, и только спустя некоторое время поняла: Роберт был не один. В его постели находилась не Ширли, что было бы проще принять, а Бетти. Она лежала позади него, прижавшись щекой к его плечу, сплетя пальцы с его ладонью. В этой позе было столько интимности, нежности и понимания. У Морин задрожала нижняя губа, и она ощутила, что ещё чуть-чуть — и расплачется. Она вышла из комнаты и отправилась в пустую супружескую постель.

***

Бетти приехала в Дженнингс днём. Рамон привез её, оставив здесь на три дня. Ей надо было снова улетать в Европу, но признаться, она не особо хотела танцевать. Она только и делала, что ругалась с окружающими. Крис впервые за много лет проявил настоящий акт жестокости. Они с Бетти кричали друг на друга, как коты во время драки за территорию. Бетти совсем не собиралась ему уступать, а уж тем более отдаваться в тот вечер. Они были в её новой квартире, которая ещё не совсем была готова для проживания, но вполне годилась для встреч. Крис схватил Бетти за плечи, а потом резко отшвырнул от себя, отчего она не удержала баланс и упала с лестницы. Каким-то чудом она ничего себе не сломала, на теле остались лишь только большие синяки. После он ушёл, громко хлопнув дверью, словно она была не права. Конечно, Крису было совсем непонятно её стремление быть сейчас с Робертом. Он кричал, что она должна работать, готовить новое шоу, а не лететь по первому зову к своему любовнику, каким Робби на самом деле не был. Крис злился, и понятное дело, что уйти от него тихо, как планировал Арни, Бетти просто не сможет. Но ничего, Хелен Эмберг была готова отомстить мужу за все годы их брака, его измены и ложь. С Фредди тоже не всё шло гладко. Понятно, что Пол Прентер вливал Фредди в уши то, что хотел. Наверняка рассказывал всякие небылицы из разряда, что опять весь тур они с Робби только и делали, что трахались по углам, а сейчас у вокалиста Led Zeppelin появился хороший повод оставить жену. Пол был способен на это, Бетти хорошо успела изучить его натуру. Они с Фредди тоже поскандалили, когда она вернулась из Сиднея. Фредди всё никак не мог забыть того укола со стороны Бетти, когда она напомнила, что у него никогда не появятся свои дети. Он ревновал свою подругу, начиная и правда верить в то, что вот-вот она уйдет от него к Роберту. — Ты не должна быть там! — Фредди злился. — Что? Ещё скажи, что если с тобой случится такое, то можно сразу же искать себе любовника! — она метнула в его сторону недовольный взгляд. — Какого хрена, Бетти! Ты что, издеваешься? По мне, так человеку надо сейчас побыть одному, — Фредди достал сигареты. — Боже! — она закатила глаза. — Я не сплю с ним. Он мой друг! — Ты не находишь, что слишком часто стала помогать ему? — отметил Фредди. — Чёрт! Я без Джи никогда не покорила бы Америку! — выпалила Бетти. — И без Роберта тоже, кстати! Но если для тебя это проблема, то я могу уйти. — Нет, нет, — шептал он, обнимая её и целуя. В ту ночь она была с Фредди. На миг ей показалось, что всё вернулось к тому, что между ними существовало когда-то — к той восхитительной любви, что была во времена их юности. Фредди после всего гладил её волосы, смотрел в её глаза, слушал, как бьётся её сердце. Он всё думал: может быть, зря её ревнует. Не стоит изводить себя и слушать других. Фредди сотню раз задавался вопросом, почему люди так настойчиво хотят Планта и Бетти видеть парой, и никак не мог разгадать эту загадку. Он отпустил Бетти, понимая, что ничего страшного не случится, а сам пустился во все тяжкие. Где-то в глубине души Фредди понимал, что Бетти неверна ему. Нет, не физически, а именно сердцем. И ничего не мог с этим поделать; временами он даже едко рассуждал, что Плант это всё заслужил и теперь он не будет обхаживать его женщину. Фредди не знал, что в августе Бетти собиралась оставить его; он понятия не имел, что у неё на уме и на душе. Бетти старалась забрать часть боли Роберта. Она хотела, чтобы он не страдал так сильно, и не знала, как залечить его рану. Она прекрасно помнила, в какой бездне отчаяния оказалась, когда умерла Френни, как горе медленно затягивало её в свои лапы, не отпуская долгое время. Тогда её спас Фредди, заставив подняться с постели, выйти из дома, стать полноценной частью его жизни, познакомив с Роджером и Брайаном. Благодаря ему она смогла пережить эту трагедию, но раны так до сих пор и не затянулись. Прошло столько времени, а она всё никак не могла смириться с тем, что Френни больше нет. Бетти часто о ней думала и всё гадала, как бы сложилась её жизнь, если бы мама осталась в живых после нападения фанатика. Но всё же Бетти было трудно представить, что на самом деле сейчас переживает Робби. Она совсем не понимала, что у него сейчас на душе, но ей казалось, что сможет его хоть как-то подбодрить. — У меня почва ушла из-под ног, — призналась Бетти, когда они остались на лужайке перед крематорием. — Я отменила все шоу. Не могу отделаться от мысли, что на месте твоего сына могла оказаться моя дочь. И это звучит чудовищно, потому что никто не должен был умереть. Я корю себя за такие мысли. — Я спас её для тебя, — выдавил из себя Роберт. — И теперь она и моя дочь. Понимаешь? — Да, — согласилась Бетти. — Я забыла сказать тебе слова благодарности. — Это был мой последний адекватный поступок, потому что больше я ничего не понимаю и не принимаю решений, — просто сказал он. — Остальные даже не смогли приехать. — Я звонила Джонси. Мне показалось, что он просто не знает, что надо делать. Такое часто бывает с людьми: они представляют себя на чужом месте и теряются. А Джимми… Думаю, что он в таком героиновом дурмане, что вообще не понимает, что творится сейчас, — Бетти замолчала, прикрыв ладонью глаза: солнце был слишком ярким. — Я думал, что мы друзья, — прошептал Роберт. — Иногда друзья не могут быть рядом, — она провела пальцами по его заросшей щетиной щеке. — Но ты-то здесь. — Я женщина, а некоторые вещи у нас устроены совсем по-другому. Женщины всегда думают, будто только своим присутствием смогут убить боль, а мужчины предпочитают молчать и быть в стороне, не показывая своей слабости, — объяснила она. — Я не могла не приехать. Даже если после этого дня всё пойдёт в моей жизни наперекосяк, я не могу оставаться в стороне. У меня сердце сжимается, когда ты страдаешь. Я существую для тебя, помнишь? Несмотря на некоторое отчуждение со стороны семьи Роберта, Бетти осталась. Она знала, как Роберт-старший относится к ней, явно не испытывая восторга, хоть его жена и разделяла совсем другие взгляды, как и сестра Робби. Но она осталась, потому что не могла вот так поспешно уехать. Ширли пыталась поговорить с Бетти, но все её попытки быстро закончились. Бетти не собиралась под шумок уводить Роберта, хотя ситуация была идеальной. Мужчина, находящийся на краю бездны, явно будет винить свою жену в том, что она не смогла справиться в его отсутствие, и как бы Роберт ни пытался отрицать, это так и будет. Конечно, понадобится время, чтобы в их семье всё улеглось, и Бетти верила в это, но она совсем не собиралась забирать мужа у Морин. Да, она хотела стать его любовницей, надеялась, что однажды он уйдёт от жены к ней. Бетти, по сути, хотела заменить ему Каталину, но она не боялась, что однажды её променяют на кого-то ещё. Почему-то в ней возникла уверенность, что всё происходящее между ней и Робертом не имеет ничего общего со всеми остальными его отношениями. Морин молчала, Роберт тоже. Между ними точно пробежала чёрная кошка; лишь только Кармен не понимала, что творится. Она нашла Бетти в гостиной у камина. Кармен села рядом, положив голову к ней на плечо. — Как Мэгги? — Ей уже лучше, скоро её выпишут, — Бетти поцеловала девочку в лоб. — Как ты сама? — Не знаю, — девочка пожелала плечами, смотря в зелёные глаза Бетти. — Я сама не понимала, что происходит, когда умер мой дядя, а мне было тогда девять лет. Я его очень любила, может быть, даже больше, чем отца. И вот он погиб; в нашем доме всё стало каким-то мрачным, а Аллен-Холл превратился в кладбище забытых людей и чувств. А потом убили мою маму. Мне было всего лишь семнадцать. Самый глупый возраст, когда любая трагедия превращается в настоящую катастрофу. В девятнадцать я думала, что умру от любви, а в двадцать ставила на себе крест, потому что решилась родить ребенка. И самое ужасное — в это время умерла бабушка, а дед исчез из нашей жизни на долгие годы. И я тоже до сих пор не понимаю, что происходит. Но я не знаю, что ощущают твои родители сейчас. Мы с тобой не поймём этого, пока не окажемся на их месте. И знаешь, упаси Боже нам такое пережить. — Почему? — Это самая ужасная вещь, которая только может случиться с человеком. Страшнее всего на свете пережить своего ребёнка, — ответила Бетти. — Ладно, иди спать. Есть вещи, какие просто так никогда не поймёшь, и надо влезть в чужую шкуру, чтобы всё пережить. Бетти пыталась прикинуть на себя всю ситуации, вытаскивала из памяти рассказы бабушки и Френни о том, как раньше много рожали детей, потому что смертность была очень высокой. Конечно, тогда не было толком ни вакцин и медицины, но сегодня… Это просто дикость какая-то, но дети всё равно умирали, и кому-то везло никогда не испытать подобного, а кому-то нет. В ту ночь Бетти долго курила; она не знала, куда девать себя. Накинув на плечи халат, она вышла из спальни. Бетти знала, где сегодня спит Роберт: он предпочитал проводить время один, отгородившись от всех. Бетти неслышно вошла в комнату; на миг ей показалось, что Робби спит, поэтому она тихонько скинула халат, бросив его на пол, и пробралась в постель к мужчине. Она легла позади него, робко дотрагиваясь до его руки — Роберт сразу же откликнулся на её прикосновение. Он сплел свои пальцы с её, ощущая тепло её тела. Роберт знал, что это не Ширли и не Морин — он знал, что это Бетти. — Не оставляй меня, — тихо попросил он. — Я всегда рядом, — ответила она. Проснувшись утром, Роберт понял, что лежит в постели один; лишь только лёгкий шлейф духов напоминал, что в эту ночь Бетти была рядом. Он спустился вниз. На кухне уже суетились Морин и Кармен. — Где она? — спросил он резко. — Кто? — Морин сделала вид, что не понимает, о ком сейчас речь. Она всё никак не могла выкинуть из головы то, что увидела ночью. — Бетти. — Она уехала. С утра поругалась с дедушкой, потом дядя Джон сказал, что увезет её в Лондон. Велела отдать тебе это, — Кармен достала из кармана платья листок бумаги. Роберт развернул его и ушёл в гостиную, чтобы никто не приставал к нему с расспросами. Милый мой, Мне нужно возвращаться к своей жизни, пусть это и будет плохим напоминанием для тебя. Но мне надо готовить новое шоу, а ещё разобраться с Крисом, да и наладить личную жизнь. Просто… мне кажется, что моя любовная лодка дала трещину, и думаю, что однажды она потонет. Но всё это не имеет значения. Я всегда буду рядом — ты знаешь, где меня найти. А ещё ты очень нужен своей семье, особенно Кармен. Как бы ни было сложно, но ты должен идти дальше — в этом и есть смысл жизни. Бетти Роберт положил письмо в карман джинсов. Легко сказать, но очень сложно сделать. И он совсем не знал, как ему справиться с этим дальше.