Black Dog

Октябрь 1980 Фредди это не нравилось, но он знал, что Бетти не заставишь сидеть в Роуз-Хаусе или каждый вечер приезжать к нему в Гарден-Лодж, где активно продолжался ремонт. Она собралась в Дженнингс Фарм, чтобы провести с Робертом несколько дней. После того, что Фредди узнал, он так и не решился спросить у Бетти обо всём. Ему было страшно услышать её ответ, а ещё страшнее признаться ей в том, что его сейчас интересует, поэтому Фредди решил отпустить ситуацию. В любом случае, по сути, ничего страшного не случилось, и Бетти всё равно оставалась рядом с ним. Queen сейчас записывали музыку к «Флеш Гордону», и Бетти тоже решила остаться в Лондоне, учитывая, что её тур должен был возобновиться в ноябре. Она собралась к Роберту, понимая, что это не нравится Фредди, но ей хотелось увидеть Планта, чтобы понять, что с ним сейчас на самом деле происходит. — Перси опять надо спасать? — спокойно спросил Фредди, когда Бетти собирала вещи. — Нет, просто я не была на похоронах. Проведаю всех. Опять Пол рассказывает байки о том, что мы с Робертом мы трахаемся? — Фредди решил промолчать на эту тему. — Led Zeppelin ищут барабанщика? — спросил Фредди, складывая руки на груди. — Киту Муну нашли же замену. — Ага, только счастья это никому не принесло. Я не думаю, что Led Zeppelin будут искать кого-то вместо Бонзо, а Джи будет их заставлять, — Бетти подошла к Фредди и поцеловала его в уголок губ. — Мне пора, машина приехала. Мэгс, поцелуй папу. Девочка обняла Фредди и поцеловала его в щеку, а потом они с Бетти ушли, оставив Фредди посреди холла Роуз-Хауса. Он и правда не знал, что делать с приступами ревности, но понимал, что как раз в этом он проиграл Планту. Трудно было сказать, в чём именно дело, но они с Бетти больше не были теми юнцами, готовыми кинуться в отношения с головой. С годами многое начало терять своё прежнее значение. Чувства перестали дарить головокружительные ощущения, а близость уже не так волновала их, как раньше. Он и сам заметил, что стал остывать к Бетти, но она продолжала играть в его жизни важную роль — кажется, как и он в её. Но Фредди, пусть его и беспокоил тот факт, что спать с мужчинами всё же куда занимательней, чем с Бетти, понимал: никого из своих любовников он не сможет полюбить так, как её. Но проблема была в том, что без телесной близости Бетти с ним не останется. Она была женщиной с неуёмной энергией, в которой кипел настоящий котел страстей; её чувственность была способна всё смести на своём пути, а умение в постели вознести любого мужчину до небес было выше всяких похвал. Но Фредди этого было мало, хоть иногда Бетти и соглашалась воплотить в жизнь его тёмные фантазии — всё равно ему чего-то не хватало в жизни и он всегда искал это на стороне. В этом не было вины Бетти — нет, не стоило её винить в том, что им нравились разные вещи, но все же Фредди ревновал её и подозревал, а ещё боялся, что в один прекрасный день она уйдёт от него к Перси Планту. Фредди не был уверен, но начал думать, будто она спит с вокалистом Led Zeppelin. Бетти не замечала ничего, пусть и чувствовала, что Фредди изменился. Дикки ей уже давно намекал на то, что окружение Фредди плохо влияет на него. Но Бетти от всего этого отмахивалась; она предпочитала делать вид, что ничего нет, тем самым приближая крах их отношений. Ей не хотелось разбивать сердце Фредди, поэтому проще было дождаться, когда они оба остынут по отношению друг к другу. Им с Мэгги дверь открыла Морин. Та смерила Бетти внимательным взглядом. Они не виделись больше года, и за это время Бетти ещё выше взлетела по жизни, а Морин ещё сильнее увязла в семейных дрязгах; женщина ощущала, как её брак переживает не самые лучшие времена, пусть внешне это и не казалось таковым. И вот на пороге её дома стояла та женщина, про которую Коул рассказывал разные истории. — Привет, — начала Бетти. — Где Роберт? — Он дома, проходи, — Морин решила не сопротивляться, хотя стоило бы прогнать соперницу. Бетти нашла Роберта в комнате, где хранились пластинки; он сидел у окна в кресле и курил, явно о чём-то думая. Бетти бросила на него краткий взгляд, отмечая, что он сейчас похож на мрачного мятежного ангела, но отнюдь не на потерянного человека, убитого горем. — Привет, — сказала она, доставая из сумки бутылку вина. — Led Zeppelin больше нет, — вымученно ответил он. — Выпьем? — Роберт промолчал, а Бетти принялась распечатывать бутылку, до сих пор не понимая, что происходит на самом деле. Когда-то для неё музыка группы была смыслом всей жизни, способом двигаться вперёд, мечтой, к которой надо стремиться. И теперь всего этого не было. И никто толком не знает, что с этим делать. Бетти видела, каким потерянным был Джимми. Для него группа была всем, и теперь все его мечты и чаяния обратились в пепел. Стоило бояться, что депрессия накроет Джимми, но почему-то Бетти была уверена в том, что он сможет избавиться от всех зависимостей и продолжить творчество. Джонси, казалось, был полон оптимизма. Он тоже любил группу, но с другой стороны, он был готов начать тихую жизнь с женой и дочерьми, где будет место и музыке, разумеется. Бетти провела у Джонси дома два дня и после этого отправилась к Роберту. — Конечно, только тут нет стаканов, — спустя какое-то время сказал Робби. — Можно из горла, — предложила Бетти. — Раньше же как-то пили. — Хорошо, — Робби легко улыбнулся. Бетти села на пол перед креслом, держа в руках откупоренную бутылку. — Взяла некрепкое, потому что думала… — Я буду опять топить горе в вине? — закончил он за неё — она просто кивнула. — Нет, я не буду этого делать. Всё же это не выход. Просто я потерян, смущён, сломлен и очень злюсь на Джона. Он не должен был столько пить. Он не должен был так поступать со всеми нами. — Я знаю, — она дотронулась до его руки. — Но многое уже не вернуть. — Только ты меня не оставляй сейчас, — он взял её руку и прикоснулся губами к ладони. — Я останусь тут дней на пять, — просто ответила она. Бетти поднялась с пола. Она обняла Роберта — его руки сомкнулись у неё на пояснице. В этом жесте снова было столько нежности и интимности. Бетти стала пальцами трепать его светлые кудри, как мать, пытающаяся утешить ребенка, ободравшего коленки в пылу игры. Роберт ничего не говорил, просто слушал дыхание Бетти, ощущая, как спокойствие начинает разливаться в его душе. — Ты слышишь меня? — он отвлек её от раздумий. — Мы решили распустить группу. Джона не заменить. Пока это секрет и точно ничего не решено. Но я не буду продолжать петь в группе без Джона. Ребячество закончилось. — Я знаю, — прошептала она, глядя в его глаза. — Его никто не заменит. Вы теперь — вечность. — Бэтс… — Роберт сжал её руку. — Это точно не проклятье? — Это просто жизнь, — ответила она, проведя ладонью по золотым кудрям. — Я рада, что вы так решили. Вы настоящие друзья и настоящие музыканты. — Мы не говорили об этом, но кажется, что ответ очевидный, — Роберт вздохнул. — Что бы ты ни делал дальше, чтобы ты ни решил, я тебя поддержу во всём, — Бетти наклонилась к Роберту, чтобы поцеловать его в губы. — Надо идти, а то потом опять Ширли будет промывать Морин мозги. Хотя я сказал ей держаться от тебя подальше, — Роберт встал. — Я рад, что ты тут. — Ты же понимаешь, что между нами ничего здесь не будет? — Нет, мне, конечно, очень нравится трахать тебя, но это не самое главное, — он шлепнул её по ягодице. — Я могу просто быть рядом с тобой, пусть во мне всё и кипит от страсти. — Ты уверен, что выдержишь? — подколола она его. — Думаю, что да.

***

Морин пусть и подозревала о том, что дело тут нечисто, но промолчала. Ей было проще отрицать очевидный факт, который был заметен многим, чем признать это. Бетти и Роберт очень странно смотрели друг на друга, их улыбки были полны света, а шутки — понимания. Роберт говорил с Бетти тихо и очень мягко, а она отвечала ему порой пусть и колко, но не едко. Трудно было сказать, что именно всё это значило, но Ширли уже принялась твердить, будто между этими двумя страстный роман. Но Морин решила не верить словам сестры. Ей пришлось принять тот факт, что Роберт и Бетти, отправившись к Пат, останутся там практически наедине и между ними может случиться всё, что угодно. Наверное, надо прислушаться к советам подруг и наконец завести себе любовника — может быть, тогда Роберт поймёт, что теряет. Но Морин хотела быть честной хотя бы перед самой собой. Бетти и Роберт уехали к Пат и её детям рано утром. Бетти была одета в простое серое пальто в клеточку и джинсы; на лице её не было ни грамма косметики, но глаза сияли так, словно ей сделали предложение руки и сердца. Морин даже заметила это, когда отдавала корзинку с пирожками для детей. Роберт же пусть и старался скрывать свою улыбку, но было видно, как он за один день скинул с себя груз всех тревог и сожалений. Ширли тоже это заметила и уже собралась было сказать что-то про Бетти, но промолчала. Роберт и Бетти решили съездить на могилу Бонзо и побыть там немного, а потом провести день у Пат, и только утром вернуться в Дженнингс Фарм. Конечно, они понимали, что не смогут всё время оставаться наедине, но кажется, это их не заботило. — Что ты улыбаешься? — спросила Бетти, когда они отъехали от дома. — Скоро узнаешь, — Роберт улыбнулся. — Ты что задумал? — она толкнула его в плечо. — Говори! — Я же сказал — скоро узнаешь, — Бетти нахмурилась в ответ, но ничего не сказала. — Терпение, мой друг. Только терпение. Минут пять спустя, когда Дженнингс Фарм остался позади, Роберт остановил машину. Бетти непонимающе посмотрела на него. Он потянулся к ней и поцеловал в губы. Она ответила ему и схватилась за лацканы его куртки, ощущая, как кружится голова. — Нас могут увидеть, — прошептала Бетти. «Ленд-ровер» стоял под старым раскидистым дубом, а водители проезжающих мимо машин совсем не обращали ни них внимания. — Робби… Робби… — Я подумал, что взорвусь, если не трахну тебя хотя бы разочек, — он провел пальцами по её щеке. — Что же ты делаешь со мной? Что ты каждый раз вытворишь надо мной? — Робби… — она прикусила губу, а потом потянулась к его ширинке. — А кто говорил, что ты выдержишь? Он позволил ей быть агрессивной, словно голодной кошке, которой довелось наконец-то поесть. Роберт сжимал волосы Бетти, пока её губы выделывали нечто невообразимое; он понимал, что у неё потом будет весьма потрепанный вид, но ему было безумно хорошо, как и всегда, когда это случалось. Спустя некоторое время он перетянул её на себя. Бетти обняла Роберта за шею, глядя ему в глаза. — Ты не могла надеть юбку? — спросил он. — Нет, не могла, — она поцеловала его в губы. — Давай как обычно. Мы же делали это уже много раз. — Ты точно чокнутая, — он легко засмеялся. — Ты тоже, — она прикусила мочку его уха. — Тебе нельзя общаться со мной… — Я давно не приличный мальчик. Давай уже, — он засунул руку в её джинсы. Кажется, время перестало существовать, всё замерло вокруг в этой страсти, что плескалась между ними, словно бушующий океан. Роберт очнулся лишь много минут спустя, ощущая некоторое облегчение и удовлетворение. Он отнял Бетти от себя и, посмотрев в её глаза, увидел в них некую усталость. Он провёл пальцами по её губам и подбородку. — Сейчас приведём себя в приличный вид и поедем, — Бетти рассмеялась в ответ. — Знаешь, мы как два сексоголика — нашли друг друга, — она пересела на пассажирское кресло. — Нам нельзя быть тайными любовниками, иначе просто спалимся. Однажды все узнают о нас с тобой. — То есть с Фредди тебе удавалось столько лет шифроваться, а со мной не получится? — он протянул ей салфетку. — Нет, просто ты слишком быстро потерял ощущение реальности. А со всеми любовниками это случается, но только не через полгода. Не давай поводов Морин, потому что при разводе ты будешь виновной стороной, и тогда тебя будут ждать большие алименты, ограниченное время свиданий с детьми и делёжка всей твоей собственности. Не превращай жену в ревнивую злобную бабу. На могиле Джона они молчали, держась за руки. Роберт помнил, что сказал Джон в день своей смерти. Он просил держаться за Бетти, как за спасательный круг, но не переставать любить своих детей. Роберт и не хотел оставлять Кармен и Логана, но страстно желал проводить всё время с Бетти. Те недели, что они не виделись, он скучал без неё. А сейчас не смог отказаться от её опутывающей близости и приятного общества. К Пат они приехали ещё до обеда. Она встретила их радушно, а Зои и Джейсон снова не отходили от Роберта. Бетти старалась быть незаметной, но не получалось: каждый раз, как они с Робертом оказывались на одной территории, их словно магнитом тянуло друг к другу. — Я вижу, что между вами творится, — сказала Пат вечером. — То, чего так боялась Морин, всё же случилось… — Ну… — Бетти не знала, что и ответить. — Я уже ничего не могу поделать с собой. Я знаю, что рушу их брак, но просто я понимаю: по сути, его давно уже нет. — Да, не все могут пережить смерть ребёнка, — согласилась Пат. — На дне рождения Планти я видела, как они с Морин общались. Между ними вроде бы всё хорошо, но у каждого в душе сидит своя заноза. Кажется, что у Роберта она больше и глубже. — Так и есть, — Бетти смущено посмотрела на свои носки. — Я очень люблю Робби, но не готова принять его жертву. Всё должно произойти само собой. — Наверное, ты поступаешь правильно. Ладно, я пойду спать. Спокойной ночи. Бетти поняла этот сигнал. Пат, конечно, знала о том, что и её муж не был святым и вообще, чем все музыканты занимаются на досуге, но она была явно не из тех, кто принимает измены как они есть. Однако она позволила сегодня Бетти спать с Робертом. Войдя в комнату, он бросил на неё смущённый взгляд, но не стал прогонять. Бетти спустила лямки сорочки, и Робби обнял её, целуя в изгиб шеи. Они старались быть тихими, сдерживая все свои эмоции, осторожно двигаясь, растворяясь в нежной и длительной любви, скидывая с себя тем самым весь груз обязательств. Роберт зажимал рот Бетти, она ему, а потом они снова погружались в чувственный террор, как часто называл это Фредди, потому что в последнее время не любил подобное. Но сейчас Бетти можно было просто забыть обо всём, а потом заснуть в объятьях Роберта, ощущая тепло его тела. — Надо ехать домой, — начал он утром. — У меня осталось ещё три дня, а потом мне придётся вернуться в Лондон, — Бетти, завернувшись в простыню, встала с кровати. — Но скоро у Эбс свадьба. — Теперь я могу туда поехать, — Роберт растянулся на кровати. — Да, но там будет и Фредди. — Я найду способ украсть тебя у всех, — он взял её за руку. — Я же говорил, что если ты будешь моей, то никто больше мне не будет нужен. — Роберт Энтони Плант, я слишком хорошо тебя знаю: ты не будешь долго оставаться в отношениях только со мной. А как же все эти тренажеры для разрядки? Рано или поздно ты поедешь в тур, и там будет всё как обычно. Но я давно уже приняла твою блудливую натуру. Тебя только кастрация исправит. — Пошли завтракать, — предложил он. — Вот видишь, ты меняешь тему, а значит, я права, — Бетти потянулась к своей одежде. — Что, тяжело дружка держать в штанах? Оттого ты и сказал, что смиришься с моей неверностью, чтобы у тебя было хоть какое-то оправдание. Морин встретила Роберта и Бетти, снова отмечая в них перемены. Они старались держаться отстранённо друг от друга, но всё равно многое продолжало их выдавать. Под конец вечера Морин не выдержала и спросила у Роберта, когда Бетти уедет и что вообще между ними творится на самом деле. Он всё отрицал, как и тогда, когда она застукала своего мужа со своей же сестрой. Бетти и Роберт пытались не выдавать себя. Они вели себя как обычно, и Морин вздохнула спокойно. Она расслабилась, тем более рядом с ней были девчонки. Мэгги и Кармен помогали ей во всём, а Логан крутился под ногами. Роберт старался помогать жене, а Бетти предпочла вообще не попадаться ей на глаза. На следующий день Роберт и Бетти взяли с собой детей и отправились гулять. Морин, как и в былые времена, была уверена, что ничего такого не случится. Дети были как щит от глупостей мужа или Бетти. Морин была спокойной, но почему-то Ширли снова заводила старую песню о том, что никто и ничто не остановит Бетти и она уведёт у них Роберта.

***

Роберт и Бетти наблюдали за детьми, сидя на камнях. Кармен как самая старшая руководила всеми, Мэгги же ей вторила, а Логану приходилось со всем соглашаться. Он бегал за сестрой и её подружкой, а девчонки весело смеялись. — Пойдём, — Роберт поднялся с камня и протянул руку Бетти. — Куда? — она непонимающе посмотрела на него. — Ну, потом узнаешь, — он хитро улыбнулся. Бетти вложила руку в его ладонь. Роберт рывком поднял её. Бетти догадалась, что задумал Роберт, но решила, что будет сдерживать себя. Но ей самой не терпелось ощутить его кожу под своими пальцами, его губы на своих ключицах, его ладони между своих ног, и власть в движениях, когда он был в ней. Бетти просто последовала за Робертом, надеясь, что с детьми ничего не случится. Кармен в свои двенадцать лет была очень благоразумной девочкой, и можно было предположить, что она присмотрит за всеми. Они прошли в загон, где у Джона были лошади. Бетти тихо засмеялась, понимая, что сейчас у Робби на уме. Она обняла его за шею, позволяя увлечь себя на стог сена, ещё пахнущего свежестью и летом. Сегодня она была одета в длинное голубое шерстяное платье. Роберт провёл ладонью по её ногам в грубых плотных чулках, ощущая, что более не может ждать. — Ну же, ковбой, давай уже, — потребовала Бетти, протягивая руку к его ширинке. — Как быстро ты возбуждаешься, даже не надо разогревать тебя, — отметил Роберт и одним резким движением вошёл в неё, ощутив, как она вздрогнула, подаваясь к нему всем телом. Это было греховно и неправильно. Но Роберту было тяжело сдерживать свои желания. Он всё время думал о Бетти, даже тогда, когда лежал ночью рядом с Морин. Жена, конечно, проявляла себя, словно пытаясь доказать, что только с ней ему может быть хорошо. Но сейчас, входя в Бетти, он ощущал себя на седьмом небе от счастья, пусть всё и происходило сумбурно и грубо. Да, не надо было на своей же земле, под носом у жены спать с Бетти. Но как сдержать себя, когда она прикусывает губу и смотрит на него так, что можно продать всё на свете? Бетти обняла Роберта за шею, а ногами обвила его бёдра, прикусив его нижнюю губу. Он снова был опутан её телом, ощущая, как она дрожит его в объятьях. Конечно, не стоило идти на подобную авантюру, но всё же оказалось так сложно отказаться от искушения. Они ничего не видели и не слышали, утопая в своих ощущениях. Не видели, как Кармен краем глаза наблюдала за происходящим, почему-то испытывая некое облегчение. Девочки в школе постоянно твердили о сексе, хотя большинство даже не понимало, о чём именно они говорят. Но Кармен знала, о чём постоянно шепчутся, если это касается её отца. Многие хотели бы провести с ним ночь, но ей претила эта мысль, и тут она увидела, как Бетти и отец возятся в стогу сена. Как нога, обтянутая чёрным шерстяным чулком, скользит по бедру мужчины. Как тонкая женская рука сначала мнёт свитер папы, а потом обессилено падает рядом, словно срезанный цветок. Как всё между ними затихло, а потом, когда Кармен снова смогла вернуться к своим наблюдениям, увидела, как они сидели рядом. Бетти положила голову на плечо отца, а он сжал её руку, нащупав на запястье один из браслетов, что подарил ей. — Иногда я с тобой становлюсь животным, — Бетти засмеялась в ответ. — Ну, мне нравится, когда мужчины бывают такими. Хотя долгие ночи, полные исступления, мне тоже нравятся. Но только с тобой, — она посмотрела на него, и он стал вытаскивать соломинки из её волос. — Не задабривай меня, — он широко улыбнулся. — Это моя фраза, — она ткнула его локтем в бок. — Тебя надо постоянно хвалить и чесать за ушком. Я это уже давно поняла. Но если быть откровенной, то ты самый лучший на свете любовник. — Ты просто ещё других не пробовала, — Роберт вздохнул. — А ты разрешаешь? — в голосе Бетти не было никакой серьёзности. — Не разрешаю, но кто ж тебя свяжет по рукам и ногам, — она снова положила голову к нему на плечо, и облако тёмных волос рассыпалось по её спине. — Мне вообще надо молиться на Джимми за то, что он уговорил тебя… — Вступить с тобой в прелюбодейскую связь? — Тогда я самый счастливый грешник на свете, — Роберт засмеялся. — Пойдём, а то нас потеряют. — Ты просто влюблённый дурак. — От такой же влюблённой дурочки слышу, — он поцеловал её в губы. — Пойдём. Кармен одновременно была рада увиденному и в то же время в чём-то нет. Ей очень нравилась Бетти. Она поражала девочку своей открытостью, силой духа и конечно, талантами. Да, ещё в начале года она подозревала, будто у отца и Бетти есть чувства. Но тогда всё казалось какой-то сказкой. Конечно, Кармен было больно оттого, что брак родителей разладился. Она всё замечала и всё понимала. Однажды услышала, как Ширли и мама обсуждали Бетти. Ширли называла её вертихвосткой, неспособной на сострадание. Мама даже не пыталась защищать Бетти, как это было раньше. И вот сейчас стало понятно почему. Её отец и Бетти тайно ото всех встречались. Трудно сказать, сколько времени, но это точно длилось не одну неделю. — Кстати, где мама с дядей Робертом? — спросила Мэгги. — Они вместе ушли. Просто они жених и невеста! — зачем-то сказала Кармен. — Моя мама любит папу, — Мэгги топнула ногой. — Да ладно, я пошутила. Кармен понимала, что Мэгги куда сложнее принять подобное в отличие от неё, и решила, что больше не будет говорить об этом. В любом случае вечно так продолжаться не может. Кармен была в этом уверена. За ужином Морин заметила соломинки в волосах Роберта, а потом Мэгги вытащила одну из облака волос Бетти. Никто ничего не сказал, но в душу Морин закрались сомнения: она боялась себе признаться в том, что прямо под её крышей Бетти и её муж только и делали, что занимались сексом как кролики. Она боялась принять эту простую и уже очевидную истину. Господи, с Кат всегда было легко и понятно. Она просто существовала. Когда Морин узнала про неё, то позвонила ей и они договорились о том, как будут делить Роберта. Морин проще было смириться с тем, что где-то в Америке муж не станет шляться по девкам из-за наличия постоянной подружки, чем принять толпу безумных фанаток, готовых провести хоть одну ночь с Робертом. Но теперь всё было иначе. Бетти не жила в Америке. Её дом находится в Лондоне, на одной улице с Джимми. Она постоянно моталась по всему свету и могла встретиться с Робби где угодно. У неё совсем другой характер, а ещё только она была способна вразумить Роберта. Не надо забывать: именно Бетти оттащила его от края, подарив ему ещё один шанс. И теперь Морин подозревала, что муж не уходил от неё только из-за Бетти, вернее, это она ему наказала не оставлять детей. Стоило бы ей сказать «спасибо», но Морин не могла этого сделать. Гордость не позволяла. Однажды она захочет её мужа, и тогда его ничего не удержит. Но Бетти могла просто наиграться, а потом бросить Роберта. С утра они с Ширли поехали по магазинам. Бетти обещала уехать вечером, и Морин хотела устроить ужин, чтобы проводить соперницу, надеясь, что никогда больше её не увидит. Обычно она отправляла Роберта по магазинам, пусть он и ненавидел это занятие, но сегодня решила сама это сделать. Когда они с сестрой вернулись, то Ширли отправилась к Джону, а Морин пошла в дом. Дети сейчас носились по улице, а Бетти или Роберта не было видно. Она услышала голоса на кухне, и, тихо поставив сумки, пошла посмотреть, чем они там заняты. Роберт сидел на деревянном стуле, который дети обычно использовали, чтобы дотянуться до верхних полок кухонных шкафов, а Бетти стояла между его ног. Его руки покоились на её ягодицах, а она путалась пальцами в его волосах. Морин сглотнула, увидев это. — Чем бы ты ни занялся дальше, ты всегда можешь мне позвонить и сказать: «О, Бетти, сделай для меня видео», — Роберт рассмеялся в ответ. — Ты не любишь, когда тебе навязывают музыку, — напомнил он. — Но всё не могу отделаться от мысли, что я такой особенный. Единственный и неповторимый. — Ты всегда был таким для меня. Помню, как услышала твой голос впервые, и меня прошибло так, что и сейчас за твои первобытные завывания я бы всё отдала, — Роберт снова тихо засмеялся. — Так отдай, — попросил он. — Уже это сделала. — Со мной всё будет хорошо, — спустя некоторое время произнёс Робби. — Я знаю, — выдохнула Бетти. — Иначе я не была такой спокойной. Я знаю, что ты больше не будешь тонуть. Он прижался головой к её животу, а Бетти сцепила руки у него на затылке. Они ничего не говорили друг другу, и Морин уже начала искать в этих объятьях тайные знаки. — Только не оставляй меня, — вдруг произнес Роберт, глядя Бетти в глаза. — Я всегда рядом, — прошептала она. — Что ж, мне надо идти. Я обещал детям сводить их к реке, иначе опять девчонки будут дуться, — Роберт поднялся, продолжая обнимать Бетти. — Пока я снова не поддался соблазну, лучше разойтись по углам. — Робби! — Бетти засмеялась. — Если всё и дальше так будет продолжаться, то ты точно получишь звание самого худшего любовника. — Отчего же? Не у меня за пять минут становятся влажными трусики, — она ударила его за это по плечу. — А что, я говорю так, как есть. — Потому что нельзя терять ощущение реальности, — он отпустил её. — У меня это уже плохо получается, — они продолжили смеяться. — Я вижу это. — Научишь меня держать себя в руках? — Я сама только и думаю, как буду делать это с тобой, — она принялась что-то шептать ему на ухо. — Оттого так быстро мокну. Такого у меня ещё ни с кем не было. Так было и до того, как я отдалась тебе. — Я вообще-то это знаю, — Роберт улыбался. — Но я же вроде рыцарь, а им не положено брать благородных дам без их желания. Нет, мне надо идти, пока я не натворил ошибок. Морин испытала облегчение, когда вечером за Бетти приехала машина. Этой женщины стало слишком много в их жизни, да и почти не осталось сомнений в том, что сказал когда-то Ричи. Но Морин была уверена, что Робби скоро перегорит и в итоге он всё равно останется с ней. Бетти всего лишь увлечение, мечта, способ похвастаться перед всеми. Морин слишком хорошо знала мужа и понимала, что для него есть нечто важное и значимое — семья, а Бетти всего лишь красивая игрушка, пусть она и очень умная и гордая. Да, она спустя какое-то время сдалась ему, но это ничего не значит. Всего лишь секс, какого у Роберта на стороне было много, но почему же тогда ей было так больно? Морин пыталась утешить себя, но у неё получалось с трудом. Пусть эта женщина исчезнет из их жизни уже навсегда. В тот вечер Бетти и Роберт долго прощались на улице. Кармен, прильнув к окну своей спальни, не заметила, как Ширли встала рядом. Они и раньше видели, как Роберт целовал Бетти на пороге их дома. Но сейчас что-то изменилось. Мэгги устала и уснула, поэтому она ничего не видела. Водитель Бетти явно знал, что надо держать рот на замке. Кармен же наблюдала за тем, как парочка, осиянная тусклым светом фонаря, что-то говорила другу. Рука отца лежала на талии Бетти, а вторая касалась её лица и волос. Бетти же всё время улыбалась. — Вот же ведьма, — прошептала Ширли. — Ну и скатертью ей дорога. — По-моему, они просто любят друг друга, — сделала вывод девочка. — Кармен! Ты не должна говорить так и мыслей подобных допускать, — Ширли чуть не задохнулась от возмущения, когда увидела, как Роберт целует Бетти в губы. — Я знаю, что мне должно быть больно от этого, но я понимаю, что у мамы с папой всё стало плохо после смерти Карака. И я вижу, что папа сияет как новый пенс, когда смотрит на Бетти. А я хочу, чтобы он был счастлив. — И это она виновата! — Нет, — отрезала Кармен. Бетти уже села в машину, Роберт продолжал ей что-то говорить. — Бетти не виновата в том, что сломалось. Никто не виноват. Ширли ничего не сказала в ответ. Во всей этой ситуации трудно было принять тот факт, что творилось на самом деле. Когда дом покинула любовь, уже ничего не поможет склеить разбитое.

***

Свадьба Эбони состоялась в старом поместье Этерри-Холл, который сняли для молодоженов и гостей на три дня. Гостей было много, хотя не все смогли приехать на торжество. Невеста уже была беременной, пусть платье и делало это менее заметным, а жених, врач Бетти, не скрывал, как был счастлив. Все думали, что из-за этого между подругами наступит разлад, но Бетти не страдала приступами эгоизма, понимая, что у всех должна быть своя жизнь и мир не вращается вокруг неё. Они с Фредди в тот вечер держались вместе, пусть все и не упускали случая ей напомнить, что Роберт тоже здесь. Но Бетти держала себя в руках. Она предпочитала не давать никому повода сплетничать о них. После того, как Коул растрепал всему Лондону о происходящем за закрытыми дверями, прошло достаточно времени, и многие решили, что это всего лишь слухи. Но Бетти не собиралась никому давать поводов и сейчас. — Почему ты такая грустная? — спросила Эбони. — С чего ты взяла? — Бетти сделала глоток шампанского. — Но я же вижу. В последние пару лет с тобой что-то творится, — Эбони взяла её за руку. — Всё хорошо. Я, наоборот, счастливая, но грустная лишь в одном, — Эбони вопросительно вздёрнула бровь. — Просто я снова… — Ты что… — Эбони прикусила губу. — Ты встречаешься с кем-то ещё? С Робертом? Ты… — Да, и уже много месяцев, — согласилась Бетти, доставая сигареты. — Я не собираюсь забирать его у Морин… Просто ты знаешь, что я за то, чтобы мужчины сами принимали решения. — Да, — согласилась Эбони. — Но, Бетти… — В любом случае я решила плыть по течению. Всё должно решиться само собой. Не хочу никому делать больно, но я люблю Роберта. Бетти правда расстроилась, когда утром она увидела кровь, но потом решила, что ничего страшного в этом нет. Дети — это прекрасно, но если бы они с Робертом только вступали в жизнь, а за плечами не было бы других отношений, то можно было расстраиваться по этому поводу. Жизнь и так была слишком коротка, чтобы разбиваться на тысячу осколков по таким пустякам. Всему своё время. Бетти решила выйти в сад, чтобы подышать свежим воздухом, и вдруг ощутила, как кто-то обнял её сзади. Её ладони скользнули по рукам мужчины, натыкаясь на кольца и браслеты. — Пойдём куда-нибудь, — попросил он. — Я сегодня не могу, — она повернула к нему голову. Он промолчал, целуя её в губы. — Мы как обычно, — предложил он. — Ты неисправим, — она засмеялась. — Ты мне открыла чудесный способ занятия любовью, так что сама виновата. Бетти сегодня была облачена в простое серое платье с кружевной отделкой и туфли на высоком каблуке, и Робби казалось, что она устала бродить по поместью в этой обуви. Он хотел подхватить её на руки, но потом вспомнил, что тут много народу. Роберт взял Бетти за руку и повёл в глубину сада. Они встречали гостей на своём пути, но многие уже успели заложить за воротник, да и многим было всё равно, кто и куда шёл. Робби не боялся, что кто-то заложит его жене. Он давно стал к этому относиться проще. Морин знала: муж неверный, и принимала это много лет, а Роберт никогда ничего не признавал, пусть многое и было очевидно. Вот и сейчас он отрицал тот факт, что у него уже не первый месяц роман с Бетти. Когда лавина между ними стихла, Роберт поцеловал Бетти в висок. Она подняла на него глаза, убирая чёлку со лба и улыбнулась. — Мы нескоро увидимся, — сказала Бетти спустя несколько минут. — Я знаю, — он подал ей сигарету. — Но что поделать. Я не могу заставить тебя, чтобы твой мир вращался лишь только вокруг меня. — Ты вообще понимаешь, что тебя со мной не ждёт обычная жизнь? — она отдала сигарету Роберту. — Понимаю. Понимаю, что ты не станешь домашней наседкой, носящейся за выводком детишек. Понимаю, что жизнь в деревне — это не твоя мечта. Осознаю то, что ты не откажешься от шоу-бизнеса, пока двигаешься и способна удивлять всех. Знаю, какой у тебя непростой характер. Я всё понимаю. Я тоже не подарок и далеко не идеал. — Ну да, — согласилась она. — Ты бабник и порой ведёшь себя как нарцисс. — Но всё это вообще неважно. Бог создал тебя для меня, — она засмеялась. — Нет, это чистой воды правда. Бетти прильнула к Роберту. Они остались в старой беседке, просто слушая гул праздника. Робби уже давно понял, что пропал с этой женщиной, и ничего не мог с этим поделать. Ради неё стоило всё сломать и построить новое. Но пока он не был готов к этому, вернее, всё надо было делать на холодную голову.