Biopunk effect.

       Шепард неторопливо прогуливался по судну. Прогуливался, впрочем, ровно в той степени, в которой можно прогуливаться по металлическому монстру. Конечно, абсолютным злом Шепард пластик и металл не считал, однако тут дело личных предпочтений. Кому-то нравится кожа, кому-то деревянная отделка, а кому-то, как, очевидно, дизайнеру корабля, нравился голый металл. Отрываясь от деталей интерьера, полёт шёл хорошо, даже слишком хорошо для экспериментального судна… В такие моменты Кайден всегда звал Джона параноиком. Успокаивало пульс мужчины только одно: со слов капитана, в команде собрались при интереснейшие люди и единственное, что омрачало путешествие нормальным людям, к коим Джона не отнёс бы даже самый смелый летописец, так это цель полёта, а точнее причина, неизвестная причина, если быть точным, так вот это была весьма скользкая причина, щекочущая нервы исподтишка, такие причины обычно заманивали неловких юношей в дорогие бары и оставляли там с огромным чеком, чтобы позже разделить прибыль со своим любовником — барменом. И пусть наша причина была не столь бесстыдна, но она была той самой, из-за которой пробный вылет экспериментального судна проводился в системах термина, и не смотря на подобные корыстные действия, она по-прежнему скрывала от правительственного агента свою грязную порочную душу. Да и сам корабль, несмотря на красивое имя «Нормандия», данное посудине кривоязычным поэтом, вызывал у Джона неподдельное отвращение. Всё-таки, слишком много металла. И пусть ксенофобом Шепард себя не считал, но им, вне всяких сомнений, являлся. В этом корабле было слишком много инопланетных технологий и это вызывало мелкую дрожь. С самого начала путешествия он так и не посетил сортир, памятуя о тех историях с щупальцами и камерами, которые он слышал, будучи в регулярной армии… Шепард любил тихие человеческие корабли, где пахло жизнью, а не потом и кровью… и смертью, почему-то именно с великой леди у Джона ассоциировался металл. Он был далеко не самым верующим человекам, однако любил полагать, что на той стороне его ожидают чертоги леди Смерть из чёрного металла, или хотя бы деревенский домишко мрачного жнеца… Так вот, корабль. Сама по себе конструкция имела смысл… для Турианской империи. Для человечества же… Это был всего-навсего политический акт, по крайней мере, Джон делал ставку на это. Иначе, не осталось бы ни одной причины, не считать, что человечество катится в пучину всепоглощающей задницы. Корабли людей, в силу того, что строятся, по факту, практически без металла, не выделяют столько тепла, и им не требуется система маскировки, но корабли людей и не развивают таких скоростей. В любом случае, что Джон однозначно добавил бы на этот корабль, так это систему прямого подключения, но его, естественно, никто не спрашивал. Да и цвета корабля были какие-то ну очень унылые. Везде серый да синий, слишком Турианская расцветка… Ах, где те прекрасные времена, когда сотрудничество не достигало того уровня, на котором учёному, относящемуся к металлу и инопланетным технологиям с опасением, доверяли создание крайне неорганичной, не органической, уродливой и бесполезной технологии, в которую почти насильно надо вливать что-то интересное, продвинутое и полезное…        Экипаж этого корыта оставил Шепарда в смешанных чувствах. Синий, красный, зелёный, все цвета радуги смешались, открывая миру белый цвет полного шока. В основном команда состояла из вполне себе средненьких, обычных людей, которые ни к чему не стремились и не умели получать удовольствие от жизни. Совсем как куклы — болванчики, повинующиеся приказам кукловода. Они работали как часы, в нужный момент нажимая нужную кнопку, синхронно перекладывая листочки. На их фоне выделились: инженер, медик, капрал, капитан, пилот, лейтенант, ещё пара человек. Пожалуй, для целостности картины начать стоит с самого разумного из этих хоть сколько-то интересных людей. Инженер Адамс был в меру необычным человеком, можно сказать немного неадекватным, но приятным. Примерно как имбирный чай, с ним никогда не угадаешь. В нём может быть оптимальное количество имбиря — когда чай становится немного острым, но при этом не режет горло. Может быть слишком мало имбиря, когда лёгкий привкус лишь портит общие ощущения. Или, если вам совсем не повезло, имбиря будет пол чашки, тогда вы рискуете остаться один на один с отказывающим горлом и имбирём внутри него. Шепард встретил главного инженера при входе в машинное отделение. Наполненное голубым свечением и непрекращающимся гулом, оно позвякивало и потряхивало какими-то частями, о которых Джон надеялся никогда не узнать. Вскоре гул нашёл ответ в голове Шепарда, и начал словно вирус распространяться по мозгу. Облокотившись на стену Шепард закрыл глаза и потёр виски. Именно в этот момент кто-то надел ему на голову наушники, и всё стихло. — Так лучше? — Спросил потрескивающий голос из наушников, как будто — Да, определённо.- Джон распрямился. Перед глазами стояли разноцветные круги, но постепенно они отступали. — Будьте добры, В следующий раз, когда решите посетить машинное отделение, соблюдайте технику безопасности. — Добавил добрый, весёлый голос. Шепард повернул голову в сторону, где предположительно мог находиться его собеседник, чтобы увидеть невысокого коренастого мужчину, под кепкой которого пряталась лысая голова. Весёлые глаза мужчины своим задорным огоньком как будто грели, если не обжигали Джона. — Непременно. — Произнёс Джон расслабившись, только в этот момент осознав, что перед его лицом находился микрофон инопланетного производства. — А с кем имею честь? — Адмас. Грег Адамс. Я главный инженер. А вы, я полагаю… — Не высказанный вопрос повис в небольшой воздушной подушке между ушами Шепарда и наушниками. — Я Шепард. Джон Шепард. Почти как Константин, но Шепард. Честно скажу, я не совсем понимаю, кем я здесь являюсь…- Мужчины пожали руки. — Значит, знаменитый Шепард. — Инженер усмехнулся. — Не назвал бы себя знаменитым. По крайней мере миллионов на моём имени не заработать. — Шепард расстроенно вздохнул и перевёл взгляд с двигателя на пол. — И всё же, вы широко известны в узких кругах… Впрочем, вынужден не согласиться. У моей дочки на стене до сих пор висит вырезка с вашей фотографией из журнала моды… — Джон обречённо вздохнул -Я проиграл другу в карты… И он выбрал не обычный способ взимания платы. — Оправдался брюнет. — Да-да, я видел другие выпуски… Ваш друг жесток… Он заставил вас весь склад перемерить? — Предположил Инженер, глядя на то как его ассистент протоколирует показатели двигателей. — Он умер.- Без эмоционально ответил Джон. — Я полагаю, весь и даже то, что только вышло с конвейера? — Уточнил лысый мужчина. — Чуть не дошло до женских моделей. Впрочем, смерть его прискорбна. Я даже выбрал себе пару нарядов на будущее. — Хоть какая-то польза. Впрочем, эти журналы не так интересны, как те, что она спрятала под кровать. Очень креативная девочка. — С отеческой любовью задумался инженер. — Впрочем, содержание там, мягко говоря, ей не по возрасту. — Какое-такое содержание? — Внезапно разговор начал принимать весьма драматичные обороты. — Так, множество ваших обнажённых фотографий. Правда везде глаза закрыты… Зря, они у вас глубокие. — что — Ну…э… — что? — Сссссс…. Мээээ…. — Я когда-нибудь убью Кайдена, потом верну к жизни и убью заново… — То есть вы хотите сказать… — Да. Именно это я и имею ввиду. — Хахахахахаа… Инженер тихо рассмеялся. — Вы на удивление спокойно реагируете на человека, чьё лицо сверкало в эротическом журнале вашей юной дочери… — ХАХАХ… Прости, Джон, виноват… Хаах… Сейчас… Ну, нашёл я его больше года назад, а то и двух лет, в общем, она подросла и забрала журнал назад. Так что, всё нормально.- Джон прикрыл глаза и вздохнул.        Адамс, глава той самой злобной английской семейки, не в пустую учился в турианской академии, поэтому ладил с удивительной техникой, установленной на судне. Техникой, которая казалась Шепарду магией, подобно тому, как саларианцам или азари магией кажутся биотехнологии людей. И ладил с ней прекрасно, как скрипач и скрипка являются продолжениями друг друга, так Адамс и корабль были взаимно очарованы, не имея возможности друг от друга отказаться и друг друга покинуть. Когда инженер проводил рукой по приборной панели двигателя, в его глазах проскальзывала отеческая любовь, а двигатель отзывался тихим гулом. Шепард вполне мог понять такое отношение техника к кораблю. Адамс участвовал в создании судна, и, как сам Шепард со своими творениями, он наблюдал за его развития с самого зародыша, до здорового организма. Нормандия была для него словно ребёнок, совсем как для Джона его собственные эксперименты… Именно поэтому мужчина был уверен, что на этого инженера он может целиком и полностью положиться. Он знал столько, что если эта удивительная технология, двигатель чёрной дыры, развалится, то он просто соберёт новый из запчастей, насколько Джон понял из спутанного рассказа, Адамс входил в команду десяти лидеров проекта, этот двигатель придумавших. Не обошлось при знакомстве без спора о том, что всё-таки лучше. Металл или ткани. Победителя в споре не было, ровно как не было и проигравшего, это вообще взаимосвязанные вещи, как при отсутствии прилегающего катета, не может быть гипотетического отлегающего. Говоря другими словами, не смотря на то, что главное эта песня нравится моей маме, спор был весьма добрым и позитивным, нормальное общение, в конце которого оба посмеялись и пообещали в следующий раз удивить друг-друга чем-нибудь ещё. Адамс в целом, как показывал опыт, был далеко не самым злым и жестоким человеком, но и простачком назвать его язык бы не повернулся, можно сказать лишь что он был жутким добряком с ярко выраженными чертами социопата. В общем, с инженером мосты были наведены, что равносильно наличию здорового корабля. К тому же они понимали друг-друга и по учёнешески, и по солдатски. Адамс не был простым техником, иначе его не пригласили бы работать на военном судне, будь он хоть сотню раз создателем проекта. В обучение турианцев входит обязательная служба, а значит этот инженер умеет держать пушку в руках не хуже солдат человечества, а пушка эта видела бои…       После общения с инженером Шепард познакомился с медиком, братом по разуму, сказал бы Джон до знакомства, но само по себе знакомство было не из приятных экспериментов, и умудрилось оставить за собой целый коктейль спорных чувств. Впрочем, оставить плохие эмоции всяко лучше, чем не оставить эмоций вовсе, верно? Джон поднялся на лифте от машинного отсека в столовую, где несколько человек вкушали не самые изысканные блюда. «Да уж, судно явно военное… Даже слишком…», — подумал Джон без особой теплоты по отношению к армейскому госту. Недолго созерцав сию трапезу, Шепард наконец зашёл в медицинский отсек, который и отсеком-то назвать нельзя было, скорее нечто вроде кабинета школьной медсестры. Вдоль стены стоял стройный ряд шкафов, где на каждой полке пылились баночки с панацелином и обезболивающим. В стеклянных шкафчиках лежали хирургические инструменты и, тут Джон мысленно восславил бога, в которого он никогда не верил, человеческий мультитул, в выключенном состоянии напоминающий древесный куб, покрытый корой. По одному только взгляду на него можно было понять, сколько внимания уделялось уходу за этим устройством: кора местами осыпалась, где-то начал прорастать мох, в общем, за прибором не следили, а зря, с помощью него обычно можно было узнать довольно многое о состоянии больного. Койки для больных тоже не слишком радовали, но операционные столики явно были выполнены с любовью, на заказ. Над ними в воздухе парили древесные корни, то и дело завязываясь в узлы, сжимаясь и разрастаясь ещё больше. Именно так выглядела простейшая система жизнеобеспечения, позволяющая провести большую часть срочных операций, в том числе довольно сложных, как, например, пришивание руки, пусть и провести такую операцию с таким примитивным устройством мог только настоящий виртуоз, к примеру, Шепард предпочёл бы не рисковать. За пластиковым столом, прикрученным к стене прямо перед окном, открывавшим прекрасный вид на столовую, сидела не молодая женщина в самом расцвете сил, и билась эта женщина над турианским ноутбуком, когда в комнату вошёл Шепард. Отреагировав на скрежет металлических дверей, мадам оттолкнулась от стены, на своём кресле откатилась в центр кабинета и недоумённо уставилась на Джона. — Кхм- Шепард не нашёл слов — Кхм? — Слегка раздражённо переспросила доктор.- Вы хотите сказать, что у вас кашель? — Эээээ? — Джон всё ещё пребывал в некотором шоке от помещения, да и сама доктор несколько повергали в шок. — А, то есть тупость- женщина причмокнула влажными розовыми губами.- Говорят солдаты, особенно те, что по глупее, очень хороши в этом… Может, ты хочешь стать моим сладким мальчиком? — Доктор приподнялась с кресла, и наклонилась к Шепарду, открывая вид на глубокий вырез, явно противоречащий уставу, впрочем, Джон и сам не вполне ему соответствовал… — Мэм, добрый день. Проблем с умственным здоровьем у меня нет, ровно, как и с физическим. — Обрезал Джон речь женщины. — Очень жаль.- Доктор села обратно в кресло и уткнула указательные пальцы друг в друга. — Вы довольно симпатичный. — Благодарю. — Сухо ответил Джон.  — Ну-ну, не надо так, дорогуша, не стоит ссориться с тем, кто будет тебя зашивать.- Женщина усмехнулась, и двумя пальцами правой руки обхатила средний палец левой ладони. — А то в процессе могут случайно не то отрезать.- Джон промолчал.- А теперь будь хорошим мальчиком, и скажи зачем ты пришёл. — Доктор, я ассистент капитана и способен сам себя подлатать, я хочу получше познакомиться с командой. — Быстро произнёс Шепард. — Милашка, а какой стеснительный… — Джон мысленно ударил себя по лицу. — Назовите себя. Пожалуйста. — Хороший мальчик… За такие манеры ты заслужил награду. Моё имя? Карин. Карин чаквас. — Женщина улыбнулась.       Доктор Чаквас была весьма противоречивой личностью, напоминающей чем-то пёсика. Она, подобно самый обычной дворовой шафке пыталась показать свою мощь, свой авторитет, но когда ей не удалось задавить авторитетом, и она поняла, что ей ничего не грозит, она перевернулась на спину и показала Джону живот. В начале она пыталась своими познаниями, лично придуманными и используемыми модификациями, но, как только поняла, что собеседник разбирается в человеческом устройстве не хуже (а в целом — лучше) неё самой, стушевалась и вовсе потеряла интерес к разговору. Зачем-то стала выставлять себя напоказ, хвастаться своей уже немолодой внешностью, от чего Шепард подумал, что она и не медик вовсе, а это была дурацкая шутка. Оскорбление гордому званию медиков империи. Тем не менее, в её черты сложно было не вглядываться, когда она так их выставляла. «Очевидно, в юности Чаквас многое сделала для достижения красоты, вероятно, никогда не хотела становится врачом. Её волосы были окрашены и аккуратно уложены, на лице ни морщинки, очевидно она перенесла пластические операции, или какие-то генетические модификации для достижения такого эффекта молодости. Оранжевая блестящая помада неестественно смотрится на бледной коже. Узкие плечи, гладкая, нежная кожа везде, где кожу видно. Крупная грудь… Никогда не разбирался в размерах груди. И зачем этот вырез? Широкие бёдра, сексуальная поза. Зачем она приняла её. Мы ведь всего мгновение назад говорили о медицине…» — размышлял Шепард. Обескураженный Джон, не желая сказать доктору ничего лишнего, поспешил сбежать из медицинского отсека. О возможных причинах подобного поведения доктора Карин Чаквас Шепард ещё успеет поразмышлять (не стоит обманываться, размышления эти ни к чему не приведут), да и досье её, если Андерсон позволит, прочтёт…        Шепард был немало удивлён новым назначением Кайдена, его Кайдена! Что же он будет делать без своего верного друга? К тому же, Аленко, очевидно, тоже был удивлён, поэтому Шепард решил навестить его. Долго искать не пришлось, он был совсем рядом с мед отсеком. Невысокий коренастый брюнет стоял, облокотившись на стену. Циничным взглядом биотик оценивал состояние корабля, игнорируя присутствие людей в столовой. — Вижу, от твоего разочарованного взгляда не укроется ни единая мелочь… — Честно говоря, сам корабль выглядит как одно сплошное недоразумение. — Хочешь сказать, сто он как манная каша? — Скорее гречневая. Уродливая машина, а её недостатки крупны и ярко выражены. — Скептик как всегда — Мне кажется, ты похож на главного ксенофоба в империи куда больше чем я — Ты знаешь, я просто предпочитаю простые корабли… Растения, всё такое… А не вот это вот всё. — И азари. — Что азари? — Ты не любишь азари. — Кто в нашей вселенной вообще не любит азари? — Ты их не любишь. — Высказывание в крайней мере справедливое — Я знаю. — И всё же, что именно тебе не нравится? — Кок, команда, доктор, пилот, капитан, задание, двигатель, обшивка, дизайн… — Я понял, понял… — Угу… — Кстати, ты не знаешь, откуда в неприличных журналах мои голые фотографии? — Даже не предполагаю… — Ну и мудак же ты порой… — Мне нужны были деньги. — Кайден пожал плечами…        " Такого друга как Кайден ещё поискать надо!» — внутренне радовался Шепард, разговаривая с уже не своим, подчинённым. " Я тут переживаю, как ему на новом месте. А он волнуется за меня. Ну, так, вроде, дружба и работает. Неплохо, это приятно. Кайдену будет хорошо здесь. Надо ведь и от меня иногда отдыхать. Ему всегда доставалось больше чем другим… Он успокаивал меня, когда я эпичнейше проваливался… Брал весь удар на себя» — Шепард не понимал, как эти мысли умудрились настичь его только сейчас. Или почему уже сейчас? Ведь с тех пор, как лейтенант Аленко перешёл под командование капитана Андерсона не прошло и суток… Пристыженный Шепард поспешил прогнать эти мысли, а когда не вышло он спешно покинули их, и недоумевающего Кайдена. Четвёртая интересная для беседы личность поджидала в боевом информационном центре. Капрал Дженкинс. Солдат полный Энтузиазма, горящий идеей, всюду ищущий приключения. Таких много, но он определённо был интересней многих на этом корабле… Поболтав с ним десять минут и дав пару советов, Шепард пошёл дальше.       Капитан Андерсон был для Шепарда человеком знаковым. Джон впервые пошёл в бой под его началом, впервые убил под его началом, начал учиться контролировать себя под его началом… Словами не передать как Шепард благодарен ему за все открывшиеся возможности. — Капитан… — Ах, Джон, день добрый.- Капитан отвлёкся от турианского планшета с ОЧЕНЬ важными данными и перевёл взгляд на подчинённого. — И вам здравствуйте. Выражаю крайнюю радость за вас, ваше новое назначение, и вот эту вот посудину. — Ну почему же посудину? Вполне себе корабль. — Да какой там… Всё в метале — Эхх… Ксенофоб ты, Шепард. –Устало вздохнул Андерсон. — Ну почему же… Мне очень нравятся кварианцы… Кхм, кварианкИ… — И бабник… Вообще, голова у тебя ветреная. — Не без этого… Ну, просто я ставлю под сомнение рациональность моногамии в современных реалиях. — Все ставят под сомнение, а ты купи слона. — Простите, что? — Ладно… В общем, держаться надо, а не как ты… — У меня даже девушки нет — У тебя есть сестра — У меня НЕТ сестры — Но ведь… — Нет, нет у меня сестры. — А…? — Нет. Нет. И нет. — Ладно… — Вот и хорошо. — И как постройка сферы? — Я ненавижу её — Это многое объясняет. — Пожалуй. — Не представляю, почему её впарили тебе. — Я тоже не представляю. — Ну, судя по отчётам, сделал добротно. — Ну, я постарался. — Я рад, а-то энтузиастом тебя точно не назовёшь.        Потом обсуждали старые деньки, рассуждали о том, чего ждать от службы на этом корабле. Полчаса спустя распрощались. Шепард пошёл в самую главную точку корабля — к пилоту.       Кайден уже был там, на месте второго пилота. Пилотом же была довольно молода, лет двадцати пяти. Может быть чуть больше. Шепард не мог точно определить. Она была всецело сосредоточена на управлении кораблём, но в то же время расслаблена, перекидывалась язвительными фразами с Кайденом. Шепарда опять стыд взял: «От меня понабрался…». — Кайден, дай девушке продохнуть спокойно. — Усмехнулся Шепард. — Дыхание не язык, помешать ему довольно сложно… — Девушка пожала плечами. — Хотя, можно попробовать…- По лбу женщины скатилась капля пота, когда она на предельной возможной скорости миновала очередной кусок космического мусора. — Вижу, нашему Джону ты отвечаешь не так бойко, как мне — Вставил Кайден. — Сам попробуй парировать нечто адресованное другому человеку. Это скорее были мысли в слух с ироничным подтекстом. — Ответила девушка не отвлекаясь от пилотирования. — Я вижу наш пилот весьма эрудирован. Совсем не похож на наших прошлых пилотов, верно? — Джон опёрся на кресло Кайдена. — Ты про тех военных амбалов которые нас порой подвозили в наш медовый месяц? — Задал Кайден саркастичный вопрос. — Да-да, про них.- ответил непринуждённо Шепард. — Мальчики, вы слишком увлекаетесь. — Нет, думаю всё-таки нечто схожее есть. — Он сравнил меня с потным дальнобойщиком? — Она сравнила армию с дальнобойщиками.- Посыпались на Шепарда вопросы — Да. — Да? — в унисон переспросили собеседники мужчины. — Да.- удручённо повторил Шепард.       Кайден и пилот продолжали язвительно беседовать. Порой и он вступал в разговор. В основном, чтобы поддержать девушку. Не потому, что действительно хотел поддержать её., а потому, что вредность не позволяла ему поддержать Аленко. Джиневра Морро, так звали девушку. Она обладала незаурядным чувством юмора и довольно эрудирована. В общем- личность интересная. Джон как-раз размышлял над этим, когда голос капитана Андерсона вызвал его в комнату совещаний и голографической связи. «Голографическая связь… Очередное противное нововведение, система людей, видоизменяющиеся клоны с прямым телепатическим мостом заметно лучше, по крайней мере, они создают эффект живого общения…» — размышлял Шепард на пути к тому самому залу, вполуха слушая слухи о СПЕКТРе на борту. В зале совещаний он встретил, как ни странно, СПЕКТРа. Найлус Крайк. Джон много о нём слышал… — Шепард, я хотел с вами поговорить. — Так говорите, я не против.- Джон пожал плечами — Что вы думаете об Иден Прайм, конечной точке нашего маршрута? — Шепард никак не мог понять, к чему ведёт турианец. — Слышал там красивые закаты. Успешно применённая технология терраформирования на маленьком участке. К сожалению, слишком много ресурсов ушло на это. — Но это ведь не просто планета.- Доискивался Найлус.- Это для вас, землян, настоящий символ. Прекрасная колония на границе ваших территорий. Доказательство того, что колонии вы можете не только создавать, но и защищать. — Защищать. Символ? — Шепард рассмеялся, что несколько смутило СПЕКТРа.- Да у нас таких символов предостаточно.- Джон нахмурился. -Так или иначе, пора рассказать капитану об истинной цели нашего путешествия. Вы ведь не думали, что это простая прогулка? — Вошёл Андерсон. -Ну конечно, кто бы стал звать меня ради прогулки. Да и СПЕКТРа в придачу.- Джон развёл руками. — Да. Нам нужно вывести с Иден Прайма невероятной ценности объект — действующий протеанский маяк. Я полагаю, вы знаете что это значит…- Произнёс Дэвид — Естественно…- Шепард ухмыльнулся. -Это ещё не всё.- В разговор вступил Найлус.- В течение этой миссии я буду наблюдать за вами. Оценивать наши навыки…- Шепард приподнял бровь. — Найлус хочет сказать, что вы являетесь кандидатом на роль СПЕКТРа от человечества…- Крайк не понял жеста, поэтому ему на помощь пришёл капитан Андерсон. — Верно. Во время того происшествия с молотильщиком вы показали невероятную мощь и мужество, к тому же вы великолепно показали себя при зачистке Темплара и в ряде других миссий. Именно поэтому я предложил вашу кандидатуру на роль СПЕКТРа…- Пояснил Крайг.- Но я хочу сам увидеть на что вы способны. Иден Прайм будет лишь одним из нескольких заданий. — Так точно.- Ответил Шепард. — Капитан, у нас проблема.- Раздался через динамики голос Джиневры. — Что там, Джокер? — Ответил ей Дэвид. — Сами посмотрите…