Guardian Effect

      Где-то за пределами Сатурна, неподалеку от спутника Ганимед. Время — НЕИЗВЕСТНО.       Очередная из сотен однотипных разведывательных миссий на дальних рубежах системы оказалась не «очередной», а «той самой». Силы Света впервые за долгое время вступили в открытую конфронтацию с силами Тьмы. Хотя, подобное правильнее было бы назвать «избиением». В данный момент звездолет, занесённый в базы данных Последнего Города как «Светлячок», на всех парах удирал от небольших ониксовых «пирамид». Лавируя между астероидами и космическим мусором, он не слишком успешно уклонялся от энергетических импульсов, делающих из корабля подобие дуршлага.       Красные аварийные огни всполохами освещали внутреннее убранство истребителя. Противно звучащие оповещения о поломках поступали в такт мерцающему освещению, до предела накаляя обстановку и уничтожая любые надежды на благополучный исход всего мероприятия.       — Дай мне полный отчет о повреждениях, — потребовал страж, на секунду оторвавшись от пилотирования кораблём для того, чтобы впервые за множество своих жизней застегнуть ремни безопасности в кресле пилота.       — «Да ладно тебе, Спок, это отличная возможность протестировать новый корабль в около-боевых условиях! Будет весело!» Ну и как тебе такое веселье, а!? — жужжал где-то над ухом призрак, прослушав, или, вернее, притворившись, что прослушал последнее распоряжение своего хозяина.       — Дай мне полный отчет, Тьма тебя поде… — фраза оборвалась с оглушительным грохотом, обозначившим очередную пробоину в корпусе так полюбившегося нового корабля. Силовое поле отрезало большую часть отсека позади кресла пилота, чтобы сохранить ценный кислород. И всё же дышать стало значительно труднее из-за накатывающей волнами паники. Пилот отпальцевал незамысловатую комбинацию рядом с правым виском и шлем раскрыл многочисленные створки, компоненты брони отъехали в область затылка и уже оттуда — аккуратно сложились в миниатюрные пазы в области шеи. Взору открылось симпатичное лицо юной девушки с серо-голубой кожей, освещаемой еле заметными переливами светлой энергии под ней, фиолетовыми светящимися глазами, подчеркнутыми черными тенями и копной волнистых волос цвета воронова крыла, немного не доходящих до плеч. — Этого просто не может быть…       Произнесла пробудившаяся дрожащим голосом, нервно осматривая мониторы, на которых отображалось состояние звездолёта. Непоследовательные движения, бегающий взгляд и подводивший голос не оставляли сомнений — сталь и непоколебимость, которые были слышны моментами ранее — ничто иное, как работа воздушных и голосовых фильтров шлема. На самом же деле, носительница Света была в ужасе. В ужасе от того, что ничего не может противопоставить неизвестному оппоненту. Ее корабль медленно, но верно разбирали по кусочкам — а она ничего не могла сделать. Будучи не самым плохим пилотом, имея в распоряжении один из самых передовых кораблей флота Последнего города — она была не в силах оказать должное сопротивление. Противник был маневреннее, его вооружение запросто пробивало щиты, словно их и не было, и самое главное – имел численное превосходство. Нельзя было точно сказать, сколько их — двое, трое или чёртова дюжина — радар вышел из строя одним из первых, следом — станция дальней связи, так что Земля была потеряна. Мерцание аварийных огней превратилось в кроваво-алую подсветку всего, чего можно — признак неминуемого конца. Капля конденсата — или все же пота? – прокатилась по виску девушки.       — Поздравляю, наша песенка спета. Я ведь предупреждал, что не стоит брать это задание! — Спок никак не затыкался, что было очень в его стиле. – Подумать только, согласиться на выполнение задания на конце системы и выбрать для его выполнения необкатанный корабль с кучей технологий Вексов внутри! Так ведь ещё и формулировка задания была «обнаружена подозрительная активность незнакомого нам характера где-то в заднице мира». Ты ведь прекрасно представляла, ЧТО надвигается на солнечную систему! – после завершения гневной тирады призрак прекратил свое движение по ломаной траектории, завис в воздухе и внимательно уставился на своего стража. Светлые, почти незаметные переливы энергии под бирюзовой кожей и светящиеся в темном окружения глаза придавали ей зловещий вид. Наконец, девушка взглянула в единственный окуляр летающего робота и стиснув зубы, спросила.       — Мы сможем сделать прыжок? — в этот момент очередная серия выстрелов, на этот раз — слабая — прошила корабль, задев одно из хранилищ радиолярии, расположенных на крыльях корабля.       — Куда?       — Как можно дальше отсюда! – Спок крутанул заднюю часть оболочки вокруг своей оси, просканировал мониторы световой вспышкой, и проанализировав полученную информацию, через пару секунд выдал:       — С учётом общих повреждений, шанс на успешный сверхсветовой прыжок составляет порядка 38%, но стоит добавить, что у корабля наблюдается сильная утечка радиолярии, что добавляет огромную череду неизвестных последствий. Наши шансы взорваться, переместиться во времени, быть вычеркнутыми из реальности или чего ещё похуже составляют порядка…       — Значит, Сверхсветовой прыжок. Поехали! — выпалила пробудившаяся, которая выслушала своего спутника только до слова «взорваться». Пораскинув мозгами, она пришла к выводу, что 38% — черт, да даже 3,8% — весьма неплохие шансы на выживание, ведь альтернативой этому прыжку была смерть — последняя, бесповоротная. Спок не стал возражать: видимо, также не видел альтернатив. Щёлкнув окуляром, он весьма искусно изобразил кивок головой и продолжил:       — Приготовься… Прыжок через три…два… — в этот момент «пирамиды» применили какое-то сдерживающее оружие. На корабль словно накинули тёмную сеть, его движение ощутимо замедлилось, он будто повяз в космическом киселе смерти. Странным образом бесконечная чернота космоса стала на несколько порядков темнее, и только молочного цвета радиолярия продолжала беспрепятственно вытекать в Великую пустоту из разбитого хранилища. На всех голоэкранах разом вспыхнули сообщения о критической неисправности главного двигателя, виртуальный интеллект корабля голосом вторил эту же информацию, но Страж уже мало что слышала.       — Один! — с огромным натяжением, корабль начал вырываться из смертельной хватки. Пространство вокруг стало преображаться, потоки Тьмы закручивались, смешиваясь с естеством Вексов, образуя странные кубические артефакты, глитчи, несвойственные реальному миру. Полотно пространства начало поддаваться, странная композиция из потоков тьмы, артефактов радиолярии и горящих звёзд бесконечно удлинилась и резко пропала в ярчайшей вспышке. Пилот, вжатая в кресло резким ускорением, слишком поздно поняла, что что-то шло явно не так, но ничего изменить уже было нельзя.        Прорыв был необратим.