Guardian Effect

      Едва стражи ушли, Шепард поднялась в капитанскую каюту, чтобы в кои-то веки скинуть с себя тяжелую броню, одеться во что-то гораздо более удобное и выпить кружечку ромашкового чая. Последнее, однако, оказалось совершенно бесполезной затеей, ведь сразу после неё Джейн отправилась на разговор с руководителем «Цербера». И сейчас, стоя перед Призраком «лицом к лицу», ей безумно хотелось зарядить в челюсть этому нахалу.       — Я понимаю, что Вам неприятно выступать в качестве жертвы — мне бы это тоже не понравилось. Но факты на моей стороне, — произнёс Харпер так, словно пытался оправдать неудачную покупку холодильника капитаном. — Как ни старайся избегать подобных решений, их приходится принимать. Но, что самое главное, усилия окупились. СУЗИ подтвердила наши подозрения. Корабли Жнецов и Коллекционеров используют необычную систему «свой-чужой», которая передаёт данные на ретрансляторы. Всё, что нам нужно, это заполучить такую систему в свои руки.       — Мы же только что были на корабле Коллекционеров! — Джейн раздражённо всплеснула руками: ромашковый чай потрачен впустую. — Почему Вы сразу не сказали о том, что надо искать эту систему?       — Подтверждение от СУЗИ поступило за несколько минут до начала нашего диалога. В любом случае, у вас не было времени на поиски. Однако, варианты остаются, — Призрак взял драматичную паузу, чтобы отпить бренди из гранёного стакана. — Научная группа Альянса недавно обнаружила, что «Великий разлом» на планете Клендагон — на самом деле след от выстрела древнего оружия с масс-ускорителем. Я послал группу на поиски оружия или его цели. Они нашли и то, и другое. Установка, разумеется, не работает, но мы смогли вычислить предполагаемую траекторию выстрела. Его целью был Жнец, которому оказалось 37 миллионов лет. Мы обнаружили его, повреждённого и пойманного гравитационным полем бурого карлика.       — То есть, он все ещё держится на орбите? Каким образом?       — Жнец окружён масс-полем, которое не позволяет ему упасть. Скорее всего, это просто автоматическая система защиты от внешней угрозы. — спокойно ответил Призрак, затягиваясь сигаретой.       — Что же, это было бы самым лёгким объяснением, — Джейн неопределенно качнула головой и впилась внимательным взглядом в собеседника. — Значит, я должна Вам довериться, надеясь на тот факт, что Вы не стали бы повторяться так быстро?       — Это не меньший риск, Шепард. Вскоре после того, как группа доктора Чандана поднялась на борт, мы потеряли с ними связь. Предварительная разведка не дала никаких зацепок, а посылать туда больше людей было опасно. Но теперь нам необходима эта система…       — И других вариантов у нас нет, — закончила девушка. — Хорошо. Отправьте СУЗИ все необходимые данные.       — Уже отправил. Пока Вы готовитесь к следующей миссии — какой бы она не была — думаю, будет разумно сообщить команде о том, что я не просто так рисковал их жизнями. Это сделает дальнейшую работу проще.       — Я подумаю над этим… — протянула Джейн, отводя взгляд.       — Что у Вас на уме? — вежливо спросил Харпер, заметив сомнение на лице капитана. Та вернула взгляд на мужчину и какое-то время с прищуром смотрела на него, обдумывая, стоит ли оглашать последнюю находку.       — Когда Вы собирались сказать мне, что обнаружили появление нового носителя Света?       — Значит, команда лейтенанта Миллера всё же нашла его, — мужчина задумчиво хмыкнул и сделал глубокую затяжку. — Я так полагаю, они мертвы?       — Да. Отвечайте на вопрос, — требовательно бросила Шепард.       — Я не сообщил Вам, потому что это никак не связано с вашей миссией, капитан. У вас на борту уже присутствует страж и, зная, какими способностями они обладают, я уверен, что одного более чем достаточно для борьбы с Коллекционерами. Их уничтожение — главная задача экипажа «Нормандии». Не отлов посетителей из других вселенных.       — И что Вы собирались делать с ним, если бы у Миллера всё получилось?       — Ничего ужасного. Наличие носителя Света под боком у исследователей, занимающихся вопросом их возвращения, могло бы серьёзно упростить поставленную задачу. Если же учёные не смогли бы вынести из присутствия стража ничего полезного, мы могли бы использовать его для сторонних операций, — Харпер затушил сигарету и сделал глоток бренди. — Капитан, последствия провала Миллера могли быть катастрофичными и я рад, что их удалось избежать. Но удерживая обоих стражей на борту, вы серьёзно ограничиваете их потенциальную эффективность. Настоятельно рекомендую доставить его на ближайшую оперативную базу «Цербера». Так будет лучше для всех.       — Он останется на моём корабле до тех пор, пока мы не разделаемся с Коллекционерами, — уверенно ответила Шепард. — И уже потом — если он сам проявит желание — я передам его в руки «Цербера». На этом наш диалог закончен.       Капитан бесцеремонно вышла за пределы голографической сетки, не давая Харперу шанса сказать что-то ещё. Свет в отсеке вернулся к штатному режиму, а пострадавший от кулака титана стол плавно поднялся из-под пола.       — СУЗИ? Вызови сюда Миранду, Джейкоба, Мордина и Спока. Надо поговорить.       — Итак, Призрак нас не продал. Допустим, я верю, — скептично произнёс Тейлор, оглядывая окружающих. Маячивший за его спиной Мордин подхватил тему:       — Врал нам. Использовал нас. Всё ради возможности попасть в банк данных Коллекционеров… Необходимый риск.       — Попробует провернуть такое ещё раз, и я спущу на него двух разъярённых стражей, — пообещала Джейн. Витающий неподалёку Спок обеспокоенно пиликнул. — СУЗИ, ты уверена, что «свой-чужой» заработает?       — Мой анализ точен, Шепард. Благодаря данным, полученным с корабля Коллекционеров, мне также удалось выяснить предполагаемое местонахождение их родной планеты, — над столом развернулась проекция Млечного Пути, и после пары секунд перекрестие указателя остановилось в самом его центре.       — Это не может быть правдой, — озадаченно произнесла Миранда, поправляя воротник нового чёрного костюма.       — Запусти-ка диагностику, Джокер. Похоже, у нашего ИИ ошибка в системе.       — Мои вычисления точны, — с холодным высокомерием ответила СУЗИ. — Планета Коллекционеров находится в галактическом ядре.       — Невозможно. В ядре только чёрные дыры, да взрывающиеся звёзды. Там нет пригодных для жизни планет, — произнёс Тейлор.       — Возможно, искусственная конструкция. Космическая станция, закрытая мощными масс-полями и радиационными щитами, — предположил саларианец.       — Даже у Коллекционеров нет таких технологий.       — Есть у Жнецов. Они построили масс-ретрансляторы и Цитадель, — промолвила Джейн. — Кто сказал, что они не смогут построить космическую станцию среди чёрных дыр? Не удивительно, что никто не вернулся после путешествия через Омега-4.       — Логический вывод: на другом конце ретранслятора присутствует небольшая безопасная зона. Область, где корабль может выжить, — проекция галактики сменилась сферой СУЗИ. — Стандартные протоколы перемещения через ретрансляторы не безопасны. Отклонение до тысячи километров — регулярное явление. В галактическом ядре это может быть смертельно. Система Жнецов «свой-чужой», должно быть, активирует другие, более совершенные протоколы.       — Значит, мы на полном серьёзе планируем взять штурмом сердце галактики? — скептично протянул Спок, и после кивка Шепард, продолжил. — Поздравляю, вы всё же нашли способ удивить Фэйт. Ничего даже близкого к подобному дерьму мы не делали.       — Каков наш следующий шаг, капитан? — спросил Джейкоб, опираясь руками на стол. — Рванём сразу за этой системой?       — Повременим с этим, — спустя десяток секунд ответила девушка. — Миранде и Фэйт нужно время на восстановление. И у нас появился новый страж. Не хочу сразу бросать его в самое пекло, когда он даже не знает, за что сражается. Направимся к Иллиуму и завербуем ещё двух кандидатов из списка Призрака, это даст нам немного времени.       — Так что на счёт нового стража? Он как Фэйт? — спросила Миранда.       — Не совсем, — многозначительно протянула блондинка. — СУЗИ, выведи изображение с записи разговора.       Через мгновение над столом появилась проекция титана крупным планом и у находящихся в помещении разумных не удалось сдержать изумлённого вздоха — даже у вечно хладнокровной Миранды.       — Что же, нечто новенькое… Человекоподобный синтетик. Он ИИ, как СУЗИ? — спросила офицер Лоусон.       — Нет, он такой же, как Фэйт. Такой же, как и все вы — за исключением Мордина, — пояснил Спок. — Не смотрите на оболочку, экзо обладают самым натуральным человеческим сознанием. Когда-то давно он и сам был кожаным мешком.       — Потрясающе! — воскликнул Мордин, не давая и шанса возмутиться «кожаным мешкам» на невинную шутку. Саларианец подошел ближе и стал разглядывать изображение. — Конструкция черепа близка к совершенной. Искусство инженерии! Мозг органический и сохранён в контейнере с биологической субстанцией или…       — Док, пожалуйста. Не сейчас. Да и вообще, наверное, не стоит, — с нажимом прервала Шепард.       — Да, конечно. Только добровольное участие в исследованиях! Мне понадобятся детальные схемы строения корпуса и, возможно, консультация с Тали’Зорой, — Мордин оглянулся на членов команды с лучезарной улыбкой, но быстро потух под тяжёлыми взглядами.       — Я успела пообщаться с Купером, — продолжила Джейн после неловкой паузы. — Он, как и Фэйт, довольно легко попадает под категорию «человек». Даже менее агрессивный и более «компанейский», как он сам выразился. Вид у него внушительный, даже немного пугающий. Но бояться не стоит: относитесь к нему как к равному, и всё будет в порядке. И поделикатней с вопросами о его строении, да, Мордин? — саларианец пару раз быстро моргнул и взглянул на Миранду и Джейкоба, мол, «а почему сразу я?» — Сегодня был трудный день, так что присутствие на корабле нового стража я оглашу завтра. Сейчас я хочу только поужинать, принять душ и лечь спать. Думаю, я не одна такая.       — Так точно, капитан, — в голос ответили офицеры «Цербера».       — Доктор, Джейкоб, можете идти, — произнесла Джейн. Когда двери позади них закрылись, Шепард взглянула на Миранду и заботливо поинтересовалась: — Как твоя рана?       — Лучше, чем ожидалось, — ответила брюнетка, поведя простреленным плечом. — Доктор Чаквас утверждает, что через двое суток я буду в полной боевой готовности. Готова поспорить, что раньше.       — Хорошо, — капитан удовлетворённо кивнула. — Я хочу, чтобы ты не упоминала о Купере ни в одном отчёте. Даже по приказу Призрака. То же касается и тебя, СУЗИ. Каждый бит информации, который ты отправляешь, не должен содержать в себе упоминание экзо.       — Я не пытаюсь оспаривать Ваши решения, капитан, но… — озадаченно протянула Лоусон. — Зачем?       — Не хочу повторение истории с Фэйт. В данный момент времени то, что Купер находится на корабле, знаем только мы и глава «Цербера». Призрак знает лишь о самом факте существования стража, но не знает о том, что он из себя представляет. Оставим это так. А если информация всё же просочится — я буду уверена, что это не из-за вас.       — Как скажете, капитан. Я сохраню это в секрете, — через десяток секунд ответила Миранда.       — Я сделаю всё возможное, чтобы удержать информацию, капитан, — произнесла СУЗИ. — Но я не могу быть уверена, что получится. Существуют протоколы, к которым Призрак может принудительно прибегнуть…       — Значит, стоит отыскать способ обойти эти протоколы, — заключила Шепард и обратила взор к Споку. — Нужно найти способ скрывать Купера на людях. Я думала над тем, чтобы подогнать его снаряжение под местные стандарты. Фэйт при всей своей эпатажности не привлечёт столько внимания с учётом «очеловечивающей» маскировки. С Купером такое вряд ли возможно провернуть.       — Мы с Минервой могли бы модифицировать его броню, нужны только ресурсы.       — У нас в грузовом пара лишних комплектов брони штурмовиков «Цербера». Можете использовать их, но уберите символику. Не хочу повторения ситуации на Цитадели, — Спок понимающе качнул корпусом и Джейн ещё раз оглядела присутствующих. — На этом все свободны.

***

      Третья палуба. 0:13 по внутрикорабельному времени.       — Ты уверена, что это хорошая идея? — полушёпотом спросил экзо. — Капитан просила отсидеться в правом смотровом до завтра…       — Технически, «завтра» уже наступило, — с такой же громкостью ответила пробудившаяся. — Расслабься. Следующая пересменка в два часа. Прошлая вахта уже спит, нынешняя — на постах. Да и к тому же — тебе всё равно предстоит познакомиться со всеми. Если кто-то застанет тебя здесь и сейчас — это будет исключительно их вина.       — Как скажешь, — скептично согласился Купер. — Просто не хочу стать главным персонажем ночных кошмаров кого-нибудь из экипажа, если он неожиданно застукает меня здесь по пути в туалет.       — А, не волнуйся. Я уже оккупировала их кошмары, — охотница беззаботно махнула рукой, взяла две заполненные до краёв кружки какао и подошла к столу, вручая одну из них титану.       — И что ты сделала? — спросила Минерва. Фэйт крепко призадумалась, после чего пожала плечами и сделала небольшой глоток.       — Всё, что было в моих силах, — ответила охотница, обходя стол и сажаясь напротив Купера. На какое-то время воцарилось молчание: стражи и призраки просто наслаждались тишиной и тёплой полутьмой, в которую была погружена столовая.       — Итак, давайте начнём, — произнесла Фэйт, устраиваясь поудобнее и закидывая ноги на соседний стул. — Так как вы гости, говорить будете первыми.       — Думаю, гостеприимство работает несколько не так, — иронично протянула Минерва. На краткий миг лицо охотницы приняло крайне озадаченное выражение.       — Да, оно так и работает. Я уверена, — ответила Фэйт. Купер усмехнулся, сделал глоток какао и подался вперед, складывая руки на столе.       — Что ты хочешь узнать?       — Всё, что может стоит внимания. В хронологическом порядке.       — Окей… — экзо задумался, пытаясь припомнить события годичной давности. — Жители Последнего Города спали спокойно с пару недель после того, как Распутин сбил «Всемогущего». Авангард и те стражи, что имели доступ в бункера Красного, однако, не испытали существенного облегчения от недавней победы из-за знаний о надвигающейся угрозе…       — Пирамиды, которые он отслеживал, — пробудившаяся понимающе кивнула.       — Так вы знали об этом и всё равно отправились на окраину системы? — удивлённо спросила Минерва. Спок ответил за своего стража:       — Мы недооценили скорость приближения флота, ибо на протяжении всего времени, что Распутин их отслеживал, темпы продвижения были неравномерны, — дрон взглянул на Фэйт и пожал гранями оболочки. — Кроме того, кто-то же должен был сделать это. Разузнать и доложить. Авангард доверил это нам.       — Странности с их перемещением и не думали заканчиваться. Чёрный флот должен был добраться сперва до Сатурна, однако, первая Пирамида приземлилась на Ио, — Купер сделал глоток согревающего напитка. — Красный был нашей первой линией обороны. Он пальнул по приближающемуся кораблю из всех орудий, располагавшихся на спутнике, но Тьме было просто плевать. Словно по щелчку пальцев она обесточила Распутина. Целиком. По всей системе.       — Вот тебе и величайшее оружие Золотого Века, — фыркнула охотница. — И что Пирамида делала там?       — Сперва, как нам казалось, абсолютно ничего, — произнёс экзо. — В экстренном порядке Молодая Волчица была направлена туда для оценки ситуации. По прибытию на спутник выяснилось, что Пирамида зависла над последним местом, затронутом Странником на Ио. Святая святых…       — Колыбель, — охотница в очередной раз кивнула: она и сама когда-то отправлялась туда в поиске ответов на экзистенциональные вопросы, как это делали многие варлоки.       — Пирамида начала затягивать нашу героиню, как тогда, во время операции в недрах Луны, но кое-кто вмешался в процесс и прервал его. Есть идеи?       — Саватун? — одновременно спросили Фэйт и её призрак: предполагать вмешательство королевы-ведьмы во всевозможное странное дерьмо было беспроигрышным вариантом.       — Кто же ещё? — с усмешкой бросил экзо. — Саватун не нравилось, что Тьма пыталась установить с нами контакт и она отчаянно пыталась помешать. Даже сговорилась с этим еретиком, Нокрисом. В конечном итоге Страж, не без помощи Эрис Морн, добралась до Колыбели…       — Полагаю, эта хитрая сука пыталась убрать Морн первой, как главного специалиста по всему «тёмному»? — спросила Фэйт, приподняв бровь. Купер утвердительно кивнул. — Надеюсь, Эрис в порядке. Если она не переживёт Ведьму, я безумно расстроюсь.       — Немногие так беспокоятся о Эрис Морн, — с грустным смешком заметил Купер.       — Да, — на выдохе согласилась пробудившаяся. — Я знала её до пропажи в Адской Пасти. Не были подругами или даже приятельницами, просто знакомые. Но она всегда мне нравилась. Никто не заслуживает того, что выпало на её долю. Ты когда-нибудь слышал, как она смеётся? После… инцидента.       — Боюсь, не было такой привилегии.       — Я слышала. Всего раз. Это было… искренне. Хоть и сдержанно. Так, словно она сама не верит в то, что имеет право смеяться, — на миг губы охотницы изогнулись в грустной усмешке. — Звучало, как серия веселых «хм». Тогда меня разрывало на части от диаметрально противоположных чувств. С одной стороны, сердце кровью обливалось из-за этого смеха. Она так редко позволяет себе хотя бы улыбнуться… С другой — это было воодушевляюще. Словно кто-то напомнил тебе, ради чего в принципе стоит жить.       — Что же, остаётся только надеяться на то, что нам ещё удастся услышать это. Впервые или вновь, — Купер приподнял стакан, словно произнося тост, и после того, как Фэйт ответила тем же жестом, сделал пару глотков. — Волчица и Эрис встретились в самом сердце Колыбели. Там, находясь под Пирамидой, они обнаружили нечто, что прозвали «Древом Серебряных Крыльев». Видел его только на фотографиях, но выглядит… завораживающе. Масштабно. Как древний дуб, вырезанный из камня и украшенный белым золотом.       — Оно… выросло перед прибытием? — спросил Спок.       — Похоже на то, — экзо кивнул. — У Эрис получилось достать семя, из которого оно произросло. После того, как герои дня отчитались перед Авангардом, было решено установить оперативную базу прямо у Древа. Стражи в огромном количестве начали прибывать на Ио для противодействия силам Саватун и помощи в изучении влияния Пирамид, а Морн стала заниматься расшифровкой сообщений от Тьмы при помощи изъятого артефакта.       — Что же, у Ашера, наверняка, прибавилось «ассистентов», — произнесла охотница, пародируя интонацию учёного-варлока.       — О, да, — протянул Купер. — Ашер Мир был в «восторге». Он, естественно, пытался изучать не только влияние Пирамид, но и саму их структуру. Они… пугающе похожи на Странника.       — Сенсоры призраков видят их не как корабли, а как сущности. Многочисленные, но каким-то образом — единые, — мрачно добавила Минерва.       — Ашер запускал в них разведывательными зондами, напичканными телеметрией. И когда понял, что результатов достичь не получается, попробовал действовать по-титански. То бишь пальнул по ним из установки «земля-воздух».       — Подобное не могло закончиться хорошо… — протянула Фэйт. Вокалайзер экзо выдал сомневающийся скрип.       — Могло быть хуже. При соприкосновении боеголовки взрыва не произошло. Пирамида поглотила её. Словно перенесла в измерение, в котором снаряд не мог навредить ей и никак не отреагировала на акт агрессии.       — Ладно. Так что с сообщениями Тьмы? Удалось расшифровать что-нибудь? — спросила охотница, отпивая какао.       — Большинство рапортов засекречено до сих пор. Мне удалось посмотреть на парочку, задействовав «друзей друзей», — ответил экзо. — Очевидно, паракаузальные сущности не умеют разговаривать по существу и только кидаются метафорами…       — О, да. Загадки они любят, — недовольно букркнула пробудившаяся, вспоминая приходы после Горизонта. Охотница проигнорировала пристальные взгляды «новеньких», ожидающих какого-либо пояснения, и Купер был вынужден продолжить:       — За дословность не ручаюсь, но из того, что я видел… — титан прочистил горло и продолжил делано-зловещим тоном. — «Странник лишь барьер, который мы должны перерасти. Скорлупа, насильно скрывающая от остального мира». Был и философский вопрос: «Человечество разделяет перемены на «к лучшему» и «к худшему». Но считаем ли мы зиму плохой, потому что некоторые цветки должны завянуть и умереть? Нет. И Тьма спрашивает нас, почему?».       — Естественный цикл жизни и смерти… — охотница фыркнула. — Замечательный, блять, предлог для глобального геноцида.       — В рапортах были и упоминания отдельных слов, в которые Пирамиды вкладывали… — экзо повертел ладонью в воздухе, пытаясь подобрать слова, — расширенный лингвистический смысл. Одним из них был «момент — мгновение — перед переменой. То, что уже происходило. Ошибка, из которой не извлекли урока». Эрис предполагает, что это был Коллапс. И последнее, что я запомнил лучше всего: «Понятие действия, рождённого из экстремальной убеждённости. Слепая преданность идее, граничащая с фанатизмом и приводящая к разрушительному поведению. Великие злодеяния могут — нет, будут — выкованы в эгоистичной отваге».       — Мы не можем верить ни единому слову Тьмы. Не после всего, что она сделала с человечеством, — разочарованно прошептал Спок.       — Я согласен, — спокойно ответил Купер. — Но мы должны принять эти сообщения к сведению. Как минимум до тех пор, пока Странник не соизволит поговорить с нами.       — Что никогда не случится, — на выдохе протянула пробудившаяся. — Давай дальше.       — Процесс расшифровки растянулся на несколько месяцев. Постепенно, одна за другой, Пирамиды прибыли на Марс, Меркурий и Титан. Вероятно, потому, что на первом был главный комплекс Распутина, на втором — Бесконечный Лес, а третий… хер его знает, на самом деле. Там только метан и заброшенные Аркологии. Думаю, это из-за выводка Саватун… — экзо смолк на десяток секунд, буравя взглядом содержимое кружки. — Улей по всей системе активизировался, Кабал — тоже. Им явно не нравилось появление нового игрока на поле. Стражи стали воевать на четыре фронта, но, в конечном итоге, как-либо изменить ситуацию у нас не получилось. Чёрный флот приземлился только на эти четыре планетоида, и как мы узнали из производившихся исследований — Пирамиды медленно, но верно изменяли их. Переписывали звёздные тела на свой лад, как когда-то это делал Странник.       — Завала приказал стражам покинуть отдалённые посты и сконцентрироваться на защите Последнего Города, — Минерва подхватила повествование. — Началась масштабная эвакуация. С Марса, Меркурия, Ио и Титана было переправлено всё представляющее ценность имущество и люди, по каким-либо причинам находившиеся там. И все же — некоторые предпочли остаться и сражаться.       — Твою же мать… — в обречённом предвкушении произнесла Фэйт. — Слоун осталась, да?       — А ты определённо знаешь её, — усмехнулся экзо. — Бежать не в стиле Слоун, так что она решила остаться и сойтись с Ульем в последней битве и — если повезёт — с тем, что выйдет из Пирамиды. Армия, состоящая из одной женщины, — Купер хотел сказать что-то ещё, но осекся. Он не любил говорить о павших товарищах. — Брат Вэнс так же остался на Меркурии. Решил, что нельзя позволить Тьме получить доступ к Бесконечному Лесу. Отправился туда и запечатал его изнутри. Этот мужик всегда казался мне безумно странным и подозрительным, но… не могу не отдать ему должное. Ушёл красиво. Как и Ашер…       — Да ну нахуй, — жалобно протянула охотница. Купер кратко кивнул и её лицо исказилось ещё больше, напоминая человека, которого мучает ужасная зубная боль. Дав пробудившейся минуту на рефлексию, титан продолжил:       — Ана успешно добралась до Города и притащила с собой энграмму, в которую зашифровала уцелевшую часть Распутина. Эрис вместе с Волчицей избавились от Нокриса, в этот раз — насовсем. А когда Ио находился уже на грани, Морн вернулась в Город. Произошедшее же дальше — самая занимательная часть истории.       — Странник начал исцеляться, — трепетно пояснила Минерва. Фэйт, демонстрируя максимальную степень скептицизма, перевела взгляд на Купера.       — Это был весьма продолжительный процесс. Поначалу и незаметный вовсе, — Купер пожал плечами и сделал глоток. — В определённый момент люди начали замечать, что осколки его оболочки стали вращаться быстрее и приближаться к центру сферы. Медленно, но верно людей охватывала паника: никто не знал, чего ожидать. Небо над Городом сияло так, словно над Землёй взошло второе солнце. Все боевые группы вернулись за Стены, дабы защитить людей, предотвратить растущие волнения. В тот день, когда сфера собралась воедино, весь Город начали прошивать волны Света. Сначала слабые, но с каждым разом всё более ощутимые.       — Я чувствовала подобный резонанс только когда сама появилась на этом свете. И когда нашла Купера, — так же трепетно подхватила Минерва. — Призраки докладывали со всех концов системы… Мы не могли объяснить этого, но мы все ощущали одно и то же. Сердцебиение!       — В конечном итоге Странник запустил последнюю, самую мощную волну энергии, накрывшую всю систему. Ему удалось остановить спуск Пирамид на нетронутые планеты, но спасти упомянутые раньше — нет. Марс, Меркурий, Ио и Титан пропали. На их месте лишь всеобъемлющая пустота. Ноль. Дырка от бублика. Лишь гравитационная аномалия, не дающая Солнечной системе затрещать по швам…       — И только когда Тьма пришла по его жопу во второй раз, Странник соизволил что-то сделать. Почему я не удивлена?.. — носительница Свет озлобленно фыркнула, поднося стакан к губам. Титан и его призрак в синхронном движении наклонились набок, как бы задаваясь вопросом о причине негодования девушки.       — За всё то время, что я провела на нашей грешной Земле, Странник не сделал абсолютно ничего. Сохранял молчание, словно его вовсе не касаются проблемы, с которыми сталкивается человечество. И нет — ситуация с Красным Легионом не считается, — Фэйт ткнула в собеседников пальцем, гася возможное сопротивление на корню. — Странник уничтожил узурпатора только тогда, когда Гоул начал представлять для него непосредственную угрозу. Так и сейчас: он начал действовать только после прибытия Пирамид, потому что запахло жареным.       — Призраки и стражи — и есть продолжение Странника, — убеждённо ответила Минерва. — Мы и есть то, что он сотворил для защиты человечества.       — Не будь такой наивной, Минерва. Странник поднял нас из мёртвых для защиты себя и только. Он лишил нас памяти и кто знает? может, лишил бы и свободы воли, будь у него больше времени после Коллапса. То, что носители Света взяли на себя роль щита человечества и титул «стражей» — это наш выбор. Результат возможной ошибки космического шарика.       — Ты всегда такая циничная? — спокойно спросил Купер через десяток секунд, на что охотница лишь фыркнула и отвернулась. Двери по другую сторону переборки ласково зашуршали и стражи замерли, напряжённо уставившись в сторону подходов к столу, а Спок метнулся в коридор, чтобы проверить, кто это мог быть.       — Тали! — дружелюбно воскликнул призрак, зависая напротив кварианки, дабы загородить ей проход. — Ты чего не спишь?       — Я ковырялась в местном «Тантале» и заметила странность, которая может доставить нам проблем в дальнейшем — сконфуженно ответила Зора, не ожидавшая столь позднего приёма. Девушка попыталась обойти дрона, но тот своевременно отзеркалил её движение. Несколько раз. — Мне нужно проверить одну теорию, но для этого необходимо временно обесточить питающее реле «Таникса»… Ты перестанешь преграждать мне путь?! — возмущенно воскликнула кварианка, упирая кулачки в бока.       — Думаю, Гаррус уже дрыхнет. Может, сделаешь это утром?.. — с надеждой протянул дрон. Глаза кварианки подозрительно сощурились, что было видно даже сквозь маску.       — Я переписывалась с ним две минуты назад, — отрезала Тали и в хирургическом выпаде поймала призрака, отодвигая его в сторону. Через пару метров она опознала по шевелюре сидящую к ней спиной охотницу. — Привет, Фэйт… О, Кила! — кварианка, завидев массивное металлическое нечто с глазами из раскалённой лавы, отпрыгнула в сторону и выхватила из набедренной сумки какой-то инструмент, занося его над головой с явным намерением швырнуть.       — Тали! Всё в порядке! Свои! — охотница резво вскочила, перехватывая тонкую кисть с импровизированным оружием.       — Это ещё что хрень, Фэйт?! — едва ли не истерично вскрикнула Тали, ткнув пальцем свободной руки в Купера. — Что здесь делает чёртов синтетик?!       — Он не синтетик, — терпеливо ответила охотница и тут же неоднозначно мотнула головой. — Формально — да, по факту — нет. Он такой же человек, как я.       — Понимаешь, насколько абсурдно это звучит?! — не менее возмущённо воскликнула Тали.       — Шепард так же отреагировала… Ладно, он такой же страж, как и я. Второго призрака видишь? — кварианка опасливо выглянула из-за плеча пробудившейся и нащупала взглядом дрона в гладкой жёлтой оболочке. Сидящий же за столом робот махнул пятипалым манипулятором и безумно вежливым стальным голосом спросил:       — Это что, телескопический разводной ключ? Как и… зачем? — титан скептично приподнял надбровную пластину. Столь простой вопрос подействовал на инженера как ушат холодной воды, заставив заметно поёжиться. Тали осторожно опустила руку с «оружием» и неторопливо обошла Фэйт.       — Я — главный корабельный инженер и кварианка. Телескопический ключ — не самая странная вещь у меня в карманах, — вкрадчиво пояснила Зора. Титан пусть и не понял, какие именно преимущества даёт умение «кварианка», очень понимающе хмыкнул и залил в механический рот остатки напитка.       — Что ты пьёшь? — шок от неожиданной встречи постепенно отступал, открывая дорогу любопытству. Детскому и профессиональному.       — Какао, — простодушно ответил экзо. Кварианка очень медленно перевела взгляд на Фэйт и чеканя каждое слово спросила:       — То есть он — не ИИ, а человек, заключенный в механическое тело и способный употреблять обычную пищу? — охотница энергично закивала. — Бош`тет… Это их вы подобрали на корабле Коллекционеров? Не могли предупредить раньше?.. — Тали разочарованно всплеснула руками и вздохнула. К своему собственному удивлению она пришла к стадии принятия слишком безболезненно. Фэйт прилетела сюда из другой вселенной, способна восставать из мёртвых и создавать из ничего разрушительной мощности орудия. Кто сказал, что нельзя запихнуть человека в пугающий металлический каркас? Три года назад она бы и в Жнецов не поверила. На что только не насмотришься на «Нормандии»…       — Да, стоило… — виновато протянула Фэйт, покосившись на своего призрака. — Я думала, Спок этим займётся.       — А я думал, что Шепард этим займётся, — моментально перевёл стрелки призрак. — На брифинге я лишь высказывал очевидную мысль, а не проявлял инициативу. Не смотрите на меня так: у меня даже рта нет!       — Зовут Купер, кстати, — аккуратно встрял титан. — Купер-4. Мой призрак — Минерва.       — Тали’Зора вас Нима, — немного сконфуженно ответила кварианка, наконец-то убирая разводной ключ. Факт того, что сидящий перед ней человеко-робот был способен есть обычную еду, порождал в голове инженера уйму вопросов о строении платформы и конечном назначении подобной возможности, но Тали усилием воли задвинула их на затворки сознания. Подобное лучше узнавать ясным днём, да и её появление, очевидно, отвлекло стражей от какого-то междусобойчика, так что кварианка начала плавно ретироваться. — Я, пожалуй, пойду.       Через минуту Фэйт обновила напитки и села за стол с намерением продолжить наверстывать упущенное, но двери главной оружейной батареи открылись вновь. Тали и Гаррус, находившиеся по ту сторону, как-то напряжённо пялились на стражей — в основном, конечно, на Купера. Носители Света в долгу не остались и поддержали ритуал безмолвного общения, начав пристально смотреть в ответ. Это длилось секунд двадцать — ровно до тех пор, пока экзо не поднял ладонь с целью поприветствовать турианца, на что Вакариан встрепенулся и нервно развёл мандибулы, прежде чем закрыть дверь.       — Интересная парочка, — многозначительно протянул титан, отпивая какао и поворачиваясь к Фэйт. — Они всегда такие… странные?       — Гаррус всегда напряжённый, будто у него палка в заднице. А у народа Тали очень сложная история с синтетиками. Притрётесь друг к другу, — на какое-то время пробудившаяся смолкла, задумчиво всматриваясь в закрытую дверь. О магических свойствах ночи, развязывающей язык гораздо лучше любого алкоголя, слагали легенды, и пусть Фэйт могла найти в себе силы не идти на поводу спонтанной нужды в откровенности, ей совершенно не хотелось сопротивляться. — Они хорошие ребята. Как и большинство в экипаже, на самом деле. Только никому не говорите, что я подобное выкинула. Мне надо держать лицо.       — Хорошо, мы прикроем, — титан усмехнулся, и сделав ещё один глоток, поспешил вернуться к рассказу. — После того, как планеты исчезли и стало ясно, что жителям Последнего Города ничего не угрожает, коммандер Завала начал отправлять боевые группы стражей по всей системе с целью найти хоть какие-нибудь ответы, — продолжил Купер. — Происходящее дальше частично окутано туманом тайны, ведь Молодая Волчица решила действовать вне радаров. Думаю, после того, как Нокрис оказался повержен, Тьме удалось установить с ней контакт и пригласить на Европу, ибо там она оказалась первой, без чьего-либо приказа и даже — знания.       — И, похоже, мы были не единственными, с кем Пирамиды вышли на связь, — подхватила Минерва. — На Европе обосновался новый Дом эликсни. Дом Спасения, или «Тёмная Империя», как их потом прозвали. Фактически вся их верхушка состоит из сбежавших из Тюрьмы Старейшин заключенных. Включая некогда их надзирателя и освободителя — Варикса.       — Что они там искали? — спросил Спок.       — Новую обитель, — титан флегматично пожал плечами. — Они возвели город на руинах Ивентайда и прозвали его «Риис-Возрождённый». Эрамис, «Похитительница Кораблей» стала келлом Дома Спасения. После того, как у неё не получилось заполучить образец нанитов SIVA, она начала искать новое божество для поклонения. Это и привело её к Пирамиде на Европе…       — Как и Варикс, Эрамис пережила гибель своей цивилизации. Она видела, как Риис сгорает в «Вихре». Видела, как Странник бросает эликсни, обрекая её народ на забвение. Хоть я и согласна с тем, что остановить Эрамис было необходимо… я могу понять её мотивы, — Минерва оглядела стражей и тихо добавила: — Не могу представить, что чувствовала бы сама, наблюдая за тем, как Странник покидает человечество. Жаль, что всё не могло сложиться иначе.       — Исходя из рассказов Варикса, долгое время Эрамис преследовала исключительно благие цели, — решил пояснить Купер, заметив непонимание в глазах Фэйт. — Благие для эликсни. Не уничтожение Великой Машины было её главной задачей, а возрождение вида, повторное формирование цивилизации и культуры… И всё же медленно, но верно, используя дарованные Пирамидой силы, она теряла себя. Становилась жестокой. Беспощадной. Одержимой идеей о мести.       — В определённый момент терпение Варикса лопнуло, — произнесла Минерва. — Он не мог больше смотреть на то, как Эрамис тонет в непроглядной пучине ненависти и тащит эликсни за собой. Он выкрал у неё несколько осколков Тьмы и покинул Риис-Возрождённый в надежде найти помощь…       — Варикс «Верный», — протянула охотница, не в силах удержать какую-то дурацкую ухмылку. Эликсни, присягнувший в верности королеве Рифа, в последствии её предавший. Эликсни, присягнувший в верности Эрамис, в последствии её предавший. — Есть в его титуле что-то бесконечно ироничное.       — Уверен, Эрамис думала так же, — хмыкнул титан. — Она отправилась по его следам, желая расправиться с предателем и забрать осколки, но некая третья сторона их перехватила…       — Саватун? — со стопроцентной уверенностью предположил Спок.       — Не в этот раз, приятель, — со смешком ответила Минерва.       — О личности похитителя позже, — произнёс титан. — У Эрамис получилось настигнуть «старого друга» и, должно быть, Варикс помер бы, не вмешайся во всё наша богоубийца. Волчица спасла его и полетела в Риис, чтобы решить проблему нахрапом, но что-то пошло не так и она была вынуждена отступить к Переправе Харона, где Варикс обосновал свою базу. И тогда со стороны огромного ледяного плато из припаркованной неподалёку Пирамиды прилетело нечто, что прозвали «Зиккуратом». Героиня Красной войны отправилась к месту крушения, и обнаружила там Эрис Морн, Скитальца и… экзо-незнакомку.       Фэйт нахмурилась. Данное словосочетание было ей смутно знакомым по древним отчётам. Обратившись к чертогам разума, ей удалось выудить обрывистые факты и не слишком чёткий образ.       — Это та экзо, что помогала Волчице в уничтожении Сердца Чёрного сада? Которая в капюшоне и подобии пончо, с импульсной винтовкой за спиной? — с каждым словом речь Фэйт становилась всё увереннее. Она точно видела эту персону в ангаре башни, когда заварушка с Садом закончилась. — Значит, она вернулась… да и в такой компании. У неё появилось время хоть что-нибудь объяснить?       — Да. Она смогла объяснить носителям Света очень многое, — со смешком ответил экзо. — Оказывается, всё это время «незнакомка» владела Стазисом и успела отточить мастерство его использования до совершенства. Она стала для стражей — включая Эрис, Скитальца и Волчицу — наставником. Путеводной звездой и надёжным проводником в мир Тьмы.       — И ей можно верить? — скептично бросила Фэйт.       — Как показало время — да, — степенно ответил титан. — О последующем вкратце. Завала прознал о происходившем на Европе и заигрываниях Волчицы с Тьмой, и пусть был крайне недоволен, операцию по уничтожению «Дома Спасения» не прервал. Коммандер договорился с пробудившимися о неприкосновенности Варикса на время решения проблемы, и фантастическая пятёрка приступила к разрушению командной цепочки противника одного за другим. Генерал Эрамис — Файлакс, как самый могущественный воин. Затем — Праксис, инженер Тёмной Империи, снабжающий их технологиями для использования Стазиса. После ещё пара незначительных пешек и в конечном итоге — сама Эрамис.       — Дому Спасения был нанесён серьезный удар, но всё ещё оставались те, кто мог бы его восстановить. «Тёмная Жрица» Кридис и Атракс-1, — произнесла Минерва, взглянув на Фэйт и Спока.       — А откуда цифра в имени? — охотница не разочаровала леди-призрака, чутко уцепившись за характерную экзо нумерацию.       — А вот это самая мякотка, — довольно протянул титан. — Мы нашли Склеп Глубокого Камня. Формально, эликсни нашли, но мы следовали по пятам, так что…       — Это же замечательно! — воскликнула Фэйт и тут же, поняв, что перебрала с энтузиазмом, стушевалась, продолжив гораздо тише. — Именно там ведь проектировались и создавались экзо? Это же самый настоящий кладезь знаний о Золотом веке!       — Не столько кладезь знаний, сколько кладбище ужасных секретов, — сдержанно ответил Купер — Дед Кловис был тем ещё мерзавцем.       — Разве они не что-то вроде героев, двигавших человечество вперёд? Компания, создавшая всё, что только можно создать, и ещё чуть-чуть сверху?       — Это так. SIVA, Военный разум, современные двигатели, экзо… — титан махнул рукой, мол, продолжать можно долго. — Даже после Коллапса человечество во многом опирается на исследования и изобретения Брэев. Проблема не столько в корпорации, сколько в её основателе. Кловис Брэй, должно быть, самый заядлый эго-маньяк в человеческой истории…       — И кто утверждает подобное? — скептично спросила носительница Света. — Неужели он свои злодеяния в личный дневник записывал?       — Прозвучит забавно, но да: записывал. Да и внучка его только подливает масла в огонь, — ответила Минерва.       — У Аны получилось каким-то образом восстановить свою память? — спросил Спок.       — Нет. Мы про его вторую внучку — доктора Элизабет Брэй, которая — барабанная дробь — является экзо-незнакомкой, — Купер прищурился, наблюдая за тем, как челюсть Фэйт медленно отвисает, а Спок, подобно компьютеру, зависает. Экзо рассмеялся и небрежно махнул рукой. — Это я ещё не рассказал, что она, судя по слухам, прибыла к нам из «тёмного будущего», где Эрис Морн стала «самым плохим злом», начав вертеть Эрамис, Саватун и прочих причастных как куртизанок, Странник покинул Землю и лишённый призрака Завала вместе с Марой Сов гонялся за белым шариком на Левиафане Калуса, чтобы забрать Свет обратно и расхреначить Алую Крепость на Луне эффектным падением с орбиты во время последней битвы.       Через какое-то время Фэйт усилием воли собрала треснувшее лицо воедино и, мельком взглянув на потерянного в пространстве Спока, севшим голосом спросила: — Да что ты, чёрт побери, такое несёшь?       — На мой взгляд это тоже звучит как бредни сумасшедшего. Но слухи из ниоткуда не появляются: что-то может быть правдой, — титан равнодушно пожал плечами. — Вернемся к настоящему. Элизабет вместе с героиней Красной Войны начали работать над расшифровкой личного журнала Кловиса I и в определённый момент к ним даже присоединилась Ана Брэй. Их обеих до сих пор распознавали системы научных комплексов Золотого Века, что существенно упрощало задачу. От количества грязи, всплывшей наружу, волосы на голове дыбом встают, — экзо провел ладонью по гладкой металлической поверхности собственной черепушки и усмехнулся. — От политических дрязг и интриг с Аэронавтикой Китая и Коллективом Иштар до экспериментов с Вексами и Тьмой в частности.       — Он был монстром, отрицающим само существование понятия «эмпатия», — Минерва перехватила знамя гневной тирады. — Кловис I был так одержим своим наследием, своим величием, что не останавливался ни перед чем для его сохранения. Все его исследования, все его поступки диктовались эгоистичным желанием достичь бессмертия, пренебрегая всеми этическими нормами. Он назвал компанию в честь себя. Он назвал сына в честь себя. Но этого было мало и он внёс генетические изменения в потомство, дабы закрепить в них себя! Ты вообще можешь представить размеры его эго?!       — Это вмешательство привело к тому, что у Кловиса II развилось заболевание, называемое «фатальной семейной бессонницей», и Элизабет его унаследовала. Поняв, что его действия, фактически, обрекли род Брэев на вымирание, Кловис I в экстренном порядке ускорил ведущуюся разработку проекта по переносу человеческого сознания в роботизированное тело. И его сын стал одним из первых подопытных, — Купер отпил какао, внимательно разглядывая помрачневшую охотницу. — Именно тогда Кловис столкнулся с проблемой диссоциативного расстройства экзо-разума… Сын порвал себя на части, вытаскивая механические внутренности на глазах у отца и занимавшихся проектом учёных…       — Господи… — Фэйт вздохнула и начала массировать глаза подушечками пальцев, дабы сбросить напряжение. — Это ужасно.       — Да… — Купер вздохнул не менее тяжело. За свои тридцать лет бытия стражем, проведенных в борьбе со злом в самых различных его проявлениях, сейчас он как никогда понимал, что самые тёмные и мерзкие деяния творятся вовсе не космическими сущностями, а разумами отдельно взятых индивидов — в том числе, людей. — Изначальной задачей «экзо-проекта» было сохранение рода человеческого, приобретение пресловутого бессмертия сознания. И всё же его неотъемлемой частью являлось желание Кловиса обеспечить своё собственное бессмертие… В биологии есть термин «LUCA», если развернуть — «Последний универсальный общий предок». Именно им и хотел стать Кловис для всего человечества. Новым Иисусом, если угодно выражаться по-христиански.       — А у тебя довольно широкий кругозор по меркам титанов, — протянул Спок.       — Когда надоедает бесцельно размахивать кулаками, я начинаю читать книги, — титан усмехнулся. — Как минимум — обложки и оглавления.       — Однако, масштабно, — Фэйт задумчиво почесала бровь и исподлобья взглянула на своего призрака. — Я же говорила тебе, что моё эго в пределах нормы. Не смей больше упрекать меня за ношение Короны Бурь в своей же квартире, — заметив недоумевающий взгляд Купера, Фэйт снисходительно махнула рукой. — Да мне её один варлок проспорил. Мы, охотники, любим всякие блестяшки.       — Это уж точно, — буркнула Минерва.       — Вскоре после трагичной смерти сына первичные симптомы болезни начали проявляться и у внучки. Поиски решения взяли новый, более экстремальный виток. Брэй стал всё чаще общаться с «Ясностью» — так он называл тёмную статую, которую стражи нашли в Пирамиде на Луне и в Чёрном Саду. Открыл для себя Стазис, начав с ним экспериментировать. Исследовал Вексов и применял их «мозговую жидкость» в своём проекте. Даже построил на Европе чёртов портал к одной из их звёзд-кузен. В конечном итоге, он преуспел. И вот они мы — экзо. Творение безумного гения, обязанное своей жизнью самой Тьме.       — В каком-то смысле это даже поэтично, — тихо произнесла охотница, отпивая какао. — Экзо, выкованные во Тьме. Пробудившиеся, рождённые в столкновении двух крайностей. И человечество… — девушка осеклась: мысль о том, что люди каким-то образом были обязаны появлением Страннику, казалась безумной. — Что же, если люди представляют собой Свет, то я сказала бы, что Вселенная нашла баланс.       — Именно так Элизабет Брэй и стала экзо. Из рабочих журналов в научных комплексах и личных записей «добровольцев» можно узнать и о других нечеловеческих экспериментах. О совместимости экзо со Стазисом, о том, сколько дополнительных или отсутствующих конечностей может вытерпеть человеческое сознание, о том, что может в принципе «пережить» механическая платформа… Беспросветный мрак, который я оставлю за рамками. На поверхности корпорация Брэев была безупречна, идеальна до блеска, а под ширмой… Подобное заставляет задуматься о цене прогресса и о том, на кого же ты работаешь, да?       Охотница нахмурилась и визуально напряглась, что не ускользнуло от взгляда титана.       — О, нет, — в отрицании протянул Купер, откидываясь на спинку стула. — Это был вовсе не наводящий вопрос! Но судя по реакции, какие-то сомнения у тебя уже были. Мы что, плохие ребята?.. Фэйт, только не говори мне, что мы работаем на местный «Кловис Брэй»!       С десяток секунд стражи неотрывно смотрели друг другу в глаза. Те, что пурпурные, были слегка прищурены и прекрасно демонстрировали сомнение в его апогее. Когда титан уже был готов взвыть раненым зверем, пробудившаяся, наконец, открыла рот:       — Я в душе не ебу.       — Да ты издеваешься! — в сердцах воскликнула Минерва. — Даже не удосужилась разузнать?! О, Странник, я всегда знала, что охотники станут погибелью человечества…       — У нас не то чтобы богатый выбор! — вскинулась охотница, разводя руками. — Да, я слышала дерьмовые истории о «Цербере». На самом деле, только их я и слышала! Даже Шепард не в восторге от того, что ей приходится работать на Призрака!       — Ты же понимаешь, что только глубже себя закапываешь? — проницательно спросил титан. — Я в жизни не видел более жалкой попытки оправдаться.       — Я не оправдываюсь! — возмутилась пробудившаяся. — Ну если только чуть-чуть… — девушка выдохнула, сосчитала до десяти и уже гораздо спокойнее продолжила: — Ладно, признаю, я ни черта не знаю о Цербере и о Призраке. Чёрт, о нём даже Миранда ничего не знает, а она — старший офицер Цербера на борту. Я не знаю, можно ли им в действительности верить, когда они обещают вернуть нас домой. Не знаю, возможно ли это в принципе! Но я знаю, что за пределами этого корабля целая галактика, населённая триллионами разумных. Гораздо более комплексная, неоднозначная и коварная. Если мы потеряем всяческую поддержку, что с нами станет? Сколько армий и дредноутов пошлют по наши души, чтобы в лучшем случае — избавиться раз и навсегда, а в худшем — захватить живыми?..       — Может, Цербер и является местным воплощением «Кловиса Брэя», но люди, находящиеся на этом корабле, точно не злодеи, — убеждённо произнёс Спок, прокрутив грани оболочки вокруг ядра. — Коллекционеры и Жнецы — угроза всему живому в этом мире, и капитан Шепард пытается их остановить. Сейчас речь идёт не о защите Последнего Города и даже солнечной системы. Речь идёт о всей галактике. Даже если её верхушка настроена враждебно по отношению к нам… Сможешь ли ты называть себя стражем, отвернувшись от всех тех, кто нуждается в твоей защите?       — Я не хочу произносить этого, но наша сделка с Цербером в конечном итоге может оказаться пустышкой, — Фэйт поджала губы и отвела взгляд. — Шепард преследует благородную цель. И пока мы нужны на этом корабле — надо хвататься за возможность. Проявить себя в лучшем свете. И кто знает, может — если спасём галактику — в конечном итоге окажемся не на операционном столе, а в местах менее… стерильных.       — Значит, альтруистично выполняем долг и спасаем мир, в то же время прагматично надеясь на то, что нас по итогу не разберут на запчасти за добрые дела? — титан невольно усмехнулся. — Занимательный контраст.       — Как же я скучаю по временам, когда отстрел падших был самой насущной проблемой... — самозабвенно протянула охотница, отпивая какао.. — Продолжай.       — Вернёмся к Атракс и отстрелу «падших». Молодая Волчица узнала, что незадолго до поражения келл Дома Спасения отправила верного приспешника на «особое задание». Боевая группа из шести стражей выследила Атракс и нагнала её, к своему собственному удивлению, у Склепа Глубокого Камня. Стражи смогли отключить систему безопасности и двинулись вглубь комплекса, где нашли ту самую статую женщины под вуалью, «Ясность», которую Кловис себе заграбастал. Чуть позже нашлась и сама Атракс-1, в своём экзо-обличии. Тогда-то и выяснилось, чем именно было её «особое задание». Она принесла в Склеп тело Таникса, и по собственному подобию, перенесла его сознание в экзо-тело…       — Да ты гонишь, — фыркнула носительница Света. — Сколько можно уже? Он раз десять помирал!       — Я совершенно серьёзно. Ублюдок просто отказывается умирать насовсем. Можно с уверенностью сказать, что теперь я осознаю уровень раздражения, который мы вызываем у своих врагов, воскресая вновь и вновь. А ещё этот Фанатик, да и Нокрис, перерождавшийся до поры до времени… — экзо хмыкнул и отпил какао. — Знаешь, мне очень не нравится тенденция того, что всё больше врагов перенимает фишку носителей Света. Это как-то… низко с их стороны.       — Видимо, теперь единственное, чего мы можем от них требовать — это не списывать «точь-в-точь», — саркастично протянула Минерва.       — В общем, Атракс-1 не доставила проблем группе Молодой Волчицы. Переступив через её бездыханное тело, стражи оказались на орбитальной станции Европы, «Утренней Звезде». Таникс и перешедшие под его командование эликсни пытались добраться до пункта управления и стражи отправились за ними. К этому моменту ИИ Склепа, заведующий и станцией, включился на полную катушку. Заметив множество целей и признав их враждебными, он инициировал протокол ядерного спуска «Утренней Звезды».       — «Сейчас вы познаете божественное правосудие. Да растянется оно навечно» — очевидно, не своим голосом произнесла Минерва: мужским, высокомерным и наполненным ледяным гневом. — Запись, переданная мне призраком стража, участвовавшего в погоне за Атракс и Таниксом. Этот ИИ — отпечаток сознания Кловиса I.       — Сознания, замороженного во времени, — кивнул Купер — Кловис не знал о эликсни, не знал о стражах. Он рассудил, что ни первые, ни вторые не должны получить доступ к центру управления «Ясности». Протокол должен был привести к полному уничтожению Европы, но каким-то образом у стражей получилось его деактивировать, сводя повреждения спутнику до возможного минимума, и всё же «Звезда» рухнула, открывая Склеп как консервную банку. Уже на поверхности с Таниксом удалось расправиться — на этот раз, хвала Страннику, без жертв среди носителей Света…       — Скатертью дорога, — процедила охотница. — Он и так забрал у нас слишком многих.       — Защита Склепа спала окончательно и в комплексе экзо-науки стражи отыскали закрытое ранее ответвление, где нашёлся сам «Кловис» в виде ИИ. Старик так любил себя, что сделал аж несколько версий. Одна из них — огромная, мать её, экзо-башка. Метров пяти в высоту. Со второй дела обстоят… сложнее.       — Выкладывай. Думаю, я готова уже ко всему, — охотница пожала плечами и поднесла кружку к губам.       — Другая платформа Кловиса — ни кто иной, как Банши-44, — пробудившаяся поперхнулась какао и закашлялась. — Я примерно так же отреагировал. Он был вторым отпечатком сознания. Помнишь про портал, который Брэй возвёл на Европе? В определённый момент — какая неожиданность — из него хлынули вексы, сражаться с которыми пришлось горстке экзо с «маленьким» Кловисом и Элизабет Брэй в составе.       — С помощью технологий Склепа они сохранили копии сознаний и отправились на бойню, потому что другого выхода не было, — произнесла Минерва. — Они были уже чем-то большим, чем просто людьми, но всё ещё не ровней носителям Света. Они сражались и умирали. Их собирали вновь и перезаписывали. Раз за разом. Десяток сменялся другим. И с каждым циклом становилось всё хуже. Ресурс восстановления не бесконечен, особенно — в такой ситуации. Люди теряли себя, но продолжали сражаться, даже понимая, что следующий раз может стать последним…       — И всё из-за ошибки единственного помешанного на своём величии маньяка… — мрачно протянул Спок.       — Они смогли закрыть портал, потеряв почти всех. На тот момент Кловис — тот, что сражался, а не сидел в стороне — уже был на 43-ей перезаписи. Он попросил Элизабет помочь ему начать с чистого листа. Хотел перестать ассоциироваться с ненавистным именем. Экзо из его отряда прозвали его «Банши» из-за манеры расправляться с врагами, и он принял это имя… ИИ «Кловиса» же оказался деактивирован.       — Вау… — охотница запустила пальцы в волосы и слегка растрепала их. — Что же, это объясняет постоянные провалы в памяти оружейника. Чёрт, никогда бы не подумала…       — Последней весомой фигурой в Доме Спасения была Кридис. Она пыталась освободить Эрамис из ледяной темницы, вернуть к жизни, но её планам было не суждено сбыться по вполне фатальным причинам... Война, фактически, была окончена, но определённые операции всё ещё велись на спутнике: санкционированные и не очень. Некоторые стражи помогали беженцам из Дома Спасения выбраться с Европы и примкнуть к Дому Света. Другие — уничтожали заводы по производству тяжёлой техники, осуществляли регулярные налёты, чтобы держать особо ярых последователей Эрамис в узде… Думаю, сейчас уже каждый страж успел побывать на Европе. Каждый экзо, которого я знаю, так точно. Кто-то искал ответы на вопросы, другие — избавления от кошмаров, третьи — новые силы…       — Давай уже на чистоту, Купер. Насколько всё плохо? Сколько стражей поддались искушению и перешли в злодейский режим? — Фэйт требовательно впилась взглядом в окуляры экзо. Тот многозначительно хмыкнул, откинулся на спинку стула и сложил руки на груди.       — Скажем так: всё стало чересчур серым, — спустя десяток секунд ответил титан. — Ситуация значительно серьёзнее, чем когда Скиталец прибыл в Башню со своим «Гамбитом». Не могу назвать цифры по очевидным причинам: информация строго засекречена. Думаю, только верхушка ордена Праксисов и Тайные люди Икоры знают наверняка.       — Со времени твоего исчезновения было три громких случая, всплывших на поверхность, — произнесла Минерва, взглянув на Фэйт. — И судя по ним, далеко не всегда в ужасных происшествиях виноваты стражи, принявшие Стазис. Как и говорила Элизабет, Свет и Тьма — лишь инструменты. В конечном итоге всё сводится к тому, в чьих руках они находятся…       — Стражи, фигурирующие в этих историях — Трестин, Сола и Шаюра. Первая — охотница, другие две — варлоки. И я только сейчас задумался над тем, насколько это иронично, — экзо сдержанно рассмеялся, не обратив внимания на то, как напряглась пробудившаяся при упоминании последних имён. — Исходя из статистики известных инцидентов, виновницами в ста процентах случаев являются девушки-стражи. А уж девушки-варлоки — вообще зло во плоти. Поголовно маньячки с садистскими наклонностями.       — Попробуй высказать это в лицо Икоре, — саркастично протянула Минерва.       — Что произошло с ними? — настороженно спросила охотница. Она знала Шаюру и Солу лично, последнюю — даже слишком хорошо. Странница Пустоты, управляющаяся с этой стихией на выдающемся уровне. Однажды они столкнулись в матче «Испытаний», где Фэйт уничтожила группу Солы подчистую. Затем — к обоюдному удивлению — они столкнулись в подпольном ночном клубе, где стали выяснять отношения в танце на барной стойке. После чего они столкнулись в кровати у Солы, где варлок всё же умудрилась одержать победу в матче-реванше.       — Сола, судя по всему, поехала крышей, слишком усердно вглядываясь в бездну. Во время матча «Испытаний Осириса» — незадолго до прибытия Чёрного флота — она начала пытать Трестин на глазах у обеих боевых групп, буквально поместила сгусток бурлящей пустоты в её грудь. Никто не знает, с какой целью и что её на это побудило: матч уже был окончен победой команды Солы. Сэйнт вмешался и остановил эту сумасшедшую, но, как показало время — слишком поздно. Орден Праксиса начал наблюдение за ней, но они недооценили степень того, как далеко зашла Сола в своём безумии. Прежде, чем Онор Махал всё же остановила её, Сола стала причиной пропажи двух других стражей, и их судьба неизвестна до сих пор…       На какое-то время Купер смолк, вероятно, ожидая какой-либо реакции от Фэйт или Спока, но охотница лишь задумчиво смотрела в одну ей известную точку. Она прекрасно знала, что если слишком глубоко тянуться в Пустоту, рано или поздно нечто протянет своё вязкое щупальце в ответ и утащит на самое дно. Похоже, с Солой случилось именно это.       — Следующим пациентом Онор стала сама Трестин, — продолжил титан, наконец, заметив странноватое поведение Фэйт. — Шрамы, нанесённые Солой, оставили на жертве неизгладимый след. Когда Европа стала открыта для всех стражей, она направилась туда в надежде заполучить Стазис. И всё бы ничего, каждый третий этим занимался к тому моменту, но между Трестин и её боевой группой — той самой, которая участвовала с ней в роковом матче — случился конфликт. Вероятно, на почве её желания прыгнуть с головой в омут. В результате — два мертвых носителя Света и призрака. Праксисы остановили её у Тёмного Обелиска, не дав завладеть тем, ради чего она убила своих товарищей, — Купер взял краткую паузу, чтобы залить в себя какао. — И последний маньяк на повестке…       — Шаюра — не маньяк, — резко ответила Фэйт, наконец, перестав залипать в пустоту. — Она всегда была доброй, спокойной, приличной и чертовски приятной в общении.       — Когда-то — может быть, — спокойно согласился экзо. — Первые тревожные звоночки и тут проявились в матче «Испытаний», но чуть позже — за пару недель до исцеления Странника. В конце четвёртого раунда Шаюра стала убивать одного и того же стража раз за разом, не давая тому и шанса чем-то ответить. По поведению было очевидно, что девушка находилась в неадеквате — в отличие от той же Солы, сохранявшей здравость ума. Как позже мне рассказала наша общая подруга — Аиша — у Шаюры было что-то вроде панического припадка. Она убивала стража, но видела перед собой лишь рыцаря Улья, а саму Аишу воспринимала как аколита…       — Я знаю эту историю, — произнесла Фэйт, про себя отмечая, что она была всего в двух рукопожатиях от знакомства с Купером. — На момент начала Красной Войны Шаюра находилась на Титане и сражалась с Ульем в тот момент, когда Свет пропал. Она потеряла свои силы, а Рыцарь по злой иронии продолжал перерождаться через какой-то ритуал. Выбраться из такой ситуации живой — настоящее чудо...       — Должно быть, эта история и наградила её посттравматическим стрессовым расстройством. Прибытие Пирамид и отказ Слоун покидать Титан только ускорили ухудшение её психологического состояния. Аиша говорила, что эти двое были близки, — логически заключила Минерва.       — После того, как Странник нанёс Тьме «ответный удар», что-то в её голове щёлкнуло, — титан продолжил. — Следующий матч, в котором участвовала Шаюра, пришелся на тот момент, когда с Домом Спасения было покончено, а стражи начали овладевать Стазисом. Как раз одного из таких «тёмных» Шаюра и попыталась прикончить на глазах у всех. И в этот раз она полностью осознавала происходящее. Когда страж был убит, она попыталась прикончить и его призрака, но Аиша остановила её. При помощи Стазиса, что иронично. Праксисы задержали Шаюру и в ходе расследования обнаружили на приборной панели её корабля расколотые оболочки нескольких призраков и даже человеческий череп. Бесспорно, убитого ей ранее «тёмного» стража. Она обернулась чертовым фанатиком, признающим только Свет, и желающим избавиться от всех «предателей», принявших Тьму, вне зависимости от того, насколько чисты их намерения.       Фэйт прикрыла глаза ладонью и издала измученный стон. Она и сама была отчасти фанатична и не хотела иметь ничего общего с Тьмой, считая подобные заигрывания опасными. Но даже у приверженности Свету должна существовать грань. Грань, которую Шаюра пересекла вприпрыжку.       — Блять… — едва слышимо прошептала носительница Света. — Стоит уйти на пять минут, как всё идёт по пизде… Каждому, блять, надо сойти с ума без присмотра…       — И это не конец истории, — произнёс Купер, отпивая какао. — Шаюра умудилась сбежать и, вероятно, продолжает нести карающее пламя в дома грешников. Я лишь надеюсь, что Аиша в порядке и готова к визиту подруги. Эта сумасшедшая, наверняка, очень близко к сердцу приняла двойное «предательство».       — У вас заканчивается время, — как бы невзначай вставил Спок.       — Понял, значит — блиц-раунд, — произнёс титан. — Параллельно войне с Домом Спасения происходили другие события, главным участником которых стал Осирис. Он искал… что-то. Даже предполагать не буду. В ходе поисков варлок отыскал очень занимательную информацию: во-первых, кабал покинули родную планету и начали двигаться по направлению к солнечной системе. Во-вторых: Саватун официально не в фаворе у Тьмы и её сестра, Зиву’Арат, была послана за головой Ведьмы. Первые плоды этого противостояния начали появляться в Городе Грёз и на Спутанных Берегах.       — Чёрт… Это плохо, — протянула Фэйт. — Даже с учётом того, что сестрицы теперь друг против друга, их одновременное появление на нашем пороге ни к чему хорошему не приведёт.       — Согласен. Итак, во владениях пробудившихся и Паука начали появляться необычные монолиты Улья, которые подчиняли воле Богине Войны как отпрысков Саватун, так и эликсни с кабал. Осирис смог проследить источник заражения до Луны и обнаружил там оставшихся детей Кроты. Всех. Семейный сбор был, видимо. Он не стал запрашивать помощь у Авангарда, дабы не упускать возможность раз и навсегда покончить с потомками Орикса в напрасном ожидании… Он убил их всех, но в процессе битвы не заметил того, что своими же действиями призвал на кровавый пир отражения Зиву’Арат и её Церемониймейстера…       — «Мой дом — война. Мой голос — боевая песнь» — вспомнила цитату из какого-то пыльного манускрипта охотница. — Каждая смерть потомка Орикса делала Зиву’Арат сильнее…       — Да. Осирис был сломлен нехарактерной себе глупостью. Он должен был сгинуть там, но… Сагира пожертвовала собой. Отражения Зиву сгинули в ослепительной вспышке Света под аккомпанемент падающих на землю осколков оболочки…       — Чёрт возьми, как Осирис мог довести до такого?.. — болезненно протянула носительница Света. — Сагира была самым милым и одновременно злорадным комочком неиссякаемого сарказма… Я всегда хотела себе призрака вроде неё.       — Эй, я как бы здесь! — возмущённо воскликнул Спок.       — Ой, не возникай, — охотница небрежно отмахнулась. — Ты и сам не раз говорил, что предпочёл бы более спокойного и скучного стража.       — Туше… — спустя пару секунд ответил дрон. Купер и Минерва непонимающе оглядели собеседников: у них-то в семье всегда была идиллия.       — Уже после этого Осирис связался с Авангардом, запрашивая поддержку Молодой Волчицы, — вернулся к повествованию титан. — Он был ослеплён гневом и желанием отомстить, и направился за сбежавшим Церемониймейстером даже лишённый Света. Почти убил себя — во второй раз — но подоспевшие на помощь Волчица и… Ворон, спасли его.       — Почему ты так странно выделил интонацией «Ворона»? — спросила Фэйт, прищурившись. — Кто он такой?       — Страж, вынужденно работающий на Паука. Недавно воскрешённый «Новый Свет».       — Волчица, Ворон и Паук… Зоопарк какой-то, — охотница отпила какао. — Называй вещи своими именами. Киндергардиан он, а не «Новый Свет». Авангард не умеет в нейминг.       — Как скажешь, — с усмешкой ответил титан. Официальное название ему тоже не нравилось. — А по поводу моей интонации… Что же, Ворон — очень интересная личность, но так как ты просила рассказывать по хронологии, я сохраню интригу…       — Стражи спасли Осириса, но у них не получилось настигнуть Церемониймейстера, — Минерва подхватила повествование. — Варлока сопроводили в Башню, а Волчица отправилась на Спутанные Берега, дабы пообщаться с их властителем. Гневорождённые — так прозвали эликсни, кабал и улей, подчинившихся влиянию монолитов — доставляли определённые проблемы Пауку, так что он дал добро на совместную работу героини Красной Войны и своего личного носителя Света…       — Вы сказали, что Ворон был вынужден работать на Паука, — произнёс Спок. — Как так получилось?       — У Ворона был очень жесткий старт в его новой жизни, — произнёс Купер, тщательно выбирая слова. — Каждый второй страж считал своим долгом поиздеваться над ним и убить пару-тройку раз. Как он сам догадался — прибытие в Последний Город не принесло бы ему ничего, кроме страданий. Именно тогда на его пути появился этот ушлый эликсни. Он заманил его показным дружелюбием и спустя какое-то время заминировал оболочку его призрака, дабы птичка и не думала улететь…       — Чёрт, это жестоко, — охотница поджала губы и поёрзала на стуле. — Но почему другие носители Света так реагировали на Ворона? Это… Ненормально.       — Ты правда хочешь, чтобы я объяснил причину сейчас? — носительница Света запоздало кивнула в ответ. — Хорошо. Ворон — это переродившийся Ульдрен Сов.       Охотница нервно усмехнулась и принялась искать в лице экзо намёк на то, что он шутит, издевается над ней, но Купер казался смертельно серьёзным. Осознав это, Фэйт усмехнулась ещё раз. Ещё смешок через секунду. За ним — следующий. В конечном итоге интервалы сократились до минимума и сейчас девушка в открытую смеялась, запрокинув голову на спинку стула и смотря куда-то в потолок. Раскатистый, глубокий, почти злодейский смех заполнил собой помещение, рискуя разбудить собой всю палубу. Остальная троица неловко переглянулась: похоже, последнее предложение титана сломало охотницу и наградило её нервным срывом.       — Ох, это… это забавно… Странник, ну ты и сука… — Фэйт сделал глубокий вдох и порывисто выдохнула, пытаясь успокоиться. Ещё пара нервных, неконтролируемых смешков и у охотницы получилось подавить истерику. Она оторвала взгляд от потолка и вернула его на Купера. Полная боли улыбка не спешила сходить с её лица. — А чувство иронии у него, однако, на недосягаемом уровне.       — Хочешь поговорить об этом? — аккуратно спросил экзо. Конечно, он ожидал бурной реакции на подобное откровение, но у Фэйт получилось его удивить.       — А смысл? — пробудившаяся всплеснула руками. — Это ничего не изменит.       — Тебе может стать легче, если ты выговоришься.       Носительница Света невольно фыркнула и переглянулась со своим призраком. Тот слегка накренился набок, словно спрашивая «почему нет»? Фэйт на десяток секунд прикрыла глаза, чтобы собраться с мыслями.       — Хочешь знать мой взгляд на ситуацию с Ульдреном? — спросила охотница. — Ладно. Я была на задании, когда Варикс устроил всеобщий побег из Тюрьмы Старейшин. Одним из его условий было сохранение радиомолчания. Я вернулась в башню через два дня после смерти Кейда, не зная, что ждёт дома…       Два года назад       Фэйт не застает Авангарда охотников на его излюбленном месте в ангаре. На вопрос о том, куда он запропастился, Аманда Холлидей с горечью отвечает, что Кейда-6 не стало.       Фэйт доверяет Аманде, но отказывается верить в её слова прямо сейчас. Такого просто не может быть. Возможно, это очередная неудачная шутка самого Кейда или же он отправился на секретное задание… Слухи о его смерти могли пустить специально ради успешного выполнения какого-нибудь хитрого плана! Должно быть какое-то объяснение.       Только один человек в башне мог сказать ей правду.       Фэйт не замечает, как покидает ангар. Не замечает, как минует залитую солнечным светом центральную площадь Башни и лавку оружейника. Что-то не так. Непривычно тихо. Колени предательски подкосились, когда она ступила на нисходящую лестницу и девушка с трудом сохраняет баланс. Тревожное предвкушение нарастает, но охотница всеми силами отмахивается от дурных мыслей. Отрицает саму возможность.       Фэйт выходит на Рынок Башни и бросает взгляд налево — к месту, напоминающему одновременно алтарь священника и лабораторию учёного. Икора Рей отсутствует на посту, но охотница готова ждать.       Фэйт стоит, опираясь на невысокое ограждение локтями. Дым от сигареты медленно поднимается вверх и охотница провожает его взглядом. Стоит глазам поравняться со Странником, как она прищуривается от яркого света, отражающегося от белоснежной оболочки. Она стоит тут уже с десяток минут и за это время накатывавшее волнами осознание реальности произошедшего успевает закрепиться в её разуме. Чувство потери болезненно сдавливает грудь, не давая дышать. Издевательски-хорошая погода для такого дня.       Фэйт узнает лёгкий шелест мантии позади себя и делает последнюю глубокую затяжку, прежде чем выкинуть незаконченную сигарету со стены Башни. Она слишком уважает Икору, чтобы курить при ней. Икора слишком ценит её, чтобы делать замечание.       — Это правда? — сдавленно спрашивает пробудившаяся, когда Авангард варлоков равняется с ней слева. Она не меняет своей позы. Не рискует взглянуть.       — Правда, — звучит тихий ответ. Фэйт прикрывает глаза, громко втягивает воздух носом и выдыхает.       — Кто?       — Принц пробудившихся, Ульдрен Сов, — выплёвывает варлок. С десяток секунд обе молчат, смотря на величественный Город из стекла и бетона.       — Что Авангард собирается с этим делать?       — Ничего, — отвечает Икора, силясь придать уверенности своему голосу. Охотница презрительно фыркает и варлок понимает, что грядёт буря. — Мы не завоеватели, Фэйт. Мы — стражи. Мы нужны здесь для защиты своего дома.       — О, неужели. И что ещё интересного сказал Завала? — издевательски протягивает охотница, наконец, поднимая взгляд на подругу. Она отлипает от ограждения и расправляет плечи, поворачиваясь к Икоре всем телом. — Какие ещё веские оправдания он нашёл для того, чтобы не мстить за брата по оружию? Что мы получим, показывая всему миру подобную слабость?       — Он не хочет больше терять друзей в…       — Чушь собачья, Икора! — взрывается Фэйт, вскидывая руку в направлении главной площади. Стоящие в отдалении люди поголовно обращают взоры на двух девушек. — Хочешь сказать мне, что каждый чёртов страж в Башне — его друг?! Мы должны сидеть здесь и притворятся, что ничего не случилось?! Это трусость в самом наглядном её проявлении!       — Я вынуждена поддержать Завалу, Фэйт, — вкрадчиво произносит Икора. В отличие от охотницы, она не хочет, чтобы вся Башня её услышала. — Я не могу позволить расколоть Авангард своими действиями ещё больше. Только не сейчас…       — Хватит, Икора, — дрогнувшим голосом произносит охотница. Чувство обиды стальной хваткой сдавливает горло. — Неужели бездействие — это то, чего Кейд заслуживал? Сорви с себя маску безразличия. Я знаю, что сейчас тебе куда больнее, чем мне! Я знаю, что ты хочешь прикончить этого ублюдка сильнее, чем кто бы то ни было!       — Это так, Фэйт, — полным ледяной ярости голосом отвечает Икора. — Я хочу порвать Ульдрена на части и повесить его голову на трон, которого он так жаждет. Но Авангард принял решение. Стражам запрещено вмешиваться в происходящее на Рифе.       — И как много согласно с такой позицией? Сколько нарушило приказ? Завала хотя бы представляет, к чему приведёт его решение?! — варлок отводит взгляд на сияющий Город, не желая отвечать на эти вопросы, и Фэйт понимает: — Героиня Красной Войны уже там... Что будет, если она закончит как Кейд?       — Остановись, Фэйт, — требует Икора. Охотница мгновенно сбрасывает обороты и тихо, почти умоляюще, просит:       — Скажи, чего ты хочешь, Икора. Скажи, чего ты от меня ожидаешь.       — Как один из действующих Авангардов я ожидаю от тебя того же, чего и от других стражей — следования приказу. Как от члена Тайных… — Икора Рей встряхивает головой, отгоняя прочь навязчивые мысли: она не может отправить Фэйт в погоню за убийцей Кейда собственным распоряжением. Даже если это просто формальность, о которой будут знать только они. — Ты всегда была на удивление плоха в следовании слову Авангарда. И я знаю, что если ты что-то для себя решила — остановить не сможет никто. Даже если я попытаюсь запереть тебя в Городе, ты найдешь способ сбежать…       Заложив руки за спину, Авангард варлоков поворачивается к непокорной охотнице. Её лицо вновь приобрело непроницаемо-спокойное выражение, и только решительный взгляд карих глаз кричал «сделай, что дóлжно». Фэйт едва заметно усмехается: мягко, словно с благодарностью. Сколько не отрицай — ей необходимо это молчаливое благословение. Ей важно быть на одной волне с Икорой.       — Не хочешь его увидеть? — напоследок спрашивает Авангард варлоков, когда Фэйт разворачивается, чтобы уйти.       — Я увижу его, когда Сов окажется в могиле.       — Так я и оказалась на Спутанных Берегах… — сдавленно произнесла Фэйт. — Даже не знаю, сколько Презренных убила. В определённый момент просто перестала считать. У меня не получилось добраться до Ульдрена или хотя бы Фикрула: Волчица нашла их первой… Я же прибила Хайрекса, «Покорителя Разума». И снайпера, Пирру. Не смогла отомстить за смерть Кейда, но… хотя бы расквиталась с убийцей Санденс. Медленно. С наслаждением. Никогда не слышала, чтобы кто-то так долго кричал в агонии… — смотря в пустоту, охотница паршивенько усмехнулась и отпила какао. — Я не видела в Кейде друга. И уж тем более — «начальника», боже упаси. Он был скорее… старшим братом-дебилом, с которым ты мало общаешься, потому что он съехал в отдельную хату. И все же каждый раз я была рада его видеть. Эта история до сих пор не даёт мне покоя. И судя по тому, что ты только что рассказал, со временем она стала только оскорбительнее.       — Ты должна отпустить его, Фэйт, — тихо промолвила Минерва. — Со смерти Кейда прошло много времени. Жизнь продолжается. Ты не обязана тащить за собой эту злость.       — Легко сказать, — носительница Света фыркнула и взглянула на призрака. — Я знала его дольше, чем живут многие люди, Минерва. Он не был святым, но являлся образцовым стражем. Защитником человечества. И после всего произошедшего Варикс, сыгравший не последнюю роль в его смерти, избегает наказания и получает неприкосновенность? С какой стати? Да его голова должна висеть на пике в Башне в назидание нашим врагам, и плевать, что на это могут сказать пробудившиеся Рифа или падшие из Дома Света! А Ульдрен Сов, всадивший пулю в сердце Кейда из его же револьвера, получает шанс на новую жизнь в качестве стража? Я знаю, что справедливости не существует, но это уже слишком… — охотница отвернулась, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — Буквально каждый аспект этой истории выводит меня из себя. Варикс, желающий обеспечить будущее падших ценой сотен жизней пробудившихся и стражей. Кейд, отправившийся в Тюрьму Старейшин без должного прикрытия и загнанный в угол по собственной глупости. Героиня Красной войны, убившая Ульдрена и лишившая меня мести. И Завала, боящийся даже помыслить о том, чтобы расквитаться за смерть лучшего друга. Видит Странник, каждый раз я думаю, что вот оно, его худшее решение за всё время, но этот истукан умудряется пробивать одно дно за другим…       — И что он должен был сделать? — вкрадчиво спросил Купер.       — Я понимаю, что оставлять Город беззащитным нельзя. Я осознаю это. Но мы должны были показать свою силу, — чеканя каждое слово ответила Фэйт и ткнула себя указательным пальцем в грудь. — Нас называют «охотниками», а не «разведчиками», и на то есть причина! Завала должен был отправить нас на Риф. Оставить Город под защитой варлоков и титанов на неделю и спустить охотников с цепи, дабы мы утопили Риф в крови. Если бы за Ульдреном и его «Баронами» отправились не единицы, а сотни и тысячи, мы могли бы выжечь скверну дотла, вырезать опухоль, пока она не успела разрастись! Бездействие Завалы привело нас к тому, что убитые падшие начали поголовно восставать из мёртвых в качестве зомби. Как будто без Презренных у нас было мало забот…       — На плечах Коммандера лежит груз десятка миллионов жизней, его осторожность можно понять, — по взгляду пробудившейся Купер понял, что она швырнёт в него кружкой, если он продолжит, поэтому экзо поднял ладони в примирительном жесте. — Пытаться переубедить тебя я не буду: встречал стражей, настроенных так же радикально. И Ворон встречал… Ты бы попыталась убить его?       — Ульдрен Сов заслуживал куда больше, чем пулю в лоб, которой его наградила Волчица. Я убила бы его без малейшего сомнения, в гораздо более личной манере. Что касается Ворона… — Фэйт замолчала и отвела взгляд. Развернувшаяся в её голове борьба с собственными демонами прекрасно отразилась на лице. Несколько раз она открывала рот в попытке начать предложение, но осекалась на первом же звуке. — Я не знаю, — наконец, потерянно ответила девушка. — Стражи начинают жизнь, представляя собой чистый лист. Нового человека, никак не связанного с тем, кто носил это лицо до него. Мстить Ворону за грехи Ульдрена несправедливо, но… Если он каким-то образом сохранил его черты, если он и сам уже замешан в чём-то ужасном и непоправимом… Думаю, в таком случае я убила бы его. Насовсем. Единственное, в чём я уверена — я не смогла бы смотреть ему в глаза и притворяться, что всё в порядке. Не смогла бы работать с ним. Подобное… благородное лицемерие выше моих сил.       — Что же, по крайней мере, у тебя есть сомнения, — с едва заметным облегчением произнёс Купер, бросив взгляд на Спока: кажется, призрак охотницы чувствовал то же самое. — Я познакомился с Вороном незадолго до появления Гневорожденных. Увидел его в убежище Паука. Сперва думал, что мне казалось, но в конечном итоге понял, что передо мной стоял никто иной, как покойный принц… Я тоже не знал, как реагировать на подобное. Не знал, что должен чувствовать по отношению к нему…       — Ворон до сих пор не знает о своём прошлом, — прошептала Минерва. — Он славный малый. Несколько… забитый жизненными обстоятельствами, что неудивительно. Но у него доброе сердце. Он спас Осириса, пытался найти способ обратить вспять действие монолитов, чтобы спасти подконтрольных Зиву’Арат эликсни… даже спасёт Завалу.       — Волчица видела его лицо? Как она отреагировала? — спросил Спок.       — Исходя из того, что я знаю, убить Ворона по второму кругу она не пыталась, — ответил титан. — Похоже, в конечном итоге героиня Красной Войны простила его…       — Конечно, простила, — со злорадным смешком бросила Фэйт. — Она ж его и укокошила. Нет смысла держать обиду на того, кто умер от твоей руки и переродился.       — «Прощение» работает несколько не так, Фэйт, — поучительно протянул Спок. Охотница никак не ответила, продолжая залипать на покоившуюся в руке кружку.       — Они работали вместе на протяжении нескольких недель, — вернулся к рассказу Купер. — Ворон оказался весьма сообразительным парнем и разработал специальную приманку для призыва Гневорождённых. Технологию пустили на поток, когда Волчица передала её Авангарду, и стражи начали массово зачищать Спутанные Берега и Город Грёз от подданных Богини Войны. В конечном итоге Волчице и Ворону удалось выманить и Церемониймейстера Зиву’Арат. Сагира была отомщена, а Паук потерял личного носителя Света…       — Не по доброте душевной, я так полагаю? — спросила Фэйт. Она слишком хорошо знала натуру властителя Берегов.       — О, нет. Паук хотел себе голову Церемониймейстера и обещал отдать тому, кто её принесет, что угодно из его убежища. Героиня Красной Войны, убийца Ульдрена Сов, выбрала Ворона, — ответил Купер. Пробудившаяся невольно рассмеялась: наконец-то кто-то обыграл скользкого эликсни в его собственной игре. — После этого его взял под заботливое варлочье крыло сам Осирис.       — Только изгнанник может понять и принять другого изгнанника? — саркастично протянула Фэйт.       — Он стал для него наставником. И начал с того, что обеспечил Ворона новым стильным костюмчиком и в кои-то веки — маской, — ответила Минерва, наблюдая за тем, как охотница постепенно выходит из мрачного состояния. — После всего пережитого дерьма на Рифе Ворону нужен был кто-то, кто поможет освоиться в Городе. Осирису же нужен был кто-то, о ком он сможет заботится.       — Так же Икора настояла на том, что Осирису следовало занять позицию советчика Коммандера Завалы, и он согласился. Стал, фактически, третьим Авангардом.       — До сих пор нет хотя бы приблизительного кандидата на эту должность? — поинтересовалась пробудившаяся.       — Вы, охотники, боитесь ответственности как огня. Естественно, нет, — ответил титан. Носительница Света фыркнула и пожала плечами, даже и не думая отрицать общеизвестный факт.       — Через двадцать минут в кубрике зазвонит первый будильник, — между делом вставил Спок, единственный следящий за течением времени. — Что вы на меня так смотрите? Я подошёл к делу серьёзно и разузнал заранее!       — Оу, похоже, обо мне мы поговорить так и не успеем, — в совершенно фальшивом сожалении протянула Фэйт. — Обидно…       — Как я понял, на этом корабле мы застряли надолго. Будет ещё время разузнать о тебе, — заверительно бросил титан. — Следующие события связаны с найденной Осирисом информацией касательно кабал. Как я и говорил, они покинули родной мир и отправились в нашу систему, но на этот раз ими руководило вовсе не желание захватить Землю и Странника…       — Торобаттл был уничтожен, — разъяснила Минерва. — И, похоже, в этом вновь виновата Саватун. Дергая из теней за ниточки она добилась того, что один из высокопоставленных генералов кабал призвал в свой мир армию Улья под предводительством Зиву’Арат. Даже Величественная империя Кабал, сильнейшая машина войны не смогла сдержать натиск Тьмы. Паракаузальное сильнее каузального, внепричинное бьёт причинное… Им пришлось бежать, оставляя за спиной горящий дом.       Фэйт тяжело вздохнула и прикрыла глаза, добивая остатки какао. Что Кабал, что Улей ей не нравились. Но выбирая между первым и вторым, она выбрала бы первое. Как минимум потому, что покончить раз и навсегда с Кабал было проще.       — Так что, они теперь у нас — вторые падшие? Раса без единства, цели и дома? — спросила охотница.       — Дома у них действительно не осталось, касательно же первых двух пунктов… — титан неоднозначно покачал головой. — Сейчас у кабал, по сути, две фракции. Первая — лоялисты Императора Калуса, но чего именно они хотят — неизвестно. Сам Калус пропал вскоре после исчезновения планет. Вторую же фракцию — ту, что недавно покинула Торобаттл — возглавляет его дочь, Каятль.       — Мы никогда не видели женских особей кабал, — озадаченно произнёс Спок. — Я думал, они не участвуют в военном деле…       — О, ещё как участвуют. Императрица вообще — Женщина и Воин с большой буквы, — с восхищением протянул титан, разводя руки в стороны и вверх в попытке передать объёмы «кабалицы». Бровь Фэйт медленно поползла вверх, впрочем, осуждать титана за предпочтения она не стала. — Женские особи мало отличаются от мужских, во всяком случае — на первый взгляд, ибо они все закованы в толстенную броню. Характерной чертой является наличие бивней.       — Значит, «Большая Женщина» прибыла в систему. С какой целью?       — Заключить союз с человечеством, — ответила Минерва. — Она пригласила на флагманский корабль Коммандера Завалу и Осириса для переговоров. Каятль хотела, чтобы кабал и стражи сразились бок о бок против Улья и Чёрного флота. И, вроде, идея не самая плохая, но реализация подкачала. Она хотела видеть нас в качестве подданных, вассалов её Империи. И если слухи правдивы — под конец своей пламенной речи она потребовала Коммандера склониться…       — Ха! Да она охуела! — искренне возмутилась охотница.       — А что взять с шальной императрицы? — философски протянул титан. — Властная женщина, ни дать, ни взять. Полагаю, реакция Коммандера была схожа с твоей, но из-за экстраординарного самообладания он ответил вежливым отказом. Каятль позволила им покинуть корабль, но пообещала встретиться со стражами на поле боя…       — О, как благородно с её стороны.       — Каятль не похожа на Гоула. Как минимум — из-за обстоятельств, в которые угодили сами кабал. И уж тем более она не похожа на своего отца. Императрица — самый настоящий традиционалист, военный до мозга костей, не утративший чувства чести и уважения к своим противникам, — Купер покрутил в руках опустевшую кружку. — Она хотела найти и убить Калуса, чтобы никто и не подумал сомневаться в её власти. Хотела объединить разрозненные Легионы кабал, оставшиеся в нашей системе. Хотела заключить союз со стражами и, наконец, отбить Торобаттл. Уничтожить Чёрный флот и Улей вместе с ним.       — После отказа Коммандера, Каятль предприняла попытку образовать новый Военный Совет, давая шанс вступить в него самым достойным представителям кабал, — Минерва перехватила повествование. — Думаю, вы представляете, к чему подобное привело…       — Полагаю, желающих попасть на столь почётную должность среди разбитых нами ранее легионов была уйма, — ответила охотница. — Они, небось, всю систему на уши поставили?       — Именно так, — кивнул титан. — Место в Совете можно было получить, неоднократно показав себя в «Ритуале Доказательства» — это древняя традиция их вида, ритуальная схватка… Кабал начали устраивать бои повсеместно. Между собой, с эликсни, ульем. Пытались даже попасть в научные комплексы на Европе и машину предсказаний вексов на Нессе, дабы получить преимущество в этом «соревновании». Надо сказать, количество хаоса, который умеют сеять кабал, удивляет из раза в раз.       — Начинать полномасштабную войну с Каятль было бы глупо, и мы нагло воспользовались её же традиционализмом, — хитро протянула Минерва. — Осирис предложил Коммандеру следующий план: раздобыть как можно больше реликвий под названием «Колокол Завоеваний», необходимых для участия в Ритуале Доказательства. Наличие Колокола делает тебя полноправным участником, вне зависимости от того, к какой расе ты принадлежишь.       — Значит, стражи уничтожали хоть сколько-нибудь значимых претендентов на роль в Военном Совете кабал, тем самым образуя вакуум власти, но не провоцировали прямую конфронтацию с Императрицей, ибо соблюдали все традиции? — охотница задумчиво хмыкнула. — Умно.       — Да, не зря Осирису платят за его консультации. Если, конечно, вообще платят, — сконфуженно добавил титан. — По распоряжению Завалы боевые действия против кабал возглавил Лорд Саладин. Он курировал подавляющее большинство операций, а Ворон и Аманда Холлидей обеспечивали стражей логистической и разведывательной поддержкой. Саладин, конечно, был не в восторге. Что от плана Осириса, что от навязанной компании…       — Саладин лишь тень своего былого величия. Ворчливый старик, навечно погрязший в прошлом, — пренебрежительно бросила Фэйт. — Ожидать от него чего-то другого было бы глупо.       — Ты всех титанов не любишь? — проницательно спросил экзо.       — Вовсе нет. Только тех, что наделены властью, — фыркнула охотница. — К Шаксу и Сэйнту-14 я отношусь с глубоким уважением и любовью. Слоун тоже была мне по душе. Саладин же и Завала… — девушка многозначительно вздохнула и отвела взгляд. — Тяжелый случай.       — Яблоко от яблони недалеко падает? — понимающе протянула Минерва.       — У нас с Форджем изначально были натянутые отношения, ещё когда я ошивалась с Железными Лордами. И окончательно они разрушились после его приказа к отступлению во время Сумеречной Бреши… Саладин проделал хорошую работу, будучи наставником Коммандера. Завала перенял у него слишком многое.       Купер-4 склонил голову, по-новому взглянув на погрузившуюся в воспоминания охотницу. Долгое время считалось, что Саладин являлся последним выжившим Железным Лордом. Затем появилась Эфридит. А теперь Фэйт говорит, что «ошивалась» с ними? Значит ли это, что она — третья в списке счастливчиков?.. Новыми красками заиграло и прозвище, которым её порой называл Шакс. «Седьмая». Каждый страж знал, что во время битвы при Сумеречной бреши боевая группа из шести стражей ослушалась приказа Лорда Саладина и отказалась сдавать позиции. Этот же приказ окончательно разрушил отношения Фэйт и Железного Лорда…       — Вас там было семеро, не так ли? — произнёс Купер, словно это был вовсе не вопрос, а утверждение. Фэйт подняла взгляд на титана и с десяток секунд молчала, сомневаясь в необходимости искреннего ответа. В конечном итоге девушка медленно кивнула. — Почему о тебе нигде и слова нет? — удивился экзо, разводя руками.       — Все упоминания о моём участии были стёрты из истории. Люди, знающие истину, поклялись молчать, забыть о произошедшем. Это не было актом несправедливости… Моё собственное желание, которое поддержали остальные, — девушка самозабвенно усмехнулась. — Труднее всего было с Шаксом. Как видишь, он до сих пор называет меня «Седьмой» в качестве напоминания о том, что он помнит. Но он скорее свернет себе шею, чем объяснит кому-либо, что это на самом деле значит.       — Но почему? — вновь взмолился титан. В его системе координат подобное отношение как раз расценивалось как «акт несправедливости».       — Я не то чтобы герой, о котором стоит слагать легенды…       — Как и Шакс! — вскинулся титан. — Один из величайших Полководцев Тёмной Эпохи! Да он же до сих не отказывается от этого титула! Ана Брэй тоже не «показательный» страж. Она плевала на все законы Авангарда о том, что носителям Света запрещено изучать своё прошлое, и даже подстроила собственную смерть! А что на счёт Лю Фэнг? Она наёмник. Солнцелом! Им веками было запрещено появляться в Городе из-за дурной репутации! А…       — Остановись на этом, — потребовала Фэйт, метнув на титана грозный взгляд. — Я делала то, что необходимо. То, что казалось мне правильным в моменте. Я делаю это всегда. Меня нет в этой истории по причине, которую я не обязана объяснять. Смирись.       Титан недовольно хмыкнул и откинулся на спинку стула, переглянувшись со своим призраком. Вредности охотницы можно было только позавидовать, но продолжать давить с риском испортить дальнейшее общение он не хотел. Во всяком случае, не сейчас.       — Давайте вернёмся к тому, что происходило за время вашего отсутствия, — аккуратно предложила Минерва, взглянув на охотницу. — Через несколько недель после прибытия Каятль, Авангард засёк сигнал бедствия по аварийным каналам связи. Источником сигнала являлось военное судно кабал, зависшее на орбите аномалии, образовавшейся на месте Марса. «Гликон Волатус» не приписан к флоту Императрицы, а подобный сигнал бедствия мог отправить только носитель Света, поэтому Коммандер Завала организовал спасательную операцию. Группа из трёх стражей — включая героиню Красной Войны — ступили на борт корабля и приступили к поискам. Страж был найден мёртвым, но детали смерти строго засекречены — как и большинство информации касательно происходившего на корабле. Однако, факт того, что Гликон прошёл через аномалию и вернулся из неё и то, что на корабле присутствовал Император Калус, оставить в тайне не получилось. Информация была передана Каятль в качестве жеста доброй воли и «Гликон Волатус» был объявлен нейтральной зоной. Волчица, Осирис, Императрица и её подданные начали совместно заниматься расследованием случившегося на корабле…       — Я так подозреваю, закончилось всё тем, что мы заключили союз с Каятль? — попыталась предугадать Фэйт.       — Да, — кивнул титан. — Казалось бы, первоначальный план Императрицы не сработал — с её-то амбициями! И всё же… Некоторые считают, что отказ Завалы был частью её плана. Каятль необходим союз со стражами, чтобы уничтожить Улей и отбить Торобаттл. Но кабал не заключают союзы, они завоёвывают. Человечество не может стоять с кабал на одном уровне — это было бы просто унизительно для последних. Для них подобное равноценно признанию в собственной слабости. Если Каятль не выдвинула бы Коммандеру столь абсурдный ультиматум, её дни на троне были бы сочтены. Но когда он отказался, а стражи стали одерживать одну победу за другой в Ритуалах Доказательств…       — Она выбрала одержать ряд поражений в незначительных битвах, чтобы выиграть войну, — понимающе протянул Спок. — Если это так, то я могу понять твоё восхищение её персоной.       — В конечном итоге, когда претендентов больше не осталось, Молодая Волчица и её соратники были отправлены на Несс, — продолжил титан. — Коммандер и Каятль договорились о последнем ритуальном поединке, который должен был решить дальнейшую судьбу союза и роль человечества в нём. Бой происходил в огромнейшем, мать его, танке размером с маленький город. И каким бы сильным не был избранный чемпион Императрицы, он пал от рук носителей Света. Внепричинное бьёт причинное…       — Союз был заключен на наших условиях, — закончила Минерва. — И чтобы отпраздновать подобный триумф, Авангард вновь провёл «Игры Стражей»…       — А первые чем закончились? — неожиданно оживилась пробудившаяся. — Помню, охотники выиграли первый день, титаны — второй, а потом меня закинули сюда. Охотники победили?       — Титаны выиграли 19 дней из 20, — совершенно спокойно ответил экзо. Носительница Света звонко рассмеялась.       — Хорошая шутка. А как прошло на самом деле?       — Титаны выиграли 19 дней из 20, — повторила за своим стражем Минерва, выводя перед охотницей фотографию с торжественной церемонии. Фэйт наклонилась ближе, подозрительно прищурилась и начала пересчитывать медали конкурирующей фракции.       — Бред какой-то… — неверяще прошептала Фэйт. — Уверена, Завала, Шакс, Сэйнт-14 и Саладин подсуживали. Другого объяснения быть не может…       — О, маленький охотник обиженно надул щёки и отрицает очевидное, — с умилением протянул Купер. — Впрочем, вы все ходили с кислой миной и слезами на глазах ещё неделю…       Фэйт очень красноречиво посмотрела в глаза экзо и медленно потянулась за металлической кружкой.       — Но вы выиграли вторые «Игры Стражей» и обиженные ходили уже все остальные! — поспешил заметить титан. Фэйт, все ещё не спуская хищного взгляда с титана, так же медленно поползла обратно. — Охотники одержали победу в 13 днях из 20. Не так блистательно, как титаны, конечно, но тоже — неплохо.       — Это закономерно, — бросила охотница, горделиво подняв носик. — Нет смысла бодаться за лишние дни, когда ты уже победил. Мы лучше делом займемся.       Все присутствующие — включая Спока — странновато посмотрели на пробудившуюся. Воистину, нет в природе чего-то более хрупкого, чем самолюбие охотника. Купер снисходительно вздохнул и вернулся к рассказу.       — Через какое-то время, в один солнечный день, вексы отключили нам солнце, — охотница нахмурилась, пытаясь представить себе подобное. — Не волнуйся, они его не взорвали. Просто… накрыли симуляцией весь Последний Город и его окрестности.       — Каким образом? — удивился Спок. — Нет, я знаю, что вексы могут терраформировать планеты под себя, превращая их в машинные миры, но они ведь никогда не появлялись на Земле! Накрыть симуляцией самый настоящий, реальный город, над которым помимо всего висит Странник… Это же невозможно! Ни один Осевой Разум не должен быть способен на подобное.       — Один — может. Тот же, что частично виновен в проклятье, нависшим над Городом Грёз. За «Бесконечной Ночью» стоит Кьюрия, Клинок Трансформации. А значит и…       — Саватун, мать её, — одновременно выругались Спок с Фэйт.       — Да. Кьюрия — её козырная карта. Способ контролировать Одержимых и манипулировать Вексами, — ответила Минерва. — Икора, здраво оценив масштабы угрозы, отправила Молодую Волчицу на поиски Келла Дома Света, Митракса, по совместительству являющегося одним из священных сплайсеров эликсни. Поиски не заняли много времени — приверженцы этого Дома не то чтобы скрываются от стражей. Сам Митракс прежде работал с рядом носителей Света… Он предложил Авангарду союз: он помогает с решением насущной проблемы и обучает стражей попадать в глубинную сеть вексов в обмен на убежище для его Дома в стенах Последнего Города. Мы приняли предложение и выделили им покинутый во время Красной Войны район Ботза.       Охотница невольно фыркнула. Она знала о Доме Света и добрых делах, совершаемых непосредственно Митраксом. Союз с этим Домом не был удивительным, можно даже сказать — являлся ожидаемым. Но Фэйт никогда не подумала бы, что Авангард предложит им убежище и добровольно впустит падших в Последний Город. В Город, который она так рьяно защищала от нападок этого вида почти столетие. Но уж если Икора одобрила подобное… Должно быть, ситуация действительно очень серьёзная.       — Ты когда-нибудь видела хатчлингов эликсни? — неожиданно спросил Купер.       — Смолленов-то? — сконфуженно переспросила Фэйт: подобная смена темы застала её врасплох. — Да, видела. Они довольно милые, пока не вырастут. Как и все дети. Но смоллены имеют дурную привычку вырезать человеков, когда достигают дееспособности, так что я предпочла бы наблюдать за ними в дикой природе, а не черте городских стен.       — У тебя нет сердца, — в наигранном разочаровании протянула Минерва.       — Ребят, я не имею ничего против Дома Света, пока они рыскают где-то в отдалённых уголках системы и не трогают человечество. Но взваливать уйму новых зубастых ртов на наши плечи? Давать им приют в Последнем Городе?.. Мы только что говорили о Сумеречной Бреши. Если на то воля Авангарда — пускай, не моя забота. Я даже готова не трогать их и не обзываться. Но я не обязана их любить исключительно из того факта, что они живут с нами под Странником и наплодили орду смолленов.       — Что же, справедливо, — согласился титан. — Решение Авангарда многим показалось крайне сомнительным. Непонимание царило во всех слоях общества: от обычных граждан до стражей, особенно — «старшего поколения». Тот же Саладин был в ярости, но ему пришлось легче, чем Сэйнту-14. Икора назначила его… своеобразным парламентёром между носителями Света и Домом Митракса.       — Обычно я поддерживаю Икору, но тут не могу не отметить, что решение — пиздец опасное, — настороженно протянула пробудившаяся. Сэйнт был настоящей легендой среди стражей, «величайшим титаном, когда-либо жившим». Во многом — благодаря своим походам против падших после их первой попытки скоординированной атаки на Последний Город.       — Для эликсни Сэйнт был — да и является — настоящим монстром. Чудовищем, которым пугают детей. Примером того, насколько стражи жестоки и опасны, — промолвила Минерва. — Посадить его на подобную должность — всё равно, что посадить человека с факелом на пороховую бочку. Но если у Сэйнта-14 получится наладить дружественные отношения с эликсни, значит — получится у всех. Готовься к худшему, но надейся на лучшее…       — А что с солнцем? Получилось его вернуть? — спросил Спок.       — На момент моей пропажи — нет, — ответил титан. — Люди жили без солнца недели. Фактически — оно на месте. Его видно на других континентах и планетах. Температура в Городе не упала, все природные процессы продолжаются. Это, скорее, средство психологической войны. Весьма успешное.       — Стражи справляются с давлением: многие и не такое видели, — поддакнула Минерва. — Но вот обычные люди… Им морально тяжело. Жалобы на проблемы со сном и психикой росли в геометрической прогрессии с каждым «тёмным» днём. Прибытие в Город эликсни и пропаганда радикально-настроенных жителей ситуацию только усугубляли. Тот же Культ Грядущей Войны развязал полноценную информационную — извиняюсь за тавтологию — войну против Дома Света.       — Среди жителей даже начали образовываться своеобразные группы «народного ополчения», — мрачно добавил экзо. — Распевая жуткие до безумия песни эти группы всячески мешали адаптации эликсни в Городе. Забредших за пределы Башни или района Ботза эликсни избивали на улицах, некоторые пропадали бесследно. Одна группа даже проникла в отведенный эликсни район под покровом ночи и уничтожила уйму танкеров с эфиром. Может, уничтожили бы и все, не вмешайся во всё Ворон…       — Как ты выразился? «Всё стало чересчур серым»? — охотница хмыкнула и отвела взгляд.       — Смутные времена. У людей — да и стражей — уже нет уверенности в том, кто же является врагом, а кто — другом. Так и до второй Тёмной Эпохи недалеко… — раздосадованно ответил носитель Света. — Есть ещё одна занимательная история, близкая мне. Так как эликсни — превосходные техники, некоторым был предоставлен доступ в Башню. Им выдавалось специальное снаряжение с кодовой маркировкой Авангарда. Однажды подобный рабочий пропал, остался лишь подранный комбинезон со следами эфира. Брат бедолаги начал в отчаянии искать его в Башне, но безуспешно. Тогда он выбрался в Город, пытаясь найти хоть какую-нибудь помощь или сострадание, объяснял на ломаном английском сложившуюся ситуацию и в конечном итоге оказался окружен разъярённый толпой на одной из площадей. Люди — хотя таковыми их назвать сложно — забрасывали его камнями, издеваясь, осмеивая. Но он не проявлял агрессии в ответ. До последнего просил помощи в поиске брата у толпы зверей. Аиша видела это. Та самая Аиша, «предавшая» Свет. «Предавшая» Шаюру. Поддавшаяся влиянию Тьмы и принявшая Стазис, — экзо взял паузу, чтобы утихомирить поднимающуюся из глубины души злость. — Она вмешалась. Сиганула с крыши здания, приземляясь подле эликсни и закрывая его собственной спиной. Использовала Стазис, чтобы разогнать этих ублюдков. Она лишь хотела показать, что настроена серьёзно, припугнуть их. Призвала небольшой прохладный буранчик. Никто не был ранен, эликсни оказался спасён. И когда Аиша повернулась к нему и подала руку, чтобы помочь встать, эликсни со страхом в глазах отполз от неё, обвиняя в том, что она «такая же, как Эрамис».       — Никогда не видела Аишу такой разбитой, как в тот вечер, — прошептала Минерва. — Мы нашли её в ближайшем же баре, напившейся до беспамятства, и помогли добраться домой.       — Так кто прав в этой истории, Фэйт? — резко спросил титан, всё же не сумев сдержать раздражение. — Кто злодей? Аиша, принявшая подарок Тьмы и выступившая против людей, поклявшихся защищать? Юные эликсни, вероятно, никогда и не пытавшиеся как-либо навредить человечеству, но чьи предки осаждали Город, в который их пригласили? Или люди, ослепленные многовековой ненавистью и покровительством Странника?..       На какое-то время в столовой повисло молчание, нарушаемое лишь неравномерным ритмом постукивающих по столу ногтей охотницы. Все ещё смотря на собственные колени, девушка стала отвечать:       — Я понимаю, к чему ты клонишь, Купер. Не все носители Стазиса злые, ровно как и не все носители Света — добрые. Постараюсь не относиться предвзято к тебе и Минерве, и судить по поступкам, но… Я не дотронусь до осколка, не пущу в себя Тьму, — Фэйт перевела взгляд на Купера и тот медленно кивнул, словно говоря, что уважает решение охотницы. — …и я не позволю Тьме проникнуть в Шепард, так что даже не смей предлагать ей эту реликвию снова, — вкрадчиво закончила пробудившаяся, подаваясь вперёд.       — Капитан выглядит достаточно самостоятельной и сознательной, чтобы решать за себя.       — В своём стремлении спасти окружающих она пойдёт на все, наплевав на возможные последствия для самой себя, — произнесла Фэйт, сопровождая каждое второе слово мягким тычком пальца в стол. — Она не паракаузальна, Купер. У неё нет дополнительных жизней в запасе. Она всего лишь человек с правильным моральным компасом и добрым сердцем. Не надо пытаться осквернить его Тьмой.       В переливающихся разными оттенками фиолетового глазах готовность порвать в клочья любого, смеющего помыслить о том, чтобы навредить Шепард, причудливым образом сочеталась с отсутствием непосредственной угрозы в адрес Купера. Ещё несколько секунд титан смотрел в них, после чего мягко усмехнулся и согласно кивнул. Похоже, капитан представляла для охотницы особую ценность.       — Касательно обстановки в нашем мире не могу больше сказать чего-то особо ценного, — произнёс титан, расслабленно откидываясь на спинку кресла. Он завершил свою миссию и пересказал всё, что знал. — У Сэйнта с Митраксом была пара словесных перепалок, но они так и не пустились в драку. Думаю, на этом фронте будет всё в порядке. Носители Света же постепенно подбирались к Кьюрии через толпы одержимых и вексов в их синтвейв-сети ещё когда я был в нашем мире. Может, «Бесконечная Ночь» наконец-то закончилась…        — А как вы попали сюда? — поинтересовался Спок.       — О, как раз во время одной из подобных операций. Одной охотнице — Рейне — нужна была пара лишних рук, умеющих обращаться с оружием. Мы работали с ней прежде и она предложила мне контракт с крупной суммой блеска за успешное выполнение. Сказала, что необходимо достать определённую информацию для Культа Грядущей Войны, — оживлённо произнёс Купер. — Под конец, во время жаркой заварушки, я заподозрил, что что-то не так. Её призрак слишком долго возился с точкой слияния и я отправил Минерву на помощь. За это Рейна вырубила её электрическим зарядом и наградила меня дыркой в груди выстрелом из дробовика под заявление о том, что она работает вовсе не на Культ. Там бы я и погиб, если вексовская Виверна не подоспела на помощь. Пришлось тактическим кубарем сигануть в пропасть с края платформы — другого выхода я не видел. Не повезло с тем, что прямо подо мной был очаг Одержимых. Видимо, перчатка сплайсера как-то среагировала на столкновение и случился прорыв полотна реальности.       — Вот тебе и обратная сторона медали, — раздражённо буркнула Минерва. — Пока одна принявшая Стазис охотница заступается за беззащитного эликсни, другая пытается прикончить брата по оружию…       — А что случилось с перчаткой? — вкрадчиво спросил призрак охотницы. Купер неуверенно переглянулся с Минервой, после чего приподнял руку, на которой высокотехнологичное приспособление эликсни находилось в момент перемещения и встречи с лейтенантом Миллером. Что сам титан, что его призрак совсем забыли об устройстве во всей этой суматохе…       — Походу, у Коллекционеров, — отрешённо произнёс титан, рассматривая ладонь, на которой совершенно точно не было перчатки сплайсера. Спок с протяжным вздохом матернулся — судя по всему, на эликснийском — и погасил окуляр, свесив «лицо» вниз.       — Не ты первый, не ты последний проебал технологию нашего мира в этом, — философски протянула охотница, мгновенно переключаясь на тему, которая беспокоила её гораздо больше. — Глупо Рейна поступила. Вообще не профессионально. Она могла бы устранить тебя и после того, как вы расправились бы со всеми врагами. В таком случае она смогла бы убедиться в том, что вы мертвы…       Фэйт почувствовала на себе пристальные взгляды Купера и Минервы и повернулась в их сторону. Видок у них был обескураженный. Надбровные пластины экзо вообще рисковали слететь с креплений.       — Да я просто к слову! — воскликнула Фэйт, выдавив неловкую улыбку. — Слышала о гораздо более чистых устранениях, расследования которых велись десятилетиями. Если бы вы не попали сюда, у тех же Праксисов ушло бы пару недель от силы на выяснение обстоятельств…       — Знаешь, я рад, что не ты была на месте Рейны, — настороженно протянул титан, вставая с насиженного места. — Я попрошу капитана расселить нас по отдельным отсекам, если ты не против… — экзо начал медленно отдаляться в сторону правого смотрового отсека, не сводя взгляда с пробудившейся. Скорее, ради комичного эффекта, чем из-за реальной опаски. И всё же…       — Спи спокойно, сегодня я прилягу в другом, — со смешком бросила Фэйт напоследок. Когда до охотницы и её призрака донёсся звук закрывающихся дверей отсека, Спок поравнялся с лицом своего стража, внимательно вглядываясь в её глаза.       — И как ощущения? — спросил он, сощурив линзу.       — Я всё ещё против его нахождения на корабле, но уже не так категорично, — спустя десяток секунд ответила пробудившаяся, отводя взгляд. — Приятно поговорить с человеком, имеющим схожий жизненный опыт. Пришедшим из того же мира, что и ты, понимающим то, о чём ты говоришь. Но сейчас я даже не знаю, стоило ли оно того… — дрон слегка наклонился набок в ожидании пояснения. — Мы должны быть там, Спок. Чёртовы Пирамиды забирают у нас планеты, будто это пустяк. Стражи поголовно принимают Тьму, некоторые сходят с ума — в том числе наши знакомые. Богиня Войны буквально на пороге и охотится за своей сестрой, будто солнечная система — это их игровая площадка. Мы нужны дома.       — Мы вернёмся, Фэйт, — заверил призрак. — Но сейчас мы нужны здесь и ты это знаешь, — охотница выдавила из себя слабую улыбку и Спок почувствовал, что обязан уточнить. Прояснить момент, который его искренне беспокоил. — Что на счёт нас, Фэйт?       — Что ты имеешь в виду? — непонимающе переспросила охотница.       — То, что произошло с нами в этом мире, — ответил дрон, отводя взгляд. — То, что я не послушался тебя на корабле Коллекционеров. То, что я выступил на стороне Шепард — даже неоднократно.       Носительница Света усмехнулась и встала со стула. Захватив обе кружки, она направилась в сторону мойки.       — Не могу сказать, что не испытала раздражения и даже гнева тогда, когда ты проболтался Шепард о Полярис, и тогда, когда ты не улетел с ней на шаттле на крайней миссии. Хотя последнее и было отчасти умилительно, — девушка открыла кран и всполоснула оба сосуда. — Касательно вашей кооперации… Она была необходима. Я вижу это сейчас и даже испытываю некую степень благодарности. Так что мы в порядке, можешь не переживать на счёт этого       — Я бы сказал «не стоит», но, пожалуй, скажу «спасибо», — с облегчением ответил дрон, когда страж повернулась к нему.       — В конце концов, это не самое худшее, что ты когда-либо вытворял, да? — уколола пробудившаяся с едкой улыбкой. Призрак уязвлённо пиликнул, отводя взгляд и Фэйт, довольно хмыкнув, направилась в левый смотровой отсек.