Звёздный взгляд

Ты приказала мне падать замертво, Перерождаться – и снова в путь. Будь я героем поэмы гекзаметром, Я бы восславил судьбу. <…> Ты прозвучала и не растаяла, Ты показала мне, как зовёт Всё, что без имени, все, что тайное – Всё, что дал нам господь. Просто держи меня за руку – Сколько останется, дай нам днесь. Там где еще одна станция, просто дыши, Просто будь живым здесь. © «Просто держи меня за руку» Немного Нервно _________________________________________

      Аделаида проснулась от нежного поцелуя в щеку. В губы, в нос, в шею.       Вот только в ту ночь она спала в своей комнате в Санта-Доминго одна. И что-то тёплое и пушистое старательно вылизывало ее лицо.       – Ми! – радостно возвестил лемур и обвил хозяйку хвостом.       – Дракоша… – заспанно протянула Аделаида. – Снова поцелуи с утра… Но ладно, так и быть, иногда можно. Правда, теперь у тебя есть конкурент.       – Ми-ми-ми, – серьёзно согласился питомец. И продолжил.       Моргана сладко дремала под боком, уткнувшись в него голубым носом. Вылезать из нагретой кровати решительно не хотелось: всё равно девушку придавило к ней экзотическим зверьём, а дела могут и подождать. Ну их… красочные сны намного интереснее.       Сначала Аделаида легла поудобнее, обняла подушку и собиралась продолжить спать как можно дольше. И какой глупец сказал, что в столь приятное утро положено бодрствовать?.. Но всего мгновение спустя под недовольное урчание двух своих домашних питомцев резко села и распахнула глаза. Сон ушёл сам собой – ведь на его место пришло осознание, какой сегодня день.       В открытый балкон ярко светило утреннее солнце: погода обещала быть прекрасной. В комнате стоял соблазнительный запах кофе и свежей выпечки.       На кресле лежало свадебное платье.       

***

             – Ты… Диего… что? – спрашивала мать, схватившись за голову.       – Люблю, – повторила Аделаида.       И очаровательно улыбнулась.              К этому разговору она готовилась долго. Целых три секунды, врываясь к родителям в гостиную. А ещё она поведала, что выходит за него замуж: точнее, просто поставила перед фактом, скороговоркой выложив все основные пункты своей импровизированной речи. И собиралась оставить их с этой во всех смыслах потрясающей информацией наедине.       – Подожди-ка… – произнёс отец, останавливая свою так и не успевшую сбежать дочь.       Адель на мгновение прикрыла глаза, вздохнула и развернулась с совершенно невинной будничной улыбкой: как будто только что сообщила про солнечную погоду на улице, а не про безумное решение выйти замуж за своего заклятого врага. «Сумасшедшая!» – было написано на лице отца. А мать просто схватилась за голову. Потом они сочувственно переглянулись – похоже, и вправду решив, что у их любимой дочери произошло временное помутнение рассудка.       – Дорогая… – наконец сказала женщина, поднявшись и ласково взяв девушку за руки. – Тебе совсем не обязательно выходить за этого человека.       – Да, де Очоа влиятельны, – добавил губернатор. – Но мы отвоевали Санта-Доминго и способны его удержать. Остров теперь – сила, с которой считаются многие. Стоит отдать этому зверю должное, но он сумел его обогатить…       Аделаида хмыкнула. Рациональное мышление ее отца никуда не пропало за столько лет без привычной должности. И ведь когда-то именно он искал себя зятя… и лучшего мужа для дочки. Что ж. Стоит отдать должное и ему. Нашёл. Правда, выяснилось это только шесть лет спустя. Но лучше поздно, чем никогда, не правда ли?       – Но ты вправе выйти замуж за кого угодно, дорогая. Мы больше не будем лезть к тебе со своими советами. Мы примем любой твой выбор.       Ничего себе! Вот это прогресс. «Любой выбор, говорите? – подумала пиратка. – Ловлю на слове...»       – Прекрасно, – она просияла и лучезарно улыбнулась вновь. – Я хочу замуж за Диего.       «Нет, она точно сошла с ума...» – выразительно смотрели оба. «Наверняка думают, к какому лекарю им следует обратиться», – смеялась будущая виновница торжества.       Аделаида вздохнула и вдруг стала серьёзнее.       – Мам. Пап. Я должна была сказать это намного раньше. Я люблю его. И люблю давно.       Сначала родители не поверили своим ушам. Мама выглядела абсолютно растерянной и переспрашивала, не понимая, как – и когда! – ее дочь умудрилась влюбиться в такого человека. А отец… несмотря на всё, что произошло между ним и зятем за последние годы, его так и тянуло сказать ей: «Я же ещё тогда говорил тебе, Аделаида! Я нашёл лучшего жениха ради твоего же блага! А ты спорила и обижалась». К своему же безмерному удивлению, губернатор осознал, что всё ещё не против их союза. По крайней мере, этот мужчина доказал, что сможет за нее постоять. И, главное, станет это делать.       Любящий отец искал не богатого влиятельного дворянина, способного спасти колонию от краха, – он искал настоящего мужчину, что смог бы защитить его дочь. Тогда ему показалось, что молодой адмирал, добившийся всего сам (сам, а не под патронажем родителей!), станет для его дочери идеальным мужем. Каменной стеной, если угодно. Похоже, всё же не показалось – что бы он потом ни натворил. Это… другое. Политика. Но о ней Диего заботился всегда.       А любит ли он Адель… что ж. Диего де Очоа никогда этого не скрывал. Ведь он поселился в ее комнате и все пять лет пытался найти. Упоминал о ней с нежностью и спрятанной болью – у него так и не вышло скрыть это от чуткого внимания родителей, хоть, быть может, он сам был уверен в обратном. Желал вернуть. Супруга этого не хочет видеть, но… такие чувства сложно отрицать. Губернатор понимал это – как мужчина и отец.       И если дочь согласна на этот брак… что ж. Так будет лучше для всех.       – И да… – повторив признание в любви, добавила Адель. – Если вы думаете, что Диего всех обманывал, говоря, что я его законная жена, чтобы захватить власть… вы ошибаетесь. Это правда. Капеллан обвенчал нас в тот день незадолго до моего исчезновения. И я уже не могу – и не хочу – выйти за кого-то другого. Я выбрала.       – Аделаида… – неуверенно протянула мать. Женщина всё еще переживала за нее, желая лучшей жизни и лучшего мужа.       – Мам, – попросила девушка. – Дайте ему шанс. Он… намного лучше, чем хочет казаться. А я ведь не передумаю. Вы меня знаете.       Ее слова возымели некоторый успех – пусть пока зыбкий, как вечерний туман, и хрупкий, но всё же. Несколько дней спустя семья губернатора пригласила Диего де Очоа на ужин. И он прошёл… неожиданно приятно. Дон применил всё свое непомерное обаяние, старательно делая вид, что за последние годы ничего не произошло, – впрочем, как и родители. Любовь к Адель и желание ни в коем случае ее не расстроить объединяло их и заставляло идти на контакт. В конце концов, они стали далеко не первыми в мире врагами, вынужденными сложить оружие и сотрудничать. А всего полчаса спустя отец разговорился с Диего о политике, флоте и мешавшем внимании испанской короны. Аделаида смотрела на это со светлой улыбкой. У нее проскочила мимолётная мысль, что именно так и могло произойти: шесть лет назад, после их знакомства. Непринуждённые разговоры за обеденным столом, вино и подаренное ожерелье.       Девушка задумчиво прикоснулась к украшению на своей шее – другому, конечно, ведь жемчужное пропало навсегда. Как и шрам на его лице. Всё, что напоминало о том далёком мрачном дне, когда он влюблялся в нее все больше, а она его ненавидела – ненавидела, уже стоя на грани двух сильных чувств.       Диего рассмеялся, отвлекая жену от пасмурных воспоминаний. И в тот момент родители, кажется, впервые услышали его искренний смех.       Теперь ожерелье – сапфировое. На его лице нет никакого шрама. А она сама просила родителей благословить этот брак.       – Это всё какой-то театр абсурда... – говорил бывший губернатор, оставшись наедине с супругой. – Что ей мешало сразу согласиться на этот брак?       – Ты сам должен помнить, каким был он и какой была она… – улыбнулась женщина. Она видела, как блестели глаза ее дочери… с какой искренней любовью смотрел на нее этот страшный человек. И этого оказалось для нее достаточно.              – Как по-твоему… – поинтересовалась Адель, лукаво ухмыляясь. – Что подумали мои родители, когда увидели, что мы с тобой идём спать в одну комнату? Вместо того чтобы тебе просто, ну, уйти?       – Милая, – вкрадчиво произнёс Диего. – Они привели жениха знакомиться прямо в твою спальню. А сейчас мы с тобой женаты шесть лет. Я уверен, их тем более ничего не смущает.       Пиратка рассмеялась. Она и сама нередко думала, что то решение было, мягко говоря, странным – но девушка, конечно, не сомневалась, что ее воспитанный и благородный жених сам же на нём настоял. Сделал вид, что не терпится увидеть. Познакомиться с долгожданной невестой, приподнести подарки, что он привез из самой Испании и других стран, где он успел побывать. Применил всё свое жуткое обаяние, как и сегодня. Вот ведь хитрец и подонок! Любимый, конечно, но как будто это меняет дело!       – Стала пираткой, побеждала морских чудовищ, остановила конец света… вышла за тебя замуж, в конце концов! – усмехалась Аделаида. – А чувствую себя так, словно мне лет пятнадцать, и я сбегаю с первой любовью втайне от родителей.       Грозный адмирал, диктатор и тиран, которого он всегда пытался из себя изобразить, прекрасно понимал ее мысли. И, пожалуй, в очередной раз обрадовался, что его собственные родители остались за полсвета. Он и сам чувствовал себя глупым влюблённым мальчишкой…       Впрочем, как и всегда рядом с ней.       – Между прочим, это и моя спальня, – заметил муж, смотря на любимую с весёлым наглым огоньком в серых глазах.       И правда. Они оба жили здесь долгое время – только друг без друга. Она всю жизнь до знакомства с ним, и он – шесть лет после. Пришла пора остаться здесь вместе… и почему-то от этой простой мысли по рукам шла приятная дрожь.       Аделаида и Диего просто лежали в их общей постели в обнимку. Каждый думал о своём. Он – о том, как приятно прижимать ее к себе в этой просторной, но больше не пустой кровати. О том, как сильно ее здесь не хватало – он даже не осознавал раньше, насколько. Просто обнимал холодную подушку, то невольно представляя, как могло бы быть уютно и светло на душе, будь его жена жива, выбери она остаться с ним; то упрямо прогоняя из головы эти навязчивые грустные мысли. Теперь он обнимал любимую. А повсюду всё так же ее книги. И запах ее духов – от ее мягких волос и ночной рубашки. И ее яркий свет…       Она же понимала, как ошибалась, считая раньше, что никого и никогда добровольно не пустит в свою спальню. Будет прогонять и требовать, сделает что угодно, но добьётся своего, если родители всё же выдадут ее замуж против ее желания. Захочет остаться одна – без надзора чужого властного мужчины хотя бы на ночь. Но... теперь ей и правда хотелось остаться с ним здесь, и оставаться каждый вечер. Да, Диего прав. За столько лет эта комната стала и его спальней. Она чувствовала это... его дух, его присутствие как будто в каждом предмете. От старой книги на столе до ее украшений в ящичке шкафа. И, черт возьми, ей это нравилось!       Она думала о том, как сильно любит этого чертового дурацкого невыносимого адмирала. Как она была наивна и самонадеянна, отрицая свои к нему чувства, споря с ним и говоря, что никогда не была и не станет его женой.       Станет.       Уже.       Ведь всё произошло так, как должно было произойти.       Аделаида думала о том, насколько сильно она благодарна Диего за то, что он так и не отступился от нее.       

***

             Наступил долгожданный весенний день. На уютном песчаном берегу острова, совсем рядом с морем, стояла свадебная арка – так близко, что был слышен его приятный успокаивающий шум. Этот небольшой уголок рая был словно спрятан среди кипящего жизнью города, и потому Адель всегда любила его. Еще совсем юной девочкой сбегала из дома, гуляла по кромке воды, слушала пение птиц и купалась, представляя, что попала сюда сквозь волшебный портал, о котором знает лишь она одна. И потому же уговорила праздновать свадьбу именно здесь. В родном для себя месте – родном ещё с той, прошлой жизни. И с родным человеком из жизни нынешней.       И в тот день берег ещё больше напоминал место из какой-нибудь волшебной сказки.       Собирались гости – совершенно разношёрстная публика из дворян, друзей из соседних городов и, разумеется, кучи пиратов, ставших ему уже столь близкими. Кто бы только мог предположить подобное пару лет назад... Прибыл и капеллан, донельзя довольный возможностью собственной рукой обвенчать этих упрямцев снова. А за ним из воды наблюдала черноволосая сирена… Счастливые родители невесты отдавали последние распоряжения. Погода была прекрасной с самого раннего утра – словно сами боги постарались ради них, разгоняя тучи.       А впрочем, возможно, так оно и было.       «Третья моя свадьба! – смеялся Диего в собственных мыслях. – И с одной и той же женщиной… но она стоит того».       Более чем.       Когда-то он был уверен, что никогда не женится, одну за другой отвергая всех невест, безуспешно пытавшихся получить расположение молодого влиятельного адмирала. Позже он думал, что невеста в далёком Санта-Доминго – всего лишь путь к его амбициозной цели, ведь ни одна женщина в мире не способна по-настоящему поселиться в его сердце. А потом долго гнался за ней, пытаясь доказать, что он – ее законный муж. Добиться от нее ответных чувств… стать для нее любимым. Важным.       Наивный мальчишка.       Одна женщина оказалась способна.       И теперь он ждал ее. В новом красном камзоле – ведь его Аделаиде так сильно нравится этот цвет. Желая наконец увидеть ее в белом свадебном платье и, разумеется, не суметь отвести глаз от своей прекрасной невесты. Она должна приехать с минуты на минуту… и тогда она будет его. Снова. В третий раз. Хоть в сотый – ему всегда будет мало. Адель никогда не перестанет быть его помешательством.       Настал полдень. Назначенный час.       Но ее всё не было. Шли минуты, десятки минут… его невеста не приходила. И с каждым мгновением адмиралу становилось всё сложнее оставаться спокойным.       – Кажется, наш доблестный капитан снова сбежала от жениха! – пошутил кто-то из команды «Нептуна». – В который это уже раз? Пятый?       – Седьмой. Кажется, я выиграл наше пари… Аделаида сбежала со свадьбы.       Сердце Диего де Очоа пропустило несколько ударов. А потом ушло в пятки.       И почти разорвалось снова.       Она… она… могла ли?       Адель...       Адмирал сжал кулаки, тщетно пытаясь вновь избавиться от этих забытых мыслей.       Конечно, могла! Она всегда уходила. Что бы он ни делал, что бы ни говорил – она покидала его, оставляла одного, лишь очаровательно улыбаясь на прощание. Легко целовала в щеку и говорила, что у нее еще много дел. Вот только он сам в их бесконечный список никогда не входил. Бросить жениха у алтаря – это так похоже на дерзкую свободолюбивую пиратку.       Он должен был предусмотреть это.       Должен был! Привести сам, а не просто ждать… Дурак!       – Она… придёт, – осторожно произнесла мать, подходя к зятю. – Утром Адель была в своей комнате. Надевала свадебное платье. Выглядела такой счастливой. И она была самой красивой девочкой в мире… скоро они с отцом приедут. Моя дочь правда любит тебя. Это какое-то глупое недоразумение.       Похоже, все сомнения и страхи были написаны у Диего на лице.       Чертова Аделаида де Очоа… где же ты?       Сколько раз это может повторяться? Ответь! Не вздумай уходить сейчас! Он же… он же всё равно найдёт ее и догонит. Что бы ни произошло.       «Прошу тебя...»       Хотелось сорваться и броситься искать ее. Снова.       Шли долгие, бесконечные минуты.              Всё это время Аделаида в свадебном платье гонялась за своими домашними питомцами по всему губернаторскому особняку. Дракоша радостно стащил ее фату, беззаветно влюбившись в блестящую тиару, а Моргана поддержала его в этой потрясающей затее. С тех пор, как они подружились, уследить за этим хаотическим тандемом стало почти невозможно.       – Дракоша! – возмутилась Адель, грозовой тучей настигнув лемура во дворе. Но наругать его так и не смогла: она не сдержала смех. Пушистый зверёк сидел на спинке стула, нацепив тиару с фатой на себя.       – Мяу-уррр! – сообщил он, преданно смотря на любимую хозяйку. Прозрачная ткань красиво спадала по его маленькой спинке, а украшение поблескивало на полуденном солнце. Лемур и сам грелся под его тёплыми лучами, довольно жмуря янтарные глазки. Ох, и как только умудрился! Дурашка! Злиться на него оказалось совершенно невозможно.       И всё же смех смехом, но сбегать со свадьбы – как это ни удивительно – в планы Аделаиды не входило.       – Дракоша, ты идеальная невеста, но я опаздываю замуж!       – Мимими? – невинно переспросил зверёк.       Моргана, отвлекшись от погони за насекомыми, запрыгнула на стул и присоединилась к вопросу. Хоть она на фату не претендовала… умничка. Замужество – дело серьёзное. Не стоит с ним торопиться.       Уж это Аделаида точно знала на собственном опыте.       – Да, наша свадьба уже сегодня. И если я не приду на нее, Диего расстроится.       – Уррр?.. – лемур с грустным видом смял в лапках тонкую ткань.       – Расстроится и будет плакать! – заявила Аделаида, стараясь не представлять это невиданное зрелище. Скорее, конечно, разозлится и всё там разнесёт – но на Дракошу ее предположение произвело неизгладимое впечатление. Неизгладимое впечатление такая картина произвела и на Аделаиду. И всё же она продолжила свою речь, стараясь выглядеть строгой. – Ты же не хочешь, чтобы Диего плакал? Так что давай вернём мне мою фату и поедем на свадьбу, а то потом нам же его весь вечер успокаивать.       Или собирать Санта-Доминго по камешкам.       Лемур и агог виновато потупились и переглянулись, приходя к какому-то общему соглашению. И Дракоша с удручённым мяуканьем вернул хозяйке часть ее свадебного наряда.       – Вы же мы хорошие, – поблагодарила невеста, ласково гладя обоих. А теперь… я и правда опаздываю замуж.              – Диего! – выдохнула Адель, бросаясь любимому на шею. Сильные руки обвили ее талию, крепко прижимая.       – Ты пришла… – выдохнул он ей на ухо. И сразу стало так тепло и спокойно… словно и не было тех предательских тяжёлых чувств, о которых он желал бы забыть навсегда.       – Конечно. А ты сомневался?       – Немного, если честно… – он врал. В последние минуты он был готов разворотить здесь всё и снова бежать за ней. Хоть на край света – если придётся. Ведь однажды на край света он за ней уже пришёл.       Ему не привыкать завоёвывать свою любовь снова и снова.       – Мими, уррр! – Дракоша прыгнул Дону на руку, объясняя произошедшее. И виновато потёрся об его плечо. –Уррр!       Мужчина уткнулся любимой в волосы, гладя по спине.       – Ты прекрасна… – сказал он и мягко улыбнулся. Он не мог ей налюбоваться. Его Адель была волшебна. Струящееся платье – невесомое, словно потоки светлой магии, что навсегда остались ее частью; букет из сказочных орхидей и – светящиеся счастьем морские глаза. Как он и предполагал… невозможно отвести взгляд.       – Ты тоже, – ответила невеста. – Не поверишь, мне даже нравится твой камзол!       – Удивительно, – рассмеялся Диего. – Я всё же дождался этого момента!       И увидел свою любимую женщину в свадебном платье, о чём мечтал так давно.       Они могли бы говорить – и вместе молчать – вечно, просто смотря друг на друга. Но суровый старпом в совершенно непривычном нарядном костюме вмешался в их идиллию.       – Молодые. Вы тут, конечно, капитаны. И я понимаю, что это у вас традиция такая – болтать перед свадьбой, но мы уже заждались! Ради чего мы здесь собрались?!       – Ради выпьивки? – предположил Жак Люмьер.       – Ради легендарный драка! – добавил Кай Китобой.       – Это позже. Падре, скрепляйте их уже священным браком, пока одна рыжая пиратка всё же не передумала. Знаем мы ее…       – Так смотрите, они уже скрепились – не расцепить… пойдём праздновать. Давно пора.       А Диего и Аделаида просто смеялись в обнимку. Весёлая же предстояла свадьба с такой командой…              Они держались за руки и смотрели друг другу в глаза.       – Согласен ли ты, Диего де Очоа, взять эту женщину в жены?       – Да.       Согласна ли ты, Аделаида, взять этого мужчину в законные мужья?       – Да.       Как будто существовал иной ответ.       И под свадебной аркой на берегу моря Диего поцеловал свою жену.       Потом они танцевали: танцевали свой первый вальс. Играла лёгкая музыка, волнами шумело море. Он протянул ей руку, слегка склонившись, – и она взяла ее. На этот раз взяла.       – И всё же впервые мы танцуем на свадьбе… – прошептал муж ей на ухо, кружа и притягивая чуть ближе, чем того требовали ненужные приличия. – Раз уж ты отказалась на балу, любовь моя.       Аделаида смеялась.       Плавные движения, его ласковые руки на талии и влюблённый взгляд. Мужчина уверенно вёл, увлекая любимую за собой в нежный танец. А ведь Диего де Очоа, оказывается, очень хорошо танцует...       И почему она не согласилась раньше?              Три призрака, друзья давно прошедших лет, стояли на небольшом отдалении и смотрели на красивый обряд венчания.       – Моя пра-пра-правнучка выходит замуж за твоего пра-пра-правнука, – заметил Гарсия. Он не мог и не хотел скрывать искреннего умиления.– Не это ли лучший финал нашей истории?       – Да… – ответил Кортез. – Они и вправду как будто созданы друг для друга. Выходит, и мы с тобой теперь родственники?       Старые друзья смогли простить друг друга и объединиться вновь – хоть теперь и в загробном мире. Взаимная любовь их потомков поставила точку в истории проклятья туманов. Всё снова стало хорошо.       А Панцо де Леон просто улыбался. Старый мудрый учитель, он всегда знал, что девочка влюблена. И что всё должно закончиться именно так.       И закончиться ли?       Только начаться.              Наблюдать, как дворяне наравне с пиратами участвуют в импровизированных конкурсах, выдуманных находчивым Вильямом, было и стыдно, и смешно одновременно. Впрочем, как и слушать их тосты, ведь каждый норовил пересказать историю Аделаиды и Диего со своей совершенно неповторимой точки зрения. Со временем она не обросла невероятными и мистическими подробностями, вероятно, лишь по той причине, что в ней и без того их хватало. Единогласно подвыпившие ораторы сошлись только в одном: с молодожёнами и так с самого начала всё было ясно. Между ними вон как искры сверкали! Сразу понятно, что сохнут друг по другу, не иначе.       Стоит ли говорить, что праздник оказался во всех смыслах незабываем?..       Молодожёны старательно отнекивались от чудесных идей неугомонной команды, но их мало кто слушал. И потому Диего пришлось искать «украденную» Аделаиду по всему берегу. Снова. Он нашёл – когда боевая невеста в свадебном платье уже сама избавилась от своих незадачливых похитителей и бежала навстречу мужу. Друзья рассчитывали на немного иной исход событий, но, в конце концов, чего еще ждать от адмирала пиратской флотилии?.. В итоге сошлись на том, что Дон и без того немало погонялся за любимой – можно уже и с чистой совестью ее отдать.       – Я сама кого угодно отдам... – прокомментировала Адель с напускным недовольством.       К вечеру уставшие гости объединились в небольшие группы по интересам – и сословия не имели к ним вовсе никакого отношения. К всеобщему неописуемому восторгу Бобби ловко поймал букет из орхидей, и Марго в новом платье счастливо просияла. Похоже, она давно хотела связать свою жизнь только с ним… и теперь у них была такая возможность.       Раскрасневшийся Шимус решил тряхнуть стариной и выплясывал ирландский танец – который смог бы повторить далеко не каждый молодой во всём Санта-Доминго. Жак Люмьер рассказывал невероятные истории, собрав вокруг себя восторженных слушателей, и его очаровательный акцент от выпитого алкоголя стал еще очаровательней. Кристина учила всех желающих метать кинжалы. И особенно это занятие впечатлило одну маленькую знатную девочку с задорным блеском в глазах. К Лорензе выстроилась приличная очередь, просящая погадать, и девушка с радостью тасовала карты. Она всё еще немного смущалась, но чему только не научит жизнь на пиратском корабле?.. Кай Китобой размахивал гарпуном и зазывал всех отправиться на легендарную охоту. А кое-кто и вовсе решил искупаться, разумно посчитав, что стесняться на этой свадьбе больше нечего.       К отдыхающим от всего этого беспредела молодоженам подошли Вильям и Мелани.       – Вы вдвоём станете отличными правителями, – улыбнулись влюблённые.       Они выглядели счастливыми и немного раскрасневшимися. Вильям всё же станцевал с ней румбу, повторив свой подвиг с бала-маскарада...       Пиратка и адмирал переглянулись. Кажется, они не сказали?..       – Спасибо, но… мы решили, что хватит с нас политики. Наша стихия – море и приключения. И мы столького в этом мире ещё не видели. А Санта-Доминго справится. Мы двое очень много для него сделали – пришло время оставить в покое.       Повисло недоумённое молчание.       – Но… кто же станет следующим губернатором?..       – А вот это очень хороший вопрос, – ухмыльнулся Диего. – Есть один надоедливый бунтовщик, который прекрасно знает, как нужно договариваться с людьми. И которому в Санта-Доминго доверяют.       – И одна очень умная девушка с опытом губернаторской работы, – добавила Аделаида.       – Если вдруг понадобится помощь в подавлении какого-нибудь восстания… обращайся, – адмирал с зашкаливающей иронией похлопал Вильяма по плечу.       – Мы придём к вам на свадьбу, – пообещала Адель.       И, мерзко хихикая, Дон и Донья де Очоа удалились в закат.              – Ты напугала меня сегодня… – произнёс Диего, когда они остались вдвоём.       – И зря… – Аделаида обвила руками его шею. – Я ведь обещала, что больше никуда от тебя не денусь. И тем более я не хотела сбегать со свадьбы. С первой – да, но с третьей-то какой смысл?       Она смеялась. Мужчина прижимал ее к себе, нежно гладя волосы.       – Я всё равно боюсь тебя потерять.       – Дурак, – жена поцеловала его в нос. – Любимый дурак. Если я и сбегу, то только с тобой.       Пиратка хитро улыбнулась.       – И кстати… неподалеку есть лодка. Побеги – это, конечно, моя обычная роль, но не хочешь ли на этот раз присоединиться?..       Пропажу виновников торжества заметили нескоро. А когда гости поняли, что чего-то им всё же не хватает, они радостно разделились на две команды и устроили соревнование, кто быстрее найдет молодых и вернёт на праздник. Впрочем, когда остров накрыли густые сумерки, они забыли, что именно хотят найти – и быстро придумали новое развлечение.       А Диего с Аделаидой наконец остались наедине.       

***

             Каменная пристань острова осталась позади, а вместе с ней и праздник, гости, весёлая суматоха. Стало очень тихо: лишь едва заметные волны прилива шуршали о доски их лодки. Водная гладь казалась тёмной и блестящей. Теперь они принадлежали только друг другу.       Аделаида стояла и смотрела на далёкие мистические звёзды. Неотрывно. Мечтательно. От их спокойного вечного света в ней словно просыпалась что-то забытое...       А Диего смотрел на нее. Его любовь – с ним. Такая тёплая, такая прекрасная... такая родная и близкая. Завораживающая. Стоит в свадебном платье в свете огромной полной луны и просто улыбается. И почему-то от ее счастливой улыбки невозможно отвести глаз...       Она – нет, не его цель, как он самонадеянно думал когда-то. Его помешательство. Его Мечта. И она сбылась. Не растаяла...       Адель чувствовала его внимательный, любующийся взгляд, и по ее коже бежали мурашки. Совсем не от вечерней прохлады – было тепло.       Почему-то она вспомнила, как ненавидела его сначала и делала вид, что совсем-совсем не боится, совершенно не замечая его чувств – или лишь не желая их замечать? Как чуть позже, всего несколько дней спустя, даже себе не могла признаться, что безоглядно влюбилась в этого невыносимого мерзавца в красном мундире, и усмехнулась собственным мыслям. Как многое изменилось с тех пор. Со временем, незаметно, Диего де Очоа стал для нее самым близким, самым родным человеком. С которым было легко и уютно. Которого ей так сильно не хватало все эти годы.       С которым она счастлива.       – Сбегать вместе с тобой мне нравится намного больше… – произнесла Аделаида с ехидной, но такой светлой и тёплой улыбкой.       – Я польщён, – ухмыльнулся адмирал.       Несколько секунд они молчали.       – А давай… – неожиданно предложила пиратка. – Ты научишь меня своему стилю фехтования, а я тебя – своему?       В тот момент она выглядела как человек, вдохновлённый гениальной идеей.       – То есть, ты об этом сейчас думаешь, любовь моя? – рассмеялся Диего.       Ей хотелось шутить. И быть серьёзной. И говорить о своих чувствах. И молчать, заменяя слова поцелуями.       – Да. Нет. Не только...       На мгновение она задумалась.       – Полнолуние, море, звёзды в ночном небе… и я в белом платье рядом с любимым мужчиной. Сбежала вместе с ним с нашей свадьбы, дав ему клятву. Это так похоже на сказку. Волшебную сказку со счастливым финалом…       Диего молча сжал ее пальцы. Он понимал, что его жена хочет сказать.       – Я никогда не мечтала об этом, знаешь, – говорила Адель так просто, так спокойно.       Он знал.       – Не мечтала о свадьбе и белом платье, не мечтала о любви. Думала, что не позволю ни одному мужчине на свете назвать меня своей. Считала замужество пленом. Но сейчас… я счастлива.       С этими словами она повернулась к нему и добавила уверенно:       – Да, чертов ты Диего де Очоа, я твоя. А ты – мой.       – А я никогда и не спорил, – Диего притянул ее к себе ближе. – Уже шесть лет я только твой. С тех пор, как увидел впервые и потерял голову.       – Я украла твое сердце, – довольно ухмыльнулась девушка. – И не надейся, что верну.       – Пира-а-атка, – протянул адмирал, любуясь своей женой. Словно кот – или тигр. Ласково, хищно, гипнотически… – Ты уже тогда была разбойницей, захватившей мои мысли.       Он прожигал ее взглядом, не в силах оторваться, и по ее коже продолжали бежать мурашки.       Слова вдруг стали лишними.       Ее морские глаза сверкнули яркой молнией в сумерках… Аделаида поцеловала своего мужа, запустив пальцы в волосы. Ласкала его горячие требовательные губы. Водила по ним языком. Приоткрыла рот, позволяя целовать себя страстно, настойчиво, жадно. Дыхание сбивалось. Кружилась голова. От свежего ночного воздуха и запаха моря, от недостатка кислорода, от близости любимого мужчины и от его нетерпеливых прикосновений. Диего собственнически водил руками по ее телу поверх платья, притягивая к себе, желая, как в первый раз. Как и всегда… как будто его страсть к ней сможет хоть когда-нибудь утихнуть. Украла сердце и мысли однажды – украла навечно.       Разбойница.       Любимая разбойница.       Так пусть теперь видит, пусть чувствует его любовь и его желание.       С ее губ сорвался лёгкий стон наслаждения. Им обоим нужно было больше... Адмирал отстранился и резко развернул Адель к себе спиной, прижимая сильными руками. Медленно провел пальцами по ее волосам, заправляя непослушную прядку за ухо, обнажая шею, и она ощущала его горячее дыхание на своей коже. Муж гладил ее плечи, и мурашки разбегались от затылка к спине. Он нежно кусал ее ухо, и волна дрожи проходила по телу. Целовал обнажённую шею, сжимая в объятиях, и она чувствовала, как появляется щекотка в самом низу живота, как твердеют соски и как сложно становится дышать спокойно... Диего водил ладонями по ее бедрам и талии сквозь ткань свадебного платья, так мягко, но так настойчиво, словно говоря «ты моя, Адель» – и она была совсем не против стать его. Ведь это так приятно...       Диего сминал ее грудь, целуя ухо, и тяжёлые судорожные вздохи, почти стоны, срывались с ее губ. Положила голову ему на плечо и простонала, наслаждаясь ласками, сжимая его сильные руки. Потом она развернулась и впилась в его губы поцелуем со страстью, которую больше не могла и не желала сдерживать. Он ведь тоже – ее. Этот дурацкий Диего де Очоа…       Его пальцы ловко пробежались по завязкам платья на ее спине, и свежий ночной воздух коснулся обнаженной кожи. Медленно, наслаждаясь, адмирал снимал со своей жены свадебное платье и страстно целовал, не позволяя им отдохнуть и секунды. Дыхание сбивалось всё сильнее, было жарко, и мысли пропали, растворившись в желании. Нежными касаниями муж раздевал любимую, обнажая возбуждённую грудь, ласкал ее пальцами, дразня затвердевшие соски, почти кусал губы в нетерпении – и от его действий Аделаида стонала сквозь поцелуй.       Лёгкое белое платье осталось на дне лодки – как и красный костюм.       Диего настойчиво обвил руками талию Адель и притянул девушку к себе. Она водила пальцами по его плечам и спине, целуя с не меньшей страстью. Потом она сидела у него на коленях, и он гладил ее грудь, бока, ягодицы… и внутреннюю часть бёдер, поднимаясь всё выше и выше. Между ее ног было горячо и влажно, а внизу живота завязался тугой узел, заставлявший ее изгибаться и постанывать.       Одним твёрдым движением Диего надавил на бедра Аделаиды, разводя ноги шире, заставив ее чуть приподняться… желая овладеть ей в то же мгновение. Но в этот раз жена не послушалась – лишь улыбнулась хитро и обворожительно, отталкивая его руки. Муж взглянул на нее с вопросом, сгорая от желания, а она – улыбнулась еще хитрее.       Так не пойдёт… думает, что управляет ей и делает с ней всё, что захочет? Любимый мерзавец… пришло время перехватить у него инициативу.       Ему ведь нравится...       Адель опустилась перед мужем на колени. Ей хотелось сделать приятно ему.       Сначала она медленно провела языком по всей длине его возбуждённого члена, ощущая на себе прожигающий довольный взгляд. Облизала, помогая себе рукой. Пыталась не смутиться, но под таким взглядом это было почти невозможно…       Так пусть получает удовольствие. И от наблюдения... Она продолжила. Аделаида взяла его в рот, чувствуя, как Диего слегка сжимает ее плечи. Ласкала губами и языком, старательно, нежно, невольно представляя, какой ему открывается прекрасный вид… и как сильно ему это нравится. Он запустил пальцы в ее волосы, и она слушалась его мягких, но настойчивых движений. Слышала его хриплые стоны, сжимая горячие мягкие губы. Девушка потеряла счёт времени этой ласке, стараясь принести любимому наслаждение. С каждой минутой мужчина дышал всё громче, всё прерывестей, сильнее сжимал ее плечи, а она… и сама получала определённое моральное удовлетворение. Диего кончил с глухим стоном, не отпуская, но любимая была совсем не против: всё что угодно, если ему нравится…       Нравилось и ей. Доставлять удовольствие любимому человеку всегда более чем приятно…       Аделаида стояла на коленях, пытаясь отдышаться. На упругой груди набухли соски от возбуждения и ночной прохлады. Диего гладил ее по растрепавшимся длинным волосам и откровенно любовался… откровенно любовался всё это время.       Стараясь скрыть запоздалое смущение, девушка стала целовать его живот, но одним сильным движением мужчина поднял ее и притянул к себе, прижимая крепко и нежно.       – Любовь моя, ты…       – Молчи, – выдохнула Аделаида, водя губами по его шее. Она знала, что ему понравилось – и понравилось всё. Чувствовать, понимать, видеть… и почему-то эта мысль зажигала в ней так много эмоций: от стеснения, такого глупого для нее и милого для него, до морального удовлетворения.       Как же он на нее действует, чертов Диего!       – Не стану, – адмирал провёл пальцем по щеке и ласково повернул ее лицо к себе. – Ты прекрасна, моя Адель. А теперь…       И он вновь показывал ей всю свою страсть, всю свою настойчивость. Ощущения слились в единый водоворот, накрыв с головой обоих...       Требовательные руки на бёдрах. Дрожь и жар от прикосновений, язык на губах. Горячее дыхание на шее. Диего страстно целовал свою любовь, прижимая ее тонкие запястья к деревянному дну лодки. Потом всё так же, мягкой силой удерживая ее руки, долго дразнил соски, облизывая их, покусывая и лаская. Она не сдерживала стонов. Она извивалась под ним, выгибаясь в спине от его нетерпеливых прикосновений. В каждом из них читалось «ты моя, я больше тебя никуда не отпущу. Никогда. Ни за что», и в то же время он говорил ей без слов: «Я люблю тебя. И я – только твой...»       – Диего… – прошептала девушка между двумя судорожными вздохами. Возбуждение захватило все ее мысли, накатывая огромной волной и оставляя лишь одно желание.       Дон закусил мочку ее уха и резко вошёл, заставив жену застонать громче. Она изогнулась под тяжестью его тела, распахнув глаза, и обвила его ногами. С губ срывались судорожные вздохи и протяжные стоны... Он был быстрым, требовательным, несдержанным, но ей не было больно – напротив, слишком приятно от его дикой страсти.       Да, он завоевал ее, догнал, получил ее любовь и ее клятву – но не перестал любить и желать. Ее страхи были напрасны,и Диего доказывал это, целуя, лаская, как в первый раз. Только теперь, в отличие от того далёкого дня, он точно знал, что его любимая женщина, женщина, ставшая его помешательством, тоже хочет его. Не отдаётся, из-за одной лишь безысходности позволяя ему делать с собой всё, что он пожелает, а правда хочет и любит. Не заставлять ее, а быть любимым – ведь этого он жаждал уже тогда, сам того не понимая.       Диего прерывисто вздыхал, водя губами по ее шее, кусая, крепко сжимая запястья. Она стонала от каждого его быстрого движения, с удовольствием поддавшись страсти. Всё вокруг растаяло, растворившись в ощущениях: море, звёзды, лунный свет, песчаный берег с забытым на нём праздником. Остались только поцелуи и вздохи, тёплые влажные ладони на груди, гибкой спине и бёдрах. Требовательные губы. Пересохшее горло. Жадные быстрые движения и приятное тянущее чувство между ног.       Наслаждение разлилось волной по ее телу, и Адель вцепилась в сильные плечи своего мужа. Диего крепко сжимал ее, почти не позволяя выгнуться в оргазме, – и ей оставалось только дрожать и стонать, чувствуя его глубоко в себе.       После они долго, быть может, целую вечность – или всего лишь несколько мгновений? – пытались отдышаться, лёжа на дне лодки. Их губы соприкасались, но не сливались в поцелуе, а пальцы медленно блуждали по разгоряченной коже друг друга. Приятная слабость овладевала ими, и по шее и плечам шли мурашки. Они не могли оторваться – и знали, что еще долго этого не сделают.       Ночь была в самом разгаре.              Прохладная морская вода приятно обволакивала разгорячённое тело. Аделаида нырнула, намочив волосы, – и снова.       – Ты куда? – спросил Диего, ловя ее пальцы.       – Плавать. Иди ко мне.       Ее голос был звонким. Девушка тянула его к себе в воду. Обхватила ногами, когда он спустился. Провела губами по его щеке.       – Кажется, сирена всё же утащила меня в море… – произнёс адмирал. – А я и не против. Моя прекрасная рыжеволосая сирена.       Вода оказалась приятной… тёмной. Глубокой. И свет полной луны красиво отблескивал на ней, оставляя волшебную светлую дорожку – словно путь в глубину мироздания. И к далёким звёздам, глядящим с высоты.       – Влюбилась и утащила. Как не забрать себе такого прекрасного испанца? И ты теперь – мой. Никому не отдам.       Адель плавала вокруг него, соблазнительно касаясь тонкими прохладными пальцами.       – Я сам не уйду.       Они слились в нежном поцелуе.       Это не был самый лучший день – всего лишь один из. Ведь все их лучшие дни были только впереди.