Звёздный взгляд

Среди туманных островов, Среди невысказанных слов, На крыльях пасмурного ветра Твоя душа застряла где-то На стыке бьющихся миров. И как нащупать эту нить, Как не хотеть всё изменить И, наконец, искать покоя, Разрушив собственной рукою Мосты в оставленную жизнь. Но я такой, какой я есть, И это гордость, это честь – Стоять бок о бок неизменно Со всеми Вами, Джентльмены, И мое место только здесь! Нашу историю не утопит время в море, Если мы сторону примем чести своей Значит, «до скорого!» скажут смерти стройным хором Джентльмены хозяина морей. © «Хозяин морей» Марко Поло ________________________________________

      Золотистый лунный свет лился в окно капитанской каюты «Нептуна». За бортом тихо шумели волны. Было очень уютно. И тепло.       Диего прижимал сонную Аделаиду к себе.       Она – рядом. Засыпает, мило уткнувшись в плечо. Закуталась в одеяло почти с головой и обняла его руку. Как же с ней хорошо… Он ласково провел ладонью по ее талии, коснулся обнажённой спины и одним настойчивым, даже требовательным движением притянул любимую еще сильнее.       На его душе было неспокойно. Смутная тревога не позволяла забыться в объятиях девушки, столь давно ставшей его помешательством. Хотелось держать ее так всегда… касаться, ни за что не отпускать, не позволять ей исчезнуть, остановить – любой ценой. Ведь именно так Аделаида поступала всякий раз, когда мечты сменялись реальностью: растворялась в утреннем тумане, оставляя вместо себя холодную постель и гнетущую пустоту.       Сейчас она правда здесь. Всё это так удивительно похоже на его давнюю мечту.       Но в то же время… ведь и в реальности такое уже случалось раньше. А потом...       Сердце болезненно кольнуло. Он бы хотел быть тем уверенным в себе мерзавцем, думавшим, что во всём Санта-Доминго непременно сумеет отыскать невозможную строптивую девчонку, укравшую мысли, и завоевать ее. Что она будет его, сколь бы упрямо ни утверждала обратное. Он бы хотел – но у него не получалось. Как много раз обжигался тот мерзавец из прошлого… Скоро его уверенность в себе вернётся – но в ту тёмную ночь дыхание перехватывало от бури противоречивых эмоций. Любви, нежности, неверия и непрошеного страха...       Диего де Очоа прижимал свою жену как можно крепче.       – Ты волнуешься… – прошептав, нарушила она тишину. – Что-то не так?       Ее голос, такой звонкий и своенравный, сейчас звучал мягко. Успокаивающе.       – Дважды, Адель.       Девушка открыла глаза и посмотрела на него с молчаливым вопросом. Сквозь полуночный сумрак адмирал ощущал на себе ее долгий внимательный взгляд. Словно ласковое поглаживание по щеке. Словно обжигающий огонь. И глубокое море, в котором он тонул уже много лет...       – Дважды я верил, что обрёл тебя. Дважды лежал с тобой в одной постели на своём корабле и думал, что теперь ты – моя. Что ты никуда не денешься, не исчезнешь, не пропадешь… что я смогу убедить тебя остаться.       Он немного помолчал.       – И дважды я терял тебя в ту же ночь.       Аделаида приподнялась на локте и внимательно заглянула ему в глаза. Длинные рыжие волосы рассыпались по его плечам. Почему-то от этого стало так приятно...       – Этого больше никогда не повторится, – пообещала она.       Поцелуй был лёгким, почти невесомым. Едва уловимое прикосновение лишь дразнило влюблённого мужчину... Диего провёл ладонью по ее спине и притянул к себе, сминая нежные девичьи губы с настойчивостью и упрямством.       – Глупо, – произнес он. – Мне кажется, что, если я не потеряю тебя сегодня, не потеряю больше никогда. Нужно только удержать рядом всего одну ночь…       Раньше она бы только пошутила в ответ. Сказала бы какую-нибудь несусветную ерунду, лишь бы не говорить о своих – и его – чувствах всерьёз. Раньше.       – Это не глупо.       Аделаида села на кровати и обхватила колени руками. Она смотрела куда-то вдаль. Сквозь стол с оставленными на нём книгами, сквозь стены каюты, сквозь само пространство. Ей было ясно одно.       – Ты не хочешь, чтобы я разбила тебе сердце снова.       – Адель…       – Нет, подожди, дай договорить. Мы оба знаем, что это так. Я… всегда уходила. Очаровательно улыбалась и бежала навстречу приключениям, гордясь своей придуманной победой над тобой. Назвала тебя врагом и обещала себе, что никогда и ни за что не соглашусь быть с тобой вместе. И спасу от тебя мир. Запрещала себе любить тебя. У меня, правда, совсем не получалось, – девушка улыбнулась собственным воспоминаниям и добавила с лёгкой грустью. – А ты оставался один.       Конечно, пиратка не удержалась.       – Не то чтобы этому не было причин… – проговорила она с ехидной и в то же время какой-то очень спокойной, светлой улыбкой. И это восхитительное сочетание заставило Диего рассмеяться и бесцеремонно притянуть Аделаиду к себе, путаясь в ворохе одеял. Обвить руками талию и держать, держать, уткнувшись в мягкие волосы. Как давно он хотел это сделать…       – Ты права. Я не хочу терять тебя снова… одна ночь ничего не решит. Но я мог бы держать тебя вот так до утра, чтобы ты не убежала и не растворилась в воздухе… – адмирал обнимал свою жену требовательно, непреклонно, но всё же так мягко. Вся его привычная уверенность в себе, вся наглость и заносчивость исчезли от ее близости. Каменный панцирь рассыпался в прах – осталась лишь душа, вывернутая наизнанку. Некогда разорванная в клочья и ласково собранная вновь...       Она – рядом… такая уютная и родная.       Пусть так будет всегда.       – Так что тебе мешает? – Адель уткнулась ему в грудь, зарывшись в одеяло. Стало очень тепло – хоть на улице и стояла поздняя осень.       – И правда.       Небо заволокло тёмными тучами, пряча любопытную луну. Начинался дождь. Большие капли размеренно постукивали по воде и палубе корабля.       Им обоим всегда нравился шум дождя.       – Знаешь, в чем разница? – тихо проговорила любимая. – Тогда уйти было моим решением. Сбежать от жестокого жениха, гнавшегося за мной ради титула и власти, украсть корабль у честолюбивого губернатора, который почему-то считает себя моим законным мужем. Щелкнуть по носу и сказать «не обольщайся, милый, я не твоя и никогда твоей не буду».       – Безумно лестно это слышать, любовь моя, – усмехнулся Диего и прижал ее еще сильнее, целуя в макушку. Словно пытаясь доказать той самой Аделаиде из прошлого, что она – его жена. Только его. И однажды в древнем храме на потерянном острове даст ему клятву снова.       – Я больше не хочу сбегать.       Он чувствовал ее горячее дыхание на своей шее.       – Ты больше не жестокий жених и не честолюбивый губернатор. Ты – мой муж. И даже если завтра я внезапно опомнюсь и начну возражать, теперь мы знаем, что это так. И правда так. Так что можешь напомнить мне эти слова, когда я начну спорить заново.       – А ты не начинай, – посоветовал адмирал, иронично ухмыляясь. – Иначе мне придётся доказывать тебе снова и снова…       – Придумал еще! – фыркнула пиратка в ответ. – «Не спорь». Буду! Если не по поводу своего безвременного замужества, то по любому другому. Мы с тобой иначе не умеем.       – Вот как. Значит, я буду доказывать… – и с этими словами Диего поцеловал ее жарко и настойчиво, притягивая, сжимая руки. Запускал пальцы в волосы, водил языком по мягким податливым губам, почти кусал, кружа ей голову.       Пару вечностей спустя девушка немного отстранилась и – улыбнулась хитро-хитро.       – Я всегда исчезала сразу... Значит, мы договоримся. Если этой ночью ничего не случится – значит, не случится никогда. А пока что… – Аделаида отодвинулась к стенке, и весёлые огоньки заиграли в ее морских глазах. – Давай, муженёк. Держи меня. И смотри, не проворонь.       Сильная мужская рука обвила ее собственнически, крепко и ласково. Диего лёг столь близко к ней, прижимая к деревянной стенке каюты, и накрыл ворохом одеял. Стало немного тесно – но так спокойно и уютно.       Так, как надо.       – И не надейся.       – Ловлю на слове.       Адель положила голову на его плечо и закрыла глаза. Чувствовала его теплоту и силу, совсем не мягкую, нет, но завораживающую. И такой знакомый запах его парфюма. Она привыкла засыпать в этой огромной постели одна. Кутаться в одеяло, читать при свете свечи, украдкой мечтать перед сном, но неизменно обнимать только пушистого лемура и краешек своего тяжелого покрывала. Быть одной – и не ощущать рядом его. Теперь же она засыпала в объятиях любимого мужчины. По какой-то нелепой причине раньше она думала, что остаться – просто остаться – с Диего де Очоа на ночь для нее будет волнительно, неуютно и немножко страшно. Что она не сможет чувствовать себя спокойно, зная, что больше она не вольная пиратка, бегающая от испанского адмирала по всем морям, а его жена. Навсегда. Без возможности отступить, передумать и бесследно раствориться в тумане... Боялась, что не сможет проститься с прошлой свободной жизнью.       Как же она ошибалась.       Быть замужем за любимым мужчиной – совсем не плен. Напротив. Свобода от страхов и сомнений. Возможность забыть прошлое и идти дальше, но теперь вдвоём... Новая глава прекрасной книги. И, разрешив себе однажды любить Диего, она наконец смогла перевернуть страницу и погрузиться в нее с головой.       В тот момент, засыпая в его тёплых объятиях, она ясно это осознавала. Аделаида как будто была рядом с ним всегда. Оказалось, что им совсем не нужно привыкать быть вместе не только во снах…       Адмирал уткнулся в ее макушку и тихо произнес:       – Спи, милая. А я никому не позволю забрать тебя снова… будь уверена.       – Я уверена, – прошептала она в ответ, легко целуя его в щеку. – Спокойной ночи.       В кромешной ночной темноте, под уютный шум дождя, под ворохом одеял Аделаида и Диего впервые в жизни уснули в объятиях друг друга.              Яркое утреннее солнце золотило рыжие волосы Аделаиды де Очоа. Она еще спала, уткнувшись в его плечо. Диего обнимал ее, всё крепче прижимая к себе, и не мог оторвать взгляд от своей жены. Любимая…       Кровать больше не была пустой и холодной. А жизнь – серой без нее. Она не приснилась ему. Не пропала в ту же ночь. Она – с ним. Теперь навсегда, как и обещала.       Дон не удержался и поцеловал спящую жену: просто чтобы ощутить ее теплоту и нежность с самого утра, о чем мечтал столь долго. Чтобы еще раз убедиться, что она не морок и не обманка.       Нет. Настоящая… долгожданная, прекрасная, неповторимая.       И как же, черт возьми, сильно он ее любит.       Диего коснулся губами ее щеки, уха, волос…       – Моя Аделаида...       Адель что-то сонно промурчала в ответ и только сильнее прильнула к своему мужу.              Тем вечером они вдвоём стояли у борта, смотрели на звёзды и просто молчали. Аделаида положила голову на его грудь. Диего обвивал руками ее талию и ласково гладил по распущенным волосам. Молчание было приятным.       Он с трудом верил, что любимая с ним уже так долго. Не сбегает, не растворяется в воздухе горькой иллюзией, даже не отталкивает… не ранит неумолимым жестоким отказом. Реальность казалась выдуманной сказкой с хорошим финалом. Но во всех мирах не существовало ее последней страницы – и потому история продолжалась вечность. Ему совсем не нужно было закрывать книгу и возвращаться к бесцветной жизни, где нет ее.       – Мы же договорились, – произнесла Адель, словно читая его мысли. – Не пропала этой ночью – не пропаду никогда.       Одно ее присутствие, как и всегда, успокаивало вспыльчивого дворянина. Ее нежные объятия заставляли его дыхание сбиваться, а душу трепетать от бесконечных ярких чувств. А долгие поцелуи собирали многократно разбитое сердце по осколкам…       Всё было не зря. Он дождался ее… наконец догнал. После стольких лет добился взаимности – как и обещал себе (и ей безмолвно!) в первую же ночь в Санта-Доминго, снова и снова вспоминая рыжую девчонку с прекрасными морскими глазами, дерзко оттолкнувшую его в тот день.       – Я верю тебе… – прошептал адмирал.       Повинуясь мимолетной искристой мысли, Диего де Очоа подхватил свою жену на руки и закружил ее на палубе под высоким звёздным небом. Она была лёгкой и невероятной, он – сильным и неукротимым. А вместе же... Что ж. Казалось, ничто на белом свете не способно их остановить.       Аделаида обнимала любимого за шею и счастливо смеялась. Она не проиграла и не сдалась, оставшись с мужчиной, которому обещала не доставаться никогда. Напротив… смогла забыть о соперничестве и упрямстве, позволив себе любить. Теперь всё стало правильно.       Адель зажмурила от наслаждения глаза.       

***

             Диего едва дождался, пока Аделаида спустится на нижнюю рею, способную выдержать обоих, и быстро вскарабкался к ней наверх.       – То есть, вот так ты провела весь год, что тебя не было? – проговорил он с негодованием. – Твое счастье, что я этого не знал. Я бы пытался вернуть тебя в Санта-Доминго в три раза сильнее. Не могла еще что поопаснее выбрать?       За мрачным тоном он скрывал искреннее волнение. И оба прекрасно это знали.       – Не делай такое лицо, – рассмеялась пиратка. – Ты похож на недовольного кота. И в ответ мне хочется погладить тебя против шерсти. Я люблю высоту, ты же знаешь. Здесь такой красивый вид…       Дон только вздохнул.       – Я всегда знал, что ты сумасшедшая.       – Не злись, милый, – девушка дотянулась до его щеки и коснулась губами. И, не сдержав свой острый язык, заметила с очаровательной ухмылкой. – Уверена, ты догадывался, на что идёшь, когда гнался за невестой, сбежавшей на пиратском корабле...       – И правда. Уже тогда было понятно, что ты ненормальная.       – За это ты меня и любишь.       – Не только, – Диего всё же улыбнулся. – Но я и сам ненормальный, если раз за разом выбирал такую…       Адель поцеловала его, крепко держась за рею. На солёном ветру его губы казались сладкими.       «Нептун» возвращался в Санта-Доминго, и жизнь на его борту медленно входила в привычное русло. Команда старательно делала вид, что их ничего не удивляет, когда капитан держала за руку своего заклятого врага и смотрела на него светящимися от счастья глазами. Друзья… похоже, и вправду предпочли забыть прошлое, увидев, как сильно Диего де Очоа боролся за любовь Аделаиды, как стоял за нее до конца. Смертельная битва всё же сумела сотворить чудо, примирив непримиримых соперников. И показав, что у них чуть больше общего, чем они думали до тех пор…       А Диего и Адель чувствовали себя так, словно были вместе всегда. Им было легко – как во снах. Только теперь они могли друг к другу прикоснуться.              В тот же день на борту галеона появились гости. Капитаны союзных кораблей, Хуан, очевидно нервничавший в столь непривычной компании … и девушка в розовом платье.       Мелани де Ласс с любопытством посмотрела на невозможную парочку перед собой. Как же давно она ждала возможности наконец увидеть их вместе… и понять, что Диего больше не сходит с ума от потерянной любви и одиночества – а его жена всё же смогла принять свои чувства и поддаться им, забыв сомнения. Но барышня увидела больше, чем надеялась: не двух человек, нашедших друг друга в этом странном мире, а единое целое. Олицетворение хитрой судьбы, в первую же встречу словно связавшей их незримой нитью.       – Дон Диего. Аделаида! – она приветливо улыбнулась мужчине и с радостью обняла подругу.       – Ты не вернулась в Испанию? – спросила Адель с притворным удивлением. Она знала, что так случится. Знала с той самой вечеринки в отвоёванном Санта-Доминго.       – Я собиралась… но подумала, что здесь намного интереснее. Я ведь не верила в магию, мертвецов, русалок и левиафанов – до тех пор, пока не увидела всё своими глазами. В Испании теперь было бы скучно. И там я даже не знакома с пиратами!       – Невероятное упущение, – пошутил адмирал в ответ, не упомянув, что именно он когда-то был грозой пиратства в старом свете. – Такое ни в коем случае нельзя терять.       – Я была на корабле Хуана, когда мы приплыли к тому заброшенному острову… хотела помочь, но решила, что там я ни к чему. Ведь я бы вам только мешала. Воевать, увы, я не умею.       «Только, похоже, возвращать сбежавших жён в семью...» – добавила барышня про себя. Ведь именно Мелани какую-то неделю назад помогла Аделаиде осознать, как сильно она нужна Диего – и как сильно он нужен ей. Не напрасно умная аристократка когда-то отказалась от своего плана и предложила губернатору другой. Игра стоила свеч. Всё равно Дон никогда бы не впустил ее в сердце: потому что без памяти любит свою жену. И какими же счастливыми они выглядят вместе...       – Я уверен, Донья, что каждая уважающая себя девушка должна уметь стрелять, – бодро заявил Вильям, неожиданно оказавшись рядом. – И я готов вас научить! Так вышло, что у меня совершенно случайно только что высвободилась пара часов...       Дворянка едва заметно вздрогнула и отвела глаза.       Как хорошо, что она отказалась от своего плана: иначе не смогла бы вот так просто говорить с молодым светловолосым мужчиной с бала, время от времени невольно возникавшим в ее мыслях. И уж точно не имела бы и шанса полночи проболтать с ним о всякой ерунде на той пиратской вечеринке в старом городском баре…       – А знаете, я с вами согласна, Вильям, – ответила Мелани, взяв себя в руки.       – Прекрасно! – довольно просиял парень и подставил ей локоть. – А вы слышали историю про двух разбойников, одну хромую лошадь и половину священного дерева?..       Адмирал и пиратка одновременно посмотрели друг на друга. И вместе тихо рассмеялись.              Поздним вечером Диего де Очоа мрачно мерил шагами каюту. Лемур Дракоша повис на его руке и тихо урчал, пытаясь хоть немного успокоить хозяина, но адмирал всё равно сверкал воображаемыми грозовыми разрядами и не мог найти себе места.       Полдня его жена провела в потрясающей компании капитанов союзных кораблей – и, разумеется, Хорхе де Сандоваля, черт бы его побрал. Стоит ли говорить, что такой расклад Диего более чем не устраивал. Однако его самого Адель очень просила не вмешиваться: ей предстояло объяснить друзьям, что именно произошло на краю света и, что оказалось на порядок сложнее, какого дьявола на борту «Нептуна» делает ее заклятый враг, против которого она их некогда и объединила.       Диего злился, несколько раз порывался пойти к ним, представлял, как выкидывает этого галантного подонка за борт, – но слово свое сдержал. За скандал и разбитые стёкла жена ему «спасибо» не скажет. Стоило признать, Аделаида – куда лучший дипломат, чем он сам…       В какой-то момент к нему подошёл сочувствующий Шимус, молча вручил бутылку крепкого вина, похлопал по плечу и ушёл. Все остальные избегали разъярённого адмирала как огня. Знала бы она, скольких усилий ему стоило не вмешиваться…       В первом часу ночи Аделаида тихо зашла в комнату.       – Я думала, ты спишь, – произнесла она с нежностью.       Диего кинулся к ней и настойчиво прижал к себе.       – Я ждал тебя…       – Всё прошло лучше, чем я ожидала, – любимая лучезарно улыбнулась, прогоняя его злость. И тут же поделилась историей, которую ее муж определённо слышать не хотел. – Правда, Хорхе полдня меня убеждал, что мне не нужно жертвовать собой ради Санта-Доминго. Он почему-то уверен, что я осталась с тобой только из-за политики. Ну, знаешь, Испания всё равно пришлёт нового адмирала и отнимет у колонии свободу… но я не обязана быть твоей женой только ради этого. Я не знала, смеяться мне или плакать… – сейчас она, правда, смеялась.       А Дон снова мрачнел. Убеждал он ее! Заботился! Восхитительно. И за кого же, скажите на милость, ей выходить?! Не за другого ли испанского дворянина, который по счастливой случайности оказался так рядом?!       От внимания девушки не ускользнула его реакция.       – Подожди… ты и правда ревнуешь меня к Хорхе? – удивилась она, заглядывая мужу в глаза.       Диего отвернулся.       – Балбес. Какой же ты балбес, Диего де Очоа.       Она обвила руками его шею и спросила серьёзно:       – Ты мне не доверяешь?       – Доверяю, милая. Но я не доверяю ему, – ответил Дон хмуро, тщетно пряча эмоции. «И боюсь, что ты рано или поздно уйдешь от меня к нему. Или к такому, как он. Он ведь куда больше похож на идеального мужа...» Последняя его мысль так и искрилась агрессией – которая, конечно, скрывала нечто иное.       Этого Диего вслух не сказал – но Адель всё поняла без слов. Тогда она поймала его яростный взгляд и хитро улыбнулась. Словно в противовес ее морские глаза светились теплотой.       – И зря… Хорхе де Фантазма – самый благородный и галантный мужчина из тех, кого я знаю. Он никогда не сделает ничего, что может меня оскорбить, – Аделаида намеренно дразнила своего мужа, ухмыляясь лукаво и дерзко заглядывая в глаза. – Думаю, мои родители были бы счастливы, выйди я замуж за кого-то вроде него… Благородный Дон из хорошей семьи с прекрасными манерами и непоколебимой честью. К тому же, как оказалось, у нас много общего… Кстати, незадолго до бала они уговаривали меня сбежать от тебя в Испанию и встать под защиту какой-нибудь влиятельной семьи. Я не рассказывала?       С каждым ее словом лицо адмирала становилось всё более опасным и хищным.       – Но и мои родители умеют ошибаться… – продолжила Адель, словно ничего не замечая. – Ведь когда-то они сватали мне тебя.       Диего почти рычал, до боли сжимая пальцы.       – Впрочем, ты сумел их обмануть и притвориться таким же благородным и галантным. Привёз дорогие подарки и делал вид, что очень хочешь познакомиться со своей невестой, а не просто получить ее титул и трофейную послушную жену в придачу.       Ее улыбка стала ослепительной.       – Кстати, ты был прав. Тогда, в Роко-Муэрте. Однажды мы с Хорхе прогуливались по палубе на закате, мило беседовали… и этот идеальный сеньор, с которым у нас столь много общего, предложил мне быть с ним. Извинился, что у него нет с собой розы. И что он не может сделать это предложение хоть немного красивее…       В который раз за этот долгий день Диего явственно представил, как собственными руками выбрасывает Хорхе де Сандоваля за борт. Только теперь в красочных деталях…       – Я всё-таки убью его… – процедил адмирал сквозь зубы.       Адель пронзила его внимательным взглядом.       – Но я, глупая влюблённая девчонка, выбрала тебя, – она сжала его ладонь, аккуратно расцепив напряжённые пальцы. – Я всегда выбирала тебя. Каждый раз решала оставаться в одиночестве, потому что не могла выкинуть из головы одного упрямого испанского маньяка, считавшего, что я непременно должна быть его женой. Ты не идеален. Мы оба это знаем. Ты – самоуверенный подонок в красном мундире, который меня ни о чём даже не спрашивал и женился на мне силой.       Мгновение они молчали. Он – пытаясь подавить непрошеную ярость, в которой больше не было смысла. Она – с ироничным ожиданием и, вопреки его колким мыслям, любящим взглядом.       – Но мне не нужен идеальный. Мне нужен только ты, Диего чертов ты де Очоа. Ты – мой муж, и я тебя, балбеса невероятного, люблю.       С этими словами Аделаида запустила ладонь в его вьющиеся волосы и притянула к себе. Он был зол. Растерян. И счастлив. Она ясно чувствовала это в нетерпеливом хищном поцелуе…       – Ты всё равно будешь меня собственничать и ревновать. Не потому что я даю повод. А потому что ты – такой. И я не смогу этого изменить, – девушка сердито толкнула высокого мужчину в плечо и тут же искренне улыбнулась. – Тогда будь готов, что каждый раз я стану отвечать вот так.       – Моя Адель… – выдохнул Диего, водя губами по ее мягкой щеке. – Моя вредная, упрямая, невыносимая Адель…       Он всё ещё ревновал и злился – тем более, сейчас, зная, что был прав. Но в эту секунду... она рядом. И какая, к дьяволу, разница, кто еще смеет на нее засматриваться… Любимая ведь здесь, в их спальне, на их корабле. И дарит свое тепло только ему, согревая одним своим присутствием.       – Твоя. И никуда от тебя не уйду, даже если ты будешь умолять меня оставить тебя в покое. Сам напросился! – предупредила девушка, гордо вздёрнув нос.       – Такого никогда не случится, любовь моя. Даже не надейся.       – Ха! Я тебя доведу. Спорим?       – Спорим.       Адмирал в бесчисленный раз за последние дни притянул свою жену к себе, кружа голову жарким поцелуем.       

***

             Пару дней спустя Аделаида совершенно случайно открыла дверь в одну из комнат галеона, и, кажется, впервые в жизни удивилась так. Представшая перед ней картина поражала воображение. Даже магия, духи и мертвецы в свое время не произвели на нее столь сильного впечатления…       Диего, Вильям и Себастьян сидели за одним столом, пили вино и о чем-то вполне миролюбиво беседовали.       Пытаясь сообразить, в какой из неведомых миров она случайно переместилась, девушка села на свободный стул, обвела всех троих пристальным взглядом и ненавязчиво поинтересовалась:       – У вас всё хорошо?..       Разумеется, она имела в виду «не собираетесь ли вы поубивать друг друга, три вспыльчивых придурка, враждовавшие столько лет подряд?», и мужчины прекрасно поняли истинный смысл ее дипломатичного вопроса.       – Да, милая. Мы решили… поговорить, – Диего обвёл взглядом своих собутыльников. Те согласно закивали в ответ – конечно же, делая совершенно непробиваемый вид.       – Поговорить?.. – с изрядной долей иронии уточнила Аделаида. Знала она эти морские разговоры за бутылкой вина, а потом чего и покрепче. Завтра кто-нибудь из них обязательно окажется не в состоянии подняться. И только в лучшем случае – от похмелья.       – Адель, – Вильям весело улыбнулся и приобнял подругу за плечо. – У нас с твоим мужем, как ты знаешь, весьма интересная история отношений. Не настолько интересная, как у вас, конечно, но всё же. Мы хотим… поставить точку.       Девушка переводила взгляд с одного на другого, и все трое как ни в чём не бывало отвечали ей не особо даже воинственными улыбками.       Ох.       То есть, всего несколько дней назад Вильям злился, что не добрался до Диего сам, – теперь же он собрался с ним вместе пить? Представить только – по-дружески?! Да еще и в компании Себастьяна, с которым связана отдельная история про ревность, сражения на мечах и сожжённый корабль!       Мужчины! Простые, как тапочки!       – Хорошо, – осоловело проговорила Аделаида и поцеловала мужа в щеку. – Я оставлю вас…       А через несколько минут со словами «у нас проблемы!» она ставила бутылку точно такого же вина перед Мелани и Кончитой. Увиденную сцену прирождённая рассказчица описала в красках.       – Лишь бы не подрались… – обеспокоенно произнесла бывшая помощница губернатора, прекрасно знавшая его несдержанный характер. И, впрочем, уже и горячую голову Вильяма… оставалась надежда на рассудительного Себастьяна – который точно так же при желании мог выкинуть что угодно! Это, казалось бы, спокойный капитан доказывал уже не раз.       – Да пусть дерутся! – заявила Аделаида в ответ, допивая второй (или третий?..) бокал. – Главное – чтобы к утру в любви не начали друг другу признаваться...       Три девушки не имели ни малейшего понятия, чем заняты их мужчины. Но четыре бутылки и несколько часов разговоров по душам спустя Адель целеустремлённо выкидывала из шкафа вещи своего суженого.       – Нет, я всё-таки его сожгу… – упрямо твердила разбойница, и подруги даже не думали ее отговаривать. Все происходящее казалось им весьма обоснованным и логичным.       Но когда она всё же достала из глубин небытия бело-золотой камзол, в каюту вернулся абсолютно трезвый Диего. И долго пытался уложить жену спать, аккуратно забирая из ее рук свою чудом выжившую одежду, умиляясь и с трудом сдерживая смех.              В трюме «Нептуна» стояла кромешная тьма.       Десять минут назад Адель неугомонным рыжим тайфуном ворвалась в каюту и с донельзя довольной улыбкой утащила адмирала вниз. В полночь. Ничего не объяснив. Сумасшедшая…       Разумеется, он пошёл с ней, не дождавшись ответа на свой резонный вопрос. Как будто он не такой же сумасшедший! Правда, в холодном и мрачном трюме у него сразу же возник новый. У Дона были определённые интригующие соображения, зачем жена его сюда привела – и всё же для этого, пожалуй, нужно хоть немного света.       – Ну и скажи на милость, любовь моя, зачем ты…       Но Аделаиды рядом уже не было.       Она словно растворилась в воздухе, оставляя его наедине с опасной, словно ожившей пустотой… адмирал кожей чувствовал чужое присутствие. Чужие взгляды. И в следующее мгновение несколько пар сильных рук схватили Диего и потащили вглубь тёмного помещения. Он рычал. Сопротивлялся. Ударил кого-то ногой. Почти вырвался… когда его заглушила холодная солёная вода.       Опытный воин был готов бороться за жизнь до конца. Отбивался с утроенной силой, дрался, не до конца осознавая, что любимая столь просто заманила его в ловушку. Не спрашивал себя, что здесь происходит и какого черта она это сделала. Ему просто было не до того. Разберётся потом! Сейчас нужно только разбросать этих мерзавцев! И не важно, во сколько раз их больше. Аргх!       Он сумел, конечно. Отбился, перевернув эту огромную бочку с морской водой. Враги отступили. И каждый из них получил своё!       Но какого дьявола всё это значит?!       Диего де Очоа сидел на деревянном полу, мокрый, разъярённый, растерянный, и отчаянно пытался отдышаться.       – Один из нас.       – Один из нас.       – Один из нас.       При свете лишь тусклых фонарей несколько голосов жутко скандировали одну и ту же фразу.       – Какого… – прохрипел Диего, изумлённо озираясь по сторонам.       – Один из нас, – довольно сказала Аделаида и протянула ему большую кружку рома. – Пей.       Она сидела рядом и хитро улыбалась. Адмирал посмотрел на нее ошеломлённым, абсолютно растерянным взглядом. Глубоко вздохнул, мотнув мокрой головой. И залпом выпил обжигающий пиратский напиток. К черту…       Девушка, смеясь, обвила руками его шею. Ей было абсолютно всё равно, что она намокнет и сама: ведь такие моменты незабываемы. И их ни в коем случае нельзя упускать.       – Ты, конечно, не юнга… но как я могла оставить тебя без морского крещения? – усмехнулась она.       И поцеловала любимого в щеку. Видел бы он свое лицо…       – Хоть ты и моряк, но важного дворянского сынка вряд ли силой окунали в бочку, – иронично проговорил Себастьян. – Лишить Очоа такого потрясающего опыта? Ну уж нет. Да и нам, после стольких лет вражды, отдельное удовольствие...       Дону всё еще нестерпимо хотелось их всех прибить – однако светящиеся глаза любимой женщины помогли ему быстро взять себя в руки. Или хотя бы попытаться это сделать.       – Ублюдки, – одним ёмким словом выразил Диего своё негодование. И всё же он больше не был в ярости – теперь ему хотелось смеяться. – Всегда знал, что пираты – ублюдки…       Он всё же расхохотался. Хрипло и нервно – но очень-очень весело. Ни разу в своей прошлой жизни он не смеялся со своей командой на своём же корабле… Чтобы хоть кто-то раньше посмел так поступить с Диего де Очоа! Даже подумать об этом! А эти мерзкие разбойники – посмели. Под предводительством его прекрасной жены.       Конечно, это была ее идея. В своей драгоценной супруге Диего даже не сомневался.       – Я почти решил, что это был очень хитрый способ избавиться от меня, – выдохнул бывший губернатор, постепенно осознавая произошедшее.       – У меня были возможности и поудобнее, – ответила пиратка.       – Да, но у тебя ведь крайне своеобразное чувство прекрасного, любимая.       Мужчина с размаху лёг на пол, когда вокруг него собралась вся разбойничья команда.       – Аделаиду, знаешь ли, держать было проще, – заметил Джеки, потирая ушибленный бок.       – Что?.. – переспросил Диего, борясь с новой волной нестерпимого желания их всех раскидать – только теперь за нее. – И тебя тоже?       – Ага. Прямо накануне нашей первой свадьбы. Весёлые у меня были деньки… сначала – в бега, потом – в бочку, и после всего – ещё и за тебя замуж. Я даже не знаю, когда мне было страшнее, – она сделала вид, что задумалась. – А, нет, знаю. Ты куда хуже кучи жутких пиратов, топящих меня посреди ночи.       Аделаида шутливо поцеловала его в нос.       – Я тебя обожаю, – просто сказал муж.       – Нет, ну вы слышали? Я его топлю и натравливаю на него своих друзей, а он меня обожает!       Адмирал усмехнулся и молча сгрёб свою невероятную, нестерпимую, любимую девчонку в охапку.              – Знаешь… в Роко-Муэрте ты пробралась в костюме ассасина. А позже, к себе домой, под видом гвардейца. И ты выглядела просто восхитительно, любовь моя, – однажды вечером говорил Диего, обнимая свою жену. – Но я подумал… ты ведь могла притвориться монашкой или, скажем, горничной.       Картина, возникшая в его воображении, была весьма и весьма увлекательной...       – Чтоооооо? – возмущённо протянула Аделаида. – Ты за кого меня принимаешь?!       – Ну что ты так кипятишься, милая. Мне было бы очень любопытно на это посмотреть...       Девушка толкнула его в грудь.       – Извращенец! Держи свои грязные фантазии при себе.       – Жаль… – ухмыльнулся адмирал.       И тут в ее голову пришла одна великолепная идея. И почему она не сделала этого раньше?       – Впрочем… Монашкой и горничной я ради тебя переодеваться не собираюсь, и не надейся, но есть у меня один наряд... который тебе определённо понравится.       С загадочным видом Адель удалилась из каюты. А несколько минут спустя вернулась. Надев свой красный адмиральский мундир.       И следующие секунды искренне наслаждалась абсолютно неописуемым выражением лица Дона Диего де Очоа.       – Милая, ты… – после внушительной немой паузы выдавил он, рассматривая ее с нескрываемым любопытством. Нужно ли говорить, что такого поворота событий потрясённый муж предугадать не смог... и всё же это отнюдь не помешало ему оценить увиденное по достоинству. И где она только достала такой же мундир? И, главное, зачем? Впрочем, это даже лестно...       Ее глаза стали восхитительно ехидными.       – Мужчина подал голос?       Адель сделала важный вид. Подбоченилась высокомерно. И выдала:       – Перед тобой Аделаида де Очоа, адмирал пиратского и мёртвого флота, бывшая богиня пустоты, – она обворожительно улыбнулась. – И мне следовало бы проучить тебя вон в той подворотне.       И снова любовалась потрясающей реакцией, едва сдерживая смех.       – Права не имеешь, – обретя способность связно говорить, ответил Диего в тон. – Хотяя... имеешь. Приступай. Я готов, – он недвусмысленно притянул ее за талию. – Будет крайне интересно снимать с тебя свой же мундир, любовь моя…       Адель хлопнула его по руке.       – А я не об этом. Извращенец.              Под звон клинков два красных урагана вылетели на палубу корабля, сметая всё вокруг.       – Не поймаешь! – весело воскликнула Аделаида. И, дёрнув соперника за руку, сама же повалила его на пол. Не то чтобы он сильно сопротивлялся…       – Ребята, наши капитаны совсем с ума посходили… – с напускной смиренной печалью прокомментировал Шимус. – Про Диего я давно это говорил, но ты-то, Аделаида, куда?       – Ты и про меня такое говорил, – рассмеялась она. – Мы просто ищем на корабле подворотню. Очень надо.       – Я же говорю – посходили…       А два красных урагана вихрем понеслись дальше.       

*** [1]

             – Выходи за меня.       Тихо шумел прибой, ласковой белой пеной разливаясь по берегу. Золотистое солнце садилось за горизонт, и его мягкие лучи освещали песчаный пляж, невысокие скалы и дикий вековой лес. Здесь было красиво, словно на картинке...       Всего на одну ночь команда галеона «Нептун» остановилась на острове посреди бескрайнего моря. Дул легкий ветер, и Адель куталась в одеяло, задумчиво перебирая тёмные волосы своего мужа. Адмирал лежал на ее коленях, смотря на закат. Они остались вдвоём – и до той секунды просто уютно молчали...       – Что?.. – переспросила Аделаида.       – Выходи за меня, – повторил Диего, заглянув ей в глаза.       – Диего, дорогой… – вкрадчиво произнесла девушка, с шутливым сочувствием гладя его по голове. – Я понимаю, что всё произошедшее могло повредить твой рассудок, и я не хочу тебя разочаровывать, но... мы уже женаты. Дважды. Шесть лет как.       Она готова была смеяться, но Дон порывисто поднялся и взял ее за руку.       – Нет. Нормально выходи. С платьем, праздником, цветами и свадебным вальсом. Давай устроим настоящую свадьбу, которой у нас никогда не было. Я прошу твои руку и сердце, любовь моя.       Несколько секунд Аделаида всматривалась в его лицо. И только тогда поняла, что он серьёзен.       Почему-то перехватило дыхание – и бешено заколотилось сердце.       – На колено! – заявила она, пряча за командным тоном и ехидной ухмылкой какое-то глупое, неясное, совершенно необъяснимое волнение. Да что же с ней происходит… и почему так сладостно сжимается сердце? – Эй, я же пошутила, поднимайся обратно! Балбес невероятный!       – И не подумаю. Ты уже второй раз об этом говоришь. В каждой шутке, знаешь ли…       Этот невыносимый адмирал, тот самый притягательный подонок в красном мундире, когда-то давно решивший завоевать ее любовь, стоял перед ней на одном колене.       – Вставай, сказала!       – Не встану, пока ты не согласишься.       – Это шантаж.       – Он самый.       Легкий тёплый ветер развевал ее длинные волосы.       – Диего… – тихо произнесла Адель, сжимая его ладонь.       Он нежно гладил ее запястье.       – У меня нет кольца. Но ты всё равно выходи.       – Ты больше по ожерельям, – попыталась отшутиться любимая.       – Аделаида да Очоа, – муж прожёг ее пристальным, нетерпеливым, влюблённым взглядом. – Не уходи от ответа.       Мгновение они молчали, смотря друг на друга под тихий шум прибоя. Он – ждал. Она – медлила, хотя и так прекрасно знала, что ему скажет. Как будто может быть иначе...       – Кольца у него нет… – проворчала пиратка, неубедительно скрывая трепет и смущение. Впрочем, не верила она даже самой себе, что уж говорить про проницательного адмирала… – Есть у тебя всё. Обещал вернуть, когда я останусь с тобой, так возвращай.       И Аделаида вложила в его ладонь кольцо истинной магии. Ответила на прямой внимательный взгляд. И нежно поцеловала.       – Я согласна, – прошептала она, чуть отстранившись.       Диего де Очоа, улыбаясь своей неповторимой довольной улыбкой, надел кольцо на палец любимой женщины. И увлёк в новый долгий поцелуй.       На душе стало так тепло и спокойно.