Часть 3. Ночные дьяволы.
3 июля 2022 г., 01:57
— Мам, почему ты уходишь? — девочка лет 6 стояла посреди какого-то поля и кричала в пустоту. — Мам! Не оставляй меня! Мне страшно!
Кроме нее в поле не было никого. Видимо, свою маму видела только она.
— Мама! Не уходи, пожалуйста!
Девочка села на землю, понимая, что ее оставили одну и заплакала.
— А как же я?..
***
Открыв глаза, я сразу зажмурилась, ведь было слишком светло. Я решила открывать глаза постепенно, чтобы привыкнуть к освещению, и, когда взгляд, наконец, сфокусировался, я увидела перед собой пару глаз. Тех самых голубых глаз. — Я уж думал, что ты умерла. Спишь уже почти 14 часов, — голос… Такой бархатный, почти мурчащий… — Где я? — это не единственное, что меня волновало, но первое по важности. — Ну, это можно назвать моим домом, — он снова посмотрел мне прямо в глаза и меня как током шарахнуло… — Не нависай так надо мной. Мне не комфортно. — Да, прости, — он немного отдвинулся от меня, но лишь совсем чуть-чуть — Так, ладно, сейчас обрисую тебе немного ситуацию. Вчера вечером мы виделись с тобой в магазине, а потом ты ссорилась с каким-то мужиком у входа в этот самый магазин. Когда он начал тебя бить, мы с ребятами не смогли стоять на месте и просто смотреть, вот и вмешались. Ну, а куда тебя нести? Вот мы и подумали, что лучше всего, если ты будешь здесь. Здесь этот мужик тебя не найдет и не сможет причинить вреда. Как я понял, это был твой отец. Да? — Почти. Отчим. — А-а, понятно. В комнате на несколько мгновений воцарила тишина. Но этот парень ее быстро развеял: — Как себя чувствуешь, хоть? — Как отбивная, — я попыталась улыбнуться, но скула ужасно болела. — Оно и не удивительно. Видела бы ты как выглядело со стороны это избиение… Очень страшно. — Ощущалось ещё хуже… — Верю. Кстати… — парень опустил взгляд, будто засмущался, и почесал затылок, пытаясь подобрать слова, а затем продолжил — Мне пришлось тебя вчера переодеть… Твоя футболка порвалась, а джинсы испачкалась… Я не заглядывался! Честное слово! — Было б на что заглядываться… — Звучит слишком самокритично. — Звучит по факту. — Да, и, джинсы я постирал, они лежат там, на стуле, а футболку спасти не удалось, так что можешь остаться в этой, — видимо, он решил пропустить мою фразу мимо ушей. — Тебе есть куда вернуться, кроме как к отчиму? — Нет… Наверно… — Я задумалась, пытаясь понять, насколько велики шансы того, что брат меня примет к себе. — Ну, есть один вариант, но вряд ли мне позволят там жить. — Хм… — Да, ладно, не парься, это уже моя проблема. Как-нибудь справлюсь. Как тебя, кстати, зовут? — Юра. — А я Женя, — в этот раз у меня получилось улыбнуться, хоть и было больно. — Ловко ты тему переводишь, — он ухмыльнулся и сел на табуретку напротив меня. — Ну, рассказывай. — Что? — Что случилось такого, что твой отчим тебя чуть не грохнул? Такое уже было? — М-м… Нет, такого ещё не было… Он мог наорать, хлопнуть дверью, разбить бутылку об пол, но никогда не замахивался на меня… «Почему я все это говорю ему? Почему я ему доверяю? Он ведь ничего не сделал для того, чтобы получить мое доверие, так почему же?..» — Та-ак… И что же случилось в этот раз? — Да, ничего особенного… Просто не пришла вовремя домой… Раньше такого не было… Я раньше часто опаздывала: то на работе задержат, то какой-нибудь гопник доебется, но он никогда меня не бил! Я не понимаю, почему в этот раз было иначе! Да, после смерти матери он начал вести себя как последний мудак: пьет постоянно, орет матом, забил на меня хуй, но никогда за эти три месяца даже и не подумал о том, чтобы меня ударить, — ой-ёй, слишком много сказала… Мне не хотелось плакать, но одна слеза, все же, невольно прокатилась по щеке и упала мне на руки. Я посмотрела на маленькую лужицу на своей руке. «Что? Слезы? Я же не плачу… Я же не хочу плакать, почему же слеза упала?» Я провела кончиками пальцев по щеке, проверяя, есть ли ещё слезы, но больше ни одной не было… Странно… — Давно твоя мама умерла? — Три месяца назад… — Оу… Соболезную… — он опустил взгляд, а затем снова посмотрел на меня — А что… Почему она умерла?.. — Отец… Ее убил мой… Отец… — Даже так… В моей голове снова всплыли воспоминания о том дне… Больно… Очень… «Хорошо ли ей там? Я уверена — она там, на верху, ведь она была светлейшей души человеком. Она была создана точно не для этого мира… Этот мир слишком жесток для нее… А теперь и я, ее дочь, тоже становлюсь жестокой. Ведь сразу после похорон я пообещала себе, что отомщу за нее. Я сделаю так, чтобы отцу было не то, что так же плохо, как мне, а гораздо хуже. Хочу чтобы он мучался всю свою оставшуюся жизнь. Человечно ли это? Нет. Но мне плевать. Я этого хочу. И я этого добьюсь.» — Его наказали? — голос был настолько внезапным, что я невольно дернулась и резко повернула голову в сторону источника звука, а затем вновь опустила ее. — Нет… Его не смогли поймать… — И, как я понимаю, теперь ты хочешь ему отомстить. Так? — что? Как он узнал? Неужели, это настолько очевидно? Да быть такого не может! — С чего ты взял? — Да по тебе видно. У тебя на лбу написано: «Я готова сделать все, что угодно, лишь бы этот подонок ответил за свои поступки!». Да-да, так и написано, — его полуулыбка заставила меня тоже слегка улыбнуться… — Угадал… — Ой, вот не надо. Не угадал. Это и ежу понятно! — теперь уже улыбка была гораздо шире. Она так завораживала… Как и его глаза… Полна противоречий — манит, но моментально отталкивает… Да что же он за загадка такая-то? — Ладно-ладно… — да, это самое верное решение — не спорить. — Так, ладно. Давай переодевайся, а я пока придумаю что-нибудь пожрать, — и, не дождавшись ответа, вышел из комнаты. На стуле и вправду лежали мои джинсы. Чистые и аккуратно сложенные. Миленько. Спустя пару минут я уже была готова. Увидев на двери зеркало, я подумала, что было бы неплохо посмотреть на все повреждения. — Ну нихуя ж себе! — на скуле красовался огромный фиолетово-серый синяк. — Пиздец, — весомое заключение… Слегка расслабившись, я попыталась прислушаться к своим ощущениям и понять что ещё у меня болит. Ага. Спина болит, но не критично. А вот ребра болят ужасно. Задрав футболку, я увидела на левой стороне своего тела множество синяков, некоторые из которых были налиты кровью. — Охуеть. В дверь постучались, а я чуть не словила остановку сердца от неожиданности. — Да? Дверь приоткрылась и в образовавшуюся щель протиснулась голова Юры. — Ты все? Я там, просто, яичницу жарю. Будешь? Я прислушилась к своему желудку, на что он мне ответил что-то типа «Бр-вр-рл», что означало: «Когда ты, сука, меня покормишь уже наконец?!», а затем, кивнула парню. Сейчас я уже и не вспомню когда в последний раз нормально ела, но, однозначно, это было давно. Очень. Спустя пять минут парень вновь зашёл в комнату, но уже с тарелкой в руках. — На, ешь. — Спасибо… — Чё у тебя глаза красные? Плачешь что-ли? — парень присмотрелся к моим глазам, а меня в этот момент как током шарахнуло. Ведь я вспомнила… — Блять! Линзы! — я взяла свой рюкзак и начала копошиться в нем так, будто от этого зависела вся моя жизнь. Найдя то, что искала, я встала с кровати и подошла к зеркалу. Спустя минуты три я, наконец, разобралась с линзами и Юре предстал мой настоящий цвет глаз во всей красе. Один глаз светло-голубой, а второй — изумрудно-зеленый. Я ношу линзы с пятого класса, потому что меня постоянно обзывали и говорили, что я всех обманываю и это не настоящий цвет глаз. Поэтому, я решила, что, вместо того, чтобы спорить, лучше буду как все. Обычной. С обычным цветом глаз. — Ого! Это настоящий цвет? Или, вернее, цвета? — Да… Я взглянула ему в глаза и не увидела то, чего ожидала. Я не увидела неприязни… В его глазах читался чистый восторг. Там не было недоверия или чего-то подобного… Он… Верит мне? — Ого-о! Это очень круто! Я ещё ни разу не видел человека с такими глазами, как у тебя. Это… Завораживает… Это первый человек, после Аси, конечно, которому нравятся мои глаза… — Тебе… Правда нравятся мои глаза?.. — Ну, да. Как кому-то могут не нравиться такие замечательные глазки? — Ну, видимо, могут… — А зачем ты линзы носишь? Зрение плохое? — М-м… Нет. Просто, меня обзывали из-за глаз. Считали, что это линзы и я просто хочу выделиться. Быть не такой, как все. Мама посоветовала поговорить с этими ребятами, или же носить линзы, если не хочу лишних конфликтов. — Нашла из-за кого париться. У тебя шикарные глаза и ты не должна их стыдиться. — М-м… Спасибо?.. — в этот момент он напомнил мне Асю, ведь она сказал то же самое, когда увидела мои глаза. Она единственная, кроме семьи, поддержала меня. Но, честно, я не знала как реагировать на это. Потому что такое было в моей жизни лишь раз… И что мне отвечать? — Так, ладно, кушай, потом выходи к нам, — парень подошел к двери и уже тянулся к ручке, как я его остановила. — К… «Нам»?.. — Да, там ребята мои сидят. Знакомить тебя с ними буду, — Юра улыбнулся и вышел из комнаты, не дав и слова сказать. «Что значит «мои ребята»? Много их там? Ужас. И че делать?» Ну, выбора у меня не было, поэтому пришлось доесть и выйти, наконец, из комнаты. За дверью оказалась просторная светлая комната с неплохим ремонтом. На диване сидели два парня возраста, примерно, Юры. Так. Стоп. А сколько ему вообще лет? Возле телевизора стоял еще один парень и агрессивно тыкал по кнопкам пульта. Из-за угла вышел Юра и подошел ко мне. — Так, ну, смотри. На диване, слева направо сидят Саня и Вовчик, а у телека Артем. — Да работай ты уже, старая железяка! — Артем вскрикнул так, что я невольно подпрыгнула на месте. Юра хлопнул в ладоши и парни одновременно посмотрели на него. — Прошу любить и жаловать — Женя, — Юра улыбался так, будто совершил какой-то подвиг и был жутко доволен собой. — И, попрошу не стебать ее, — он кинул многозначительный взгляд на Артема и приподнял брови. — А че я-то? Я что, виноват, что мне не все люди нравятся? — По твоей логике — тебе никто не нравится. — В точку! Я повернулась к Юре и негромко спросила: — Где тут выход? — Уже собираешься сваливать? — Нет. Позвонить надо. И покурить. — Ай-яй-яй. Такая маленькая, и куришь. И не стыдно? — Кто бы говорил… — Чего? — Ты, ведь, тоже куришь. И, судя по всему, давно. — С чего ты взяла? — Ну, у тебя на средних фалангах указательного и среднего пальцев желтоватые пятна друг напротив друга, образовавшиеся точно от сигарет. Потому что когда сигарета тлеет, вырабатываются смолы, имеющие такой цвет. А пятна появляются лишь когда ты куришь достаточно долго. Да и в целом от тебя сигаретами воняет. — Ну нихуя себе… — Юра посмотрел на свои пальцы и пригляделся. — Никогда бы не заметил такой мелочи. Да ты гений. — Просто наблюдательная. — Ты все мои комплименты отвергать будешь? — Только те, которые не являются правдой. Так, где выход? — Пошли. Мы прошли по коридору и сразу за углом была дверь. Выйдя на улицу, я поняла, что мы находимся совсем недалеко от моего дома. Картинка начала складываться. — Вы банда, что-ли, какая-то? — ни с того ни с сего выпалила я. Юра аж воздухом чуть не поперхнулся от неожиданности. — С чего такое умозаключение? — Ну, смотри. Вчера я тебя видела в маске. Так? — парень слегка кивнул, ожидая моих дальнейших слов. — Вы живёте в самом ужасном, я бы даже сказала, криминальном районе. И, наконец, твоя фраза. — Какая? — он поднял одну бровь и выжидающе посмотрел на меня. — «Мои ребята». Но, это уже чисто мое предположение. Просто, обычные друзья так не говорят. Так говорят только люди, имеющие какую-то власть над теми, кого называют «своими». Вот. — И откуда ты такая умная? — Оттуда. Я, ведь, все правильно сказала? — Да-а… Охренеть. Нас раскрыла какая-то девчонка. — Меня, вообще-то, Женя зовут, — я посмотрела на Юру, а затем продолжила. — Ну, рассказывай. — Что рассказывать? — Кто вы, что вы, зачем вы и так далее. — А что, если не расскажу? — Ну, тогда я сама узнаю. Но тогда, о вас узнает гораздо больше людей, чем «какая-то девчонка», — да, я просто обожаю цитировать глупые фразочки людей, с которыми веду диалог. А почему бы и нет? — Ух-х… Угрозы пошли? — Нет. Предупреждения, — я беззаботно улыбнулась парню, а затем снова отвела взгляд. Я достала пачку сигарет, которую предварительно вытащила из своего рюкзака, и закурила. — Ну-у? — Ой, ладно, ладно, сдаюсь, — я победно улыбнулась и выдохнула дым. — Ну-у… Мы не то, чтобы банда, а, скорее, группа людей. И нет, мы не насилуем девушек, не крадем детей, не ограбляем банки. Скорее, наоборот. Зная нашу полицию, многого ты от них не дождешься, вот мы и делаем всю грязную работу за них. Они нам, конечно, не рады, потому что таким образом мы подрываем их авторитет. Но, тем не менее, мы помогаем людям и, извините уж, справляемся лучше, чем полиция. По сути, просто ловим «плохих» людей», — он изобразил пальцами кавычки на последнем словосочетании, — и приносим прямо под дверь полиции. Иногда можем провести воспитательную «беседу»… И делаем это все безвозмездно. Нам никто не платит, а мы и не просим. Как-то так… — Не уж-то эти, как их? А! «Ночные дьяволы»? Я слышала про такую, как ты выразился, «группу», которая почти все делает за полицию и называется, вроде, как-то так. — А, может, ты вообще за меня все говорить будешь? — беззлобно, с усмешкой, сказал парень. — Ты уже столько фактов назвала, что, в целом, я могу вообще молчать. — Прости, я постараюсь так больше не делать… — стало даже немного стыдно… А все почему? Потому что меня всегда называли душной, когда я показывала свои знания. Или говорили что-то вроде «Не выебывайся»… — Нет-нет, все нормально. Это, наоборот, круто. Нам бы не помешал человек с такими мозгами… — Что? — Ничего. Мысли вслух. — Ладно. В этот момент у меня в кармане зазвонил телефон. Брат. Черт. Забыла, что хотела сама ему набрать… Вот только… О чем с ним говорить? — Алло? — Але, Жень, у тебя все нормально? — голос не был взволнованным… А мне так хотелось знать, что он волнуется за меня… Опять мечтаю о невозможном… — Мм… Да, а что? — Да, мне тут сказали, что вчера, часов в 9-10 возле магазина видели, как какой-то мужик пиздит девчонку. Сказали, что девчонка эта похожа была на тебя. — А, ну да, это была я. — Чего?! А чё тогда говоришь, что все нормально?! — и снова ни капли волнения. Только гнев. Вот только, за что он злится? Что я не рассказываю ему все о своей жизни? Так пусть хоть немного поучаствует в ней, чтобы хоть что-то обо мне знать. — А разница? Как будто ты что-то сделал бы… Вы же ничего не делаете у себя там, в отделении. — В смысле? — Ну, сам подумай. Маму убили 3 месяца назад. Все знают кто это сделал. Но вы так и не нашли его! Из этого следует, что срать вам хотелось на это все, — я сделала глубокий вдох и медленный выдох, лишь бы не разрыдаться… — Ты узнал все, что хотел? — тишина в ответ. — Ну, молчание — знак согласия. Тогда, пока, — я завершила звонок, убрала телефон обратно в карман и закурила вторую сигарету. Слишком нервно стало… Надо успокоиться. — Все в порядке? — В полном… Мне нужно домой. — Ты уверена? — Да. «Нет… Нет, черт возьми, я не уверена! Вернее, я уверена… Уверена в том, что я не хочу туда… Но кто меня вообще спрашивал, чего я хочу, а чего нет?..» — Ну, давай, хоть провожу тебя… — Как же я благодарна ему за то, что он не задаёт лишних вопросов. Не человек, а золото! — Угу… — Ща, зайду домой, возьму твой рюкзак, и идём. Окей? — Угу.***
Спустя 20 минут мы уже стояли возле моего дома. А дом ли он мне? Наверное, нет… Домом ведь зовут место, куда ты хочешь возвращаться… Где тебя ждут… А ждут ли меня здесь? Да кому я вообще здесь нужна? Меня никто не ждёт… Я никому не нужна… Снова больно… — Что ж… Пока? — я была не уверена в том, как с ним прощаться. Вроде и не друзья, но и не совсем чужие… — До встречи, Жень, — он развернулся без лишних разговоров и ушел. Погодите-ка… До встречи?..
