Идеальный враг

Сигарета летит в лужу, он залипает на несколько секунд. Снова тупая игра в гляделки, которая порядком надоела обоим, но без которой уже, кажется не так интересно. Они будто бы пытаются прочитать друг друга. Интересно, получается? — Ты хотел о чём-то поговорить, — Варя не спрашивает, утверждает. — Здравствуй. Первое, что приходит ему на ум. Но она бы вполне обошлась без этого приветствия, без натянутой при этом улыбки. Владу неловко это её прямого взгляда, непонятно, что с ним? Видимо они поменялись ролями, теперь пришла её очередь втаптывать его в грязь своим безразличием, ничего не выражающим прямым взглядом. Но он чувствует её, знает, ей сейчас тоже страшно. Страшно от самого понимания того, что сейчас происходит. Страшно от того, что этого всего не вернуть назад, уже нельзя не встретиться и что-то поменять. Влад замирает, просто не зная, что делать дальше. Он шёл сюда и даже не подумал о том, что он скажет ей. Он просто не рассчитывал, что она придёт сюда. Шёл и даже не надеялся на встречу. Но Варя здесь, перед ним. Можно было бы перекинуться парой шаблонных фраз, но это кажется слишком скучным. Каждый ход в их игре должен быть жёстче предыдущего, и банальная фраза: «Как дела?», явно сюда не вписывается. — Я знаю тут одно место неподалёку, можешь объяснить мне всё там. Влад благодарен Варе за нарушенную тишину, но он знает, что это лишь одолжение.

***

Они добираются до знакомого обоим бара. Влад усмехается, немного поражаясь Вариной жестокости. Она притащила его в их ранее любимое место, которое он теперь всегда обходил стороной. Что же, они приняла правила игры, его ход будет следующим. Ни единой эмоции на её лице, но Влад слишком хорошо её знает.       Варя, хотя бы себе не ври. — Я хотел бы поблагодарить тебя, Варя. Он начинает сразу, как только они садятся за стол, находящийся вдали от всего. Здесь не будет назойливых разговоров, счастливых (и не очень) людей, наигранно приветливых официантов — ничего не будет.       Только они. — Спасибо, что не бросила тогда, — он пытается поднять глаза и даже улыбнуться. Получается хреново. — Я бы этого не сделала, — секундная пауза, и слова, словно помимо её воли. — Ты же знаешь. Знает, конечно, знает. Варя бы никогда его не оставила, даже после всего не оставила бы. Владу сейчас хочется одного — снова напиться или вколоть что-то, чтобы не находится здесь, рядом с ней. Чтобы не видеть её взгляд, выражающий полное безразличие, хоть он и знает, что это всё блеф. Они оба не понимают, во что ввязались. Сейчас всё кажется неожиданным и страшным, даже каким-то абсурдным. Ещё несколько дней назад они страдали поодиночке в пустых квартирах, а сейчас… А сейчас всё происходит слишком быстро и неясно, что бы что-то понять. И диалог их, начался слишком спонтанно, как и та встреча, посреди ночи. Влад не ожидал того, что сможет найти общие темы, а Варя просто умела слушать. Полупустой бар остался таким почти до часу ночи. Редкие обрывки разговоров доносились до их стола. Они почти не позволяли себе лишнего. Но выпить было необходимо.

***

Они вырвались на улицу около четырёх утра, когда уже бушевал ливень. Он провожает её до остановки, впервые за полгода, почувствовав какое никакое, но облегчение. Дождь, попадающий на волосы и под одежду, ничуть не отрезвлял, появился лишь лёгкий тремор. Они стоят рядом, немного пошатываясь и прижимаясь друг другу. — Варя, ещё раз спасибо, — он немного разворачивается, чуть теряя координацию и хватаясь за её куртку. Она слабо улыбается, наконец-то искренне и чуть печально. Это не так, как раньше, по-другому, но он рад видеть её хоть на секунду живой. Зачем-то задерживает взгляд, и подаваясь вперёд, покрепче сжимая в руке её куртку. Она не смотрит на него сейчас, чуть прикусывая нижнюю губу.       Отличная провокация. Что ж, теперь мой ход, Варя. Она не успевает понять, что произошло, когда холодная рука касается её затылка и прижимает ближе к себе, когда вновь чувствует непозволительную близость и запах красного полусладкого. Соприкосновение губ, рук теряющихся в складках его пальто, соприкосновение чего-то действительно большего. Варя не пытается оттолкнуть, наоборот, прижимается ближе, они оба на секунду теряют контроль. Даже крупные капли дождя больше не напрягают, продолжая скатываться под одежду и вызывать противные мурашки. Внутри что-то болезненно скручивается, по ощущениям — желудок. Неужто воскресли давно мёртвые бабочки в животе? Они сходят с ума. Горячие руки на талии Вари пьянят лучше вина, вкусом которого отдают поцелуи Влада. И это вовсе не отталкивает, а наоборот действует успокаивающе.       Они действительно не понимают, что сейчас происходит. Второй поцелуй выходит поначалу робким, Влад хочет, чтобы она сама сделала выбор, даже не понимая, что он его фактически не оставил. Когда Варя проводит кончиком языка по его нижней губе, у Влада срывает крышу. Он хватает Варину руку, переплетая пальцы и пытаясь её хоть чуточку согреть, даже не осознавая, что ей сейчас очень жарко. Его поцелуи проходятся по подбородку, скулам, щекам — её лицо кажется ему идеальным. Варя настолько доверчиво прижимается к нему, обвивая свободной рукой шею, и Влад, расслышавший между рваными поцелуями своё имя, готов потерять всё, что у него есть, если это не самое лучшее, что он когда-либо слышал и чувствовал. Ни у кого не возникает вопросов о завтрашнем дне, и всё это питерское ночное безумие кажется самым правильным сейчас им обоим. В конце концов, остатки воздуха вышибает из лёгких, обдавая красные от поцелуев губы. Почему-то, Влад не собирается убирать руки, а лишь сильнее прижимает Варю к себе. Они чувствуют ритм чужого сердца, а после Влад делает пару шагов назад. Варя не оборачивается, запрыгивая в первый попавшийся автобус и наскоро желая Владу удачи.