Штрафной!

Я проснулась дома, на своем старом диване, с заевшей песней голосе, которая повторялась раз за разом, не желая отстать от моих мозгов:

"If i lose myself tonight It will be by your side, I lose myself tonight. If I lose myself tonight, It will be you and I, Lose myself tonight."

Мое внимание привлекло тихо шипящее радио, которое крутило песню OneRepublic, видимо, из-за того, что сон сопровождался песней, я подсознательно и зациклилась на ней. Немного придя в себя, я осмотрелась вокруг: на столе рядом со стаканом воды лежал листок бумаги, выдранный из очень знакомого мне блокнота. Приняв сидячее положение, я медленно потянулась за клочком бумаги, как резко вздрогнула от голоса за спиной: - Кто тебе разрешил вставать? - скосив глаза, я увидела размытое белое пятно в дверном проеме. - Найл? - опешила я, когда узнала в фигуре брата. - Как ты себя чувствуешь? - парень пересек комнату и сел рядом со мной, притягивая меня к себе. - Здорово тебе досталось... Его интонация сменилась на шепот. - Да, забыли, - отмахнулась я, - не хочу вспоминать. - Ты даже не захочешь отомстить? - блондин удивился, словно я, самая жестокая женщина на земле, иду против своих принципов. - Я отомщу... но по-другому. - глаза хитро сверкнули. - Мне уже можно начинать бояться? - ехидно хихикнул брат, откидываясь на спинку дивана. - Нет, тебе можно принести мой мобильник. Найл, не медля, подал мне телефон, который хранился в его кармане. Найдя нужные номера я разослала всем разом одно и то же сообщение: "Сегодня на старой баскетбольной в семь вечера." Брат недоуменно взглянул на меня, на что я пожала плечами и вновь уставилась на на записку. - От кого это? - Прочти и узнаешь... - Хоран поднялся на ноги, направившись к входной двери. - Уже уходишь... - утвердительно ухмыльнулась я, не двигаясь с места, - Я не удивлена. - Я люблю тебя, сестра. Дверь за юношей захлопнулась, и я осталась в одиночестве. В памяти всплыли картинки произошедшего в ночном клубе. Кровь, драка, схваченный Луи. Я еще не до конца понимала, как все-таки удалось разрешить этот конфликт. В надежде развеять туман в своей голове, я схватила записку со стола и жадно впилась в строки.

"Надо сказать спасибо Пэйну. Если бы не он, то сейчас была бы полнейшая задница. Просто для информации: мы помирились. Я осознал то, о чем ты говорила, поэтому постараюсь держаться подальше от тебя."

Томлинсон

В моем горле встал ком. Чертов Найл все знал и предпочел, чтобы я все узнала сама в полном одиночестве. Мои плечи необъяснимо опустились под грузом вины. Сорвавшись с места, я выбежала на лестничную клетку и, преодолевая головную боль, сбежала по ступеням вниз на крыльцо подъезда. Остолбенев на свежем воздухе, я впилась взглядом в фигуру юноши, стоящую ко мне спиной и облокотившуюся на крышу темно-синего автомобиля. Звук хлопнувшей за мной двери привел его в себя, и парень повернулся ко мне, предоставляя возможность оглядеть его избитый, помятый вид. На юноше были серая майка и темные джинсы, при взгляде на которые тело пробирала дрожь, ведь на улице была отнюдь не жара. В правой руке он сжимал букет полевых цветов. - Не околеешь? - прохрипела я, съеживаясь от дуновения ветра. - Сама-то ну в лучшем виде решила выбежать на улицу... - Луи сделал несколько шагов к ступеням и теперь стоял лишь на одну ниже меня. - Это тебе. - он протянул меня букет. В нос ударил приятный мягкий запах, который уносил меня далеко в прошлое, когда я и Найл оставались на все лето у бабушки и дедушки, все время проводив на свежем воздухе. Про мою страсть к неприметным полевым цветам знало лишь несколько человек, один из которых являлся моим братом, а второй с глазами полными скорби сейчас протягивал мне букет. - Мы же говорили насчет рыцарских поступков... - я лукаво усмехнулась, обхватывая стебли своими пальцами. - Прости, не удержался. - Томлинсон еще раз пробежался глазами по моему лицу, а потом вернулся к своей машине, желая уехать отсюда. - Вы и в правду не набили друг другу морды? - кинула я парню вдогонку. С его стороны послышался сдавленный смешок. Звонко цокнув, он обернулся: - Ты теперь никогда не будешь верить с первого раза моим словам? - Я так и не услышала всей истории из твоих уст. - перевела тему я, - Или опять приукрашивал свою речь, чтобы избежать размолвки, которая в конечном итоге все-таки нашла свое место? - С каких пор ты стала говорить так умно? - Луи расплылся в улыбке, но я вопросительно изогнула бровь, намекая, что соскочить не получится, - Так ты хочешь услышать эту историю здесь и сейчас? Юноша в миг стал серьезным: лоб сморщился от количества вертящихся в его голове мыслей, губы слились в тонкую линию, проступили скулы, а его руки... его руки показали всю их рельефность. Мое сердце не оставалось в стороне. Оно бешено колотилось, чувствуя, что сейчас ей откроют не ведомую завесу. А сбивалось с ритма оно, когда его глаза встречались с ее. В голове неустанно возникала утопия, где он и она вместе, их голубые глаза словно Тихий и Атлантический океаны сливаются через пролив Дрейка. В эту секунду я поражалась сама себе... "И ты собираешься тут же ему прыгнуть на шею? А как же твоя гордость? Ты, вполне возможно, услышишь еще одну историю, которая может оказаться лишь театральным представлением, достойным Бродвея. Но глаза выдают его с головой. Нет! А может он любит? Нет! Надо прислушаться к нему. Нет! Надо." - Сию минуту. - с натяжкой кивнула я. - Хорошо, - Луи потоптался на одном месте, - да, я толкал наркотики в средней школе. Да, это произошло после смерти родителей, но отнюдь не из-за того, что я почуял запах свободы. Мне нужны были деньги... А, как ты сама понимаешь, у пятнадцатилетнего мальчишки не так много возможностей найти заработок. - Тебе было шестнадцать. - поправила его я. - Это было до моего дня рождения, - заметил Томлинсон, - а ты так и будешь поправлять малозначительные факты? - я смутилась от столь бурной реакции, - Прости, просто это было тяжелое время для меня. Я скитался, жил у родственников, которым на меня было плевать, а потом один мужик спросил хочу ли я подзаработать. Сейчас я понимаю, что он, наверное, следил за моей жизнью, а поскольку захотел, чтобы я тебя заманил к нему, то и ты была скорее всего на его мушке. Да, было задержание, я провел ночь в участке, а потом он меня вытащил и потребовал в замен тебя. А ты... Ты все время была мне чем-то большим. Я тебя вроде понимал, но в тоже время до жути не хотел этого делать. Я хотел одарить тебя щелбаном, но и хотел просто провести рукой по твоим волосам. Я не смог бы этого сделать, продать тебя. А Пэйн, не разобравшись в ситуации, донес на меня твоему отцу. После такого мало кто захочет попадаться на глаза всему привычному окружению. Вот и я решил сбежать из дома, чтобы найти себя. Твой брат каким-то чудом наткнулся на меня в центре и решил последовать за мной. Мы зарабатывали тем, что пели на улицах, благо Найл нашел гитару. А потом мы наткнулись на банду уличных танцоров, которые собрали не хилую сумму и уже собирались уходить на другое место. Один из них заметил наши отрытые рты и подошел к нам. Он спросил что мы тут делаем, а затем, узнав, что мы сбежали в поисках новой жизни, тот парень подарил мне свою цепочку, а Хорану снэпбэк, на который он пускал слюни с первой же секунды, и сказал, чтобы мы слушали свое сердце, и оно приведет на истинную тропу. - И вы начали танцевать? - голос звучал сипло. Я прилично замерзла, стоя на крыльце в одной майке и домашних шортах. - Да. Сначала только мы, потом к нам присоединились еще ребята. Так набралась вся команда. И мы начали рубить приличные бабки! Одни призовые на разных конкурсах обеспечивали нам жизнь на месяц. - Так если у вас все было прекрасно, зачем вы вернулись? - Из-за тебя... - я сглотнула ком в горле от услышанного. - Найл скучал по сестре, а я скучал... - По моим пинкам. - закончила я за Луи фразу, что вызвало у него смешок. - Именно по ним. - Мог мне рассказать это сразу. Я не монстр, чтобы тебя сожрать. - А ты бы выслушала? - Хм... Аргумент засчитан. Наступило неловкое молчание. - Теперь я должен ехать. - он обошел машину и открыл водительскую дверь, когда я окликнула его. - Луи, - Томлинсон поднял на меня глаза, - ты же больше не собираешься уезжать? - помотав головой в знак отрицания, он продолжил свои действия, но на доли секунды, потому что я вновь выкрикнула, - Лу, - голубые глаза вновь пронзили меня, клянусь, что в них сейчас была скрытая улыбка, - спасибо. После моих слов, дверь кадилака хлопнула, и машина умчалась прочь. Все встало на свои места. Почти все. Теперь мне остается размазать Долана и Бруклин по паркету. Ах, да, в семь часов откроются мои собственные улицы.