Думаешь, сможешь от меня избавиться?

***

Времени продолжать разговор у нас не было. Мы должны были присутствовать на церемонии погружения, а во время нее мы никак не могли разговаривать о маньяке, с которым я недавно беседовала. Что за словечко, я же просто орала, а потом убежала. Спустя время все стали расходиться по домам. Анна уговаривала меня остаться ночевать у них дома, но я вежливо отказалась по двум причинам: весь дом наполнен воспоминаниями о Тайлере, а я — ходячая проблема. Однако отец сам предложил помощь с уборкой, родители Тая так его благодарили. Он сказал нам идти самим, так как сам, возможно, останется у них на ночь. Идти домой пришлось в полной темноте, но страшнее маньяка, который может объявиться, были только полицейские и штраф. — Итак, рассказывай все от и до, — приказала Фиона. Мы с сестрой шли под руку по слабо освещаемой улице. Пронизывающий до костей холодный ветер напоминал о том, что зима совсем близко. — Я просто хотела найти Анну, — начала я. — После ее ухода в лес я разнервничалась, даже покурить успела… — Афелия! Фиона отдернула руку и грозно посмотрела на меня. — Не ты ли гордилась, что бросила эту привычку? — Да, конечно, у меня умер парень, и я не могу позволить себе закурить? — я закатила глаза. — Плевать. Какая разница, что произойдет с моими лёгкими? Твоим все равно хуже. Я пыталась шутить, хотя шутки были не к месту. Мне аж самой стало не по себе. Находясь в шоковом состоянии, я иногда нервно посмеивалась и тяжело дышала. — Все равно. Я знаю, тебе тяжело, но я лишь хочу, чтобы ты была здорова. — Да ну? Фиона снова посмотрела на меня и опустила голову. — Значит, курить будем вместе, — грустно улыбнулась Фиона. — Продолжай. Во всех подробностях я рассказала сестре о своем «времяпровождении» в лесу. Фиона лишь кивала и смотрела на меня так, будто не верит, но под конец она совсем побледнела и помрачнела. Мне, честно, это все кажется одним длинным страшным сном. Вероятно, просто признавать правду мой мозг не желает. — Как я и сказала, возможно теперь я открыла на себя охоту. — Охренеть, Эффи, это уже не смешно, — негодовала Фиона. — Если эти несколько дней мы боялись того, чего не существовало, и все равно попали под гнев гребаного маньяка, то что с нами теперь будет? — Прости, Фиона, — виновато сказала я. — Я действительно была готова умереть, чтобы спасти жизнь тебе, папе, и всем нашим знакомым… — Ты идиотка! Фиона толкнула меня в плечо с такой силой, что я отлетела на полметра в сторону и чуть не упала. — Но что в этом такого? Я хотела как лучше! — Да не в этом суть! Сестра быстро подошла ко мне и крепко, до боли схватила меня за плечи. Я рефлекторно стала отбивать ее руки, но она не сдавалась. — Слушай меня внимательно! — Фиона смотрела мне прямо в глаза. — Какая бы чертовщина не происходила в твоей жизни — это и моя чертовщина тоже! Ты — моя сестра, мой родной и самый близкий человек, ради тебя я пожертвую всем! Я могу говорить неприятные вещи, творить глупости, но знай, что я ни за что не оставлю тебя одну! Она в который раз оказывается права. Вот оно, опять. Слезы стали подступать к глазам и мне хотелось убить себя на месте за чрезвычайную эмоциональность. Я не хочу впутывать сестру и подвергать ее жизнь опасности, но как иначе? Если в опасности я, то и она, бесспорно, тоже. Может быть я слишком много беру на себя. Фиона наконец-то расслабила кисти, сжимающие мои плечи, и я смогла обнять ее. Она не ожидала такого поворота событий, но сразу обняла меня в ответ. Мы несколько минут не отпускали друг-друга, это были явно самые длинные объятия в моей жизни. Где-то недалеко послышалась полицейская сирена. — Фиона, валим отсюда! — закричала я. Мы бежали со всех ног подальше от этого места. Скрыться было довольно просто, ведь всюду находились небольшие домики с низкими заборами, через которые легко перелезть, что мы, собственно, и сделали. Спрятавшись за живой изгородью одного из домов, мы тихо сидели, пока полицейская машина не проехала мимо и не скрылась за поворотом. — Это было опасно, — выдохнула Фиона. — Хах, главное, чтобы какой-нибудь местный житель не вызвал полицейских, заметив движение в его дворе. Погода портилась, сначала сверкнула молния, затем ударил гром. Через минуту мы снова бежали, но не от полиции, а скрываясь от ливня. Волосы спутались от ветра, макияж поплыл от дождя, а мое черное платье промокло и плотно прилегало к телу. С Фионой все было точно так же. Я уверенна, если бы нас сейчас заметил случайный прохожий, он бы сбежал и больше не стал нарушать комендантский час. Зайдя домой, мы без сил, мокрые упали на пол, и, смеясь своей глупости, пытались отдышаться. — Сумасшедший денек, — улыбнулась Фиона. — Это точно. Наступило молчание. Я поднялась, села напротив лежащей Фионы и стала выжимать свои волосы. — Как думаешь, мы когда-нибудь заживем как прежде? Сестра помотала головой. — Нас изменила смерть матери. Теперь умер Тайлер… тебя чуть не перерезали на похоронах, а меня преследовали полночи. И вот мы с тобой, насквозь промокшие, лежим на полу огромного пустого темного дома, смотрим в потолок и размышляем о жизни. Разве что-то может быть как прежде? — Нет, однозначно нет. Более того, Фиона, у меня ужасное предчувствие. Сестра недоуменно посмотрела на меня. — Что-то еще похуже? В дверь постучали. Мы моментально уставились на дверь, а после друг на друга. Папа? Он должен помогать родителям Тайлера, и вряд-ли вернется сегодня домой. — Мне кажется, что это только начало, — прошептала я.