Думаешь, сможешь от меня избавиться?

***

Фиона аккуратно встала, чтобы не задеть какую-нибудь вещь и не наделать шуму, я последовала ее примеру. Мы оказались в другом положении, но особой роли это не сыграло. В дверь снова постучали, только в разы настойчивее.  — Что будем делать? Я шептала настолько тихо, насколько это было возможно, но Фиона все равно показала мне жестом заткнуться.  — Ладно, выйдем через заднюю дверь. Пройти всего одну комнату, мы справимся. В ответ на шёпот сестры я повторила ее жест, хоть она и не обратила внимания, биение ее сердца я слышала очень четко. Она испугалась, действительно, очень сильно боится. Мне бы тоже следовало, но, на секундочку, разве убийцы стучат в дверь, в надежде на то, что им откроют? Это просто безнадежно и не имеет никакого смысла. На цыпочках мы стали медленно продвигаться к задней двери, надеясь, что скрипучая половица нас не подведет, но стук снова повторился.  — Откройте дверь, это полиция!  — Какого хрена… — выругалась я.  — Тихо! Фиона не рассчитала громкости слов и сама ударила себя по лицу.  — Повторяю, откройте дверь! Я знаю, что вы в доме!  — Да чтоб тебя, Эффи!  — Если это действительно полиция, мы должны были уже открыть дверь. Мало ли что снова произошло. Несмотря на отговорки сестры, я так же медленно подошла к двери и посмотрела в глазок. Ночная темнота и ливень не позволили мне разглядеть лицо, но я отчетливо видела полицейский козырек и погоны.  — Это полицейский, — прошептала я. Фиона оставалась вдалеке и наблюдала. Будь что будет. Я открыла входную дверь.  — Дядя Рон? А ты что тут делаешь? На пороге стоял темнокожий мужчина, по лицу которого стекали капли воды. Я тут же впустила его и бросила ему в руки кухонное полотенце. Аарон Ривс — родной брат моего отца. Не могу подобрать другого определения их отношениям, но его и моего папу забрали в приемную семью из одного «Дома малютки». Кровных связей с ним у меня нет, но это никак не помешало стать Рону нашим самым близким родственником. После учебы он переехал в Даркорд, город неподалеку от нас, только втрое больше, где завел семью и вступил в ряды полиции.  — Я, честно, думал, вы не откроете, — рассмеялся он.  — Ух ты, Аарон! Фиона подбежала к дяде и запрыгнула на него с объятиями.  — Да, девочки мои, я тоже по вам скучал. Эделия и Робин просили передать привет, соскучились по своим сестренкам.  — Мы виделись всего месяц назад, чего они так? — спросила я. Рон вдруг побледнел и опустил голову. Сестры, конечно, любят нас, но мы никогда не слышали, чтобы они по нам скучали. Мы тут-же заметили что-то неладное.  — Рон, почему во втором часу ночи ты ломишься к нам в дом? — интересовалась я.  — Меня не хотели выпускать из города, морока на выезде, пришлось договариваться, потом вовсе предъявили мне за ношение фальшивых погонов…  — Она не об этом, — встряла Фиона. — В чем такая срочность? Мы не в каменном веке живем, у нас есть связь, даже письма писать не нужно.  — Я не хочу грузить вас, девочки, это дело меня и вашего отца. Дядя хотел пройти на кухню, увиливая от разговора, но я схватила его за руку.  — Ты пришел к нам в дом среди ночи, зная, что по округе ходит убийца. Мы чуть не умерли со страху, а ты говорить не хочешь?  — Чуть не умерли со страху? Афелия, разве не ты побежала открывать дверь? — рассмеялась Фиона. Используя жест сестры против нее, я заставила ее немного помолчать.  — Мы пережили достаточно, чтобы услышать еще одну проблему. Фиона одобрительно кивнула. Рон долго молчал, делая вид, что сильно занят разрыванием обертки чайного пакетика и поиском еды. Мы лишь стояли на месте и пилили дядю взглядом до тех пор, пока до него не дошло, что мы не уйдем.  — Берта пропала, — не отрываясь от приготовления чая, выкинул он. — Прошло уже почти три дня, а у нас есть лишь парочка бесполезных зацепок, встревоженные дочери и звонок, сделанный вашему отцу. Это уже полнейшее издевательство. Сначала мама, потом Тайлер, а теперь жена Рона. Пропади она здесь, люди бы стали искать изуродованный труп, но до Даркорда Джеффри Вудс добраться еще не успел.  — Это ужасно, — Фиона подошла ближе к Аарону и нахмурилась.  — Ты же полицейский, — выпалила я. — Разве твоих связей не хватит, чтобы собрать огромную поисковую группу и найти Берту?  — Я так и сделал. В первые сутки десятки людей прочесывали окрестности в поисках хотя бы следа, но все без толку. Телефон она оставила дома, просмотрев информацию о звонках, мы поняли, что… Дядя оступился и сразу замолчал.  — И? Что вы там нашли? — недоумевала я.  — Ничего полезного, кроме звонка вашему отцу, как я упоминал ранее. Рон взял кружку горячего чая и завалился на наш диван.  — И больше ты ничего нам не скажешь.  — Умная девочка, — ухмыльнулся Рон. Я похлопала в ладоши и пошла на второй этаж.  — Все будет хорошо, я уверенна, Берта найдется, — Фиона похлопала дядю по плечу и пошла за мной.  — Нельзя потеряться средь бела дня женщине, которой вот-вот стукнет сорок.  — Знаю, это какая-то бессмыслица, — согласилась Фиона. Мы зашли в мою комнату и снова завалились на пол.  — Нет, серьезно! Я не перестаю задаваться этим вопросом снова и снова: что происходит с нашей жизнью? Ничего не предвещало беды, как Джеффри Алан Вудс начинает кромсать людей в нашем городе, нападает на вас, убивает Тайлера, — на пару секунд я замялась, но продолжила. — Теперь пропадает жена Рона. Сомневаюсь, что Джефф владеет искусством телепортации и нападет сразу в двух городах. Тогда что же это? Сестра задумалась. Она очень долго смотрела в стену, будто складывала все мысли воедино.  — Нет, ни черта не поняла. Может, еще какой-нибудь маньяк завелся, чего уж там удивляться. Это вполне адекватное развитие событий.  — Но в таком случае, мы больше никогда не увидим Берту живой. Эделия и Робин лишатся матери, Аарон — жены, а мы — тети. В течении нашего разговора в горле образовался тяжелый ком. Мне настолько осточертели эмоции и чувства, что хочется зарыть их настолько глубоко в себе, чтобы я никогда в жизни больше не смогла ощущать что-либо. Я говорю это на полном серьезе и отдаю отчет своим словам. Кто-то скажет, что я слабовольная и быстро сдаюсь, что смерть матери и парня не так трудно пережить, что я не должна обращать внимание на всякие мелочи, в подобии маньяка, гуляющего по городу. Да, время лечит, со временем все пройдет, и я буду чувствовать не только боль и опустошенность, но я не вижу конца этим страданиям. Я чувствую, что весь этот город пропахнет кровью и мучениями, и вовсе не только моими.

***

Утро начинается с кофе. С горячей кружки черного кофе с корицей и теплого пледа. Сегодня сильно похолодало, небо затянуто тучами, а дождь все еще льет. Я встала раньше всех, в два часа дня. Вот за это я и люблю каникулы — спи сколько хочешь, никто тебе и слова не скажет. На улице ни одной живой души… какое умиротворение. Я надела дождевик и вышла наружу. Холодные капли дождя стекали по моему лицу, оставляя за собой мокрые дорожки. Если бы здесь были люди, никто бы не понял, что я сейчас плачу. Именно, я снова это делаю — даю волю своим эмоциям. Я шла по безлюдным улицам и наблюдала за тем, как образуются лужи, пока не дошла до старого парка. Именно здесь мне нравилось проводить время наедине со своими мыслями, а еще в этом месте мою сестру пытались убить. В этом месте ощущение наступившего апокалипсиса в разы усиливалось. Я села на одну из лавочек и уставилась в пустоту. Ничто не могло заставить меня избавиться от мыслей про Берту, Тайлера и Джеффа. А когда вдали показался силуэт в белом, я видела лишь один выход — мне нужно бежать как можно быстрее.