Думаешь, сможешь от меня избавиться?

***

Все куда-то спешили. Папа, как только встал изо стала, уехал на работу. Фиона же на радостях побежала к Рику, пообещав мне, что завтрашний день мы проведем вместе. Я не против, ведь у меня тоже есть пару незаконченных дел. Первое, конечно, Мэди. Убрав со стола и загрузив посуду в посудомоечную машину, я отправилась в свою комнату. Открыла окно, включила музыку и села на кровать. Оглядев комнату, я поежилась, словно призрак Джеффри Вудса летал рядом. Как вообще можно спокойно жить здесь после того, как он был в этой комнате? Я не могу сжечь дом, но я перемыла все, к чему он прикасался, лишь бы избавиться от этого противного чувства. Не скажу, что стало лучше, но время все исправит. Я открыла диалог с Мэди. Мы поругались с ней из-за пустяка, слово за слово… короче наговорили друг другу гадостей. Я обычно мирюсь первая, но Тайлер помог мне осознать, что это далеко не всегда правильно. Мирится тот, кто дорожит дружбой, но этим человеком всегда была только я. Впервые после ссоры Мэди написала мне, когда убили Тая, но я ничего не ответила, сил не было. Не знаю, написала бы она вообще, будь с Тайлером все в порядке, но все же она первая вышла на контакт. Мэди предложила мне встретиться. Поздравила меня с тем, что Джеффа убили, сказала пару слов о том, какой он козел и что люди в Мэйроне отныне будут жить как раньше. Конечно, сейчас все радуются его смерти, и я очень надеюсь, что все станет как раньше. Я согласилась. Мне пора возвращаться к нормальной жизни, общаться с друзьями, писать. Эти три недели выдались сумасшедшими, а завтра снова начинается учеба. Вернуться в строй именно то, что мне необходимо, а прогулка с подругой — отличное начало. Открыв шкаф, я вывалила все вещи на пол. Все скомканное и помятое, хрен разберешь, что из этого вообще можно носить. Я аккуратно складывала вещи стопками, отделяя футболки от носков, юбки от толстовок и все такое. Наконец-то немного разобравшись, я выдохнула. Дело за малым — выбрать, что надеть. Черные узкие джинсы, черная водолазка, а на ней длинная футболка бордового цвета, любимые белые кеды. Я посмотрела в зеркало и поняла, что к этому образу не хватает макияжа. Быстренько накрасила ресницы, брови и еле заметную красную помаду. После нескольких попыток собрать волосы я решила оставить их распущенными, и вот я, вновь пялюсь на свое отражение и офигеваю от того, что я себе нравлюсь. Даже со шрамами на лице. Я улыбнулась от этого невероятно приятного чувства и даже рассмеялась. К слову, я очень давно себе не нравилась.

***

Я уже подходила к назначенному месту встречи. Меня накрыло волной воспоминаний, ведь мы очень часто зависали в этом парке с Мэди. Повсюду желтые деревья, лавочки, в самом сердце парка находится пруд. Погода сегодня была отличная, поэтому только пожелтевшие листья напоминали о том, что на дворе осень. Я подошла к чертову колесу, на котором сейчас каталось много счастливых, смеющихся людей и стала ждать. Прошло всего пару минут, как кто-то положил руку на мое плечо. Меня бросило в жар. Я резко обернулась, перехватив руку этого человека, и встала в ступор.  — Афелия, ты чего?! — вскрикнула Мэди. Я сразу отпустила ее руку, но сердце колотилось как бешенное. Можно ли назвать Джеффа призраком прошлого? Он мертв, но я все еще боюсь, что он в любой момент окажется за моей спиной.  — Боже, прости меня, пожалуйста, — я закрыла рукой лицо.  — Ты вся дрожишь, — Мэди заглянула своими серыми глазами в мои. И правда, мое тело покрылось мурашками. Интересно, как скоро я смогу избавиться от чувства вечного присутствия убийцы рядом.  — Понимаешь, я еще не совсем оправилась, после всего произошедшего, — пытаясь объясниться, я заметила, что Мэди стала другой. — Ого, твои волосы так отросли! И цвет… ты покрасилась? Мэди смущенно улыбнулась.  — Да, решила, что черный мне пойдет больше. Не сильно отличается от натурального, но все же оттенок лучше.  — Ну, ты не прогадала, — улыбнулась я.  — А ты так сильно похудела… признавайся, что за волшебная диета? — Мэди толкнула меня в бок.  — У нее есть очень интересное название — самый жесткий стресс, который когда либо, мне пришлось испытать, — рассмеялась я. Улыбка с лица моей подруги мигом сошла. Я часто занимаюсь самоиронией и она к этому привыкла, однако в этот раз она не знала, как реагировать, потому что я в буквальном смысле шучу над свежими ранами.  — Ну ладно, — заговорила Мэди. — Давай пройдемся, а то стоим у этого колеса, будто в очереди. Я снова осмотрела чертово колесо. Оно выше средних таких аттракционов, и вид с него просто восхитительный. Конечно, сейчас еще далеко не закат, но все равно должно быть круто.  — Давай прокатимся? Мэди оглядела аттракцион и снова посмотрела на меня.  — А почему бы и нет, — подруга махнула рукой и направилась к кассе. Осматривая окрестности из окна нашей кабинки, я словно переместилась в другое измерение. Вдалеке виднелось небольшое озеро, а вокруг него густой лес. Мимо пролетали птицы небольшими стаями.  — Прости, что мы так глупо поругались, и прости, что не была рядом, — тихо сказала Мэди. Я посмотрела на нее. Она была очень расстроенной и чувствовала себя виноватой.  — Мэди, ты не причем. Ты пыталась выйти со мной на контакт, но у меня не было сил ответить тебе. А наша ссора… и правда была глупой, не отрицаю, — с досадой ответила я. Мэди тут же подсела ко мне и крепко меня обняла. Я немного не ожидала такого поворота событий, но, не задумываясь, обняла ее в ответ. Я так скучала по ее теплоте, по запаху ее вишневых духов. Даже не верится, что все это время мы с ней не общались.  — Расскажи, что нового произошло у тебя за все это время?  — Да так-то ничего интересного… я толком не выходила из дома, готовилась к вступительным, — Мэди сделала небольшую паузу. — А еще, мы с Арией разошлись. Что?! Я пыталась переварить слова своей подруги. Мэди и Ария — лучшая пара, которую я встречала. Они встречались почти три года, прошли вместе огонь и воду, любили друг-друга больше жизни… а тут такие сюрпризы.  — Разошлись? — недоумевала я. — Каким образом вы расстались? Мэди сделала глубокий вдох. Видимо ей не просто справиться с этим.  — Увы, но Ария переезжает. Точнее, наверное, она уже уехала в свой треклятый Даркорд. Почему-то она решила, что мы не сможем дальше встречаться, — с грустью сказала Мэди.  — Даркорд же не так далеко. Вы в одном штате, а не на разных уголках планеты. Мы можете приезжать друг к другу, видеться. В конце концов, у нас есть такая прекрасная вещь, как интернет! К тому же вы собирались поступать в один университет.  — Я все свои нервы истрепала, пока доказывала ей это. Ария просто отказывалась слушать меня. Нам осталось учиться всего полгода, я бы запросто вытерпела это расстояние ради нее. Но, по всей видимости, она любит меня не так сильно. По щекам моей подруги одна за другой стекали слезы. Она лежала на моем плече, шмыгая носом, а я гладила ее по волосам. Предательство — самое ужасное, что есть в этом мире. Честно, умереть не так страшно, как познать предательство самых близких людей. Ведь в случае со смертью тебе не придется чувствовать всю эту боль.  — Мне очень жаль, Мэди. Но я уверенна, если она не одумается — значит твоя судьба еще не нашла тебя и бродит где-то в поисках. Ты еще обретешь свое счастье. Мэди снова обняла меня, очень крепко.  — Ты тоже найдешь свое счастье, Афелия. Ты этого заслуживаешь.

***

К вечеру погода стала портиться. Поднялся ветер, облака сгущались и скрывали закатное солнце. Температура тоже упала, в водолазке и футболке было уже прохладно. Мэди была более предусмотрительна, она взяла с собой на прогулку кожаную куртку. Мы провели весь день вместе. Гуляли, слушали глупые песни, кинули монетки в фонтан на удачу, надеясь, что это сработает. Как же мне все-таки не хватало моей Мэди. Она хороший человек, хоть порой и раздражает до такой степени, что хочется закричать. Но это все мелочи, а если я могу с ними спокойно ужиться — значит, эти мелочи совсем не важны. Мы брели по скверу, уже в сторону наших домов. Я периодически натягивала рукава водолазки на кисти рук, чтобы хоть немного скрыться от холода, но это не помогало, а ветер, словно с каждой секундой усиливался.  — Мэди, в следующий раз бери сразу две куртки, — стуча зубами, сказала я.  — Ну уж нет, еще пару раз ты так замерзнешь — и больше никогда не забудешь посмотреть прогноз погоды перед выходом, — рассмеялась Мэди. Я тяжело вздохнула и закатила глаза.  — Эта дорога кажется вечной.  — Согласна, но вообще-то, мы уже почти пришли. Оглядев улицу, я поняла, что мы находимся на развилке. Почти все время я смотрела лишь в землю, чтобы ветер не дул в глаза, и даже не заметила, как мы оказались тут.  — Тогда до встречи, — я подошла к подруге и обняла ее на прощание. — Я была рада вновь встретиться с тобой как в старые добрые времена.  — Я тоже очень скучала по тебе, Афелия. Давай уже научимся не ругаться по пустякам?! Мы обе рассмеялись.  — Это будет сложно, но постараться можно, — ухмыльнулась я. Попрощавшись, мы разошлись по разным сторонам. Солнце почти село. Моей целью было добраться до дома без каких-либо происшествий и не зацикливаться на мертвом убийце, который никак не свалит из моей головы. Я надела наушники, включила музыку, и, шагая домой, наслаждалась видами еще не до конца погрузившегося во мрак города.

***

 — Папа, ты куда-то собираешься? — послышался голос из-за двери. Я неохотно открыла глаза. На часах четыре утра, на улице еще ни лучика.  — Фиона, иди спать. Мы потом все обсудим.  — Нет, ты толком не рассказал про то, как освободил Вудса из психбольницы, а об этом прям расскажешь?! Услышав эту фамилию, я мигом пробудилась и встала с кровати.  — Рону нужна моя помощь, мне нужно быть там… Не успел папа договорить, как скрипнула дверь и в дверном проеме показалась я. Желтый свет неприятно ударил в глаза. Проморгавшись, я увидела папу стоящего с огромным чемоданом, а рядом, бушующую гневом Фиону.  — Что тут происходит?  — Наш отец решил куда-то свалить посреди ночи, Эффи, — пробурчала моя сестра.  — Фиона! — папа взглянул на нее испепеляющим взглядом.  — Серьезно, пап. Если ты решил куда-то уехать, то почему так рано? И почему ты не предупредил нас? — спросила я. Папа пару секунд мялся и не знал что ответить, но, в конце концов, собрался с мыслями.  — Мне срочно нужно ехать в Даркорд. Появились зацепки по делу Берты, нужно их проверить, — отчеканил отец. Мы с сестрой стояли в полном недоумении.  — А каким образом ты будешь помогать делу? — возмутилась Фиона.  — Именно, ты занимаешься маркетингом и никак не относишься к правоохранительным органам. Папа протер глаза и вздохнул.  — Вы хоть и не знаете всю историю нашей сделки с Джеффри, но вы в курсе, что Берта тоже причастна к этому. Проблема в том, что есть Джефф, а за ним есть еще куча мелких шавок, желающих подпортить наши жизни. У нас с сестрой чуть челюсть не отвисла. Папа говорил это так холодно, будто иметь дело с такими людьми для него совсем нормально. Мы думали об одном психе, который возможно существует в Даркорде, а тут целая стая.  — Получается таких маньяков как Джефф еще десятки? Я не понимаю тебя! — крикнула я.  — Боже упаси, нет! — папа снова вздохнул. — Это просто люди, которые или хотели свободы Джеффа, или наоборот желали, чтобы он сгнил в психушке. Просто обычные люди, но не самые приятные. Спасибо хоть на том, что они не психованные маньяки.  — Ты мог нам тысячу раз рассказать, как именно произошла история с освобождением Джеффа. Почему ты до сих пор молчишь?  — Потому что в этом нет смысла, Эффи! Джефф мертв, и на этом точка. Говорить о нем это пустая трата времени, — отрезал папа. В этот миг я почувствовала, что мне нехорошо. Стены этого дома давили с такой силой, будто еще несколько секунд и я превращусь в лепешку. Я посмотрела на Фиону, мир которой словно рухнул в этот момент. Она облокотилась на стену, чуть ли не плача.  — Мы столько всего пережили из-за него. Ты серьезно думаешь, что мы не заслуживаем знать правду? — почти шепотом спросила Фиона. Отец молчал. Он молчал, а я смотрела ему в глаза, не понимая, зачем он так с нами поступает. Мне больно, неприятно. Мы все еще ввязаны в какую-то темную пучину из-за нашего папы, а он даже не постарался объяснить нам все. Более того, он даже не собирался. Мы молчали еще пару минут. Никто не сдвинулся с места.  — Деньги в сейфе, код вы знаете. Как буду у Рона, я вам наберу, — папа подошел к нам по очереди и поцеловал в макушку, а мы даже бровью не повели. — Я очень сильно вас люблю. Папа еще раз посмотрел на нас, после чего спустился, взял ключи и вышел из дома.

***

Мы сидели в комнате Фионы и наблюдали в окно, как машина нашего отца трогается с места. Постепенно начало светать, бездонная тьма улицы сменилась на синеву. На улице снова пасмурно. Комната Фионы, в отличие от моей, более просторна. Моя сестра больше любит минимализм и не броскость. Молочного цвета мебель, сиреневое постельное белье, на стене гирлянда теплого оттенка с фотографиями. Даже в темноте комната казалась освещенной.  — Уму непостижимо, — вздохнула Фиона и отошла от окна. — Если я скажу, что разочарована в нашем отце, это будут слишком громкие слова?  — Не знаю. Я думала, что разочаровалась в нем еще тогда, когда узнала, что он выпустил Джеффа. Но он тогда сказал, что проблемы нашего семейного бюджета можно было решить только так, и я приняла это.  — Но сейчас уже совсем другая ситуация! Наша тетя исчезла из-за той самой сделки, но он ничерта не объяснил, к тому же есть люди желающие мстить хрен пойми за что, — Фиона выдержала небольшую паузу. — Честно, мне кажется, он соврал. Я достала сигареты и протянула одну Фионе. Закурив, мы обе почувствовали небольшое успокоение.  — В каком плане соврал? — спросила я. Фиона сбросила пепел и откинула голову назад.  — Думаю, что в Даркорде правда есть другой маньяк. Тот, о котором говорил Вудс. Я не верю в то, что единственная проблема того города — какие-то обиженные недоноски. Тело обдало жаром. Я представила, как нам снова приходится переживать весь этот ужас, но уже с другим поддонком, и мне правда стало страшно. Я так хочу, чтобы все это закончилось.  — Я тоже. Но, черт возьми, я не хочу признавать это! Не хочу, чтобы это было правдой. Фиона посмотрела мне в глаза, у меня не получилось сдержать слезы. Фиона тут же обняла меня, а я уткнулась носом ей в плечо. Тайлер умер, а я все это время старалась не задумываться что это действительно так. Я в тайне утешала себя мыслями о том, что он где-то в другом штате, отдыхает с друзьями на каникулах, и что пройдет какое-то время, и он обязательно вернется. Но этого не произойдет. Тайлер умер. Я больше никогда не загляну в его бездонные карие глаза, не запущу свою руку в его темные мягкие волосы. Мы не проведем с ним ни секунды времени. Никогда.  — Скажи, пожалуйста, Фиона, — задыхаясь от слез, прошептала я. — Когда вы с Риком решили, что я сумасшедшая, ты действительно хотела отвернуться от меня? Ты была такой злой. Словно я для тебя чужая. Фиона отстранилась и снова посмотрела на меня. Ее глаза блеснули от слез. Может, я зря задала этот вопрос?  — Я никогда не отвернусь от тебя, Эффи. И тогда я тоже не хотела этого делать. Я лишь искала хоть какие-то лазейки, чтобы обернуть все происходящее в бессмыслицу, потому что мне было очень страшно. Я боялась, что потеряю тебя, папу, Рика и всех близких. Моим желанием было просто проснуться в холодном поту как от кошмара, умыться и забыть, — Фиона опустила глаза. — Я никогда не оставлю тебя одну, и я буду стараться изо всех сил быть стойкой. Мы так и не сомкнули глаз. За эту ночь нам удалось поговорить на все темы, которые мы избегали. К завершению наших откровений мы обе были опухшие от слез, но зато на душе стало легко. Все эмоции, что так долго копились внутри, наконец-то выбрались наружу. Честно говоря, я чуть не забыла о том, что сегодня первый учебный день после каникул. Хотелось бы еще отдохнуть, но как сказала Фиона — «Если ты не встанешь на ноги сегодня, то еще месяц будешь лежать в комнате и страдать». Поэтому я нанесла на свое опухшее лицо кучу тонального крема, чтобы хоть как-то скрыть весь этот ужас, оделась и пошла варить кофе.  — Будешь? — обратилась я к сестре, указывая на кофе.  — Нет, спасибо, я поем в школе. Рик сейчас уже подъедет, тебя подвезти?  — Да нет, не нужно. Хочу пройтись. Фиона кивнула и вышла на улицу. Она уже успела сделать полноценный макияж и выпрямить волосы. А вроде начали собираться одновременно. Я сделала глоток черного кофе, чувствуя, как горячая жидкость приятно согревает меня изнутри. Не верится, что мы теперь совсем одни. Папа уехал и неизвестно когда вернется. Конечно, мы не раз оставались дома одни, но в основном это длилось не больше трех дней. Готовить придется мне, ведь Фиона вообще с кулинарией не дружит. Я открыла холодильник и поняла, что даже готовить не с чего. Значит, после школы придется зайти в магазин. Я метнулась в папину комнату, открыла сейф и взяла оттуда пару купюр. Думаю, этого хватит. Я уже собиралась закрыть сейф, но мой взгляд упал на меленькую бумажку, лежащую в самом конце. Любопытство взяло вверх. Я достала ее, развернула и стала читать. Какие-то инициалы и координаты, причем многие из них перечеркнуты. Сначала я ничего не понимала, но когда я увидела строчку с инициалами «Д.В», я опешила. Я еле разобрала цифры, но введя их в поисковик, оказалось, это Мэддисон. Следующие координаты я не смогла понять, но я уверенна, что это координаты Мэйрона. Все бы ничего, но была одна нетронутая строчка с инициалами «К.Р». Я снова воспользовалась поисковиком — Ридсберг, штат Висконсин. По всей видимости, это были имена убийц, а координаты — места, в которых они были замечены. Я села на папину кровать, переваривая полученную информацию. Зачеркнутые строчки, судя по Джеффу, это устраненные убийцы. Появилось очень много вопросов к отцу, ведь имен и координат на этом гребаном листе было целых восемь. Как давно он промышляет этим? Что вообще происходит у него в голове? Я тяжело вздохнула. Мне не давала покоя единственная не зачеркнутая строчка, но то, что этот некто с инициалами «К.Р» находится в городе, который в два раза дальше Мэддисона, хоть немного утешало. Время шло, а до уроков оставалось совсем немного. Желание идти в школу, честно, полностью отсутствовало. Но оставаться дома я тоже не хотела, поэтому я накинула на себя красную толстовку, кожанку, взяла телефон с наушниками и вышла из дома.

***

Этот резко-континентальный климат когда-нибудь меня доконает. Я не удивлюсь, если к вечеру снова выйдет солнце, ну а сейчас было жутко холодно. Хоть бы дождь не полил, я тогда точно вернусь домой. Серые улицы были заполнены людьми, спешащими на работу, учебу. Машин тоже было много, до такой степени, что образовывались пробки. Вот такое оно, утро понедельника. Идти до школы не больше пятнадцати минут, но я уже смирилась с тем, что скорее всего мне придется опоздать. Проходя мимо заброшенного парка, я остановилась. Я же могу сократить свой путь, вместо того, чтобы идти в обход. Всего лишь придется пройти немного дальше и перелезть через невысокое ограждение и все — я окажусь почти у ворот школы. Именно так я и сделала. Все же заброшенный парк всегда был для меня атмосферным местом для уединения и поиска вдохновения. И то, что на меня и на мою сестру Джефф нападал именно тут, мне никак не помешает. К тому же он мертв, а я просто иду на учебу. Парк был не совсем пустым. По пути я встретила пару человек выгуливавших собак и одного пьяного бездомного. Пройдя весь заброшенный парк, я оказалась у кучки недостроенных домов.  — Какого фига?! — возмутилась я вслух. Раньше здесь этого не было. Правда в последний раз я ходила в школу этим путем в прошлом году, когда опаздывала на экзамен, но я не ожидала таких изменений. Дома выглядели брошенными, будто их и не собирались достраивать. Где-то нет крыши, где-то хулиганы уже разбили стекла. Для меня это означало лишь то, что никто не будет против моего вторжения. Я осмотрела дома и нашла тот, который ближе всего к нужной мне ограде. Если я была права, то выйдя на задний двор, я окажусь в нужном мне месте. Я открыла дверь и сразу почувствовала вонь, словно здесь что-то сгнило. Повсюду валялся мусор, пустые бутылки из-под водки и рваная одежда. Кажется, тут жил один из бездомных, к тому же не очень чистоплотный. Проходя одну из необустроенных комнат дома, я почувствовала, как запах стал в разы сильнее. Дышать было невозможно. Я зажала нос рукой и подошла к еще одной двери. Вероятно, это была кладовая, и запах точно доносился оттуда. Сердце бешено заколотилось, предвещая что-то нехорошее, но назад пути нет. Я дернула за ручку и раскрыла дверь настежь. Резкий запах гнили с новой силой ударил в нос, не смотря на то, что я зажимала его рукой. Увидев то, от чего исходила эта жуткая вонь я закричала. Тело женщины в разгар разложения, облепленное какими-то насекомыми, а на ее лице было два глубоких пореза. Улыбка. Мой крик прервал некто, зажавший мой рот рукой. Я пыталась отбиться, ведь я чувствовала, что хватка была не слишком сильной, но я была слабее. Из глаз ручьем текли слезы, вонь гнили смешалась с железным запахом крови.  — Я же говорил, что мы еще встретимся. А теперь заткнись, иначе я перережу тебе горло. Этот леденящий душу, низкий голос я узнаю из тысячи. Нет. Я не верю. Это не может быть он. Джефф умер! Его застрелили, он мертв! У меня началась истерика. Задыхаясь собственными слезами, я снова начала брыкаться и кричать, но ничего не помогало.  — Да что-ж ты не угомонишься?! Последнее, что я помню, это очень сильный удар по голове, от которого я ежесекундно потеряла сознание.