Будущее осталось светлым

      У входа в пещеру не было никого. Шин не слишком заботился о безопасности, ибо помимо охраны не было никаких сдерживающих печатей или блоков. С другой стороны, это казалась разумным. Подобная активность у штаб-квартиры преступной организации, которая в прошлом принесла столько проблем, не осталась бы не замеченной. Саске не спешил порваться вперед, он, как мог, растягивал это недолгое присутствие брата в мире живых. Итачи, к его удивлению, тоже не торопился, а лишь понимающе, с горечью смотрел куда-то мимо.       На небе не было ни одного облака, а солнце ярко светило, играя бликами на водной поверхности небольшого ручейка. Можно было бы сказать, как прекрасна погода, но бушующий ветер все портил. Он срывал зеленые листья с деревьев, вихрем поднимал до небес, а после ронял на твердую землю. Казалось, если он еще немного усилится, то от земли вместе с корнями оторвутся многовековые дубы и с грохотом рухнут. Погода почти идеально отражала то, что происходило на сердце младшего Учихи. Буря – это то, что поднимается из недр и, скатываясь в ком, застревает в горле вместе со словами, которые все равно не возымеют смысла. А солнце - светлый луч радости от осознания, что брат вновь найдет покой.        – С помощью Мангекё Шин может управлять оружием, – вдруг разорвал нависшую тишину Саске, – в прошлый раз Кусанаги ранила Наруто, когда на неё попала кровь, - он звучал максимально равнодушно, но скулы играли, а кулак то и дело сжимался от предвкушения встречи с самозванцем. Итачи долго не отзывался, он будто искал, что сказать, но не мог найти правильных слов, все же начал: – Саске, ты стал прекрасным шиноби, отличным человеком и достойным главой клана, - Итачи печально улыбнулся, опустив тот факт, что от клана ничего и не осталось, – отец и мама гордились бы тобой, и я горжусь, – он замолчал, не решаясь продолжить.       – Где-то тут должно быть «но», – мужчина заглянул брату в глаза с полной серьезностью и готовностью выслушать, что тот скажет. Он кивнул:       – Сараде нужен отец, этот ребенок не должен испытывать боль одиночества... – Итачи осекся, не решаясь сказать что-то еще. Не ему об этом говорить Саске. А тот, понимая, что брат прав, лишь коротко кивнул, согласившись, и перевел тему, поднимаясь на ноги:       – Пора покончить с Шином.

***

      Алые облака заметно выделялись на фоне темных тонов пещеры, освещенной одним тусклым монитором и светом, что пробивался сквозь вход. Шин сидел на том месте, где раньше находилась левая рука статуи Гедо, в ожидании Итачи. Но он совсем не ожидал, что с объектом его восхищения будет, по его мнению, главный позор клана Учиха. От такого гостя Шин явно замешкался, и не сразу среагировал на вошедших, но, спохватившись, подорвался на ноги и поклонился:       – Я так долго вас ждал, Господин Итачи, – стараясь не обращать внимания на Саске, начал он свою речь, – для возвращения Акацуки почти все готово, – отчитывался буквально, как школьник, – когда я закончу, вы возглавите организацию и Ваша воля будет исполнена.       – Слишком много болтаешь, – Итачи уже приготовился к бою, его глаза красным сверкнули в темноте, приобретя характерный узор, – я никогда не разделял цели и методы Акацуки, и уж тем более не преследовал цель их возглавить. Я был лишь шпионом в тылу врага.       Шин на секунду опешил, осознавая сказанное. Его кумир, объект восхищения на деле оказался предателем и такой же тряпкой, как и последний Учиха. Годы жизни потрачены впустую, а оригинал – бессмысленная жертва, в погоне за риннеганом и местью. На губах осела безумная улыбка, а столь же безумный смех эхом отбивался от стен, постепенно сходя на «нет», образовывая звериный оскал. Он отказывался принимать поражение:       – Раз так, тогда я убью этого отброса – твоего брата, а после убью тебя!       Острые лезвия молниеносно понеслись в сторону Саске, но тот успел увернуться. Итачи кинулся вперед. Зазвенели сюрикены, виртуозно отбивая лезвия. Взорвались две бомбы, откалывая от стены куски. Шаг, еще один. Дым немного развеялся. Он схлестнулся с врагом врукопашную. Удар. Блок. Лязг металла. Опять Удар. Прыжок, Итачи хватает Шина за плечо. Он отлетает в стену. Зрительный контакт. Осталось полоснуть по шее…       Итачи не успел блокировать неожиданный выпад – Шин развеял Цукуёми. Но сразу оказался придавлен рукой скелета Саске. Красная чакра осветила часть пещеры. Итачи схватился за бок. Уже появились доспехи и меч Тоцука, но воин стал таять. Шин образовывал вокруг себя схожего монстра, тем самым ограничивая количество чакры на поддержание сил Итачи:       – Не только у вас мощные глаза, – самодовольно выпалил Шин. Огромный сюрикен из лезвий полетел в старшего, но тот распался на стаю ворон.       – Мне нужно время, – прохрипел он, оказавшись в доспехе младшего брата. Без лишних слов мужчина выпустил несколько огненных шаров. Шин лишь ухмыльнулся: огонь никак не задел его, и он опрометчиво задержал оружие возле себя, с которым Саске поменялся местами. Преодолев защиту Сусаноо, он проткнул Шина насквозь мечом Чидори.       Саске оставалось пустить разряд молнии и добить уже полуживой эксперимент, но рука дрогнула. Все доводы в правильности этого решения, мысли об упокоении души брата вмиг испарились. Какую бы благородную причину он ни придумал, он не может еще раз убить Итачи. Что угодно, только не это. Только не он. «Прости, Итачи», – мысленно произнес мужчина и, стиснув зубы, убрал меч. Секундное замешательство, и противник тут же воспользовался этим, заставив катану поразить хозяина. Шин кинулся к выходу.       – Аматерасу! – послышалось за спиной, и в тот же миг Шина объяло черное пламя. Душераздирающий крик заполнил пространство. Саске закрыл глаза, чтобы не видеть, как горит его враг, а вместе с ним и призрачная надежда на светлое будущее. Крик, казалось, длился вечность, но понемногу затихал. Нервы Саске не выдержали, и он в последней попытке закричал:       – Остановись! – но Итачи даже бровью не повел, только отчужденно, как мантру повторил:       – Мертвым не место среди живых, Саске, – кровавые слезы Мангекё шарингана слишком символично выглядели на аристократично бледном лице. Придавливая открытую рану, мужчина двинулся вперед:       – Я пошел за тобой, потому что хотел уничтожить того, кто посмел использовать моего брата, но чем больше мы говорили, тем больше я понимал... – по его щеке скатилась одинокая слеза, но он будто не замечал ничего, – Итачи, ты нужен мне! ‐- голос сорвался, - и не только мне, Сарада растет без отца. Сакура хорошая мать, но этого мало. Ей нужен наставник, тот, кто обучит техникам клана, поддержит и защитит в любую минуту. Я не могу быть в деревне часто, – он тяжело вздохнул и спокойно, как-то слишком покорно продолжил, – знаю, говорить что-то бессмысленно, но мне нужна твоя помощь, старший брат... – его слова опять пролетели мимо: Итачи сделает то, что задумал. Глупо было надеяться, что он сможет переубедить его. Раньше не мог, и сейчас ничего не могло измениться.       Саске вплотную приблизился и теперь уже точно в последний раз обнял брата. Сердце в груди Итачи пропустило удар, а черное пламя потухло.