Эпилог
3 июня 2020 г., 21:00
В нос бил противный запах сырости, скованные в наручниках руки ужасно затекли, причиняя боль при малейшем движении, а плотно прилегающая непроницаемая маска сильно натерла кожу. Он так давно не видел света, что казалось, если маску снимут, то ничего уже не изменится. Глаза не будут воспринимать цвета, оставив его во тьме навеки.
Итачи сидел в одиночной камере и ждал Седьмого с решением суда, но до сих пор был не уверен в правильности своего поступка. Слишком уж многое должно всплыть на поверхность, чтобы он смог вернуться в деревню. Заговор клана, проделки Данзо, проблемы Корня, мягкотелость Хирузена – все это могло создать уйму дополнительных проблем. С другой стороны – хватит уже лжи. У него появился второй шанс все исправить, помочь брату, воспитать племянницу и выполнить обещание, которое когда-то дал родителям.
Прошел месяц с того дня, как Шина передали Орочимару, а Итачи официально предстал перед правителями всех стран и деревень, и началась бумажная волокита с переговорами. Сильные мира сего сразу же потребовали заключить Учиху под стражу до выяснения всех обстоятельств и решения трибунала. Саске был категорически против, но, чтобы избежать лишних конфликтов, Итачи сам сдался.
За этот месяц он сбился со счета, сколько раз его вызывали на допрос. И каждый раз ему приходилось в подробностях рассказывать и переживать самые ужасные моменты своей жизни. Саске не присутствовал ни на одном. Им запретили контактировать до суда. Забавно, его братец, являясь столь весомой фигурой в мире шиноби, не подчиняющийся никому, не смог обойти приказ в этот раз. Но даже хорошо, что его не было, иногда он бывает слишком вспыльчив.
Хуже всего было на заседании Каге, атмосфера царила давящая. Они, те, кто лицом к лицу сталкивались с Акацуки и плодом их деятельности, не стеснялись в выражениях, открыто выказывая свою ненависть. Хоть он и не мог видеть, но буквально кожей чувствовал все эти взгляды. К его удивлению, именно Казекаге Песка, тот, кто пострадал от организации больше других, погибнув, единственный рассуждал здраво, не выражая никакой неприязни.
На встрече с дайме все было куда проще. Его не особо волновал нукенин из прошлого. К тому же этот молодой человек очень уважал Хокаге и доверял его мнению. А потому, заручившись поддержкой Шестого, Наруто без проблем смог убедить молодого чиновника, что бывший член Акацуки не несет никакой опасности ни для деревни, ни для Страны Огня.
На слушание вызвали и Старейшин Конохи – Хомуру и Кохару, но те наотрез отказались давать показания, сославшись на почтенный возраст и плохую память. Это был единственный раз за месяц, когда Итачи «видел» брата, который явно в этот момент готов был испепелить старых маразматиков прямо на том же месте. Итачи увели раньше, и чем там дело закончилось, он не узнал. Сейчас же ему оставалось только ожидать приговора.
В тюремном коридоре, эхом отбиваясь от стен, послышались быстрые шаги, которые стремительно приближались. Спустя минуту тяжелые двери камеры отворились:
– Тебя оправдали, – радостно сообщил Наруто, пока надзиратели оперативно избавляли Итачи от оков и печатей, которые блокировали его чакру, а Хокаге продолжал разъяснять решение суда, - в ближайшее время шиноби тебе не быть, но под личную ответственность сенсея Какаши и мою, тебе разрешено вернуться в Коноху.
У тюремных стен Саске ожидал лучшего друга с Итачи. Братья как-то слишком сдержанно поздоровались, чем смутили Седьмого, но, хорошо зная характерную особенность Учих, он быстро переключил свое внимание на паром, который уже причалил к берегу и ожидал своих пассажиров, чтобы переправить их по морю на большую землю.
Уже находясь на пароме, Итачи все никак не мог найти себе места. Возвращаться спустя столько лет в родную деревню было странно и даже немного страшно. Несмотря на то, что все сведения об Учихах были рассекречены, это не отменяло всех тех преступлений, которые он совершил, и вряд ли жители Конохи будут рады такому соседу, но это было полбеды. В конце-концов, он привык к косым взглядам, и не позволит ничему подобному мешать выполнению его новой миссии. Совсем другое дело, как отреагирует Сарада на неожиданно свалившегося, как снег на голову, дядю. Волновало и то, что он совсем не умеет контактировать с детьми, а ведь именно помощь в воспитании нового поколения заставила его в последний момент потушить Аматерасу. К счастью, Шин оказался достаточно живучим, чтобы дотянуть до прибытия в лабораторию Орочимару, где его реанимировали. Что уж там Наруто передал Ямато, никто не знает, но тот даже внимания не обратил на Учих, будто только и ждал, когда они заявятся.
– Ты задумчивее обычного, брат, – Итачи, погруженный в свои мысли, не заметил, как к нему подошел Саске, который буквально светился от счастья, но всеми силами старался скрыть это.
– Ты говорил с Сарадой? – мужчина отрицательно качнул головой:
– Но она все поймет, со временем все придет в норму.
***
На горизонте появились главные ворота Деревни Скрытого Листа. Они как всегда были радушно открыты в ожидании возвращения Хокаге. Картинка на дальнем плане немного расплывалась, но чуть присмотревшись, Итачи заметил женский силуэт. Сакура, видимо разузнав, когда они возвращаются, вышла встретить мужа и нетерпеливо поглядывала по сторонам. Наруто, чтобы не нарушать идиллию воссоединения семьи, ускорил шаг. Преодолев недостающее расстояние за пару секунд, он поздоровался со старой подругой и отправился в резиденцию Хокаге, где его уже давно заждался погрязший в отчетах Шикамару. – Неудачник, – усмехнулся Саске, наблюдая за удаляющимся вечным соперником. – Как был глупцом, так им и остался, – по-доброму добавил Итачи. На деле, он был благодарен Седьмому за все, что тот сделал и продолжает делать ради Саске. Его младшему брату действительно повезло с другом. За рассуждениями братья быстро добрались до розововолосой куноичи. Сакура быстро поприветствовала мужа, краснея и отводя глаза, а после лучезарно улыбнулась старшему Учихе и поклонилась: – Здравствуй, Итачи. Добро пожаловать домой.***
Сарада сидела на каменном лице Пятой Хокаге и растерянно смотрела на открывающийся вид всей деревни. Она видела, как только что Седьмой прибыл обратно в Лист, а через какое-то время у входа появился и отец со своим братом. Впервые она не бежала со всех ног на встречу к отцу, впервые она не хотела его даже видеть. Просто побыть одной было куда ценнее в этот момент. Правда о ее клане и отце – бывшем нукенине, сломала девочке привычную картину мира. Ей предстояло все хорошо обдумать и решить, что делать дальше. В небе над ней пролетел ястреб, она вздернула голову вверх, чтобы внимательно рассмотреть хищную птицу. Волосы развевались на ветру, а солнце отразилось в фамильных глазах, в которых отныне стало два томое.
