Глава 16
26 декабря 2021 г., 20:20
В центре кучи было странное существо, умершее этой ночью. Рядом с ним сидела маленькая птичка с красными крыльями. Она нежно ткнулась клювом в существо и заплакала.
Гермионе не нравился обращённый на неё взгляд МакГонагалл. Так же, как и выражение её лица — доброжелательное, усталое, с лёгкой тенью грусти. И скучающее. Несколько минут прошло с того момента, как девочка закончила подготовленную речь и ждала от своего декана хоть какой-то реакции, но та хранила молчание. Наконец МакГонагалл тяжело вздохнула и опустила взгляд. Сняла очки и аккуратно сложила их в лежащий на столе футляр. Помассировала виски, и только после этого произнесла: — Я выслушала вас, мисс Грейнджер. Но так и не могу понять, чего вы хотите от меня добиться… — В первую очередь нужно проверить стены… — бодро начала Гермиона, но тут же замолкла, остановленная взмахом руки МакГонагалл. — Прошла почти неделя с момента происшествия с кошкой Аргуса… мистера Филча, — пояснила она, заметив удивление Гермионы, — и нет никаких оснований полагать, что эта история будет иметь продолжение. Не нужно делать из мухи слона, мисс! Бесспорно, это ужасный поступок, и как только мы выясним, чьих рук это дело, мы накажем виновников по всей строгости. Но пострадавшая кошка и глупая надпись на стене — не повод выдумывать небылицы. — Но ведь профессор Бинс говорит, что существует легенда о Наследнике Слизерина, Тайной комнате и Ужасе, таящемся в ней! — Профессор Бинс… Он, знаете ли, несколько… — МакГонагалл замялась. — Он неправ? — спросила Гермиона, когда пауза затянулась. — Нет, — ответила профессор со вздохом, — он несколько мёртв. В школе обитает немало призраков, бывших очевидцами многих исторических событий, для которых и Тайная комната, и восстания гоблинов — реальные истории из их земной жизни. — МакГонагалл слабо улыбнулась. — Трудно не проникнуться доверием к их словам, не так ли? Гермиона осторожно кивнула. — Профессор Бинс умный че… призрак, и не верит во все эти истории. Но столетия проходят, а легенды живут. — МакГонагалл подняла взгляд на Гермиону и, подслеповато прищурившись, спросила: — Не догадываетесь, в чём причина? Девочка пожала плечами. — Проблема в том, что призраки не меняют своих взглядов. Если при жизни они верили в то, что Земля плоская, то и после смерти будут убеждать в этом всех встречных. Ещё и приврут, что лично заглядывали за край. То же самое и с легендой о Тайной комнате. Убеждены в её существовании, хоть ни разу и не видели. — Но ведь можно проверить стены около того места, где пострадала миссис Норрис, это же не сложно! — Довольно, мисс Грейнджер. — Голос профессора затвердел. — Думаете, что вы — первая, кто пришёл ко мне с подобными идеями и предложениями после того происшествии? Если бы я следовала им всем, то все профессора только бы и делали, что бегали по школе в поисках несуществующего! Так что забудьте о глупых легендах, и больше времени посвящайте учёбе и подготовке к экзаменам. — Она кинула взгляд на стоящие в кабинете часы. — И отправляйтесь в Большой зал. Скоро ужин. — Хорошо, профессор, — понимая бессмысленность спора, отозвалась Гермиона. Но перед выходом из кабинета не удержалась и спросила: — А разве профессор Бинс жил во время восстаний гоблинов? Он столько про них рассказывает… — Если бы, — хмыкнула МакГонагалл. — Между последним из восстаний и рождением профессора — сотни лет. Всё проще: он и при жизни был зациклен на этой теме. В Большой зал Гермиона, конечно же, не пошла, а без долгих раздумий направилась к кабинету директора. Обращаться к нему по собственной инициативе ей ещё не приходилось, но всё когда-нибудь происходит впервые. В том, что Дамблдор её выслушает, Гермиона не сомневалась: в конце концов она не обычная ученица, пусть и лучшая на курсе. Директор явно заинтересован её странной связью с драконом, к тому же она — подруга Гарри Поттера. На секунду она подумала, что могла бы рассказать о услышанных Гарри словах, но тут же выбросила это из головы. Нарушение данных друзьям слов — очень плохо. Это она прекрасно помнила. Директора на месте не было. После нескольких минут бесплодных попыток открыть охраняемую каменными горгульями дверь Гермиона попыталась вспомнить — а видела ли она сегодня Дамблдора в Большом зале? По всему выходило, что нет. В последний раз раздосадовано посмотрев на закрытый проход, она с трудом подавила желание пнуть неподвижных горгулий. Кроме директора и профессора МакГонагалл в замке был только один человек, способный помочь ей. Если он только окажется в своём кабинете. Если он вообще захочет её выслушать. Если её аргументы окажутся достаточно убедительны. Слишком много «если», но иных вариантов не было. К тому же, ей следовало поспешить — скоро ужин, МакГонагалл была права, а путь до подземелий не близок. Ей повезло. Во-первых, подземная часть замка будто вымерла, и на всём пути она ни с кем не столкнулась. Во-вторых, профессор Снейп был в своём кабинете. И последнее, самое важное: он не прогнал её после первых же слов, чего она опасалась больше всего, а согласился выслушать и пригласил в кабинет. Кабинет ничем не напоминал класс зельеварения, чего она она подсознательно ожидала. Никаких стеллажей с высушенными или заспиртованными созданиями, полок с готовыми зельями. Не было и странных приспособлений, как в кабинете директора. Обычный рабочий кабинет, единственным источником мрачности которого являлся только его владелец. Впрочем, ожидать от Снейпа радушия и позитива было глупо. — Я жду, мисс Грейнджер, — вырвал её из раздумий недовольный голос Снейпа. Непроизвольно поёжившись под его взором, Гермиона собралась и повторила подготовленную речь — ту же самую, что рассказала и МакГонагалл, за небольшим исключением: — Чем бы ни было это существо, скорее всего оно очень редкое и магическое. Подумайте, сколько уникальных ингредиентов вы сможете из него добыть! Собственно, на этом предложении и строился её расчет. Кроме директора властью в Хогвартсе обладали только деканы факультетов, но каким образом можно добиться помощи Флитвика или Спраут Гермиона просто не представляла. — Признаюсь, мисс Грейнджер, я удивлён, — произнёс Снейп после недолгого молчания. — Не тем, что вы, гриффиндорка, пришли ко мне с просьбой — такое, хоть и редко, но случается. И, видит Мерлин, просьбы те были не менее фантастичны, чем ваша. Меня удивляет ваша уверенность в том, что я поверю вашим словам. — Но… — Не перебивайте, — обманчиво спокойным тоном оборвал её Снейп. — Смею предположить, что я не первый, кому вы рассказываете эту историю, не так ли? Гермиона опустила взгляд. — Разумеется… — заключил Снейп. — Кого просить о помощи в первую очередь, как не своего декана? Только она вам отказала. А директор, вот ведь досада, последние дни в школе почти не появляется. И именно тогда решили идти ко мне… — Он откинулся на спинку кресла и, окинув девочку внимательным взглядом, спросил холодно: — И на что вы рассчитывали? — Профессор, но ведь ингредиенты… — Чушь, — отрезал Снейп. — Отговорка. Неужто вы и в самом деле считали, что я отложу все свои дела и брошусь на поиски вашего мифического монстра… Ради чего — сомнительного удовольствия покопаться в его потрохах? — Если я права, то вы сможете найти и обезвредить это существо, — сказала она упрямо. — И тогда вся слава достанется Слизерину… И лично вам. — Она подняла взгляд и, глядя ему в глаза, добавила: — О моём участии никто не узнает. — Надо же, какое великодушие… — процедил Снейп. — Я поражён. Особенно частью про личную славу. Но не хотите ли услышать мою версию вашего появления? Гермиона настороженно пожала плечами. Сам вопрос и тон, которым он был задан, не предвещал ей ничего хорошего. — Порой я удивляюсь решениям Распределяющей шляпы, — начал Снейп. — Поступок, достойный слизеринца. Не слишком умного, но всё же… Давайте представим, что вы уверены в своих словах. Предположим даже, что это не очередная авантюра ваших дружков, Поттера и Уизли, а ваша личная инициатива. Вы ведь рассчитывали на вражду факультетов, не так ли? Я штрафую гриффиндорцев, ваш декан — слизеринцев, всё просто и понятно… Вот только вы не учли одну деталь: в первую очередь мы не соперники, а коллеги. Коллеги, проработавшие бок о бок многие годы. Что именно ответила вам профессор МакГонагалл? — Что это чья-то глупая шутка, — сказала Гермиона, ёжась под взглядом профессора. — Своему студенту я сказал бы то же самое. Вам же… — Снейп задумался, подбирая слова. — Вам же я посоветую сто раз подумать, что и кому вы хотите предлагать. — Я поняла, профессор, — тихо отозвалась Гермиона. — Надеюсь, — криво улыбнулся Снейп. — Пожалуй, я даже не сниму с Гриффиндора баллы за вашу наглость. Ваша «щедрая» идея о дележе шкуры неубитого медведя меня позабавила. Можете быть свободны, мисс Грейнджер. Гермиона медленно шла к выходу из подземелий, пытаясь осознать произошедшее. Да, её планы проваливались и раньше, но чтобы три раза подряд? Такого с ней ещё не случалось. Если бы только она смогла поговорить с директором… Дамблдор славился странными, нелогичными и даже безумными решениями, результат которых, тем не менее, приводил его к успеху. Сейчас она понимала, что только он смог бы прислушаться к её словам. Чем больше она прокручивала в голове разговоры с профессорами, тем больше убеждалась — их слова и решения были логичны, на их месте она скорее всего поступила бы так же. Конечно, МакГонагалл могла бы проявить больше участия, а Снейп — обойтись без высмеивания, но это было бы слишком фантастично. Но самое неприятное было в том, что до всего этого она могла дойти и сама, не вызывая на себя недовольство сразу двух деканов, если бы как следует всё обдумала. Сейчас же ей оставалось только медленно, кипя от злости на допущенные ошибки, брести к выходу из подземелий, да упражняться в «остроумии на лестнице». Причём буквально — лестниц на её пути будет предостаточно. Она мотнула головой, отбрасывая в сторону бесполезные переживания, и только тогда обратила внимание на странный звук позади — слабый, но хорошо ощутимый в тишине пустынного коридора. Словно кто-то водит наждачной бумагой по каменным плитам пола. Она обернулась, и…***
0JfQsNC/0LjRgdGMIDE2LzI2LgrQkiDQutCw0LHQuNC90LXRgtC1INC00LjRgNC10LrRgtC+0YDQsC4=***
… мир для неё перевернулся. Перевернулся в буквальном смысле: секунду назад она стояла посреди слабоосвещённого коридора, а сейчас — лежала на мягкой кровати в незнакомом, пронизанным дневным светом помещении. Только одно осталось неизменным — страх. Гермиона вскрикнула, и тут же услышала рядом с собой чьи-то шаги. — Спокойнее, мисс Грейнджер, — раздался рядом с ней женский голос. — Вы в Больничном крыле, и вам ничего не угрожает. Голос был ей знаком. Мадам Помфри, медиковедьма школы. — Что… что произошло? — с трудом выдавила из себя Гермиона, после нескольких неудачных попыток сев на кровати. Глаза ей приходилось прикрывать рукой. — Василиск, — со вздохом ответила мадам Помфри. — Вы попали под его взгляд и окаменели, мисс… Но не беспокойтесь, сейчас с вами всё хорошо — лечебное зелье, насколько я вижу, сработало просто прекрасно. Значит, скоро и остальные придут в себя… — Остальные?! — Ах да, вы же были первой… — Мадам Помфри понимающе кивнула. — Ещё несколько учеников пострадали после вас. Глаза Гермионы несколько привыкли к дневному свету, и она смогла наконец оглядеться. Она не раз бывала в Больничном крыле и помнила, что занятые пациентами койки обычно загораживали ширмами. Сейчас ширм было намного больше обычного. — Несколько… — пробормотала Гермиона. — И сколько же времени я здесь пролежала?.. — Почти пол года, — ответила медиковедьма после небольшой паузы. — До конца учебного года осталась пара недель. — Экзамены! — охнула побледневшая Гермиона. — Мне же нужно всё выучить… — В этом году экзамены отменены. Не паникуйте и не торопитесь, мисс, — строго сказала женщина. — Вы же не думаете, что я выпишу вас без детального обследования? Как минимум неделю вы обязаны провести здесь. Если вам понадобится что-то из личных вещей, то можете попросить своих друзей принести их. Заодно и пообщаетесь — посещения разрешены. За спиной Гермионы тихо скрипнула дверь. — А вот и первый посетитель, — сказала мадам Помфри более добродушно. — И постоянный — несколько раз в неделю вас навещал. Гермиона обернулась. У дверей стоял, неловко перетаптываясь на месте, Невилл Лонгботтом. — Оставлю вас ненадолго, — произнесла мадам Помфри, — и сообщу профессорам, что вы очнулись. Только не смейте никуда уходить! — Здравствуй, Гермиона. Я рад, что ты пришла в себя, — сказал он и, словно смутившись своих слов, покраснел и опустил взгляд. — Привет, — с некоторым удивлением отозвалась девочка. Услышав про постоянного посетителя, она конечно же ожидала увидеть Гарри. — Ты можешь рассказать, что за… что я пропустила? К сожалению, знал Невилл не так уж и много. С Гарри и Роном (а именно они были источником большинства новостей) он практически не общался и информацию знал, по большей части, из многочисленных пересказов и слухов. Но пока что Гермионе было достаточно и этого. Невилл рассказал ей, какой переполох поднялся в школе после её встречи с Ужасом (оказавшимся, на самом деле, василиском). Ужесточились школьные правила — учеников всегда и везде сопровождали старосты и старшекурсники. Передвигаться по школе в одиночестве было строго запрещено даже в дневное время. Конечно, поначалу многие были недовольны новыми правилами, но… Нападения продолжались. Когда Больничное крыло пополнилось ещё несколькими окаменевшими «экспонатами», число нарушителей изрядно уменьшилось. Самыми смелыми и упёртыми из которых, в конечном счёте, оказались Гарри Поттер и Рон Уизли. Начали они с того, что обвинили в нападении никого иного, как Малфоя. Немалую роль сыграл и тот факт, что её обнаружили именно в слизеринских подземельях. Правда вскоре её друзья затаились, почти перестав задирать слизеринцев. Ходили слухи, что они вдвоём нарушали новые правила, излазили всех замок и даже самовольно побывали в Запретном лесе. Но на отношения между факультетами это уже не влияло, вражда росла с каждым днём и без их помощи. Закончилось же всё буквально пару дней назад. Вначале пропала младшая сестра Рона — Джинни, а затем и сам Рон, вместе с Гарри. Как выяснилось впоследствии, они нашли, куда василиск утащил Джинни, и тогда Гарри… Внезапно Невилл замолк, побледнел, испуганно уставившись на что-то за её спиной. — И Гарри Поттер всех победил, — закончил за него голос Снейпа. — Опять. И василиска в том числе. Наверно копается сейчас в его потрохах, прибыль считает. И нет ему дела до очнувшейся подруги… Гермиона не слышала, как он вошёл. — Отойдите, мистер Лонгботтом, — бросил Снейп Невиллу, — а то я решу, что у вас сердечный приступ. Или таким образом вы хотите составить компанию некоей мисс? Невилл покраснел и поспешно отошёл в сторону. Подошедший же к её кровати Снейп окинул Гермиону внимательным взглядом, достал волшебную палочку и произнёс несколько незнакомых ей заклинаний. — Всё в порядке, — сказал он чуть погодя, — зелье подействовало как надо, побочных эффектов не будет. — Василиск, — сказала Гермиона, глядя ему в глаза. — Я была права насчёт чудовища, профессор! — Частично, — признал Снейп. — Вот только если вы уверены, что вам угрожает чудовище — позаботьтесь о ружье, пробьющем его шкуру, мисс Грейнджер.
