Моё невообразимое путешествие

Нужно иметь что-то общее, чтобы понимать друг друга, и чем-то отличаться, чтобы любить друг друга. Поль Жеральди

***

Тайп (из будущего)

Просторную комнату, согревали дневные лучи солнца, в ней царила тишина и умиротворение. Но, вместе с тем, было и какое-то чувство пустоты. Будто бы чего-то не хватало. Даже можно сказать кого-то. Оттого на душе было неспокойно, а вселенская скука забирала в свои липкие, тёмные ручонки. Найдя на столе объёмную книгу в яркой оправе, я пару раз покрутил её в руках, всё ещё раздумывая брать её или нет. Но в итоге сошёлся на мнении, что она вполне себе привлекала моё внимание и потому не теряя времени взял её, направляясь прямиком в кровать. Открыв книгу, я принялся вчитываться в мелкий шрифт. Усиленно обрабатывая получаемую информацию. Но, то ли книга была слишком занудной, то ли сам сюжет не захватывал сознание, оттого первое положительное впечатление с треском рухнуло, оставляя за собой неприятное ощущение. Но делать больше было нечего, поэтому пришлось продолжить чтение, чисто для того, чтобы хоть как-то убить время. Не сказать, что я не любил это занятие, просто обычно, времени на это катастрофически не хватало. За окном дул ветер, который в скором времени пригнал большие тучи, что быстро заполонили всё небо. Сменяясь громкими, тяжёлыми каплями, что стали сыпаться с небес. Нарушая такую прелестную красоту, закрывая тёмными непроглядными тучами. А после и вовсе, раздался оглушительный раскат грома, сотрясая всё вокруг. Сверкающая вспышка молнии, резко разделась в небе, создавая небольшую полоску света. Капли сильно били в окно мешая сосредоточиться. А в комнату же, проскользнул прохладный ветер из маленькой щели, приоткрытого окна. Поспешив быстрее забраться под одеяло, я создал своеобразный кокон в надежде прогреть своё остывшее тело. И как бы не была приятна эта прохлада, но сейчас она создавала лишь дискомфорт. Страница за страницей всё перелистывались, а сюжет так и не смог уложиться в голове, посему приходилось перечитывать абзацы снова и снова. Тяжело вздохнув, всё-таки откладываю её в сторону, поднимая свой взгляд на настенные часы. На них было ровно двенадцать часов. Ещё не слишком поздно, но уже и не рано. Но всё равно, время тянулось медленно, словно какая-то изысканная пытка. Желание бросить всё и сбежать на улицу, появилось спонтанно, но погода давно решила всё за меня, затягивая в прочный узел, появившееся намёк на хоть какое-то развлечение. Поэтому оставалось лишь с грустью в глазах смотреть на размытое стекло и слушать ритмичные удары. Хотя, если честно, я вовсе не хотел сбегать, ведь здесь мне было вполне комфортно. Никто меня не терроризировал какими-то упрёками и поставленными законами. Мне была отведена свобода действий. Но без Тарна, здесь было слишком скучно и пусто на душе. Хотелось нежиться в тёплых объятиях и смотреть за безупречной улыбкой, от которой глаза становились похожими на полумесяцы, а небольшие морщинки скапливались в уголках глаз. Дождь тем временем всё продолжал стучать, но теперь уже с удвоенной силой. Раздражённо вздохнув, скидываю с себя тёплое укрытие, чтобы спуститься вниз и сделать себе какой-нибудь согревающий напиток. Спустившись на первый этаж захожу на кухню, здесь, как и во всём доме царила тишина. Что медленно стала не просто угнетать, а сильно давить на уши. Тяжёлым грузом свалившись на бренное тело. Дневного света не хватает, поэтому щёлкаю выключатель, что вмиг озаряет комнату. Небольшие тени тут же разбрасываться от мелких предметов по всем стенам, привлекая своё внимание. Обводя быстрым взглядом помещение, нахожу стоящий чайник, поспешно включая его. А немного похозяйничав, достаю банку с коричневым порошком и молоко. Добавив немного какао в кружку, жду пока закипит чайник. Но, он явно не хотел спешить, так что мне пришлось оторваться от своего занятия, чтобы обратить своё внимание на пейзаж за окном. Везде было мокро и сыро, а по всему двору виднелись разных размеров, грязные лужи. Погрузившись в раздумья, я резко вздрогнул, когда чайник всё-таки соизволил закипеть, громко оповещая. Налив горячую воду и добавив к ней немного сахара и молока, стал перемешивать это месиво, пока не почувствовал приятный, дурманящий аромат. Сев на барный стул, стал попивать согревающий напиток, в тоже мгновение до ушей дошёл звук вставляемого ключа и заходящего человека, что поспешил быстро разуться и разложить мокрый от дождя зонт. А после не спеша, на запах, заходя в большое помещение и аккуратно вовлекая в крепкие объятия. — Я дома. — радостно прошептал мне на ухо барабанщик. — Я что, по-твоему, глухой? — фыркаю, но не сдерживаю вырвавшуюся улыбку. — Чего ты так долго? — Прости. Мы обошли половину магазинов, но Пи’Торн всё никак не мог найти, то что хотел. А потом, когда мы всё-таки отыскали, дорогу к кассе заполонила большая очередь. Да и пробки на дороге из-за дождя, тоже дали своё. — протараторил Киригун. — Но, я правда спешил, побыстрее приехать к тебе. — говорит он, вдыхая аромат моего тела, утыкаясь носом прямо в шею. А от горячего дыхания пробегают мурашки, заставляя волосы встать дыбом. — И зачем ты вообще туда ехал? — ворчу, отпивая горячий напиток. — Ну, он очень хотел мнение со стороны. Хотя по факту выбрал сам, то, что считал нужным. Так что, наверное я зря ехал. Но, он же мой старший брат. Я не мог ему отказать. — Он мог бы взять с собой друзей, или Танью, или родителей. Почему нужен был имени ты? — фыркаю, скривив недовольную гримасу. А после, слышу приглушённый смех и чувствую, как объятия становиться ещё крепче. — А ты что, ревнуешь? Или ты хотел, подольше побыть со мной? — Да, хотел. Но мне пришлось валяться в пустой, холодной постели в одиночку. — отвечаю, кладя недопитую кружку на мраморную поверхность. Резким рывком, сильные руки оборачивают меня в другую сторону от окна и заставляют встретиться с радостным взглядом, довольного молодого паренька. Он не раздумывая обхватывает моё лицо обеими руками и вовлекает в страстный поцелуй. Вкладывая в него всю нежность и заботу. Но закончившийся кислород, заставляет оторваться друг от друга, с тяжёлым дыханием, смотря в опьянённые глаза. — Ты не представляешь, как я рад это слышать. В глазах мелькает маниакальный блеск, а улыбка расплывается так широко, что кажется готова выйти за отведённые пределы. — Смотри, не лопни от радости. — фыркаю, отворачивая красное лицо. Хоть, я уже давно привык к вечной, отводящейся мне нежности, но раз за разом вспыхиваю, словно спичка. Тарн аккуратно подхватывает меня за талию, усаживая на мраморную барную стойку, чуть было не задевая недопитую мною кружку. Не забывая провести рукой по упругой попе. Отодвинув подальше мешающую вещь, он концентрирует всё своё внимание на меня, пока руки начинают свободно хозяйничать, проходясь от талии к раздвинутым бёдрам. — И что ты задумал? — вопросительно выгибаю бровь, смотря за каждым его движением. — Что? Я ничего не делаю. — ухмыляется, зацеловывая венки на моей шее. Пробираясь прохладными руками под кофту и задевая маленькие затвердевшие соски. — Тарн! — предупреждающе рычу, чтобы остановить этого маленького провокатора. Пытаюсь остановить его руку, отталкивая от себя, на что он только сильнее прижимается в пространство приоткрытых мною ног, потирая довольно очевидным достоинством. — Тарн, остановись. — умоляю его, уже без ноток какой-либо злости. Я знал, что если сейчас не смогу остановить его, то и у самого скоро лопнет державшаяся выдержка. Поддаваясь навстречу ласке и нежности. Но барабанщик продолжал целовать мою шею, параллельно покусывая мочку уха, а рукой играть с набухшими сосками. Кое-как перехватив его руку, отрываю от увлекательного занятия. — Я так скучал по тебе малыш. — шепчет Киригун, поддаваясь вперёд для очередного поцелуя. — Стой! Твой брат, может приехать с минуты на минуту. А я не сильно горю желанием, чтобы он застал нас в такой пикантный момент. — бурчу, уворачиваясь от настырных губ. — Ну, так это не займёт много времени. — заговорщически шепчет мне в губы, нагло улыбаясь. — Нет, только не здесь. — стою на своём, скорчив недовольную гримасу. — Ладно, — раздражённо вздыхает он. — но, ты должен помочь мне с этим. — говорит Тарн, положив мою руку на его твёрдый член, что рвался вырваться наружу. Не спеша расстёгиваю молнию, приспуская джинсы и медленно вожу рукой, по огненному члену, который в любой момент был готов взорваться. — Не дразни меня. — рычит Тарн, в отместку, сильно кусая за шею, оставляя видимый след, которые ещё предстоит скрывать от любопытных глаз. Не сдержавшись, выпускаю наружу предательский стон, ловя на себе довольный взгляд карих глаз. Не в силах больше терпеть, так же приспускаю домашние штаны, чтобы достать наружу свой горячий, сочащийся смазкой ствол и схватив два члена вместе, захватить их в крепкой хватке. Вызывая, такое нуждающееся трение, испуская тихие стоны удовольствия. — Ах…ха…— простонав, выгибаю спину, продолжая двигать рукой и потирать горячие стволы, выпуская прозрачную жидкость, что так удачно увлажняла их, делая движения более лёгкими, а ощущения острыми. Тарн не скрываясь, отчаянно стонал мне в ухо, поглаживая плоский живот, что вызывало приятную волну удовольствия. Эти ощущения были настолько яркими, что невозможно было описать все свои эмоции. В какой-то момент, большая рука накрывает мою, ускоряя движение. — М-м-м, я сейчас… — прерывисто постанываю, слыша своё учащённое сердцебиение. Тарн резко, притягивает меня свободной рукой, что я оказываюсь прижатым в его ключицу, а другой рукой продолжая сжимать мою ладонь, сильнее ускоряясь. Разрядка не заставляет себя ждать и я с громким стоном кончаю вслед за барабанщиком, содрогаясь в приятных конвульсиях, пачкая наши руки. — М-м-м, малыш. Как же ты сводишь меня с ума. — рычит Киригун, атакуя моё лицо многочисленными, короткими поцелуями. — Тарн, перестань, нам нужно привести себя в порядок. — говорю, спрыгивая с барной стойки. — Да, мамочка. — мурчит он, поддразнивая и уворачиваясь от моей, занесённой для удара руки. Под звонкий смех, мы приводим себя в порядок, не забывая дурачиться. От этой лёгкой атмосферы на душе расцветают цветы, и беспрепятственно разлетаются бабочки. Чего ещё можно желать, когда с тобой тот, кто каждый день, делает таким незабываемым.

***

Просыпаюсь довольно поздно, когда свет фонарей отбрасывает своеобразные тени по комнате, а в уютной кроватке, под ритм размеренного биения сердца и объятиях, сильных рук, мы неподвижно лежим, нежась царившей атмосферы. Объятия, была моя своеобразная помешанность, без которых, я чувствовал некий дискомфорт. Мне нравилось, как Тарн обнимает меня, крепко прижимая к себе, будто бы в защитном барьере, который защищает от всех кошмаров. В голову тем временем, лезли самые приятные мысли, заполняя каждый свободный уголок. — Уже проснулся? — шепчет тихий голос, опаляя шею тёплым дыханием. — Ты такой красивый, когда спишь. — целуя меня в макушку головы, произносит барабанщик. В то время, как у меня по телу, пробегает мелкая дрожь. За четыре года, я так и не привык к его прикосновениям и каждый раз, когда он лезет целоваться, по твоему телу проходит мелкая, но приятная дрожь. — Неужели, я нашёл твой фетиш? И долго, ты на меня смотрел? — спрашиваю, поворачиваясь в его сторону, чтобы заглянуть в манящие глаза. Но, вопрос остаётся без ответа, а вместо этого он не выдержав, целует меня. Для меня, все наши поцелуи, всегда казались, словно это наш первый раз. Потому что, каждый раз в них вкладывается, вся нежность и любовь. И как тут можно устоять от такого соблазна? В данный момент, в душе царил покой, но чувства неправильности день за днём становились только сильнее. Казалось бы всё хорошо, если бы не тот факт, что всё находится не на своих местах. Каждый день, я проводил в раздумьях. И вот теперь, когда я точно знаю, что не безразличен Тарну, наверное, пришло время во всём разобраться? Можно было бы не заморачиваться и жить сегодняшним днём, но это не правильно. Мне очень хотелось вернуться в будущее, где я спокойно жил в нашей уютной квартирке. С тем Тарном, которым нас связывало, много пройденных: счастливых, грустных и ещё множество других дней. Наши с ним, яркие воспоминания, что так отчётливо въелись в голове. А тут, у меня ничего нет. Меня ничего не связывает с ним, только лишь те моменты, что мы создали сейчас. Но, вот поверит ли он мне в этот раз? Сможет принять эту правду? А что, если взбеситься от того, что я молчал всё это время? И главное, сможет ли вообще помочь? Хотя, где-то виноват он сам, я ведь с самого начала рассказал ему всё, только вот он, не принял мои слова всерьёз. — Эй, ты чего погрустнел? — взволновано спрашивает барабанщик, поглаживая меня по щеке, вырывая из лап собственных мыслей. Поднимаю глаза, встречаясь с внимательным взглядом бездонных океанов. Грустная улыбка появляется на лице, ещё больше вгоняя собеседника в лёгкий ступор. — Тарн, думаю, пришло время о кое-чём поговорить. — тяжело вздыхаю, принимая сидячее положение. Барабанщик удивлённо смотрит на меня, но так же повторяет мои движения, поудобнее устраиваясь, готовясь слушать, всё то, что я собираюсь сказать. — Помнишь, как я однажды напился со свой компанией у нас в комнате и на утро, проснулся с тобой, в одной кровати? — Эм...ну да, помню. Ты тогда ещё свалился от удивления, что оказался в моих объятиях. — прыснул со смеху в кулак, пытаясь скрыть очевидную улыбку. — Тогда, я удивился по другой причине. — И какой же? — заинтриговано смотрит он. — Помнишь, что ещё я говорил, что мы давно встречаемся? — делаю паузу, глубоко вздохнув. — Так вот, тогда я говорил правду. Тарн, я прибыл из будущего.

***