Транквилизатор

«Твоя твёрдость была толще льда, но звучала красивее фортепиано. Что с тобой натворили люди? Кем ты был? И кем ты стал?»

***

Это и есть Чонгук? Парень в свободной чёрной толстовке с длинными рукавами и в спортивных штанах выглядел таким… помятым? Ну конечно, у него сонные глаза и опухшее лицо, значит только что встал с кровати. В то же время он казался таким домашним что ли, если не смотреть на лицо, которое так и пышет недовольством. Но больше всего приковывает внимание его взгляд, от которого кожа покрывается тонкой коркой льда. Об эти глаза, источающие злость, можно порезаться как о разбитое стекло, но Тэхён, похоже, самый настоящий мазохист — так на него и смотрит, не в силах оторваться. А вот Чонгук словно его вообще не замечает. Даже не покосился в сторону незнакомого человека. Сейчас его взгляд, все больше концентрирующий гнев, бетонно адресован Чимину. — Я же просил не приходить, — процедил сквозь зубы Чонгук хриплым голосом. Не дожидаясь ответной реакции, он начинает закрывать дверь обратно, но ему помешал Чимин, схватившись за неё. — Нельзя постоянно сидеть дома, никого к себе не пуская, — зашипел в ответ, прилагая усилия, чтобы не позволить Чонгуку закрыть дверь, вообще не замечая исходящие от него волны раздражения. — Хватит противиться! — снова Чимин повысил голос и Чонгук постепенно ослабил хватку, позволив своему оппоненту установить временную власть над дверью. Пока разворачивалась эта «борьба» Тэхён мог лишь наблюдать за происходящим, наконец отцепившись от глаз Чонгука. Сложно не заметить, что после дважды повышенного тона Чимина, Чон перестал упрямиться и поддался его воле. Такое ощущение, что Чонгук боится, когда на него повышают голос. Это только преждевременный вывод, который ничем не подпитан, но все равно заставляет волноваться. У каждого человека беспокойство за другого человека выражается в разных формах, в данном случае — крик, в целях «я желаю тебе только лучшего». Винить в этом Чимина нельзя, но в нынешней ситуации лучше отказаться от такого метода. — Познакомься, Гук, — Чимин перевёл дыхание и начал совершенно непринуждённо. Похоже здесь только Тэхён переживает за происходящее, — это Ким Тэхён — друг моей семьи и вообще хороший человек, — он переступает порог квартиры. — Я подумал, что компания тебе не помешает. «Лучше бы вообще не думал» — думает про себя Чонгук, не осмеливаясь озвучить, и поспешно пятится назад. Всё так же сверлит сердитым взглядом Чимина, совершенно не обращая внимания на новоявленного «друга».Чимин же приглашает одним взмахом головы зайти Тэхёна внутрь, который чего-то застыл снаружи. Ещё немного помявшись на лестничной площадке, Тэхён неуверенно проходит в квартиру, закрывая за собой дверь. Ему кажется, что в воздухе царит неловкость и в качестве приветственной фразы произносит: — Извини за беспокойство, — своим низким бархатистым голосом. Тэхён сразу подмечает, что у Чонгука мелкая дрожь в руках. Это плохо. Его состояние нестабильно. Нужно относиться к нему с большой осторожностью, как с хрупкой хрустальной вазой. Вот бы ещё Чимину на ментальном уровне объяснить, что лучше на него давить. — Делайте, что хотите, — отстранённо произносит Чонгук, опустив глаза в пол, и уходит в комнату, закрывая за собой дверь. Всем своим видом он вызывает лёгкую жалость и желание утешить, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но сейчас Тэхён может только снова прийти к неутешительному выводу и добавить в копилочку собираемых симптомов ещё и безразличие к происходящему — скорее всего признак депрессии. — Я с ним поговорю, — устало выдыхает Чимин. Снимает с себя пальто и отдаёт Тэхёну пакет с продуктами. — Проходи пока на кухню, — указывает рукой направление. Ничего не поделаешь. Он сейчас в качестве «друга» никак не может повлиять на Чонгука. Это может сделать только Чимин. — Постарайся на него не давить, — перед тем как уйти, даёт тихое наказание Чимину, надеясь, что он всерьёз воспримет его слова, иначе может ввести Чонгука в ещё более удручающее состояние. Пока Тэхён идёт в сторону кухни, замечает, что в квартире господствует эстетика минимализма. Ничего лишнего. Сама по себе светлая и просторная, со свежим ремонтом. Сложно не заметить, что в доме идеальная чистота — не пылинки. Тэхёну не хотелось бы показать себя странно, но он всё равно опускается на пол, чтобы провести ладонью под тумбочкой. Абсолютно чисто. Всё вылизано сверху донизу. Ему на ум мгновенно пришла фраза из книги биолога Глена Кростона: «Необузданная страсть к порядку и жажда контроля свойственны людям, которые выросли в нестабильной обстановке». Очень не хочется делать ранних выводов, но картинка сама потихоньку складывается в голове. Не стоит забывать, что она может оказаться ложной. Сейчас нужно сконцентрировать только на сборе «материала», а уже потом разбирать сюжет и предысторию полотна. А пока он может только ждать, поэтому спокойно присаживается на стул, обдумывая план возможной беседы с пациентом.

***

Зайдя в комнату, Чонгук сразу валится лицом на кровать и следом за ним внутрь крадётся Чимин — как предсказуемо. Он специально не закрывает дверь, зная что с кухни будет прекрасно слышно их разговор отсюда. Решил перестраховаться, чтобы не возникло разногласий. — Выглядишь не очень, — начал Чимин, подходя к Чонгуку. — Как ты себя чувствуешь? — присаживаясь на угол кровати, продолжает Пак. — Зачем… — игнорируя вопрос Чимина, начал совсем глухо, потому что лежал лицом вниз, — зачем ты приехал с ним? Чонгук подозревает, нет, он точно знает, что Чимин не просто так пришёл с этим незнакомцем, поэтому решает сразу задать этот вопрос — зачем? — Гук, — протяжно выдохнул в ответ, — сидишь здесь уже который день, вся жизнь мимо проходит, — Чимин усаживается поудобнее и не замечает, как Чонгук вмиг напрягается. — Тэхён не так давно приехал в этот город, — начал придумывать предысторию на ходу, беспокоясь о том, как бы не пожалеть об этом в дальнейшем. — Наши семьи давно дружат. Я бы хотел, чтобы вы познакомились, потому что вас обоих я считаю хорошими друзьями. Да и тебе будет полезно отвлечься уже, — пытаясь нарисовать улыбку на лице, с беспокойством проговаривает Чимин, осторожно кладя руку на спину Чонгука, проверяя не уснул ли он там ещё. — Не трогай меня! — Чон резко отстраняется и подскакивает с кровати. Сказано это было, как показалось Чимину, с угрозой. Но скоро хмурые брови Чонгука расправляются и в его глазах читается сожаление. — Прости, — мгновенно меняет интонацию и проговаривает тихо. Сказать, что Чимин испугался — ничего не сказать. И вот опять. В такие моменты, сразу вспоминается тот день в парке. Видит Бог, Чимин много раз пытался забыть этот день, и не потому, что они наткнулись на пьяных, аморальных придурков, а потому что именно из-за них, что-то случилось с его самым близким другом. Отматывая плёнку назад, Чимин много раз обдумывал ход событий того вечера и бесконечное количество раз ругал себя. Может быть это он виноват? Может быть это он не уберёг своего друга? Может быть он что-то проглядел тогда? Надо было сразу дать им по роже, как только увидел, что улыбки на их слащавых физиономиях засветились. Но самое главное — надо было вообще не проходить через этот проклятый парк, особенно в позднее время. Но кто тогда мог подумать, что случится такое? Они ведь каждый раз возвращались через это место и все было без происшествий, а тут… Теперь ведь уже ничего не сделаешь, ведь так? Прошлого нельзя вернуть, к сожалению… Иногда Чимин очень огорчается, что в жизни нет такой волшебной кнопки, на которую ты можешь нажать и время со скоростью света полетит назад. Такое бывает только в кино, но жизнь это некрасивый фильм. Мы в суровой реальности, где каждый человек готов буквально убить за то, что принадлежит ему или поиздеваться над другими людьми, дабы доставить себе хоть чуть-чуть удовольствия. Как и было в случае тех отморозков. Чимин до сих пор не может понять мотивы, из-за которых к людям лезут такие выродки. Даже так их не назовешь. В русском языке и слова, наверное, такого не найти, которое могло бы полностью описать их, и то, что они сделали. Чимин надеялся, что пройдет какое-то количество времени и Чонгук все забудет, но, к сожалению, время будто остановилось. Он с каждым новым днём тешился надеждой, что сегодня будет всё по-другому, но ничего не меняется. Его друг по-прежнему не улыбается; по-прежнему сидит один, отгородившись от всех, глубоко уйдя в себя; не бросает свои коронные шутки над тем, какой он «неряшливый» и «состоятельный»; не контактирует и не замечает никого, будто погиб весь мир. Поэтому Чимин с нетерпением ждал сегодняшней встречи с врачом, надеясь, что он сможет понять, что случилось с Гуком и уже совсем скоро вылечит его, вернёт в первоначальное состояние. А пока, Чимин настраивает себя больше не вспоминать это, но глядя на такого Чонгука, воспоминания возвращаются, будто это было вчера. В любом случае, он останется рядом и не даст своему другу, утонуть в вязком омуте одиночества и печали. — Пойдём на кухню, — сохраняя спокойствие, проговаривает Чимин, — мы с Тэхёном привезли твоё любимое печенье к чаю, — встаёт с кровати и, выходя из комнаты, останавливается на полуобороте, выдыхая: — пожалуйста. Зайдя на кухню, Пак ставит кипятиться чайник, перед этим посмотрев на сидящего Тэхёна. Уверенно кивает ему, как бы утверждая, что всё под контролем. Ага как же, под контролем. Тэхён прекрасно слышал как только что Чонгук повысил голос на друга. Это ещё один симптом — агрессия, в пределах разумного конечно. Пока что. Кто знает, как он может отреагировать на ещё какое-нибудь непреднамеренное действие. Спустя несколько минут Чонгук входит на кухню, как живой призрак — лица на нём нет, поникший. Тэхён мягко улыбнулся ему, хотел расположить к себе, но бесполезно, ведь тот на него даже не взглянул. Чонгук присаживается напротив Тэхёна, пока Чимин достаёт кружки, не сдерживая улыбку и внутреннее ликование, из-за того, что беседа со специалистом наконец состоится. Тэхён знал и понимал всю серьёзность ответственности, которая упала на его плечи. Что именно от него зависит судьба этого паренька. Что из тех, кто на данный момент находится в этой комнате, только он сможет помочь ему. Но, что это? Чувство, будто он впервые сталкивается с таким. Чувство будто если он, что-то сделает не так, то сломает этого человека еще сильнее. Почему это чувство возникло именно сейчас? В тот момент, когда он должен что-то сказать, сделать первый шаг? Невозможно. Тэхён поднимает голову в сторону Чонгука, мысленно отругав себя за своё слегка нелепое волнение. Секунда, глаза в глаза и снова накрывает новая волна. Состояние такое, будто внезапно забываешь все слова и буквы в алфавите. За плечами годы учёбы и ординатуры, да и в этом деле он уже второй год работает самостоятельно. Клиентов было много с разными проблемами и Тэхён, бывало, даже по глазам мог понять, что с человеком твориться, не зная всех формальностей. А здесь? Здесь другое. Тэхён, глядя в эти глаза, всеми атомами своего тела, чувствует, что здесь серьёзнее, больнее, глубже. Ким не из тех, кто верит в приметы, но здесь так и напрашивается — «Сто раз отмерь, один раз отрежь». Он потерян и напуган, он боится собственных ощущений, боится себя. Старается показаться сильным, но на самом деле весь как на иголках — терпит. Терпит присутствие посторонних людей и терпит себя самого, который как оголённый провод под напряжением — тронь и в ответ тебя прошибёт электрическом в 220В. Нужно перестраховаться на всякий случай, вдруг забудет или выкинет что-то из головы. Он вытаскивает телефон из переднего кармана, открывает главный экран и совсем незаметно нажимает функцию «диктофон». — Чимин о тебе почти ничего не рассказал, — совсем непринуждённо начал Тэхён, все так же со слабой, но тёплой улыбкой на лице, — может ты мне немного расскажешь о себе, Чонгук? — использует все методы для расположения к себе человека: улыбка, обращение по имени, наводящие вопросы. Самое главное — позволить собеседнику говорить, а самому только внимательно слушать. К счастью, «слушать» является неотъемлемой частью работы психотерапевта, поэтому с этим проблем не возникнет. Чонгук смотрит прямо в глаза и мысленно транслирует свою ненависть. М-да уж, похоже, что Тэхён ему сразу не полюбился, хотя он ещё ничего плохого не сделал. Наверно, сейчас в голове Чонгука проносится: «и зачем этот недалёкий решил с ним так «мило» законтактировать?» — Нет, — отводя взгляд, злобно бросил в ответ. И почему Тэхён не удивлён. Видит, что Чонгук пытается закрыться. «Оставьте меня в покое, не трогайте, не спрашивайте, не смотрите и тд» — явно читается в поведении и в интонации речи. «Будет сложно» — отмечает про себя Тэхён, — «очень сложно». — Чонгук, — с укором проговаривает Чимин, — не веди себя так. — не скрывает своего раздражения. Это Мин зря. Этой фразой он показывает Чонгуку, что его «проблемы» незначительны и несерьёзны. Не стоит говорить подобное людям, которые находятся в депрессии. Так вы только благотворно влияете на «закрытие» человека и обесцениваете его чувства, а Тэхёну это все разгребать потом. Чайник вскипает и Чимин принимается разливать кипяток по стаканам, но его прерывает внезапный звонок телефона. — Это отец… — сообщил всем присутствующим Чимин. — Я скоро. — хватает телефон и уходит в комнату, закрывая за собой дверь. Тэхён встаёт с места, чтобы продолжить «дело» Чимина и принимается наливать чай. — Сахар добавить? — как-то совсем естественно поинтересовался Тэхён. -…что? — озадаченно поднял глаза на Тэхёна. — Пьёшь чай с сахаром или без? — поворачивается к Чонгуку и ставит перед ним чашку. Всё это с тёплой интонацией и плавными движениями, которые так и выражают, что Тэхёну можно доверять. Таким образом постепенно у него и настроится контакт с Чонгуком. — Не нужно, — пробормотал в ответ, — спасибо. — совсем тихо. Конечно же Тэхён заметил, что Чонгук растерялся от этого вопроса. Именно такого эффекта он и добивался. Раз Чонгук живёт один уже несколько лет, значит никто все это время не спрашивал у него: добавлять ли сахар? С помощью этого обыденного, бытового вопроса Тэхён вводит Чонгука в мнимое ощущение безопасности и комфорта, показывая, что он о нём заботиться, показывая, что ему на него не наплевать. Чонгук берёт кружку с горячим чаем и собирается сделать глоток. — А где твои родители? — всё с той же «безопасной» интонацией, отворачиваясь обратно. Мгновение и руки предательски дёрнулись. Чашка с горячим чаем полетела вниз, выливая всё содержимое на Чонгука. Он замер и сообразить не успел, что случилось. Этот, на первый взгляд, безобидный вопрос резко выбил его из колеи и спёр весь воздух из лёгких. Ещё секунда и он подскочил с места. Невозможно было сдержать вскрик от прожигающей боли на торсе, которая словно плавила кожу. Участки кожи, на которые попал кипяток, начали ужасно ныть и пульсировать. Словно нервные окончания в этих местах оголились и даже контакт с воздухом причинял нестерпимые страдания. Тэхён среагировал быстро, после того как услышал звук разбивающейся кружки, схватил полотенце, но только навряд ли, что оно здесь чем то поможет. Он резво оценил ситуацию и сразу вспомнил правила первой помощи при ожогах. — Нужно быстро снять одежду — Тэхён срывается с места, подбегая второпях к Чонгуку и хочет помочь. Похоже не только Чона эта ситуация «выбила из колеи», но и Тэхёна, который из-за внезапной паники совсем забыл, что тот не переносит прикосновений. — Не подходи! — вытягивая трясущуюся руку вперёд и корячась от боли, выкрикивает Чонгук. Он похож на загнанного в угол зверя, который не может сам себя защитить, над которым издевались и терзали продолжительное время. Зверь этот весь подранный и потрёпанный, со свежими ранами, которые постоянно ноют и ежесекундно напоминают о себе. В его глазах читается неимоверный испуг вперемешку с безумным страхом. Видя его таким, к самому в голову забираются липкие лапы страха. Оказавшись в такой ситуации, Тэхён немного теряется, хотя случай то самый обычный. Ожог ни для кого сейчас не удивление, но тот страх и испуг, который он видит в глазах парнишки, непроизвольно и его самого заставляет испытывать долю волнения. Стушевавшись, Тэхён выполняет волю пациента, замирая на месте и поднимая руки вверх, как будто сдаётся.  — Что произошло? — на шум и крики скоропостижно прибегает Чимин и застывает на месте. Не может с ходу сообразить что случилось.  — Иди скорее в ванну, сними одежду и залезь в холодную воду — усмирив свою краткую растерянность и взволнованность, Тэхён чётко проговаривает, смотря прямо в испуганные глаза Чонгука, и отпускает руки. — Живо! — громко и внятно добавляет, намеренно используя индивидуальный рычаг давления на Чонгука — повышенный тон. Чувствуя нестерпимую боль, Чон кое-как находит в себе силы отлипнуть от места, опускает дрожащую руку и медленно делает шаг в сторону, не отрывая взгляда от глаз Тэхёна, словно тот его загипнотизировал. — Смотри под ноги! — указывает рукой на осколки Тэхён. Чонгук резко опускает голову вниз, поспешно выходя из кухни, и направляется прямиком в ванную комнату. — Чимин, где аптечка? — раскомандовался здесь Тэхён. Ну его можно понять, ведь эта ситуация заставила его понервничать. Даже запаниковал на секунду, хотя почти всегда держит себя в руках. Сейчас он на взводе, потому что знает, что после воздействия на кожу кипятка разрушение клеток продолжается еще какое-то время, поэтому надо действовать быстро. Первым, что нужно сделать это поместить ожог в холодную воду. Такой простой способ уменьшит глубину поражения на целую степень — со второй степени на первую. Единственное, что обнадёживает, это то, что вода уже не кипела, а значит температура её была ниже ста градусов. Волдыри на коже в местах ожога появиться не должны, но это не значит, что Чонгук, в таком случае, чувствует боль намного слабее — наверняка она такая, будто тебе прожгли кожу до костей. — Здесь! — ещё не до конца понимает, но быстро реагирует Чимин — На верхней полке, — подбегает к настенному шкафу, открывает дверцу и достаёт небольшой ядовито-красный чемоданчик, передаёт Тэхёну, который в свою очередь быстро открывает его и шарит рукой внутри, перебирая содержимое. — Ничего нет… — торопливо перебирая лекарства, докладывает Тэхён. — где ближайшая аптека? — переводя беспокойный взгляд на Чимина. — В этом же здании, за углом. — Я быстро, — срывается в сторону входной двери и хватает пальто. — Приберись на кухне и, пожалуйста, не трогай Чонгука. Скажи ему, чтобы не вылезал оттуда до моего прихода. — торопливо выскакивает из квартиры Тэхён, бросая напоследок.

***

Чон залетает в ванну и одним движением снимает мокрую кофту. Кожу нестерпимо жжёт и вместе с этим такое ощущение, словно одновременно, с высокой частотой, тысячи иголок прокалывают кожный покров каждую секунду. Послеболие намного хуже, чем сам момент ожога — как будто не воду на себя разлил, а кипящую смолу, которая накрепко прилипла к коже и до сих ещё пузырится от высокой температуры. Избавляясь от последних элементов одежды он запрыгивает в ванну и включает на полную мощь холодную воду. Повреждён достаточно большой участок кожной ткани — основной «удар» пришёлся на переднюю поверхность туловища, меньше урона получили бёдра. Холодная вода медленно заполняет пространство внутри ванны и Чонгук чувствует как постепенно кожа, которую накрывает жидкость, перестаёт «гореть». Вода будто одним движением снимает жуткое воспаление. Уходит одна проблема — следом приходит другая. Из-за низкой температуры, Чона начинает трясти от холода и он хочет бросить идею отсиживаться здесь, но за дверью слышится глухой голос Чимина: — Гук? — отключает воду, прислушиваясь. — Всё хорошо? — неуверенно произносит Чимин. — Да — в ответ. Врёт как дышит. У самого даже зуб на зуб не попадает. — Тэхён выбежал в аптеку, сказал, чтобы ты не вылезал из ванны до его прихода, — ответа не последовало. Чимин идёт обратно на кухню, нужно убрать осколки и протереть пол. Как только закончил ему снова позвонил отец. Чимин же сбросил трубку, когда услышал крик с кухни. Теперь нужно объясняться перед ним. — Да?.. Ничего, не бери в голову… Да, я тебя и в первый раз понял, но это не может подождать?.. Ты сёрьёзно?.. — «возражения не принимаются» последнее, что услышал Чимин от отца. Вот так сорвись, брось все свои дела и приезжай как можно скорее — бесит. Как может Чимин уехать сейчас? Во-первых, в ванне заперся его друг, которому сейчас явно не легко. Во-вторых, врач ушёл — нужно его дождаться. Ну и в-третьих, для чего это всё было? Для того, чтобы узнать, что с Чонгуком происходит. Если Чимин сейчас уйдёт, то он не сможет поговорить о его состоянии с врачом. Да и вообще может ли он оставить Чонгука наедине с Тэхёном? Он хоть и врач, но всё равно незнакомый человек. Всё как-то разом накатилось и нужно уже сейчас принимать решение: Чимин пишет на небольшом листке бумаги свой номер телефона и идёт к выходу из квартиры, останавливаясь напротив двери в ванну. Нужно ли говорить Чонгуку, что он уходит? Если скажет, что Чонгук останётся один на один с Тэхёном не испугается ли он? А если не говорить, то он подумает, что Чимин до сих пор в квартире и будет чувствовать себя спокойнее. Вот чёрт, как подло он с ним поступает. Одно Чимин знает точно — ему нужно ехать к отцу. Он отмирает и продолжает идти к двери, в которую уже вваливается обратно Тэхён. — Возьми, — Чимин суёт ему в руки листочек, — это мой номер. Позвони в скором времени. — Тэхён смотрит на него с недоумением, пытаясь отдышаться. — Сейчас мне нужно ехать к отцу — срочные дела. Прошу, позаботься о Чонгуке. — Тэхён всё видит по глазам. Всё читает: сожаление, извинение и переживание. Понимает всё без слов. — Не волнуйся, позабочусь, — берёт листочек с номером, скидывая с себя мокрое пальто. — Я тебе позвоню. Чимин выходит из квартиры в поникшем состоянии и чувствует себя самым настоящим предателем, обдумывая как он будет извиняться за происходящее перед Чонгуком. Но можно посмотреть на это другой стороны: он оставил их вдвоём, как на настоящем психотерапевтическом сеансе. Может это даже к лучшему.