Не прошенная Помощь

— Я без понятия какую тебе песенку петь, — я рассмеялась, смотря на парня, который удобно улегся у себя на койке и выглядел как маленький ребенок, который ждал сказки на ночь. — Ну блин, ты же обещала! — надулся парень. — Ну ладно, ладно, успокойся… — я рассмеялась, присаживаясь к нему па кровать. — Только клянись, что не будешь смеяться. Потому что я не умею петь. — Ты хорошо поешь, Ал, я это знаю. — Лео ухмыльнулся. — Так. Все. Спи. — я вздохнула и начала; — He soñado tantas vece (Я столько раз мечтал о том,) como sería mi vida contigo. (какой была бы моя жизнь с тобой.) Y es que yo me siento (И я чувствую себя) como iluminado, enamorado. (словно опьянённым, влюблённым.) Tú me quieres, yo te quiero. (Ты меня любишь, я люблю тебя.) Entonces ¿por qué no estar juntos? (Тогда почему бы не быть вместе?) Caminemos de la mano, conquistaremos el mundo. (Пойдём, взявшись за руки, завоюем мир.) Tú y yo, el mundo, el mundo, para los dos. (Ты и я, весь мир, весь мир, для нас двоих.) Dime ¿cómo te sientes? (Скажи мне, что ты чувствуешь?)

***

*** Где-то часов в девять утра я постучала в дверь Лео, просунула туда голову. Парень до сих пор спал, как убитый. Синяки у него на лице побледнели. — Эй, Зажигалка, — я вошла в комнату Лео, и подошла к его койке, пытаясь разбудить — Лео! Вальдес, или учи меня приземляться или иди и делай это сам! Небо сверкало синевой, точно гроз в мире не существовало. Солнце поднималось над холмами вдалеке, так что все под ними осветилось и заблестело, будто город Рим только что отполировали в автомойке. Я видела большие города, в конце концов, я жила в Нью-Йорке, но при виде раскинувшегося под нами Рима у меня сдавило горло и стало трудно дышать. Казалось, городу наплевать на границы и географию: он протянулся по холмам и долинам, перепрыгнул через Тибр десятками мостов и раскинулся до самого горизонта. По лоскутному одеялу районов зигзагами метались улицы и аллеи, без всякой логики и симметрии, рядом со стеклянными офисными зданиями зияли свежевыкопанные котлованы. Древний собор соседствовал с современным футбольным стадионом, а между нами выстроился ряд древнеримских колонн. В некоторых районах старые оштукатуренные виллы сбились в кучу между вымощенными булыжником улицами, так что, если я смотрела только туда, казалось, что я перенеслась на тысячи лет назад. Повсюду были пьяццы и забитые машинами улочки. Тут и там виднелись парки, в которых пальмы умудрялись соседствовать с соснами, можжевельником и оливами, как будто Рим не мог решить, к какой же части света он принадлежит, а может, он до сих пор верил, что весь мир принадлежит Риму. Мне казалось, что город знает про Гею. Знает, что богиня собирается стереть с лица земли всю человеческую цивилизацию, и этот город, простоявший тысячи лет, возражает ей: «Хочешь меня разрушить, Лицо-из-Грязи? Ну, попробуй». Другими словами, нас встретил этакий тренер Хедж среди смертных городов, только выше ростом. — Мы сядем вон в том парке, — объявил выспавшийся Лео, указывая на широкую массу зелени, из которой кое-где торчали пальмы. — Давайте надеяться, что волшебный туман замаскирует нас под голубей или что-то в этом роде. — Ты бы еще сказал мух. — я зевнула, так как так и не сомкнула этой ночью глаз. — Или микробов, чего уж мелочиться… Похоже туман все-таки сработал — нигде не было видно машин, съезжающих с дорог в кюветы, а римляне не указывали пальцами в небо и не вопили: «Пришельцы!». «Арго-II» приземлился на зеленое поле, и весла втянулись в порты. Кругом шумели машины, но в самом парке было тихо и безлюдно. Слева от нас уходила под уклон зеленая лужайка, упиравшаяся в край леса. Там росли какие-то странного вида сосны с тонкими, прихотливо изогнутыми стволами: на высоте тридцати-сорока футов их ветви начинали бурно разрастаться во все стороны, создавая своеобразный полог, в тени которого угнездилась старая вилла. Справа от нас, обвиваясь вокруг вершины холма, протянулась кирпичная стена с бойницами для лучников на самом верху — может, средневековая полоса обороны, а может, древнеримская, кто знает. К северу, примерно в миле от нас, над скачущими вверх-вниз, как на стиральной доске, крышами города виднелась верхушка Колизея, похожая как две капли воды на фотографии в путеводителях. А мама с папой думают, что я на Лонг Айленде. Ну да, маленькая разница. В пол земного шара. Джейсон указал на основание стены с бойницами — там имелось нечто вроде туннеля, в глубь которого вела лестница. — Думаю, я знаю, где мы, — сказал он. — Это гробница Сципионов. Перси нахмурился. — Сципион… Пегас Рейны? — Нет, — вставила Аннабет. — Это знатный римский род и… ух ты, здесь просто потрясающе. Джейсон кивнул. — Когда-то я изучал карты Рима. Всегда хотел сюда приехать, но… — никто не стал заканчивать предложение. — Каков наш план? — спросила Хейзел. — У Нико осталось время до заката, — сказала я. — Это в лучшем случае. А этот город сегодня собираются разрушить. Перси встряхнулся. — Ты права. Аннабет… Ты знаешь, куда нужно идти, если верить твоей бронзовой карте? — Да. Это на реке Тибр. Думаю, я смогу найти это место, но мне следует… — Взять меня с собой, — закончил за нее Перси. — Точно, ты права. Аннабет гневно на него посмотрела. — Это не… — Безопасно… — подхватил юноша. — Не безопасно полубогу бродить одному по Риму. Я пойду с тобой до Тибра. Если повезет, встретим этого речного бога Тиберина, и тогда нам пригодится то письмецо с рекомендациями. Возможно, он тебе поможет или что-то посоветует. А уж оттуда пойдешь одна. — Ладно, — пробормотала Аннабет. — Хейзел, теперь, когда мы в Риме, ты сможешь определить местонахождение Нико? Хейзел моргнула, как будто выходя из транса, в который ее ввела молчаливая пикировка Перси и Аннабет. — Э-э-э… Надеюсь, смогу, если окажусь недалеко от того места. Мне придется походить по городу. Фрэнк, ты не мог бы пойти со мной? Фрэнк просиял. — Разумеется. — И… кхм… Лео, — добавила Хейзел. — Будет неплохо, если ты тоже пойдешь. Рыбокентавры сказали, что нам понадобится твоя помощь, чтобы разобраться с какой-то механикой. — Ага, — откликнулся Лео, — нет проблем. Улыбка Фрэнка превратилась в оскал, не уступавший маске Хрисаора. Когда дело касалось взаимоотношений, я гениальностью не блистала, но я почувствовала напряжение, повисшее между этими троими. — Возьмите и меня тогда, — сказала я, улыбаясь ребятам. Фрэнк казалось немного успокоился. — Я с радостью возьму тебя с собой, Принцесса. — сказал Лео. — А как же Вертушка? — Ну, это для особых случаев. Пайпер вытащила кинжал и положила на поручни. — Мы с Джейсоном можем охранять корабль. Я посмотрю, что мне покажет Катоптрис. Но, Хейзел, если вы с ребятами найдете место, где прячут Нико, не лезьте туда одни, возвращайтесь и позовите нас. Нам всем придется сражаться с гигантами. Однако она не произнесла очевидного: даже если сражаться будут все, наших сил не хватит, если только на нашу сторону не встанет какой-то бог. И я лично решила не поднимать этот вопрос. — Хорошая идея, — поддержал Перси. — Как насчет встретиться здесь же часов… во сколько? — В три пополудни? — предложил Джейсон. — Полагаю, это крайний срок для встречи, если мы по-прежнему надеемся сразиться с гигантами и спасти Нико. Если случится что-то непредвиденное, постарайтесь послать сообщение Ириды. Мы закивали, соглашаясь, но я заметила, что некоторые украдкой глянули на Аннабет. Еще одна вещь, о которой никто не хотел говорить: у Аннабет будет другое расписание. Может, она вернется к трем часам, может, вернется гораздо позже или никогда. Но она пойдет одна на поиски «Афины Парфенос». Тренер Хедж проворчал: — Стало быть, у меня будет время поесть кокосов… то есть вытащить кокосы из корпуса корабля. Перси, Аннабет… Я не одобряю то, что вы уходите вдвоем. Просто помните: ведите себя прилично. Если до меня дойдут слухи о чем-то неподобающем, я посажу вас под домашний арест до тех пор, пока Стикс не замерзнет. По сравнению со смертельными опасностями, которые им предстояли, угроза домашнего ареста показалась такой смехотворной, что Перси не смог сдержать улыбку. — Мы скоро вернемся, — пообещал он. Оглядел друзей, пытаясь отделаться от мысли, что они в последний раз собрались все вместе. — Удачи, ребята. Лео опустил трап, и Перси с Аннабет первыми покинули корабль. — И так, — проговорила я, повторяя только что сказанное Джейсоном, проверяя что у меня в кармане есть пара драхм. — В три по полудню встречаемся здесь… значит нам тоже пора выходить, Нико долго ждать не будет. — я начала сгонять Фрэнка и Лео с трапа. — Давайте, давайте копуши, потопали…! Я была в Риме в тринадцать, я примерно помню где какие главные достопримечательности, это может нам помочь. — Алекс, тебе нужно немного успокоиться, — сказала Хейзел. — Я понимаю, что ты чувствуешь, но ты пере возбудилась. Оказалось, что в Риме остро развитое подземное чутье Хейзел действует кое-как. А вот ветра тут были очень даже общительными. С ними мало разговаривали в последние века, так что они были довольно великодушны и даже согласились слегка поддувать нам в лица, чтобы нам не было так жарко. А Хейзел пока упорно, до головокружения, водила нас кругами по городу, а потом мы возвращались туда, откуда начинали. — Простите, — говорила она. — Просто… здесь под землей столько всего, так много слоев, что это немного сбивает с толку. Как будто стоишь посреди оркестра и пытаешься слушать игру только одного инструмента. Я просто глохну. В результате мы бродили по Риму, осматривая город. Фрэнк радовался прогулке, топая вперед, как здоровенная овчарка, а я… Ну, как сказала Хейзел — я немного пере возбудилась, так что я то и дело подпрыгивала на месте, замечая очередное изображение кого-то из богов, дергая Лео за рукав и показывая ему это произведение искусства. Даже факт того, что я уже гуляла по Риму пару лет назад не уменьшал моего энтузиазма. Мы проходили мимо больших церквей, отдельно стоящих арок, магазинов одежды и ресторанов фастфуда. Одна статуя какого-то древнеримского чувака прямо-таки указывала на ближайший «Макдоналдс». На улицах пошире водители творили черт знает что, так что мы в основном петляли по узким переулкам, оставляя позади фонтаны и маленькие кафешки. — Никогда не думала, что увижу Рим, — сказала Хейзел. — Когда я была живой, то есть в первый раз, правил Муссолини, наши страны находились в состоянии войны. — Муссолини? — нахмурился Лео. — Он вроде скорешился с Гитлером? — Лео… — начала было я, но Хейзел и так уставилась на паренька, как будто он был пришельцем. — Скорешился? — Не важно. — Мне бы так хотелось опять посмотреть на фонтан Треви… — пробормотала я, когда мы проходили мимо очередного фонтана, из которого я успела хлебнуть водички. — Только там, наверное, как всегда, куча туристов… — Тут в каждом квартале по фонтану, — проворчал Лео. — И Испанскую лестницу, — поддакнула мне Хейзел. — Смысл приезжать в Италию, чтобы рассматривать испанскую лестницу? — спросил Лео. — Все равно что ехать в Китай за мексиканской едой, разве нет? — Ты безнадежен, Зажигалка. — вздохнула я, ухмыляясь. — Мне все это говорят. Хейзел повернулась к Фрэнку и схватила его за руку. — Идем. Думаю, нам сюда. — Давай, неуч ты мой ненаглядный, и ты топай быстрее. — проговорила я, таща еле передвигающего ногами Лео. — Ты же вроде бы спал ого сколько, чего такой унылый? — Идти долго. — пробурчал Вальдес, снова странновато на меня посмотрев. Лео был прав — казалось, мы будем идти вечно, но вот Хейзел остановилась у какой-то церкви. Тут было столько церквей, что я была уверена с вероятностью 99% в том, что это была одна из них. Над главной частью здания крыша сходилась куполом, а над входом треугольником, под которым шла надпись: «М. Агриппа что-то там». Спасибо дислексия. — Пантеон… — благоговейно пробормотала я. Он был огромен, перед ним стоял очередной фонтан с египетским обелиском. И кучей туристов. Я была тут, это место в целом и было моей целью прибытия сюда пару лет назад, но даже по второй, я уверена и в десятый раз он бы поражал меня снова и снова. — Нам наверняка сюда, — сказала Хейзел уже в который раз за сегодняшний день, но голос ее звучал увереннее. — Где-то здесь должен быть потайной ход, ведущий куда-то внутрь. По ступенькам, как заведенные, сновали группы туристов, гиды потрясали цветными табличками с различными цифрами и вещали на десятках языков, точно играли в некое международное бинго. — Пантеон, изначально построен Марком Агриппой как храм богов. Когда он сгорел, император Адриан отстроил его заново, и храм простоял две тысячи лет. — проговорила я, зазубренные факты. — Это одна из самых хорошо сохранившихся древнеримских построек в мире. Фрэнк и Хейзел изумленно на меня уставились. — Как ты узнала? — спросила Хейзел. — Я гений. — легко улыбнулась я. — Это да, — Лео улыбнулся от уха до уха. — Пошли, давайте найдем этот потайной ход. Надеюсь, внутри есть кондиционеры. Ну, разумеется, никаких кондиционеров не было и в помине. Хорошая новость: очередей и входной платы тоже не было, так что они просто протолкались через толпу туристов и вошли внутрь. Внутри храм выглядел так же внушительно, как и снаружи. Мраморный пол украшали квадраты и круги, походившие на гигантские крестики-нолики. Основное пространство состояло из одного большого помещения с округлой ротондой, наподобие Капитолия в Штатах. Вдоль стен размещались разные гробницы, статуи, могилы и все такое прочее, но взгляд входящих сразу же устремлялся к куполу. Источником света служило округлое окно в центре крыши, один огромный луч солнечного света озарял ротонду, отражаясь от пола, как будто наверху сидел Зевс с увеличительным стеклом и пытался поджарить ничтожных смертных. Что-то мне подсказывало что это могло быть правдой. Я, в отличие от Аннабет, не интересовалась архитектурой, но могла оценить произведение инженерного искусства. Лео толкнул меня в плечо и слегка наклонившись ко мне, показал рукой на купол. — Видишь углубления в форме квадрата? В каждом из них есть еще одно, поменьше, и так далее. — Ага, вижу. — я кивнула, запрокинув голову. — За счет этого приема купол кажется легче, а его масса, которую несут стены, уменьшается. — гордо сказал Лео, будто бы он сам строил этот храм. Я ухмыльнулась. — Нам надо меньше времени проводить с Аннабет, — я хохотнула. — Скоро все вместе будем сидеть и обсуждать каркасы вместо погоды. — Лео рассмеялся, и я заметила, что Хейзел остановилась в центре зала и повернулась кругом. — Это поразительно. В древности дети Вулкана приходили сюда, чтобы освящать оружие полубогов, здесь имперское золото наделялось волшебными свойствами. — Но мы здесь не из-за этого, — предположил Лео. — Нет, — сказала Хейзел. — Где-то здесь есть проход, какой-то туннель, который приведет нас к Нико. Я чувствую, что он близко, вот только не могу точно определить, где именно. Фрэнк проворчал: — Если этому зданию две тысячи лет, вполне логично, что тут есть всякие потайные ходы, оставшиеся еще от римлян. — Эх, а я бы так хотела посмотреть на оригинальный Парфенон… Без вот этого вот всего… Церковного. — пробормотала я, оглядевшись вокруг. Как только я это сказала, Лео повернулся к похожей на алтарь штуковине из красного мрамора, на которой стояла статуя Девы Марии, и сказал: — Вон там. — Лео уверенно направился к гробнице, нише, напоминающей глубокий камин в форме арки, на «каминной полке» которого было начертано какое-то имя, как на надгробии. — Проход здесь, — заявил он. — Он скрыт за местом последнего упокоения этого парня. Какой-то Рафаэль. — Я думаю, это знаменитый художник, — заметила Хейзел. — Погодите-ка… — Лео огляделся. Основная масса туристов таращились на купол, но взгляд Лео явно зацепился за группу футах в пятидесяти от нас. Трое толстяков среднего возраста которые громко, с американским акцентом, переговаривались, жалуясь друг другу на жару. Они походили на ламантинов в пляжных костюмах: сандалии, шорты до колен, футболки, какие обычно носят туристы, и шляпы с обвисшими полями. — Увидел что-то? — спросила я, переводя взгляд на Лео. Он мотнул головой и снова повернувшись к могиле, провел рукой по античной колонне сверху вниз, до базы. Почти у самого пола на мраморе виднелись выгравированные ряды черточек — римские цифры. — Хе-хе, — сказал Лео. — Не слишком утонченно, зато наверняка. — Что это? — спросил Фрэнк. — Код от замка, — Лео провел рукой по колонне с другой стороны и нащупал квадратное отверстие размером с электрическую розетку. — А сам замок, вероятно, вырвали вандалы за последнюю пару сотен лет. Но я смог бы запустить механизм изнутри, если бы… — Лео приложил ладонь к мраморному полу. В полу, рядом со стеной, одна из мраморных плит отъехала под другую, открыв темный провал, в который едва-едва сумел бы протиснуться человек. — Наверное, римляне были коротышками, — Лео оценивающе оглядел Фрэнка. — Тебе придется превратиться во что-нибудь поизящнее. — Это не слишком-то любезно, — не преминула выбранить его Хейзел. — Что? Я просто говорю… — Не волнуйся на этот счет, — пробормотал Фрэнк. — Перед тем как лезть туда, нужно позвать остальных, как велела Пайпер. — До них топать полгорода, — напомнила Я. — Я помню дорогу, но идти правда долго. — Кроме того, не уверен, что смогу закрыть этот люк, уж очень старый механизм. — сказал Лео. — Здорово, — буркнул Фрэнк. — Откуда нам знать, что там внизу безопасно? Хейзел встала на колени и опустила в отверстие руку, точно проверяя температуру. — Там нет ничего живого… По крайней мере, в нескольких сотнях футов. Туннель идет под уклон, потом выравнивается и ведет на юг, более или менее. Я не чувствую никаких ловушек… — Как ты все это узнала? — поинтересовался Лео. Девушка пожала плечами: — Полагаю так же, как ты нащупываешь замки на мраморных колоннах. Счастье, что ты не грабишь банки. — О… банковские хранилища, — протянул Лео. — Никогда об этом не думал. — И лучше даже не задумывайся. Я тебя из тюрьмы вызволять не буду. — скрестила руки на груди, глядя на парня. — Могу, но не буду. — Слушайте, еще нет трех часов. — сказала Хейзел. — Прежде чем звать остальных, мы можем провести хотя бы небольшую разведку, попытаться определить, где именно находится Нико. Вы оставайтесь здесь, пока я вас не позову. Хочу посмотреть, что там и как, убедиться, что стены туннеля крепкие. Когда я окажусь под землей, то смогу сказать больше. Фрэнк набычился. — Мы не можем отпустить тебя одну, вдруг ты поранишься. — Фрэнк, я могу за себя постоять, — парировала девушка. — Под землей я в своей стихии. Для нас всех будет безопаснее, если я пойду первой. — Если только Фрэнк не желает превратиться в моль, — вставил Лео. — Или в луговую собачку, это такие потрясающие создания. — Заткнись, — пробормотал Фрэнк. — Или в барсука. Фрэнк ткнул пальцем Лео в лицо. — Вальдес, я клянусь… — А ну, успокойтесь, вы двое, — прикрикнула я. — Хейзел, давай успокоим парней. Я пойду с тобой, буду освещать путь. — Я слегка вскинула руку и у меня в руке фонарик из рюкзака одного из туристов. Хейзел укоризненно на меня посмотрела. — Что? Я верну! — Ладно, мы скоро вернемся. — сказала девушка, вздохнув. — Дайте нам десять минут. Если к тому времени не подадим голос… — Не важно. С нами все будет хорошо. — я уверенно кивнула, и тут же пристально посмотрела на парней. — Просто постарайтесь не убить друг друга, пока мы внизу. Тебя Фрэнк, я из тюрьмы тоже вытаскивать не буду. — и через секунду мы исчезли в дыре. Как и предсказывала Хейзел, подземный ход понижался, потом выравнивался и вел на юг. Мы двинулись вниз по коридору. — А вы с Лео…? — Боги, Хейзел и ты туда же? — я запрокинула голову, слегка хохотнув. — Нет, мы не… Ну, сама понимаешь. — Но он же тебе нравиться. — все гнула свое девушка. — Не правда. — Ты красиво поешь. — ухмыльнулась Левеск. — И я не знала, что ты знаешь испанский. — А я его и не знаю. — пробубнила я. — Просто песня из мультика. — А еще ты ему нравишься. — Хейзел…! — я обнаружила какую-то дверь. Вернее, ударилась об нее носом. А ведь у меня в руке был фонарик. — Уй… В следующий раз мне надо бы быть поаккуратнее… Мы начали изучать ее. Я не знаю сколько времени прошло, и я бы дальше не знала, если бы не голос позади меня. — Привет. Мы с Хейзел стремительно обернулись, она — замахиваясь спатой, а я — своим мечем. К счастью для лица Лео, клинок Хейзел оказался слишком длинным и зацепился за стену коридора, а у меня просто не было места чтобы высоко поднять меч. — Лео, какого…?! — выругалась я. — Что вы здесь делаете? — спросила Хейзел. Лео сглотнул. — Извините. Мы столкнулись с кучкой рассерженных туристов. — он рассказал, что случилось. Хейзел аж зашипела от разочарования, в то время как я запрокинула голову, схватившись за нее, повесив меч на бедро. — Ненавижу эйдолонов. — пробормотала дочь Плутона. — Я думала, Пайпер заставила их пообещать, что они будут держаться подальше… — я раскинула руки в стороны. — Ой… — проговорил Фрэнк, как будто теперь уже ему пришла в голову жуткая мысль. — Пайпер заставила их пообещать, что они будут держаться подальше от корабля и не станут вселяться ни в кого из нас, но они могут следовать за нами и нападать, захватывая другие тела, формально это не будет нарушением клятвы. — Здорово, — буркнул Лео. — Эйдолоны заделались юристами. Вот теперь я и правда хочу их убить. — Хорошо, давайте забудем про них, — предложила я, приложив ладони друг к другу, уперевшись в них лбом. — От этой двери меня уже трясет. Лео, ты не мог бы что-нибудь сделать с замком? Лео с хрустом размял пальцы. — Что же, смотри и учись. Дверь была покрыта имперским золотом, а в центре вставлена механическая сфера размером с шар для боулинга. Сфера состояла из пяти концентрических колец, на каждом из которых виднелись выгравированные знаки Зодиака — Телец, Скорпион и так далее, а также случайные, на первый взгляд, цифры и буквы. — Это же греческий алфавит? — удивился Лео, поглядев на меня. Я присела рядом с ним, и посмотрела на сферу. — Да. — я кинула. — Определенно греческий. — Ну, многие римляне говорили по-гречески, — пояснила Хейзел. — Наверное, — кивнул Лео. — Но такое мастерство… не хочу обидеть ваших приятелей из Лагеря Юпитера, но для римлян это слишком сложная работа. — Да уж, вы, греки, обожаете все усложнять. — фыркнул Фрэнк. — Эй, — запротестовал Лео. — Я только хочу сказать, что это очень тонкий, мудреный механизм. Напоминает мне о… — Лео уставился на сферу. — Это что-то вроде замка, — решил он. — Нужно выстроить знаки на разных кольцах в правильном порядке, тогда дверь откроется. — Но какой порядок правильный? — спросила я. — Хороший вопрос. Греческие сферы… астрономия, геометрия… О, не может быть. Интересно… Чему равно «пи»? — Что еще за «пи»? — Фрэнк нахмурился. — Он говорит о числе, — предположила Хейзел. — Я когда-то учила что-то подобное на уроке математики, но… — Его используют для измерения окружности, — пояснил Лео. — Если эту сферу сделал тот, о ком я думаю… — Ты же не думаешь, что… — Фрэнд и Хейзел уставились на нас непонимающим взглядом. Лео кивнул, и я вздохнула. — «Пи» равно 3.14159 и уходит в бесконечность. — Но в сфере всего пять колец, так что нам хватит, если я прав. — сказал Лео. — А если не прав? — спросил Фрэнк. — Ну, тогда Лео с треском оскандалится при свидетелях. Давайте проверим! — он повернул кольца, начав с внешнего и двигаясь к центру. Не обращая внимания на знаки Зодиака и буквы, он выстроил правильный набор цифр, так что получилось значение числа «пи». Ничего не произошло. — Ну…? — я уставилась на сферу. — Я болван, — пробормотал Лео. — Число «пи» должно выходить за круги, оно же бесконечно. — он поменял порядок цифр, начав от центра и повернув внешний круг последним. Когда последняя цифра заняла свое место в ряду, внутри сферы что-то щелкнуло, и дверь распахнулась.