Легенда о Шархелм-Эридейле

Эта ночь была особенно темной, такой темной, какой не была никогда в Эридейле. Словно частичка Шархелма именно сейчас пришла на эти земли, обрушилась тьмой в сердца и на небо. Этой ночью ещё одна смерть произошла в столице, но на сей раз она принесла мрачное удовлетворение в души тех, кто был в курсе события. Даже немногих эри. - Молодцы, - скажи королю кто-то ещё месяц назад, что он будет хвалить кого-то за убийство, не поверил бы. Но, смотри ж, прямо перед ним находится свежий труп, и он этому почти рад. Рядом с трупом покоилась треснувшая маска птицы. Сумасшедшего убийцу выследили сильверьеры, загнали в угол отряды темных, а убил Шеллахай. Король не знал подробностей, но чувствовал, что впервые за долгое время возвращает ситуацию в свои руки. Сильверьеры совместно с новыми коллегами из Шархелма пытались допросить мерзавца, скрученного как сосиска так, что тот и пошевелиться не мог, но это ожидаемо не дало результатов. Они сами решили позвать Шеллахая – как-то незаметно все пришли к выводу, что если убийцу и удастся поймать, то правосудие тот получит сполна именно от рук этого темного. Король понимал, почему, его удивляло скорее то, что понимал это не только он, а, судя по всему, все. Оставлять маньяка в живых не было смысла, он бы все равно не заговорил. В отличие от его мертвого тела. - Лайвин, можешь приступать, - сказал король, прерывая темного на полуслове. Тот как раз в очередной раз действовал на нервы леди Рохири, рассказывая о какой-то старой традиции, по которой влюбленный хелм должен был убить врага возлюбленной и принести ей его голову. Лайвин подошел к трупу, чтобы коснуться его для считывания информации, так, как делал это всегда – словно это его обычная и рутинная работа, после которой он пойдет пить чай. Ни грамма нервозности, тревоги или ненависти. В какой-то мере он отрезвлял всех своим поведением. Король присел перед трупом, сжимая и разжимая почерневшую после магии Шеллахая руку. Парень, лежащий на каменном полу, был... молодым. Едва ли ему больше тридцати пяти, жить да жить бы. И чего принялся убивать ради чертовых артефактов отрицания? Что сделал ему светлый народ? Мужчина перевел взгляд на волосы убитого. Маг земли, но значит ли это хоть что-то? Был он подослан правящей семьёй? Или действовал в одиночку? Может, он никогда и не жил в Траоне. Хорошо, что Мрак ничего не сделал с Лайвином. Без него было бы гораздо тяжелее. Несмотря на то, что выносить этого парня было тяжело почти всем, особенно леди Рохири, он бесспорно был крайне полезен. Король встряхнул больной рукой и нетерпеливо спросил: - Ну, что там? - Тише, тело говорит, - буркнул Лайвин, хмурясь с закрытыми глазами. - И что оно говорит? – фыркнул Сардер. – «Меня убили»? Король поднялся и взглянул на единственного оставшегося здесь сильверьера, Ренделла Рина: - Что с юношей, на которого он напал? - Он не успел получить сильные увечья, - отчитался капитан. – Но на всякий случай мы отправили его в Церковь, чтобы кардинал исцелил его и убедился, что в отношении него не были применены какие-то посторонние артефакты, способные навредить иначе. - Молодцы, - кивнул король. Рейхерт, наверное, в восторге... Дай небо светлый цвет волос удержит от радости. Он снова тряхнул рукой. - Тело какое-то не болтливое на этот раз, - открыл глаза Лайвин, и это заставило заранее нахмуриться, не зная даже заранее, что тот скажет. – Но дело в том, что он не особо много где был, выходя из своего убежища только за очередной жертвой. Польза есть – где его база, он проболтался. - Ты не увидел, кто он? – спросил король напряжённо. – Откуда? Из Траона или местный? - Я могу увидеть лишь то, что было незадолго до смерти, - тот пожал плечами. – Я проник довольно глубоко в его память, но его времяпровождение было не то чтобы разнообразным. Только, - он почесал лоб, - странное чувство. Король нахмурился: - Ты о чем? - Он как будто другой. Не тот, что был в прошлый раз. В помещении резко стало будто холоднее. - Что ты сказал? – холодно переспросил Шеллахай. - Возможно, это другой, - Лайвин, как всегда, даже тона голоса не изменил, будто не говорил ничего особенного. А вот в головах остальных эта новость била набатом. Другой. Их может быть несколько. - Ваше Величество, мы можем немедленно отправиться по адресу его базы, - скосил глаза капитан сильверьеров, - и найти доказательства или опровержения этому. - Я пойду с вами, - обреченно сказал король. Им не было суждено уснуть этой ночью. Он был не один. Вполне возможно, целая толпа маньяков в плащах и с клювами ходит по городу и режет моих людей. Что же, черт побери, с ними делать? Заветное зеркало, что привез Сардер, давно уже было у него, но он не планировал им пользоваться. Как не рассказали Мраку и Ким-вей о произошедшем Сардер с Шеллахаем, так и он не планировал. Он очень сильно рассчитывал на то, что детям весело и спокойно в Глориции, и хотел, чтобы так было как можно дольше.

***

Шеллахай чувствовал глухую ярость от осознания, что, возможно, убил не того, кто стал причиной гибели Личии. База убийцы оказалась неприметным домишком почти в центре столицы, внешне ничем от прочих не отличающимся. Внутри же он был абсолютно пуст, будто его подчистили, оставив лишь голые стены. В углу одной из комнат был обнаружен сундук, забитый одинаковыми масками с клювом птицы. Каждый подходил к этому сундуку постоять, как над своей могилой, после чего отходил мрачнее тучи и продолжал бессмысленный обыск. Они вернулись ни с чем той ночью. - Подожди. Сардер окликнул его в коридоре замка, когда он направлялся в свою комнату – выспаться, чтобы приступить завтра к делу с самой трезвой головой. В коридоре никого не было, даже самого дальнего эха от издающих шум людей. Ночь была достаточно долгой и тяжёлой, чтобы к этому времени все без сил попадали в свои кровати. Шеллахай спокойно смотрел на то, как Сардер приближается, отчаянно хмурясь, и даже предоставления не имел, что тот хочет сказать. Остановившись в шаге от него, генерал произнес: - Сколько бы в городе ни было этих чертовых «воронов», мы отловим их всех. И того, кто хозяйничал в замке, найдем тоже. Шеллахай удивлённо вскинул брови. Почему... Сардер говорил об этом? Конечно, они это сделают – теперь, после всего произошедшего, не оставалось сомнений, что никому не будет покоя, пока в столице снова не будет спокойно. Но зачем Сардер лишний раз говорит об этом, будто хочет его успокоить? Не заметить, что он стал мягче со мной, невозможно, но замечает ли он сам, как силен этот контраст? - Сардер, позволь прояснить один момент, - улыбнулся он и сделал шаг вперёд, чтобы оказаться рядом вплотную и прошептать на ухо, обжигая дыханием, - ты мне любовник, а не муж. Эта... забота. Излишняя. Шеллахай странно чувствовал себя, когда Сардер вел себя так. Это было не в духе темных, он не умел и не знал, как на такое реагировать. Было бы гораздо проще оставить их взаимоотношения на прежнем уровне, когда они на людях, и добавить к ним отличное времяпровождение в постели. Сардер очевидно чувствовал себя обязанным делать ещё что-то, но это было совсем не обязательным. Он был уверен, что генерала такой расклад вещей более, чем устроит, и их разговор сейчас закончится быстро и с взаимным пониманием, но вместо этого тот решил Шеллахая в очередной раз удивить. Прижав его к себе за талию, Сардер дождался, пока тот удивлённо взглянет на него, и наклонился, глубоко целуя. В этом поцелуе не было привычной бешеной страсти и звериной невдумчивости, он был медленным и теплым, так что Шеллахай невольно расслабился и закрыл глаза, обхватывая его шею руками. И все же, что-то было не так. Сардер вел себя слишком непривычно. Как будто... Резко пришедшая мысль невольно кольнула сердце испугом. Но, нет, это было бы странно даже для Сардера – хотеть чего-то такого, что было между Мраком и Ким-вей. Тогда почему он целовал сейчас так мягко и успокаивающе?.. - Прошу прощения, как пройти в библиотеку? От неожиданности они оба отпрыгнул друг от друга и осоловело уставились на внезапного оказавшегося здесь человека. Король спокойно смотрел на них, методично сжимая и разжимая черную руку. - В библиотеку, - серьезно повторил он, но уголок его губ предательски дрожал, выдавая подавляемую улыбку. – Леди Рохири сказала, что вы тут где-то устроили свою библиотеку, с книгами, привезенными из Шархелма. Я тут уже четверть часа шатаюсь, а найти не могу. Шеллахай шокировано смотрел на него, чувствуя, как пульсируют губы и бешено стучит сердце. Его будто внезапно разбудили, выдернув из сонной неги, и он не знал, как поступить. - В том же коридоре, что и кабинет Рохири, - уверенно сказал Сардер, совершенно ничем не выдавая, находился ли он не в своей тарелке. – Справа, двойные двери. - Ага, - король кивнул, разворачиваясь. – Ну, извините, что прервал. Извините?! Шеллахай заморгал, не зная, как реагировать. Король же явно специально это сделал, какое "извините"? - Шеллахай. Советник поднял глаза, понимая, что Сардер очевидно хочет сказать что-то, что усложнит ситуацию. - Я сам буду решать, что излишнее, а что – нет. Я знал. Он просто жаждет все усложнить. Генерал, ты такой предсказуемый. Это было трудно осознать. Какая у Сардера вообще могла быть мотивация не принимать самый простой из вариантов? Если раньше Шеллахаю казалось, что тот определенно так и поступит, то теперь он даже не был уверен, что знает этого человека... Из-за угла снова выглянул король: - Я извиняюсь. А кабинет леди Рохири... он где?

***

Боанфиция резко открыла дверцы шкафа и стала с энтузиазмом выбрасывать из него платья. Они все ещё были синими в едином порыве, так что Ким-вей чувствовал неловкость, когда смотрел на это. Если бы не воодушевлённое лицо принцессы, он бы подумал, что у той истерика. Пару минут назад, перестав плакать в пустом зале, где Ким-вей утешал ее, Бо вдруг сказала, что не хочет, чтобы этот день закончился так. - Есть идея, - усмехнулся Ким-вей. – Есть один интернациональный способ заглушить печаль и горе. После изложения идеи Бо вдруг загорелась страшным энтузиазмом и потянула его в сторону своих покоев, где и залезла в свой шкаф чуть ли не целиком. - Что ты делаешь? – удивлённо уточнил принц, глядя на то, как девушка устраивает беспорядок. - Мы идём пить! – она обернулась, крутанувшись вокруг своей оси, и лихо нацепила на голову похожую на пиратскую шляпу. – Нужно выглядеть соответствующе! А ещё я чертовски хочу хоть раз в жизни примерить штаны! - Тебе можно надевать мужскую одежду? – с сомнением отозвался Ким-вей. - Открой окно, тут стало душно! – крикнула Бо, закатив глаза и закрываясь в своем же шкафу. Голос оттуда доносился приглушённым. – Никто не узнает меня, если я буду выглядеть так, а я хочу сегодня отпустить все мысли. И пусть моя голова болит от хмеля, а не рыданий! Ким-вей прошел к окну и открыл его, сразу обернувшись: - То есть, ты решила сменить платье на брюки, нацепить шляпу и пойти напиться в лучшую таверну столицы, кося под пирата? - Именно так! – она распахнула двери шкафа и лихо выпрыгнула. – Ты просто прови...дец, - она взглянула на окно. – Ты правда открыл его. - Но ты сказала открыть, - растерялся Ким-вей. - А ведь я искренне верила, что ты во всем умнее меня, - почесала бровь Бо. – Приятная неожиданность... Забыли! Твоя одежда не подходит! Сама принцесса уже была в том наряде, которым угрожала уже некоторое время: штанах, высоких сапогах, заправленной свободной рубашке и широкополой шляпе на голове. Подскочив к Ким-вей, она потянула его за пиджак: - Останься в рубашке! И нам нужна шляпа, точно, шляпа! - Хочешь сказать, что у тебя их несколько? – уточнил Ким-вей, отбрасывая верхнюю одежду на ближайшее кресло и закатывая рукава. – И предупреждаю – я веду себя не совсем адекватно, когда пьян. - О, очень на это рассчитываю! – рассмеялась Бо, но впервые в подобной фразе не было слышно и толики угрозы. – И у меня нет второй шляпы, но она есть у отца. Сейчас мы ее... одолжим. По темным коридорам они пробирались тихо – Боанфиция остерегалась матери и множества чиновников, которым бы не пришлось по вкусу, что принцесса где-то разгуливает в такой час, а Ким-вей небезосновательно боялся наткнуться на Ивейна. У него не было точной уверенности, но почему-то казалось, что паладин в отсутствие Мрака не даст ему покинуть дворец ночью. Комната, в которую они зашли, была не спальней короля, а скорее кабинетом, так что и наткнуться ни на кого они не могли. Бегло осмотрев помещение, Ким-вей усмехнулся. - Отличная картина! Бо, уже вовсю рыскающая по кабинету, обернулась, чтобы проследить за взглядом Ким-вей, который уставился на портрет, висящий прямо над дверью. На ней был изображён счастливый, широко улыбающийся король, держащий на руках пухлощекую синеволосую малышку. Увидев это, Бо недовольно надула щеки, становясь один в один, как на своем портрете. - Брось, это же так мило, - улыбнулся Ким-вей. – Твой отец безумно любит тебя. - Я знаю, - она схватила шляпу со книжного шкафа, бойко подпрыгнув. – Но он слишком громогласно это демонстрирует, он смущает меня! Лучше бы он вообще так не делал. - Надеюсь, день, когда ты пожалеешь об этих словах, никогда не наступит, - пожал плечами Ким-вей, позволив серьезности пробиться в своих словах лишь на секунду. Она подошла к нему и надела шляпу ему на голову. - Теперь мы пираты. Йо-хо-хо и бутылка рома! - Ты хоть пить умеешь? – усмехнулся Ким-вей, поправляя шляпу на голове. - Не-а, ты меня научишь, - с этой непоколебимой уверенностью она вышла из комнаты. Ким-вей поспешил за ней, предвкушая и веселье, и возможные проблемы.  Впрочем, как и всегда с Бо.