***
Над черным замком с острыми пиками повисло темно-серое небо – мрачная картина, каких было полно в Шархелме. Несмотря на то, что атмосфера была и оставалась зловещей, на сей раз в замке царил праздник. Король самой пугающей и таинственной страны из всех женился на женщине, пришедшей, казалось, из небытия. Ее черные волосы струились до самого пола, на губах играла улыбка, но взгляд был холоден. Женщинам Шархелма нужно было обладать особой аурой, чтобы их признавали и опускали головы перед ними в молчаливом уважении, и эта женщина такой аурой обладала. Казалось, что она была рождена королевой. Церемония минула, празднество было в самом разгаре, когда королева поднялась со своего места, направившись в сторону покоев. Ей хотелось поменять свой тяжёлый свадебный наряд на что-то, что не будет сдавливать ребра остаток вечера. Королева не жаловала прислугу в своих личных делах, поэтому шла по холодному коридору в гордом одиночестве, когда услышала редкие одинокие хлопки. Она резко остановилась. - Мои поздравления, мои поздравления! – послышался насмешливый женский голос. – Ваше Величество, какая приятная неожиданность! Ты таки урвала себе влиятельного мужа. Королева нарочито медленно обернулась и сморщила нос: - Что за нищенка пожаловала на мою свадьбу? Неподалеку стояла девушка, светлым, почти ослепляющим пятном на общем фоне. Ее белоснежные прямые волосы спускались до лопаток, кожа была такой светлой, будто не видала солнечного света, что точно было ложью. Она была одета в самое простое белое платье без украшений, тонкую юбчонку которого она подобрала, чтобы покрутиться. - Я принарядилась ради тебя! Нравится? - Жалкое зрелище, - королева сложила руки. – Какое же жалкое существование ты влечешь, Мистерия. И стоило оно того? Девушка с белоснежными волосами пригладила юбку и распахнула свои ярко-голубые глаза: - Нельзя быть такой заносчивой, сестрица! Мы обе – жрицы, родня по праву. А ты гонишь меня со своей свадьбы, даже мельком не дав взглянуть на празднество? - Ах, сестрица, говоришь, - цыкнула та. – Хороша же родня, что убегает и бросает тебя. Мы все родились в Шархелме, ты, я и Рейхерт. Однако, вы предпочли позорно сбежать, оставив меня позади. Мистерия склонила голову: - Ты могла пойти с нами. - Почему я должна уходить из своей страны? Мы родились темными, здесь должны были и оставаться. Однако, - она дернула головой, - свой выбор вы сделали. И мы имеем то, что имеем. Она указала изящным перстом с кольцом на себя: - Королева, - палец переместился, указывая на сей раз на простое платье собеседницы, - и жалкая нищенка. Отныне и навсегда наше положение таково, что ты не имеешь права даже заговаривать со мной. Я прикажу страже не пускать тебя. Даже если у тебя будут черные волосы. - Ух, ты, - тем не менее, ничуть не удивилась Мистерия. – Думаешь, докажешь этим, что была права? Однако, миссия жреца не приблизиться к королю, а передать ему Сердце. Ты нашла Сердце Шархелма? Лицо королевы обратилось маской и она развернулась, удаляясь по коридору с идеально ровной спиной: - Я буду говорить лишь с равным себе, - отчеканила она напоследок, - приходи, если станешь королевой. А до тех пор – не смей показываться на глаза! Мистерия проводила ее взглядом. Кажется, пропасть между названными сестрами в этот день обратилась настоящей непроходимой бездной. Она пригладила складки на своем платье, впервые ощущая себя в нем некомфортно. Это и правда был... ее лучший наряд.***
Ксандр поднял голову: - Слушай, я, конечно, не жалуюсь... но когда твои родные вернутся, а? Айше перевел на него взгляд. - Нет, мне очень нравится проводить с тобой время, честно! – продолжил тот. – Но прошла уже неделя... Я не разбираюсь в таких вещах, но оставлять тебя одного на такой срок, каким бы талантливым ты ни был, это как-то неправильно. Чем таким важным они заняты? - Не меняй тему, - покачал головой Айше. – Ты пропускаешь ход. - Не пропускаю! Не такое уж и плохое это задание, - уже не так уверенно пробормотал он, скрещивая руки на груди. – И вообще, я думал, что в формулировке «научить Леона разговаривать» речь идёт о ребенке, а не птице! Белая птичка на жёрдочке встрепенулась, услышав свое имя, и забила крыльями, выпустив несколько перьев. - С ребенком ты бы тоже не справился, - пожал плечами Айше. – Как ни посмотри, это провал. - Я ещё не закончил! - Как бы забавно ни было за тобой наблюдать, - хмыкнул тот, - эта птица – не пересмешник, ты не научишь ее говорить, как ни старайся. Пойдем домой. Ксандр перевел на него недовольный взгляд: - А раньше сказать не мог? Стоящий около книжной полки Айше помахал ему книгой, что держал в руках: - Я только что об этом прочитал. У этого купца хорошая библиотека, скажу я тебе... Ксандр поднялся и с досадой взглянул на непрошибаемую птицу. А ведь идея казалась ему такой заманчивой, да и оплата была достойна... Они были в доме купца, чей строптивый избалованный сынок очень хотел себе говорящую птицу, как у пирата из своей любимой сказки. Любящие родители даже повесили такое задание на доску авантюристов, но миссия оказалась невыполнимой. Проще было бы приобрести тому уже говорящую птицу, но мальчишка упорно хотел в пиратские спутники именно своего Леона. Пришлось капитулировать и сообщать семейству, что потраченные усилия не возымели эффекта. Услышав, что Леон так и не заговорил после общения с авантюристами, ребенок, которому было лет семь, зашелся таким плачем, что Ксандр даже растерялся. Малыш бросился в его сторону с явным намерением засадить по колену деревянным мечом, что он держал в руке, но был пойман Айше за шкирку в последний момент. «Он так легко его держит!» Опешивший на мгновение Ксандр вдруг осознал, что разница между ними была колоссальной. Впервые увидев Айше, он подумал, что тому лет десять на вид, но сейчас ему можно было бы дать все пятнадцать. Это Ксандр такой невнимательный или неделя тянулась медленнее, чем ему казалось? Повисший на собственной одежде мальчик заверещал ещё сильнее. Его родители тут же вскинулись: - Гнусные авантюристы, немедленно отпустите его! Ничего нельзя вам доверить, разбойники! Из дома их выгоняли чуть ли не с пинками, так что пришлось припустить, пока слуги семьи не начали запускать в них вениками. - День мимо, - нахохлился Ксандр, чувствуя себя воробьём в дождливый дождь. Если бы он мог так же распушиться и сидеть на месте с недовольным видом, точно бы этим занимался. – Лучше бы на охоту пошли. - Не расстраивайся, - сказал Айше и слишком довольным тоном добавил, - следующие два раза я найду нам хорошие миссии. Отведя недовольный взгляд в сторону, Ксандр наткнулся взглядом на то, чего раньше не было на площади – несколько красочных повозок, людей в яркой одежде и полотнище, похожее на шатер, что они вытаскивали из повозки. Он резко затормозил: - Айше, это бродячие артисты! Тот взглянул на представшую им картину с завидным равнодушием. - У нас все равно не хватит денег на представление, - пожал плечами он. – Мы сегодня ничего не заработали, если помнишь. - Да, но, - Ксандр внимательно присматривался к артистам, - среди них есть маги воды и воздуха. Они точно будут показывать то световое шоу! Его будет видно и вне шатра, оно уйдет прямо на небо. Ты должен это увидеть! В предвкушении показать Айше впечатляющее зрелище, Ксандр потащил его на поляну, которая находилась на возвышенности и с которой открывался отличный вид на площадь. Устроившись рядом с деревом, он принял выжидательную позицию, заставив рядом сидевшего парня кидать на него скептические взгляды. - Я видел такое раньше, - пояснил Ксандр, не выдержав скепсиса, воплощённого в одном человеке. – Это невероятно красиво! Сам убедишься! Айше вздохнул: - Хорошо, хорошо. Если ты будешь этим доволен. Прищурив глаза, Ксандр повернулся к нему и с нарочитой оскорбленностью уточнил: - Почему это звучит так, будто из нас двоих ребенок именно я? - Не знаю, что и сказать, - Айше старался сильно не ухмыляться, но удавалось ему это с трудом. Пока они ждали, небо успело потемнеть, и светящийся изнутри шатер стало видно ещё лучше. - Вот, вот, начинается! – подался вперёд Ксандр. В шатре было круглое отверстие в самом центре, наверняка чтобы впускать свежий воздух внутрь. Из этого отверстия и начали появляться огни. Сначала бледные, затем все ярче, они взвились к небу и стали переливаться золотом, закатными и сумеречными красками. Некоторое время Айше смотрел на переливы в небе, не отрывая взгляда, после чего его губы дернулись в улыбке, и он перевел насмешливый взгляд на захлебывающегося восторгом Ксандра. - Ты видишь, видишь? – тот активно жестикулировал и переводил взгляд с неба на Айше так часто, что его шея должна была взмолить о пощаде. – Эти переливы! А искорки? Это наверняка лучшее, что ты видел за всю жизнь! Айше, ты смотришь на это великолепие? Тот не отрывал внимательного взгляда от его по-детски восторженного лица и честно сказал: - Я смотрю...