Amore mio per sempre (Моя любовь навечно)

Я не знаю точно, сколько времени я живу во дворце. Первое время ещё считала дни, но у вампиров нет привычки вешать на стены календари, их память содержит в себе всё и без подсказок. Но я не вампир и моя память не настолько совершенна. Сколько я здесь? Может быть месяц или два. Точнее сказать не могу. Да и зачем? Счастливые не наблюдают ни часов, ни дней, а я счастлива. Счастлива, когда приходит Аро, когда я обнимаю его, кладу голову ему на плечо, когда он дарит мне короткие, но такие нежные поцелуи, когда каждую полночь мы с ним отправляемся на верховую прогулку и вековые оливы приветливо машут нам ветвями. Каждый миг проведённый с ним, одновременно длинный, как вечность и короткий, как взмах ресниц. Я счастлива, когда приходит Джейн и мы подолгу болтаем с ней обо всём и ни о чём. Я счастлива, когда обычно молчаливый и печальный Маркус вдруг тряхнет своими роскошными локонами и улыбнётся какой то моей не слишком удачной шутке. Я была счастлива, когда Кай извинился и склонил голову передо мной. Его смущало лишь одно, после того, как он ощутил на собственной шкуре мою силу, он постоянно спрашивал Аро, почему он не дарует мне бессмертие. Аро всегда отвечал, что это произойдёт не раньше, чем я буду готова. И я в который раз задавала себе вопрос, готова к чему? Быть с ним всегда, всю вечность, я была готова с первого дня встречи. Помогать ему и его союзникам своим даром и всем чем смогу, тоже. Пить кровь людей, убивать людей пачками, заглушив в себе голос совести и осознание того, что я была одной из них...на этот вопрос я не могла найти однозначного ответа. Но знаю, если бы я была на все сто уверена, что Аро так же любит меня, как люблю его я, скорее всего, мне было бы гораздо легче решиться на этот шаг. Но он оставался скрытным и не открывался полностью. Иногда он становился вдруг таким нежным и в то же время страстным, внезапно подходил, сжимал в объятиях, касался губами шеи, ключицы, губ так трепетно, а потом отскакивал как ужаленный и снова замыкался в своей раковине. - Аро, что чувствуешь, когда тебя обращают? - я интересовалась всем, где то в душе чувствуя, что мне придётся просить его об обращении уже ради того, чтобы не расставаться с моей любовью никогда и вечно быть рядом. - Боль. Эту боль невозможно сравнить ни с чем, весь твой организм в жуткой агонии. Но тот момент, когда клыки обращающего тебя вампира прокусывают кожу, можно назвать почти блаженством. Только первый миг. И те, кому мы дарим поцелуй смерти, тоже на краткий миг ощущают блаженство, а потом уже ничего не чувствуют. Их души уходят в рай. - Все? - Да. Потому, что убитым прощаются все грехи. Вернее они переходят на убийц. По этому наши души прокляты, на них собираются грехи всех, чьей кровью мы утоляли голод. - А если пить кровь животных? У животных нет грехов. - Некоторые так и поступают. Но человеческая дает больше насыщения и энергии. К тому же, в крови животных находится их душа и те, кто пьют кровь животных, отнимают их души. - Тяжело ли убить человека первый раз? - мне хотелось узнать всё, чтобы, когда я созрею для обращения, быть готовой ко всему, что будет происходить после. Аро провёл рукой по волосам, немного помедлил,возможно вспоминая собственный опыт и заглянул мне в глаза. - Нет. Ты даже не успеешь задуматься и привести себе на память мораль, этику и прочие вещи, которыми руководствуешься сейчас. Ты услышишь запах крови, такой пьянящий и волнующий и твой разум уступит инстинктам хищника. А когда ты снова обретёшь возможность мыслить трезво, твоя первая жертва будет уже мертва. - Значит это будет неосознанно... - Первые несколько раз, да. А потом ты будешь осознавать, что убиваешь, но остановиться уже не сможешь. И в конце концов, ты не будешь воспринимать людей иначе, как еду. - А чувства? - я попыталась опробовать свою силу на собеседнике, представила себе, как он воспламеняется страстью ко мне и медленно, растягивая каждый звук, продолжила, - любоовь, страсть, сердечная привязанность? Они останутся? Аро вздрогнул, в его глазах вспыхнуло пламя, его рука скользнула по моему бедру,но в следующий миг он уже освободился от наваждения, сжал мою руку в ладонях. - Да, это всё останется с тобой на всю вечность, но я запрещаю тебе, слышишь? Запрещаю! Упражняться в твоих способностях на мне!