Песня на рассвете

Надежды разбиваются с таким звоном, что он потом ещё долго стоит в ушах.

      В голове гуляли мысли лишь об этой песне и таинственном незнакомце, которого Маринетт знать не знает, но очень хочет увидеть. Признаться честно, песня ей очень понравилась, и теперь она будет с нетерпением ждать следующего раза. По крайней мере, будет надеяться на это.       В школе снова был шквал, а постоянные подколы со стороны одноклассников только раздражали, настроение постепенно уходило вниз, ниже плинтуса. После того, как девушка услышала эту красивую песню, она всё время думала только о ней, не обращая внимания на крикливых учителей и даже на почему-то загадочного Агреста, который пару раз по недоброму кидал на неё взгляды. И от этого не становилось ни холодно, ни жарко.       Маринетт глубоко вздохнула, положив голову на парту и прикрыв глаза в который раз за утро, ведь желания сидеть здесь и учиться совершенно не было. С каких пор брюнетка стала такой — никто сказать не может. Даже родители, которые постоянно следили за дочерью, и то, упустили момент, когда она начала катиться по наклонной вниз, забив на уроки и саму школу. И можно было бы уже сказать, что она становится глупой, необразованной, но, нет, несмотря на всю неохоту учиться, Дюпэн-Чэн активно занималась дома и до безумия любила читать, что и спасло её от необразованности.       Адриан мельком посмотрел на брюнетку, тихо усмехнувшись, ведь, в каком-то роде, начал понимать её. За эти недели, вдоволь пообщавшись с ней, он начал наблюдать за ней и изучать, начал замечать те маленькие детали, коих никто не видел. Но он молчал. Разве они не ненавидят друг друга и не пытаются найти хоть какие-то источники их слабости, дабы окончательно морально «убить» друг друга? Даже глядя на эту ситуацию, блондин давно бы мог уже сдать голубоглазую, но не делает этого, что до сих пор непонятно для девушки. «Он слишком странный,» — однажды подумала Мари, обречённо вздыхая, потому что Агрест действительно был до жути загадочной личностью, со своими скелетами в шкафу. И это не могло не заинтересовать.       Девушка тяжело вздохнула, в мыслях сравнив школу с тюрьмой, потому что находиться здесь было совершенно невозможно. Но когда прозвенел спасательный звонок со второго урока, брюнетка была готова прыгать от счастья, но вспомнив, что впереди ещё четыре урока, вновь поникла, мысленно расстреляв всех в этом чёртовом заведении. И кто бы мог подумать, что из милой и активной девочки вырастет такая пофигистка и эгоистка, которая никогда не показывает своих эмоций.       Маринетт закинула рюкзак на одно плечо, устало оглядывая проходящих мимо учеников, что чуть ли не шарахались от неё, ведь от неё за километр были видны лишь безразличие и холодность. Но кое-кто всё-таки не боится подойти и поиздеваться, ведь к этому она уже привыкла, поэтому на людях приходится строить из себя счастливую и милую парочку. Каких же сил ей стоило находиться даже в обществе Адриана. — Принцесса, ты куда-то торопишься? — внезапно рядом оказался довольный блондин с хитрой улыбкой на губах, что уже раздражало. За всё время, так скажем, их «общения» девушку начинала бесить его наглость и постоянная самодовольная улыбка. — Не твоего ума дело, ясно? — сдержавшись, чтобы не рявкнуть на него, голубоглазая тихо выдохнула, ведь знала, что тот капает ей на мозги специально, а её резкая реакция на него только подначивала парня. — Ну-ну, зачем же так грубо? Неужели, мы не должны быть парочкой? — Точнее, строить из себя парочку, — исправила его брюнетка, на пару секунд замолчав. — Не беси, Агрест, я и так в плохом настроении, — мельком посмотрев на виновника её нервных срывов, она поправила рюкзак и прикусила нижнюю губу. Заметив непроизвольный жест со стороны Дюпэн-Чэн, он тихо усмехнулся и оценивающе прошёлся по её профилю, подмечая про себя, что когда она злится, то всегда кусает губы. — Тебе бы стоило быть сдержаннее, — широко улыбаясь, произнёс Андриан, не сводя с неё взгляда, на что Маринетт остановилась посреди коридора и, тяжело выдохнув, практически проныла шёпотом: — Неужели, ты везде такая заноза в зад… пятой точке?.. — А вот ругаться нехорошо, я могу и наказать, — игриво приподняв одну бровь, блондин ухмыльнулся.       Маринетт скептически подняла бровь, но говорить больше ничего не стала. — Оказывается, что-то на тебя всё-таки действует, — проговорил Агрест, хмыкнув и улыбнувшись, на что она фыркнула и скрестила руки на груди, нахмурившись. — Озабоченный.       Хмуро окинув парня взглядом, Маринетт скрылась за поворотом коридора, оставив весёлого блондина со своими мыслями. Девушка никогда не находилась рядом с ним так долго, ведь знала, что потом не сможет отойти от этой «магии» ещё пару часов, потому что мысли будут только о нём. И почему за какие-то три недели он смог расположить её к себе, а всем своим видом показывать, что она ему противна? Это вызывало совершенно разные мысли и чувства, одними из которых были злость и… Обида?       Голубоглазая не понимала, что происходит, а разбираться, уж, тем более, не хотела, но Адриан, видимо, решил сделать всё по-другому.       После ещё трёх уроков Мари решила посидеть в классе и поразмышлять о ситуации, но… разве она не делает это последние семь лет? Вокруг всё становилось таким загадочным и необъяснимым, голова была готова взорваться от передоза мыслей и предположений. Ей срочно нужен отдых, и как можно скорее. — Хэй, куколка, по вам не скажешь, что вы пара, — неожиданно к вечно сидящей одной девушке подсел тот самый надоедливый одноклассник, из-за чего Дюпэн-Чэн нервно выдохнула, уткнувшись лицом в скрещённые руки на столе парты. — Слушай, какая тебе разница, что происходит между мной и Адрианом? Кажется, даже он подтвердил наши отношения, так чего ты добиваешься? — Просто не верится, Мари. Вот понимаешь, не заходит! — театрально вздохнув, парень улыбается и не отводит взгляда от брюнетки, которая готова его убить при любой выпавшей возможности. — Я доказывать тебе ничего не собираюсь, — отрезала Маринетт, хмуря брови. — А мне и не нужно, потому что ты будешь встречаться со мной.       Только было она хотела ответить обнаглевшему однокласснику, приготовившись высказать ему всё, что о нём думает, как голубоглазую перебил знакомый и до жути хитрый голос. — Не трудись, Маринетт, — усмехнувшись, блондин сел на стул прямо напротив девушки, обратившись к парню. — Значит так, я не собираюсь больше терпеть тебя, так что слушай меня внимательно: чтобы я больше тебя рядом с ней не видел. Она неясно выразилась, или ты настолько тупой, что уже не воспринимаешь информацию на слух? Больше повторять не буду: увижу рядом — попрощайся со здоровьем. Надеюсь, я доступно объяснил?       Всё это время брюнетка сидела в немом шоке, не пытаясь даже возразить, наблюдая за ним со стороны, после чего почувствовала себя как-то странно. Будто за каменной стеной, что ли… Приятное чувство разлилось по телу, а уголки губ невольно поползли вверх, но вспомнив, где она находится, Дюпэн-Чэн тут же «очнулась» и перевела взгляд на одноклассника. Адриан буквально взглядом говорил, что лучше ему побыстрее уйти отсюда, ведь от блондина так резко повеяло холодом, что по спине девушки прошёлся холодок, а в глазах парня отразилась доля страха. — Мы ещё не закончили, Мари, — вмиг нахмурившись, он встал с места и обвёл пару грозным взглядом. — И не закончите. И да, у неё есть полное имя, так что попрошу называть её так.       Проводив парня хмурым взглядом, Адриан тихо выдохнул и посмотрел на ошарашенную брюнетку, что неотрывно смотрела на него. — Что? — не понимая такой резкой смены настроения Маринетт, удивился он, расширив глаза. — Ты… Ты только что заступился за меня, ещё и по имени назвал, — сглотнув, голубоглазая поджала губы. — И? Хоть где-то должны проявляться наши «отношения», — тихо проговорил Агрест, чтобы его никто не услышал. В классе было несколько человек, что было на руку Дюпэн-Чэн. — Мне кажется, он тебе теперь мстить будет, — услышав в голосе девушки смешок, но не увидев должной улыбки, парень слегка поник, грустно улыбнувшись. «Она никогда не улыбается, что с ней такое?» — подумал блондин, вглядываясь в её глаза, в которых вряд ли сможет хоть что-то увидеть. От раздумий его отвлёк голос внезапно появившейся одноклассницы, которая прервала их переглядки. — Адриан, Маринетт, приглашаю вас сегодня ко мне на вечеринку, на окраине города, которая будет проходить на вилле, в честь моего дня рождения, — широко улыбнувшись, девушка поджала губы и оглядела парочку. После того, как их прервала Мелани, Мари облегчённо выдохнула, но внутри почувствовала странный укол злости, что ей не очень-то и понравилось. — Поздравляю, — одновременно произнесла пара, из-за чего тут же перегляделись. Мелани неловко улыбнулась, заметив их взгляды. — Совершеннолетие, да? — спросил Адриан, улыбнувшись, а брюнетке эта улыбка показалась искренней, что слегка расстроило её. «А со мной он так не улыбается», — с обидой внутри подумала Маринетт, скрестив руки на груди и заметив, как эта «милая» парочка разговорилась о своём. — …сегодня так же пришлось много постараться, но я жду вас, и тебя, — смущённо улыбнувшись, Мелани завела руки за спину и кокетливо посмотрела на парня, из-за чего голубоглазая невольно стиснула зубы, двинув челюстью, а после одноклассница обратилась к ней. — Маринетт, ты… Вроде как, на такие мероприятия не ходишь, так что, если ты не пойдёшь, я пойму. Просто вы, как бы, пара, вот я и приглашаю вас вместе. — А почему ты решила, что я не пойду? — скептически подняв одну бровь вверх, девушка заметила на себе практически все взгляды находящихся здесь, из-за чего прочистила горло, тут же сменив тон. — Я приду, не волнуйся. — А-а, хорошо, тогда жду вас сегодня ровно в семь, я скину адрес Адриану, — мило улыбнувшись и слегка покраснев, она облизнула губы и ушла к друзьям. Брюнетка невольно сжала руки в кулаки и тихо выдохнула, хмуро оглядывая парня. «На что ты надеешься, идиотка? Влюбилась в него? Да у него же толпы девушек, он даже не достоин твоего внимания, дура!» — И что это сейчас было? — ухмыльнувшись, зеленоглазый с хитрым прищуром посмотрел на неё, когда внутри во всю радовалось внутреннее «Я» и готово было отбивать чечётку, ведь он, наконец-то, увидел её истинные чувства, пускай и на пару секунд. — Ты о чём? — сделав вид, будто ничего не было, Дюпэн-Чэн глубоко вздохнула и прикусила губу, не сводя с него взгляда. — Ты злишься. — А тебе-то какое до этого дело? — рявкнула Маринетт, из-за чего на пару пришлось несколько глаз, а девушка тут же вскочила с места, как была вновь остановлена рукой блондина. — Руку отпустил! — Нет, пока не объяснишь, что происходит! — Отпусти, или будет больно!       Поняв, что дальше следует, Адриан решил не рисковать собственным здоровьем и выполнил приказ (?) брюнетки, которая быстро ушла из класса, даже толком ничего не объяснив. Он знал, что когда-нибудь будет такой момент, но не думал, что это произойдёт настолько быстро и с ней, но в голове мгновенно созрел план.

***

      После уроков Маринетт словно испарилась из школы, оставив недовольного Агреста стоять возле собственной машины и, скрестив руки, ждать вечно опаздывающую девушку. Но её нигде не было, из-за чего он начинал волноваться, что было несвойственно такому парню, как он. — Да что она, чёрт возьми, возомнила о себе? — прошептал блондин, не выдержав и почти психанув, вернулся в школу, начав поиск пропавшей брюнетки. Но спустя десятиминутного поиска он подошёл к вахте, где сидел за компьютером охранник. — Вы не видели Маринетт Дюпэн-Чэн? — Она, кажется, сразу после звонка быстро выбежала из школы. Наверное, торопилась куда-то. — Хорошо, спасибо.       Услышанное разозлило Адриана, а тормоза вовсе сорвало, хотя он и так еле держался. Выйдя из школы, парень с хмурым лицом сел в машину и ударил руль, шумно выдохнув. Внутри всё горело, хотелось накричать на девушку, однако Агрест не понимал, почему так печётся о ней, ведь учебный день закончился, и можно снять все эти маски. Он не понимал, за что хочет накричать на неё. Хотя, нет, есть за что, вот только нервы ему больно много трепет. — Пора проучить тебя, принцесса, — тихо проговорил парень, заводя машину и чувствуя, как в крови начинает появляться азарт, ведь блондин безумно любил поиграть.       В это время Маринетт уже шла к дому своих родителей, решив не заходить домой, ведь она предполагала, какая реакция будет у Агреста, потому что он каждый день ждёт её после школы. В ушах торчали наушники, а музыка лишь успокаивала девушку, придавая сил и терпения на всё, что происходит вокруг. Заметив вдали знакомый дом, она облегчённо выдохнула и сняла наушники, быстро убрав в рюкзак, как внезапно сзади послышался сигнал, из-за чего она невольно подпрыгнула, мгновенно проклиная этого самоубийцу.       Обернувшись назад, девушка заметила лишь проезжающий мимо неё автомобиль, в котором сидел… Адриан, подмигнув ей и быстро уехав, из-за чего брюнетка почувствовала тревогу, появившуюся из ниоткуда. Удивлённо вскинув бровями вверх, она проследила взглядом за удаляющейся машиной и, крепко сжав руки в кулаки, нервно выдохнула, прошептав на одном дыхании: — Откуда ты знаешь, Агрест? Я тебе устрою незабываемый вечер.       Скрывшись с глаз девушки, Адриан ухмыльнулся, облокотившись рукой об окно и приложив палец к губам, при этом хитро улыбаясь. Как выследил? Очень просто. Он бы не позволил себе «встречаться» с кем попало и нашёл бы сразу полную информацию о ней, изучив «от» и «до». Если Маринетт не идёт домой, тут два варианта: либо к родителям, либо погулять по городу. Во всяком случае, он безумно ждёт вечера.       Когда девушка позвонила в квартиру, то за ней она услышала добрый и весёлый мамин голос, из-за чего на губах непроизвольно появилась слабая улыбка, а внутри появилось то чувство, когда возвращаешься домой. Дом — единственное место, где Маринетт могла быть самой собой, и она не терпела посторонних лиц здесь, поэтому всегда шла к родителям с воодушевлением. — Маринетт! Ох, милая, проходи скорее! Стефани тебя уже заждалась!       Когда брюнетка зашла в квартиру с тёплой улыбкой на губах, она сняла джинсовку и повесила на крючок, быстро разувшись и глубоко вдыхая этот приятный домашний запах. Женщина закрыла дверь и с широкой улыбкой посмотрела на дочь, резко схватив за руку и ведя в гостиную, где уже давно пребывала гостья. Дюпэн-Чэн же усмехнулась: всегда знала, что её мама не из терпеливых и всегда была «лучиком солнца» в этой жизни, за что голубоглазая и уважала её, ведь сама так не могла. Или попросту не хотела. — Маринетт! Как ты выросла, сестрёнка! — будучи увлечённой разговором с отцом, гостья не сразу заметила появившуюся в проёме уже повзрослевшую сестру и маму, что с улыбкой смотрели на них. Девушка буквально подскочила на месте и накинулась на младшую сестру, чуть не задушив. Они не виделись аж четыре года! — Я так по тебе скучала! Ты стала такой взрослой — тебя не узнать! — Я тоже по тебе очень скучала, — усмехнувшись, она пожимает плечами и заводит руки за спину, в то время, как руки Стефани были на её хрупких плечах, а глаза быстро осматривали девушку. — Так, пойдём, ты должна мне всё рассказать, — хихикнув, Дюпэн-Чэн старшая потянула младшую в комнату за руку, напоследок сказав родителям. — У нас серьёзный разговор, через часик-два будем с вами на связи.       Маринетт хотелось смеяться с такой счастливой Стефани, ведь никогда до этого её такой не видела, кроме, правда, тех дней, когда они проводили время вместе, всей семьёй. Когда сёстры закрылись в комнате и удобно расположились на кровати, старшая с улыбкой посмотрела на неё и начала первая, рассказав всё то, что с ней происходило в другой стране, а Мари… Ей действительно было интересно слушать её историю, ведь Стефани всегда была той ещё «путешественницей», которая постоянно попадала в передряги, только исключительно хорошие и весёлые. Но, почему-то, Маринетт эта способность не досталась. Нет, досталась, но только в плохом смысле. Хорошего здесь вовсе не было.       Вспомнив про Адриана, девушка опустила взгляд и вмиг нахмурила брови, глубоко вздохнув. Эта недосказанность между ними невероятно раздражала, и, кажется, что стоит добавить хоть немного интриги в их и без того странные «отношения», она взорвётся. Стефани, заметив резкую переменчивость настроения младшенькой, тяжело вздохнула. — Маринетт, расскажи, что тебя тревожит. Я же вижу, что с тобой что-то происходит, — попросила брюнетка, сложив руки на груди. — Мы не чужие люди. Ты никогда не была такой холодной, никогда не была такой «ледяной королевой», так что же случилось? Даже сейчас, во время нашего разговора, ты думаешь совершенно о другом. Ты можешь мне довериться!       И как бы печально не было, но Стефани абсолютно права, и в мыслях Маринетт уже согласилась с ней, но что-то мешало ей рассказать всё, что она хотела. Вот только что именно?       Девушка устало легла на спину, положив голову на колени брюнетки, и практически безжизненно посмотрела в потолок, раздумывая над предложением сестры, а старшая терпеливо ждала, потому что понимала, что ей нужно время. Как же Мари не хватало этого внимания, этой заботы и этих сестринских душевных разговоров, которые были раньше, но внезапно куда-то исчезли. Но Стефани права: ей нужно выговориться, возможно, станет легче. — Ты же знаешь, что после той ситуации, много лет назад, я больше не могу улыбаться при виде окружающих, кроме вас, как бы того не хотела. Я не знаю, что со мной происходит, но это убивает меня изнутри… — сделав маленькую паузу, Дюпэн-Чэн нервно сглотнула, — Морально… Я ничего не могу с собой поделать, но с недавних пор всё резко начало меняться, когда в мою жизнь ворвался Адриан Агрест. А точнее, когда я по своей же тупости попросила его играть своего парня. — И зачем тебе это было нужно? — искренне удивившись, старшая расширила глаза и посмотрела на сестру. — Мой одноклассник бегает за мной, прямо как заноза в… Ну, ты сама поняла где. Вот я и сказала ему, что у меня есть парень, а он попросил доказательство. Ну, тут и вышел Агрест, и я решила, что пора поиграть, — шумно выдохнув, она прошептала: — Дура. — И что потом? — А потом я попросила его играть своего, так сказать, парня, на что он, удивительно, согласился. Но есть одно но, — остановившись, девушка вобрала в себя как можно больше воздуха. — Он постоянно что-то скрывает, постоянно уходит от ответа. У нас с ним война вне стен школы. Более того, мы живём в одном доме, но, слава Богу, на разных этажах. — И что тебя беспокоит в нём? Он тебе нравится? — Стефани, не глупи, — тяжело вздохнув, брюнетка прикрыла глаза. — У него так много поклонниц, я явно не в его вкусе. К тому же, мы воюем, он мне не нравится. — Маринетт, а ты уверена, что ты не в его вкусе? — хитро спросила старшая, изогнув бровь. — Так, лиса, что ты хочешь этим сказать? — Он оказывал тебе знаки внимания? — В каком смысле? — не поняла девушка, всё так же лёжа с закрытыми глазами. — Ну, пытался поцеловать? Ухаживал? Говорил комплименты? Пытался много раз касаться тебя? — Адриан Агрест и «сделать комплимент» — это совершенно разные вещи, которые никогда не сойдутся вместе, — усмехнувшись, Маринетт вздохнула. — Ухаживать… Хах, никогда такого не делал, но… — перед глазами резко появилась картинка, где Адриан зажал её после школы, возле дома, и пытался что-то сделать, но тогда она остановила его, ударив. Маринетт резко распахнула глаза и слегка удивлённо посмотрела в глаза сестре. — Что? Значит, что-то было? — хитро улыбнувшись уголком губ, старшая изогнула бровь и облокотилась рукой о кровать, а после глубоко вздохнула. — Маринетт, ты можешь обмануть меня, окружающих, даже его, но, прошу, не обманывай себя! Разберись в себе и сделай вывод, — она посмотрела на младшую и уже более тише добавила: — Пойми, что, если ты хочешь быть счастлива, порой, нужно жертвовать своими интересами и даже, если то потребуется, собой.       В словах Стефани была чистая правда, и Мари знала это, мгновенно уйдя в свои мысли, но, по каким-то причинам, она до последнего отказывалась принимать тот факт, что Адриан может ей нравиться и, более того, что она нравится ему. Но, видимо, пришло время действительно разобраться в себе и сделать некоторые итоги для себя. — Так, стоп, — буквально выйдя из этой «комы», голубоглазая посмотрела на старшую, скрестив руки на груди. — Ты-то откуда всё это знаешь? Сидишь тут, философствуешь. Просто так нельзя это вычитать! Стефани. Колись: у тебя кто-то появился? — Ну-у-у… — хитро протянула старшая, закатив глаза и еле сдерживая широкую улыбку, как вдруг получила подушкой по лицу. — Эй! Ну, я тебе сейчас!

***

      Время быстро подошло к вечеру, а на телефон Маринетт пришло сообщение от обнаглевшего блондина: «Я зайду за тобой в шесть вечера. Оденься красиво, принцесса, ты должна быть сногсшибательной. Твой Котёнок :з»       Сильно сжав в руках телефон, брюнетка нервно выдохнула и прикрыла глаза, стараясь расслабиться и не обращать внимания на постоянно подкалывающего её парня, ведь тот бесил до невыносимости. — Так, хорошо, — открыв глаза, девушка встала со стула, мельком посмотрев на часы, и подошла к окну, наблюдая за тем, как солнце медленно опускается вниз. — Сорок минут точно есть.       Положив телефон на тумбочку, Маринетт открыла окно, впуская в квартиру слегка прохладный ветерок, и прошла в свою комнату. Последний раз, когда она была на такой вечеринке, был лет шесть назад, и то, был очень неудачным. А тут, спустя такой промежуток времени, брюнетку снова приглашают, только уже в паре с парнем, которого она ненавидит. Открыв шкаф, голубоглазая задумчиво и медленно прошлась по гардеробу, отмечая про себя, что у неё совершенно нет платьев, и надо бы закупиться, только вот… откуда такие мысли возникли? Мотнув головой, Дюпэн-Чэн нахмурилась и остановила свой выбор на красном платье, которое ни разу не надевала. То платье, которое подарила ей Стефани. То, которое она назвала пошлым и коротким.       Но почему-то в этот момент Маринетт так даже и не думала про него, а лишь оценивающе пробежалась глазами по вещице, ухмыляясь. То, что надо. Но оно не было таким, каким его описывала девушка. А может, это была отмазка? Наверное, она действительно хотела выглядеть лучше всех на этом вечере, хотела выглядеть сногсшибательно, как этого просил Адриан. И, вообще, с каких пор её заботит то, что просит Агрест? — Так, Маринетт, ты совсем испортилась… — громко выдохнув, брюнетка покачала головой и усмехнулась, приложив платье к телу и рассматривая себя через зеркало. — Отлично.       Через полчаса девушка быстро привела себя в порядок и стояла перед зеркалом уже в этом платье, выпрямляя волосы. Глядя на себя через зеркало, Мари могла с уверенностью сказать, что сейчас она кардинально изменилась, и её не узнать. «Интересно, что скажет Адриан, когда увидит? — усмехнувшись, подумала брюнетка, поправив волосы, но тут же нахмурилась, обречённо вздыхая. — И почему меня это так заботит?»       Брюнетка ещё раз осмотрела себя, усмехнувшись. Она уже представляла все взгляды, прикованные к себе, и посторонний шёпот. Но она была горда проделанной работой, и это не могло не радовать. Внезапно раздался звонок в дверь, из-за чего Маринетт слегка вздрогнула, вздохнув. Пора.       Закрыв шкаф и нацепив на себя в тон платью клатч, она положила в него кошелёк и телефон, быстро обувшись. Как бы ей не была противна Мелани, но выглядеть она хотела на все сто, да так, чтобы у всех челюсть отвисла. Пройдя к двери, девушка поправила волосы и открыла её, застав от чего-то уставшего парня, выражение лица которого вмиг изменилось, стоило ему увидеть Маринетт. — Вау, — только и смог вымолвить блондин, жадно разглядывая брюнетку, что даже усмехнулась, видя шок на его лице. Ну, конечно, не всегда же увидишь такую Дюпэн-Чэн, особенно на праздники. — Прикрой ротик, котёнок, — томно произнесла голубоглазая, специально невесомо и будто случайно коснувшись его шеи, вернув челюсть в исходное положение. Выйдя из квартиры, она быстро закрыла её и повернулась к до сих пор шокированному Агресту, что резко поменялся в лице, протяжно выдыхая. — Ну, что, мы так и будем стоять и чего-то дожидаться? — Кхм, прошу, миледи, — вновь натянув на губы ехидную улыбку, парень уступил ей путь вперёд, что та и сделала, в то время как Адриан медленно прошёлся по её виду сзади, оценивающе поиграв бровями. — А ведь ты выполнила мою просьбу. — Ты действительно думаешь, что я так оделась ради тебя? — как только она спустилась вниз и подошла к машине парня, он открыл ей дверь на переднее сидение. — Вроде большой мальчик, а до сих верит в сказки. — Ну-ну, принцесса, придержи язычок, мы ещё посмотрим, кто из нас тут «верит в сказки», — резко нагнувшись к ней, да так, что их лица разделяли паршивые несколько сантиметров, Агрест буквально выдохнул ей в лицо, хитро улыбнувшись, а после быстро отошёл от неё, закрыв дверь.       Проследив глазами за парнем, голубоглазая тихо вздохнула, стараясь не поддаваться на провокации Адриана, ведь тот никогда не делает что-то просто так. Данного жеста она вообще не ожидала, что уж тут говорить и про всё остальное… Когда он сел в машину и, заведя мотор, выехал на главную дорогу, брюнетка нахмурилась и посмотрела вперёд. — Больше никогда, — начав говорить отрывками, Мари постепенно переходила на полушёпот. — Так, — глубокий вдох. — Не делай. — Или что? — заметив состояние Дюпэн-Чэн, Адриан довольно улыбнулся и мельком посмотрел на неё. — Я, кажется, уже говорила, что личное пространство я люблю. Но, если ты до сих пор не понял, я могу тебе объяснить уже на месте, — пристально посмотрев на блондина, она мысленно убила его тысячу раз. — Может, сделаем обмен информацией? У меня тоже есть кое-что для тебя, — усмехнувшись, парень прикусил нижнюю губу и сузил глаза, мгновенно переведя взгляд на неё. От такого взгляда Маринетт стало слегка не по себе, что свидетельствует о наличии прошедшего по её спине недоброго холодка, из-за чего девушка хмуро заглянула в его глаза, буквально прошипев, как самая настоящая змея: — Следи за дорогой, Агрест.       На это он лишь усмехнулся и отвёл взгляд, не зная, что брюнетка облегчённо, но очень тихо выдохнула, проклиная всех Богов, и себя в том числе, за то, что свели её с ним. Отчасти она сама виновата в этом, ведь можно было просто послать одноклассника и жить дальше, игнорируя его, но приспичило же ей поиграть. В голову ударили слова сестры: «Разберись в себе и сделай вывод». «Ты, как всегда, права, но смогу ли я снова перехитрить себя?» — обречённо подумала Маринетт, откинувшись головой о сиденье и рассматривая пролетающие мимо огни города. Всё снова повторяется, но в этот раз всё кажется совершенно иным, другим, таким родным (?)       Адриан мельком посмотрел на девушку и улыбнулся краешком губ, вновь отворачиваясь к дороге. Вся поездка до виллы одноклассницы составила полчаса, а прошла в полной тишине, так как ни Маринетт, ни он не хотели нарушать эту и без того ни на кого не давящую тишину. Она была очень кстати. Выйдя из машины и похрустев костями, голубоглазая облегчённо вздохнула, осматриваясь. Вполне красивое и уютное место, что сразу отметила про себя Дюпэн-Чэн. И как бы ей не хотелось этого делать, но нужно весь вечер строить из себя милую и счастливую парочку, улыбаться, чего она сделать никак не могла. Но нужно было. — Адриан, Маринетт! Рада видеть вас, проходите, — завидев одноклассников, Мелани помахала им рукой и подошла, широко улыбнувшись. Парень улыбнулся и, повернувшись к брюнетке, подмигнул той, протянув руку. И как бы не хотелось, но нужно было. — Надо же, сама хозяйка встречает, — еле слышно прошептала Маринетт, всё-таки дав руку настойчивому блондину, но как только она коснулась его конечности, по телу пробежался табун мурашек. Странное чувство. — М? Принцесса ревнует? — услышав слова девушки, Агрест поднял на неё взгляд и расплылся в хитрой и широкой улыбке. Она укоризненно посмотрела на него и, как только Мелани повернулась к ним, Мари вновь мило и натянуто улыбнулась. — Ну, что ж, располагайтесь, как говорится, чувствуйте себя, как дома, — улыбнувшись паре, радостная девушка сложила ладони вместе и оглядела обстановку: всё было так, как нужно. Играет весёлая музыка, остальные гости уже танцуют и веселятся дома, выпивают. Рядом с домом также есть бассейн, а возле него стоит стол с напитками. «Что ж, не всё так плачевно, как мне казалось, — подумала со вздохом Дюпэн-Чэн, покрепче сжав тёплую ладонь Адриана, что мгновенно окинул её хитрым взглядом. Но, как только брюнетка посмотрела в сторону, заметив надоедливого одноклассника, который стоял возле того самого стола с напитками, и, завидев предмет своего воздыхания, он ухмыльнулся и поднял за неё стакан с какой-то жидкостью. — Класс, отдохнула». — Спасибо за приглашение и твоё гостеприимство, Мелани! Ещё раз с днём рождения! — подал голос блондин, обворожительно улыбнувшись и вынув поздравительный конверт из внутреннего кармана пиджака, отдав однокласснице. — Спасибо большое, но… неужели, мы так и будем стоять? Давайте веселиться! — вскинув бровями вверх, она широко улыбнулась, оголяя ряд ровных белоснежных зубов и кивнув в сторону дома, зашла в него. Когда радостная девушка исчезла с их поля зрения, Адриан повернулся к Маринетт, как заметил её хмурый и просто убивающий взгляд на себе. — Мне не нужны твои подачки, — ядовито прошептала девушка, не отводя взгляда от его лица, а парень удивлённо поднял брови вверх, всё ещё сжимая её ладонь в своей. — Скажи спасибо, что меня воспитали нормально, и это подарок от нас двоих, за который тебе расплачиваться вовсе не нужно, — хмыкнул Адриан, резко посмотрев вниз, почувствовав, как она разжала руку и на небольшое расстояние отошла от него. — Идиот.       Брюнетка, даже не оглядываясь назад, зашла следом за одноклассницей, а удивлённый блондин так и остался стоять пару минут на месте, уйдя в свои мысли. — Ну, вот опять: ничего не сделал — «идиот»! Сделал во благо обоих — опять «идиот»!       Прошло всего полтора часа, а Маринетт уже наскучило здесь сидеть, особенно в окружении надоедливых и невероятно глупых одноклассниц, которые, кроме своей моды и парней, больше ничего не видят. Девушка сидела на одном из диванов, держа в руках бокал с шотом, а вокруг были веселящиеся ребята и ещё десяток незнакомых ей людей, которые, наверняка, являлись друзьями Мелани «Кошмар… Куда я попала?» — пронеслось в мыслях Дюпэн-Чэн, в то время, как рядом села одна пара, начав целоваться. Нервно выдохнув, она встала с мягкого места и решительно направилась на улицу, где народу было явно меньше.       Адриан давно где-то затерялся, но ей совершенно не было до него дела, ведь в мыслях лишь одно: скорей бы вернуться домой. Но вечеринка только началась и вряд ли закончится так быстро, ведь всем было действительно весело, кроме Маринетт. Выйдя на свежий воздух, она облегчённо выдохнула и почувствовала какой-то комфорт, заметив, что на улице никого не было. И ей это было на руку. Подойдя к столу с напитками, девушка глубоко вздохнула и поставила стакан на место, подняв взгляд на небо.       Багровое небо, которое украшают облака, а за ними прячется за горизонт солнце, за которым Мари всегда любила наблюдать. Особенно рано утром и вечером. Всякий бы сказал, что это так скучно, занялась бы она чем-нибудь полезным, но брюнетка не разделяла такого мнения и всегда была любительницей подобного. Голубоглазая любила подмечать мельчайшие детали, находить что-то особенное, другое, и это, как бы странно не звучало, делало её счастливой.       Поднявшись на пару ступень, девушка подошла к одному растущему рядом дереву и положила руку на него, аккуратно прижавшись к нему боком. Отсюда был лучше виден закат, к тому же, на фоне города. Впервые, за весь вечер, на её губах появилась искренняя улыбка. Но все размышления брюнетки прервал чей-то голос. — Ты почему здесь одна?       Это был Люк, который порядком начинает действительно раздражать. Улыбка моментально слетела с уст, а Маринетт с отвращением посмотрела на подошедшего к ней парня, что был чем-то недоволен. — А ты почему за мной поплёлся? Мы, кажется, это уже обсуждали, не припоминаешь? — с сарказмом спросила Дюпэн-Чэн, громко выдохнув и отворачиваясь от него. Шатен усмехнулся и глубоко вздохнул, обращая свой взор на небо. — Маринетт, на самом деле, я совершенно другой, не тот, кем тебе кажусь, пожалуйста, прекрати делать из меня сволочь, — начал Люк, сунув руки в карманы джинсов, наблюдая за тем, как живёт их город. На губах застыла слабая улыбка, а сердцебиение предательски громко и быстро ускорилось, да так, что девушка могла его услышать, повернувшись к нему. — Ты серьёзно думаешь, что я тебе поверю после стольких месяцев беготни за мной? Ты придурок, — полушёпотом произнесла голубоглазая, вздыхая и не отводя от него взгляда. — Я знаю, но, по крайней мере, я не такой, как твой двуличный Адриан, — сделав маленькую паузу, он перевёл на неё заинтересованный взгляд, усмехаясь. — Я не знал, как найти к тебе подход, более того, совсем отчаялся и решил прибегнуть к такому методу, но получилось всё, как всегда. — Люк, — тяжёлый вздох. — Пойми, что за девушкой нужно ухаживать, защищать её… В конце концов, её нужно оберегать и любить. Девушка — очень хрупкое существо, и хватит всего лишь одной ситуации с её любимым, чтобы разрушить всю любовь. На будущее: никогда так не делай! — Как бы мне не хотелось сейчас разрушать вашу любовь, — серьёзно произнёс парень, пристально глядя на девушку. Маринетт удивлённо вскинула брови вверх, мысленно задавая вопрос, на что он, с неохотой, но ответил: — Зайди в дом и сама всё увидишь.       Недоверчиво посмотрев в его глаза, брюнетка не увидела там ничего, кроме сожаления и грусти, видимо, он говорит правду, и стоит проверить. Дюпэн-Чэн зашла в дом и оглянулась, чувствуя, как сердце начинает сильно биться о грудную клетку. В голове было лишь одно: «Пускай Люк соврёт, и всё будет дальше так же, как прежде, пожалуйста». Но он не врал.       Заметив на одном из диванов два знакомых лица, Мари впала в немой шок, широко раскрыв глаза. Там был Адриан, взгляд которого становился всё острее, с каждым новым действием Мелани, в то время, как она сидела на его коленях, проводя ладонями по сильным мужским рукам и едва ли не целуя его. Эта картина по полной ударила по девушке, которая и сдвинуться с места не могла. В горле застрял противный ком — снова то чувство, которое она ненавидит. Чувство, будто тебя предали.       А ведь практически так и было. Сзади подошёл Люк, сначала посмотрев на ничего не замечающую парочку, а потом на онемевшую Маринетт, что крепко сжала руки в кулаки, наконец-таки, вздохнув. — Я же говорил, — прошептал на ухо брюнетки парень, всё ещё стоя позади неё. Голубоглазая сглотнула и резко повернулась к нему, сдвинув брови к переносице. — Ничего не говори Агресту про меня, ясно? Иначе я навсегда прекращу общение между нами!       Последнее сказанное ею предложение — последнее в этом доме, в который она никогда больше не вернётся. Девушка убежала так быстро, что после неё остался лишь шлейф её духов, который Люк долго ещё вдыхал, стараясь запомнить её образ и никогда не забывать. В последний раз посмотрев на одноклассников, он хмыкнул и ушёл.       Маринетт быстрым шагом направлялась по дороге, судорожно вздыхая. Внутри неё будто боролись две личности, два демона, она не знала, что делать. Чувство, что всё, что было — это всего лишь сон. Приятный и самый лучший сон, концовка которого стала решающей в их отношениях.