Песня на рассвете

…Разве может человек знать, что чувствуют на самом деле другие люди, правда? Я имею в виду то, что происходит за масками их лиц, под покровами вежливых повседневных слов? Человека может раздирать ненависть, мучить любовь и отчаяние, и никто не будет знать об этом! Это страшно…

      Маринетт шла по пустой дороге, понурив голову и постоянно смахивая слёзы ладошкой. Она не понимала, почему разом стало так больно, почему стало так невыносимо, почему она стала задыхаться… — Чёртов Агрест! — глубоко вздохнув и прокричав почти во всё горло, брюнетка крепко сжала зубы и зажмурилась, стараясь не плакать, но всё безнадёжно. — Ты не можешь что-то значить для меня, не можешь… Уйди из моей жизни!       Та картина до сих пор стояла перед глазами, а в груди зародились совершенно иные и новые для неё чувства, коих девушка никогда не испытывала. И это било по максимуму, по сердцу. Мари остановилась на месте и посмотрела на небо, сглотнув образовавшийся ком и начав разговаривать неизвестно с кем. — Ты же обещал мне… Ты говорил… Ты соврал! — и снова крик. — Ты же говорил мне, что всё будет хорошо, но в один момент ты просто ушёл из моей жизни! Это нечестно! Теперь доволен?! Моя жизнь катится к чертям! Я ненавижу его! Я стала с ума сходить, понимаешь ты или нет?       И как бы брюнетка не старалась добиться ответа, его не будет. Может, просто потому что его некому дать ей… — За что? Я не могу что-то чувствовать к нему, я не способна… — как в бреду шептала Мари, судорожно вздыхая и всхлипнув, вытерев слёзы дрожащей рукой. Слава Богу, что на этой пустынной дороге никого не было, иначе бы её приняли за психопатку.       Сколько бы Дюпэн-Чэн не порывалась, не кричала бы, произошедшего не изменить, и это факт. Плачущая и вдоволь настрадавшаяся, она еле дошла до города, сев на лавочку около автобусной остановки и дожидаясь транспорта. Девушка проклинает всех и всё за то, что она согласилась на эту вечеринку, за то, что вновь позволила себе слабость. И это убивает морально. Прохожие косо смотрели на неё, а всё было из-за потрёпанного вида Маринетт: заплаканные глаза, которые она постоянно опускала, приоткрытые губы, которые постоянно дёргались из-за недавнего нервного срыва, прилипшие к щекам и слегка торчащие волосы.       Обняв себя за плечи, голубоглазая тихо вздохнула и прикрыла глаза, чувствуя, как начинает замерзать. Потихоньку по крыше начали постукивать маленькие капельки, которые вскоре превратились в настоящий ливневый дождь, из-за чего она тяжело выдохнула, пустив слезу. Когда прохожие быстро ушли с остановки, девушка осталась одна ждать автобуса, но тут подъехал кто-то другой, из-за чего брюнетка слегка нахмурилась, сглотнув. — Девушка, вам помочь? — любезно спросил парень, быстро подойдя к ней, а после удивлённо ахнул. Голос показался очень знакомым, из-за чего она прищурилась. — Маринетт, это ты? — Тоби… что ты здесь делаешь? — Ну, как видишь, катаюсь, — ответил парень, оценив вид одноклассницы, а после отрицательно покачал головой. — Ты почему здесь одна и в таком виде? Разве вы не должны быть на вечеринке у Мелани?       Одно лишь упоминание об этой чёртовой вечеринке заставляет девушку недовольно ёрзать на месте, бурчать что-то невнятное себе под нос и в то время пытаясь сдержать слёзы, что не ускользнуло от глаз шатена. — Прошу, давай закроем эту тему? Я не хочу это обсуждать, — сильно зажмурившись и до сих пор не поднимая взгляда на одноклассника, полушёпотом проговорила брюнетка. Глубоко вздохнув, Тоби сел на корточки перед ней и пристально посмотрел ей в глаза, слабо улыбнувшись. — Маринетт, я не профессионал, не философ и, уж тем более, не психолог, но просто запомни на всю свою жизнь: всё, что произошло, мы не в силах изменить. Нам просто остаётся принять это и жить дальше, но мы можем изменить настоящее. Я не знаю, что у вас произошло на вечеринке, но это не повод, чтобы такая милая, красивая и почему-то заплаканная девушка, которая сейчас сидит передо мной, плакала из-за этого дальше и депрессировала, — пока он с улыбкой говорил ей всю речь, голубоглазая с каждым его словом удивлялась всё больше и больше. И ведь он прав. — Давай я подвезу тебя, а ты мне расскажешь всё потом? И прекрати плакать. Улыбайся чаще, тебе так идёт.       Впервые увидев улыбку Маринетт, Тоби вытер её слёзы и осторожно взял за руку, завидев согласие Дюпэн-Чэн и ведя к машине. Как долго бы она не скрывала себя настоящую, как долго бы не надевала эти постоянные маски, но сейчас, в данный момент, она действительно почувствовала себя живой рядом с этим человеком. И плевать на то, что потом будет, сейчас ей была необходима поддержка. Пускай даже если будет больно во время рассказа, но она сделает это. — О нет… — уже в машине, девушка шокировано посмотрела на одноклассника и схватилась руками за лицо. — Что случилось? — Моя тушь… — всё, что произнесла брюнетка, быстро отвернувшись от него, после чего последовал тихий смех Тоби. Из-за того, что она пускала слёзы, косметика маслом размазалась по её лицу. — Поехали, мисс Вселенная, — усмехнувшись, он завёл мотор машины и двинулся вперёд, а всё это время сидевшая рядом с ним Маринетт прикрывала лицо руками и улыбалась, краснея на глазах.

***

      На вечеринке было всё по-другому: здесь царило лишь одно веселье, а хозяйка дома увлечённо разговаривала с одним захватившим всё её внимание парнем, что постоянно оглядывался по сторонам, и что до жути не нравилось девушке. — Адриан, кого ты там постоянно выискиваешь? — недовольно скрестив руки на груди, спросила Мелани, ведь прекрасно знала ответ на этот вопрос, и это раздражало. Блондин мимолётно посмотрел на одноклассницу и усмехнулся, снова приступая к поискам, а она, не выдержав такого игнорирования, резко села на его колени, обратив всё его внимание на себя. — Тебе не кажется, что ты слишком увлёкся этой Маринетт? — А тебе не кажется, что ты немного обнаглела? — не прекращая хитро улыбаться и пристально смотреть ей в глаза, Агрест почувствовал на своём теле её руки. — Причём в критической степени. У меня так-то девушка есть. — Эта «ледяная кукла», которая тебя и взглядом не удостоит? Пф, не смеши, — усмехнувшись, она прикусила нижнюю губу и положила одну ладонь на его шею, медленно изучая каждый участок его прекрасного лица. — Тебе нужна другая девушка, которая полюбит тебя и всегда будет дарить эту любовь.       На минуту парень задумался, а улыбка мгновенно слетела с его губ. Но в тот же момент губы сами растянулись в многообещающей улыбке. — А кто сказал, что она меня не любит? — приблизившись к однокласснице, он не сводил взгляда с её растерянного лица. — Слезь с меня — противно, — грубо скинув с себя ошарашенную девушку, Адриан встал в полный рост и нагнулся над ней, шепча: — И запомни: мне не нужны такие однодневки, как ты. Мерзко.       Оставив в одиночестве удивлённую и уже пылающую от злости Мелани, Агрест усмехнулся и направился на поиски Маринетт, что куда-то резко пропала. Выйдя из дома, он осмотрелся и заметил, что солнце давно зашло за горизонт, а на улице стало темно. Отличное время. — О, Люк, — заметив одноклассника, он подошёл к нему, сунув руки в карманы. — Ты не видел Маринетт? Нигде не могу найти её. — И не найдёшь, — с явным отвращением взглянув на парня, тот отвёл взгляд в сторону, умалчивая о главном. — Что случилось? Где она? — глубоко вздохнув, Адриан уже было готовился к очередному приключению, дабы найти брюнетку, но дальнейшие слова одноклассника выбили его из колеи. — А ты почаще развлекайся с Мелани, тогда вообще потеряешь её, — грустно усмехнувшись, Люк повернулся к нему боком, глядя на ночное небо. — Если она выбрала тебя, значит, что-то нашла в тебе. Так береги её, придурок, а не ходи «направо-налево».       После этих слов он ушёл в дом, оставив Адриана наедине с собственными мыслями, а на улице послышался гром, сопровождаемый резким дождём. Блондин медленно поднял голову к небу и судорожно вздохнул, понимая, что она видела его и одноклассницу. Понимая, что совершил очередную глупость. А ведь всё намечалось по-другому… Дебил.

***

— Так, теперь ты расскажешь, что у вас произошло? — заинтересованно взглянув на девушку, Тоби удобно устроился на стуле, сидя напротив неё и ожидая рассказа. После того, как они приехали, Маринетт быстро переоделась и умылась, поставив чайник. Она очень хотела показаться ему гостеприимной, но внутри до сих пор было то чувство… Чувство замкнутости… — Ну, в общем, скажу коротко: я видела Адриана и Мелани вместе, причём в не очень приличной позе. И, как мне показалось, он был явно ею увлечён, — тихо произнеся последнее предложение, брюнетка глубоко вздохнула и уткнулась взглядом в стакан, вспоминая происходящее. Хотелось плакать, но все слёзы были выплаканы. — Он попытался как-то объясниться перед тобой? — Я сразу ушла, потому что даже слушать противно, что он скажет, — врала девушка, даже не краснея, потому что никто, кроме Стефани и их самих, не должен знать про фальшивые отношения, а правдой из этого предложения было только то, что она быстро ушла оттуда. — Тяжёлый случай, — глубоко вздохнув, сделал вывод парень, отпив немного напитка. Подняв на неё серьёзный и сочувствующий взгляд, он продолжил: — Маринетт, ты его любишь?       Этот вопрос буквально поставил её в тупик, потому что даже она сама не знала на него ответ, что про него говорить… За последний месяц столько всего произошло, и какие-то ненастоящие отношения внезапно изменили её, что очень не нравилось Дюпэн-Чэн. Переведя взгляд на одноклассника, она замерла, не зная, что отвечать. — Так и думал, что у вас всё не по-настоящему, — усмехнувшись, он скрестил ладони вместе, приложив их ко рту и хитро глядя на неё. Выражение лица Маринетт поменялось в доли секунд, это надо было видеть, что Тоби еле сдерживал смех. — В каком смысле? Ты же знаешь, что мы встречаемся, — начав заметно нервничать, но стараясь не подавать виду, голубоглазая громко прочистила горло. Откуда он знает?! — Не строй из себя дурочку, ты прекрасно всё поняла, — улыбаясь, как довольный кот, парень быстро вычислил одноклассницу. — Знаешь, когда двое людей встречаются, между ними совершенно иная атмосфера, нежели у вас: ты постоянно хмурая, никогда не даёшь ему поцеловать себя, обнять, да даже за руку взять, что уж обо всём другом говорить. Я даже не знаю, как остальные поверили.       А ведь он прав, девушка упустила одну маленькую деталь: она никогда не была настоящей рядом с ним и всегда скрывалась под многочисленными масками. Боялась, что ей снова сделают больно, боялась, что снова предадут. И прямо сейчас, в этот момент, ей хотелось закричать, хотелось, чтобы все узнали, как ей было и до сих пор больно, но разве кто поймёт?.. — Во всяком случае, кто я такой, чтобы советы раздавать, но, Маринетт, я никому не расскажу. Можешь быть уверена, но вот, что посоветую: поговорите друг с другом начистоту, кое-что между вами всё-таки есть, — негромко сказал парень, вздохнув. Видимо, окружающие видят больше, чем они сами, ведь его слова заставили Дюпэн-Чэн серьёзно задуматься.

× Mattia Cupelli — Inside the Silence ×

      Продолжение вечера было тёплым и очень уютным, ведь одноклассники мило общались, больше не затрагивая тему вечеринки, а Маринетт была даже не против компании, ведь, во-первых, это помогало отвлечься, а во-вторых, она давно не общалась вот так с людьми, не считая Стефани. Тоби показался ей очень весёлым, милым, а главное мудрым собеседником. Он был начитан и мог найти подход практически к любому человеку. — Спасибо за компанию, Тоби, я была рада с тобой пообщаться, — впервые за весь вечер тепло улыбнувшись, девушка провожала одноклассника, что, в свою очередь, обувался. — Да всегда не за что. Честно, не думал, что ты такая весёлая, — выпрямившись, он широко улыбнулся и заглянул в глаза девушке, где увидел только радость и счастье. — Если захочешь поболтать и повеселиться, всегда зови.       Быстро подмигнув голубоглазой, парень с довольной улыбкой на губах скрылся за дверью квартиры Мари, которая до сих пор стояла на месте с глупой улыбкой на губах. Закрывшись на замок, она глубоко вздохнула и прошла в свою комнату, не прекращая улыбаться. За окном по-прежнему лил дождь, порой раздавались характерные звуки грозы, оглушающего грома. Что сказать? Погода полностью соответствовала настроению девушки.       Тоби хоть и стал на время её личным психологом, но даже его штучки не помогли, потому что после его ухода в душе остался глубокий осадок от невероятно «прелестной» картины. Стоило бы разобраться в самой себе и понять, что важно, но при каждом размышлении о жизни и воспоминаниях становилось чертовски больно, а дыхание прерывалось, будто ты задыхаешься. Нет, не физически. Морально.       Внезапно перед глазами пронёсся весь разговор с сестрой, а в голове плотно застряли её слова. «— Маринетт, ты можешь обмануть меня, окружающих, даже его, но, прошу, не обманывай себя! Разберись в себе и сделай вывод».       Девушка подошла к окну и провела ладонью по запотевшему стеклу, глядя на город, омываемый дождём. В такое время суток город никогда не умирал, наоборот, было ощущение, будто ночь придаёт ему сил. Ночной город всегда завораживал девушку, он был таким родным (?), он подталкивал её на размышления о жизни. Больно, но верно.       Она глубоко вздохнула и обняла руками плечи, глядя на вид за окном. Подумать только, но за какой-то паршивый месяц жизнь кардинально поменялась, а всё из-за кого? Из-за чёртового Агреста! Так что же она чувствует к нему? Простая привязанность или что-то большее?       Остановив свой взгляд на выходящей из машины фигуры, голубоглазая почувствовала, как сердце пропустило удар, а сама замерла, не смея даже шелохнуться. Адриан. Его выражение лица было таким безэмоциональным, пустым и… тоскующим. Возможно, он узнал, что она ушла с вечеринки без него и Люку тогда не поздоровится, а, возможно, сам догадался. Но с парнем что-то случилось, нежели он спокойно идёт под дождём и не пытается укрыться от него. Абсолютно плевать. «Ну, почему всё так сложно?» — мысленно спросив своё внутреннее «Я», девушка громко выдохнула и отошла от окна, прикрыв глаза.       Прошло всего пару минут, а в дверь позвонили, из-за чего Маринетт слегка насторожилась, тихо пройдя к двери и заглянув в глазок, чтобы понять, кто пришёл. Поджав губы, брюнетка судорожно и максимально тихо вздохнула, стараясь сдерживать себя, крепко сжав руки в кулаки. Адриан.       После нескольких таких звонков парень устало вздохнул и прекратил бесполезные попытки, закинув голову назад. Она облокотилась боком о дверь, прикрыв глаза и зажмурившись, не зная, что делать дальше, ведь в груди щемило, а душа страдала. В голове лишь один вопрос: «Что он сделал со мной?», из-за чего девушка провела так много ночей в раздумьях. На глазах выступили слёзы, хотелось послать его куда подальше, хотелось забыть всё это, как страшный сон. Но это не сон, это — холодная реальность. — Маринетт, — подал голос опечаленный Адриан, приблизившись к двери и прижавшись к ней ухом. — Открой, пожалуйста, нам нужно поговорить, — тишина. — Я знаю, что ты там, — и снова тишина, из-за чего он тяжело вздохнул, прикрыв глаза. — Эта ситуация ничего не значит, ты всё неправильно поняла. Дай мне объясниться, прошу!       Девушка прикрыла рот рукой и бесшумно заплакала, стараясь сдержать порывы всхлипов, тихо скатившись по двери спиной и прикрыв глаза. Больно, очень больно. В ней боролись две стороны: одна хотела распахнуть эту чёртову дверь, бросившись в его объятия, а другая упорно сдерживала первую, перекрывая доступ к парню, потому что видеть его было невыносимо. Возможно, что-то она и чувствует к нему, но отказывается принимать эти чувства, особенно после того, когда увидела ту «картину». Может… отказаться от этих чувств — лучшее решение, чтобы не делать себе больно? Наверное…       Послышалось тихое шуршание, что означало, что Агрест не собирался просто так сдаваться, тихо сев возле её двери и свесив голову вниз. Он корил себя за это, корил за то, что решил поиграть на её чувствах, ведь Маринетт тоже человек и имеет право на счастье. Только вот… Сегодня он разбил ей сердце, перечеркнув к нему все чувства, всё, чего так долго добивался. — Какой же я идиот… — с горечью в голосе еле слышно прошептал блондин, крепко сжав зубы.       Эта ночь запомнится обоим надолго, ведь именно в неё они осознают насколько были глупыми, насколько были слепыми и не верили происходящему. Именно этой дождливой ночью будет пролито много девичьих слёз, именно в неё будет принято судьбоносное решение…

***

      Наутро девушка почувствовала ужасную головную боль, сразу схватившись руками за святыню всех святынь. Оглядевшись, она поняла, что всю ночь провела у двери, размышляя обо всём и решившись на кое-что. Глубоко вздохнув, она еле встала на ноги, выпрямившись и пройдя на балкон. Солнце только начало выходить из-за горизонта, потихоньку освещая спящий город, а Маринетт было только в радость наблюдать за рассветом, дабы отвлечься от грустных мыслей. Прошлая ночь хоть и вышла такой, но голубоглазая многое осознала. И снова эта знакомая мелодия…       Маринетт резко взметнула голову вверх и поняла, что инкогнито вновь играет эту же песню. Было малость подозрительно, но ей нравилось слушать эту успокаивающую песню, этот прекрасный текст и эту мелодию. По звукам неизвестный играл на гитаре, что безумно нравилось девушке.

Я полюбил тебя тогда, Но ты бы никогда не узнала. Я держался, как ни в чём не бывало, когда боялся тебя потерять. Я понимал, что ты мне очень нужна, Просто никогда не подавал вида.

      Эти строчки показались брюнетке такими знакомыми, что она на пару минут замерла, обдумывая происходящее. Всё вокруг стало таким подозрительным, а время на мгновение остановилось. Тяжело выдохнув, Дюпэн-Чэн взъерошила волосы и положила ладони на щёки, прикрыв глаза. Чёртов незнакомец.       По щеке скатилась первая слеза, а за ней и вторая. Она устала плакать, устала быть сильной и казаться всем такой, будто ты холодная девушка, и вообще не стоит с тобой знакомиться; устала казаться всем такой, что ты всё сможешь, ты всё переживёшь. Ты просто устала. Иногда хотелось побыть слабой, под защитой, хотелось самого настоящего счастья. Не выдержав, брюнетка резко зашла в квартиру, захлопнув за собой дверь и судорожно вздохнув, быстро вытирая слёзы. Она не должна больше плакать, хватит. Схватившись за телефон, девушка дрожащими руками набрала знакомый ей номер. — Алло, мам? Твоё и папино предложение ещё в силе?

***

      Целый день Маринетт избегала парня в школе, полностью игнорировала его настойчивые взгляды, и при любой его попытке с ней поговорить у неё неожиданно появлялись дела, из-за которых она постоянно сбегала от него. Желания разговаривать с Адрианом не было вообще, а сам Агрест это прекрасно понимал, но не отставал от неё, продолжая свои бессмысленные попытки. Это начало жутко раздражать, поэтому девушка еле держалась, чтобы не вырвать всю злость на нём, а вместе со злостью придут и слёзы, чего она так сильно боялась.       Он просидел около её двери всю ночь, постоянно прислушиваясь, и каким же уродом он был, ведь нужно было давно всё рассказать ей, но на это мало когда хватало смелости. И это была его большая ошибка. Каким бы парень со стороны смелым не выглядел, чего бы не боялся, один страх присутствовал постоянно: любовь. Адриан боялся однажды признаться самому себе, что влюбился, боялся, что потом это разрушит его жизнь и его самого. Зеленоглазый просто-напросто боялся собственных чувств, над которыми не мог совладать, но которые умело скрывал. И единственным выходом для него было то, чтобы причинить девушке боль, чтобы она разлюбила его и никогда не вспоминала, ведь он знал и видел, что небезразличен ей. Всё знал. Идиот.       Агрест видел, что, как и он, Маринетт пытается скрыть свои чувства, отрицает их, не принимает и тоже боится. Они похожи, но это-то и убивает обоих. Он не хотел давать ложные надежды, как и сама девушка, но всё получилось наоборот, всё получилось не так, как он того планировал. В дело пошли далеко спрятанные чувства…       После этого случая белокурый стал понимать, как же сильно он ошибался, создавая собственные иллюзии. Самый настоящий придурок. Поняв однажды, что если пара признается друг другу в чувствах, то девушка будет страдать, ведь Адриан не умеет любить. Какой бы холодной она не казалась снаружи, голубоглазая могла любить, она с самого детства росла в этой любви и практически купалась в ней, а после стольких лет без улыбки и эмоций девушка ещё может полюбить кого-то, зная, как это делать. Но не он. Парень никогда не знал, что такое «любить» и «делать человека счастливым», ведь рос в жёстких условиях. Вся правда в том, что всё это пошло ещё с детства, чёрта с два.       Из-за какого-то несчастного детства всё настолько ухудшилось, что теперь он сделал больно не только ей, но и себе. Считай, одним выстрелом убил двух зайцев. Да только эти зайцы — живые люди, способные ещё что-то чувствовать. Но больше всего ему было обидно за то, что разбил сердце Маринетт, у которой ещё есть шанс на счастливое будущее.       И сейчас, тяжело вздыхая, Адриан понимает, что самый настоящий урод, раз заставил её так страдать, ведь он слышал её еле слышные всхлипы, слышал, как она плакала из-за него, и от этого сердце кровью обливалось.       Уроки закончились, все расходятся по домам, а парень вновь поджидает Дюпэн-Чэн, дабы повторить попытку. Но её опять нет. — И как ей только удаётся постоянно сбегать от меня? — шумно выдохнув, блондин вскинул руками и осмотрелся по сторонам, положив руки на бока. Снова убежала. И только он хотел было пойти к машине, как его остановил голос одноклассника. — Агрест, нужно поговорить, — зеленоглазый обернулся и оглядел подошедшего к нему парня, хмыкнув. — Сразу становится интересно: о чём? — тот огляделся по сторонам, поняв, что рядом никого не было, и ударил блондина по лицу, выдохнув. — Ты что творишь?!       Адриан согнулся пополам, сразу схватившись за нос, из которого потихоньку начала вытекать кровь, что сейчас было вовсе не кстати для него, а Тоби нагнулся к нему, придержав за волосы. — Это за все страдания Маринетт! — грубо выплюнул тому в лицо брюнет, отойдя от одноклассника. — Ты — моральный урод, Агрест, раз заставляешь её так мучиться. Неужели, тебя не учили, что с девушками нужно обходиться аккуратно? Особенно с их сердцем. — Защитник? — горько усмехнувшись и сплюнув кровь, которая образовалась на губе, зеленоглазый выпрямился, приставив пальцы к носу и посмотрев на Тоби. — Можешь считать и так, раз нравится выпендриваться, — напоследок сказал он и хотел было уйти, но добавил: — А она полюбила тебя по-настоящему, а ты, гадёныш, всё испортил.       Брюнет ушёл, оставив Адриана одного, который в ту же минуту глубоко вздохнул, понимая всё, что натворил. Сегодня или никогда, он обязан во всём признаться ей.

***

× Mattia Cupelli — Reminiscence ×

      Позвонив в дверь девушки, он судорожно вздохнул, понимая, что тело начинает пробивать лёгкая дрожь. Волнуется. Такое с ним впервые в жизни, и от этого становится как-то неловко, но надо, надо сегодня. Маринетт прошла к двери и посмотрела кто пришёл, но только увидев знакомое лицо, она хотела проигнорировать его и не открывать дверь, но если уж парень собирается и дальше так же добиваться их разговора, то он должен всё узнать.       Дверь резко открылась, а Адриан удивлённо посмотрел на брюнетку, сразу обращая всё своё внимание на её глаза, в которых было столько боли и отчаяния. В этот раз не пришлось долго названивать в её квартиру, и это слегка порадовало. Пару минут, а Агрест даже не может оторвать глаз от её лица, не может произнести ни единого словечка, ведь вся его уверенность внезапно куда-то улетучилась. — Мы долго так стоять будем, или ты что-то хотел мне сказать? — разрушив надоедающую тишину, голубоглазая сдвинула брови к переносице, крепче сжав ручку двери. Парень будто очнулся по щелчку пальцев и посмотрел на неё совсем по-другому, растерянно, что ли?.. — Прости меня…       Всё, что смог произнести Агрест, невольно и виновато опустив взгляд вниз и чувствуя нутром, как в воздухе нарастает напряжение, а девушке становится всё сложнее сдерживать себя, ведь боль и обида были настолько сильными. Она глубоко вздохнула, отведя взгляд в сторону на пару секунд, а потом вернулась к нему, укоризненно поглядывая в его глаза. — За что? — За всё, — тяжело выдохнув, Адриан поднял на неё глаза, в которых читалось одно лишь сожаление обо всём. Так хотелось вернуть время назад и всё поменять, но разве существует такой способ? — Я так виноват перед тобой. Маринетт, я хотел тебе признаться… — Я уезжаю, — грубо перебив парня, Дюпэн-Чэн скрестила руки на груди, облокотившись плечом о косяк и пристально глядя в его глаза, в то время как её давно стояли в слезах, которые вот-вот вырвутся наружу. Блондин онемел, услышав такую новость, а сердце буквально пропустило удар. Застыв с шокированным выражением лица на месте, он быстро пробегался глазами по её лицу, зная, что больше, возможно, никогда её не увидит. — Мои родители ещё давно предложили мне обучение в Америке, в Лос-Анджелесе, а я постоянно отказывалась, потому что хочу учиться здесь. Но теперь… Меня здесь ничто не держит.       Тяжело вздохнув, она грустно улыбнулась, что показалось парню весьма странным, но в этой улыбке он увидел так много боли и сожаления. Жалок. Просто жалок. В одно мгновение мир разрушился на маленькие осколки, которые Агрест собирал так долго, а теперь… Теперь всё изменилось. — Ты ведь ещё школу здесь не закончила, — сглотнув, блондин вздохнул и внимательно посмотрел на неё. — До выпуска остаётся всего ничего, неделя, после этого я уеду. — Ну, тогда… Удачи, что ли? — замешкавшись, он попытался весело улыбнуться, но получилось очень криво. — Спасибо. — Я пойду тогда. Всего хорошего…       Кивнув, девушка закрыла дверь и глубоко вздохнула, чувствуя, как сердце разрывается, но это к лучшему, она должна уехать отсюда. Адриан быстро ушёл от неё, вытирая горькие слёзы и пытаясь отдышаться, ведь дыхание будто перекрыли, он стал задыхаться. Но теперь… парень потерял нечто важное в жизни, которое вряд ли вернёшь.

Теперь они квиты.