Пойман в силки

Сяо Чжань готовил на завтрак что-то невообразимое, но приятно пахнущее на все поселение, пока Ибо в соседнем доме угрюмо взирал на вышедшего из себя прораба, повторяющего одно и то же, немного изменяя слова. Однако аргумент «они же маги!» даже вкупе с пеной у рта не менял мнения Ибо на обсуждаемый вопрос. — Я не против соблюдать и дальше традиционные стереотипы относительно наших соседей, — едва сдерживая раздражение, сказал он, наконец, — но тогда у нас остается всего два варианта: воздержаться от походов в лес или продолжать в том же духе, зная, что рано или поздно деревню оккупируют эти растения. Прораб молчал, гневно выдыхая. — Должен быть другой выход, — насупился он. — Так предложите мне его прямо сейчас. Потому что из тех, кто это видел своими глазами, никто не пойдёт в лес, и я в том числе. Мы ведь даже проект сдать не сможем без проб почвы и древесины из чащи. Не знаю, как вам, а мне совесть не позволит заселять деревню людьми. Давать им надежду, обещать счастливую жизнь, нести ответственность… Я просто не смогу. — Ты слишком молод… — Но, похоже, дальновиднее вас, — горько ухмыльнулся Ибо. — Соседнее поселение рано или поздно сообщит, что мы знали о существующей угрозе, а дальше, сами знаете – один передаст другому, и, если растения всё-таки убьют целую деревню, всю ответственность свалят на нас. Нам же больше ни одного проекта никогда в жизни не доверят! Прораб уставился ему в глаза, но Ибо и не думал отводить взгляд. Молчавший с самого начала разговора хозяйственник тихонько вздохнул. — Что ты предлагаешь? — наконец спросил мужчина. — Все втроём сообщим начальству – отчёты всё равно попадают в разные инстанции, хоть одна должна зашевелиться. Думаю, западное и восточное поселения к нам присоединятся. Но это всё долго, а времени у нас нет. — Как? — испуганно спросил прораб, тут же растеряв весь запал. — Маги тебе что-то сказали? — Нет, — вздохнул Ибо, глубоко внутри удивляясь, до чего же люди бывают несообразительными. — Ну доложим мы с вами о проблеме, а решать её кто будет? Я же с этого и начинал. Кроме магов никто не умеет бороться с этой тварью. Пока начальство решит, как нам быть, маги уже уйдут и больше не вернутся – заметьте, они нас любят не больше, чем мы их – и останемся мы тут ждать, когда кто-нибудь принесёт эту заразу в наше поселение. — Главный инженер Ван, — вздохнул мужчина, — мне понятны ваши доводы, но такие вопросы с бухты-барахты не решаются… — Не решим сейчас – не решим никогда. По крайней мере, при жизни. Поселение, в котором были мы, сократилось на четверть, и если бы не маги, вообще бы уже не существовало. И никто бы об этом не узнал – просто бы прислали новую команду. Огнестрел этим растениям не помеха. Полагаете, мы чем-то лучше западного поселения, которое спокойно вымирало, не зная, как управиться со злобными тварями? — Хорошо, организуем собрание. — Прямо сейчас. — Прямо сейчас, — нехотя согласился прораб. — Но вести его будете сами. Хозяйственник просто кивнул, выскальзывая вслед за коллегой. Ибо потёр виски: двоих удалось убедить, осталось остальное поселение, и маги, которых, собственно, тоже никто ещё не спрашивал. *** Собрание прошло тяжело: у магов была своя работа, к которой нужно было возвращаться, а людям плохо давалась необходимость просить помощи у магов. Ибо несколько раз поздравил себя с удачной идеей вызвать к себе представителей потерпевших поселений, которые, побывав на грани смерти, куда быстрее и охотнее соглашались на сотрудничество и оказывали необходимую поддержку идее. Несколько раз у Ибо, которому действительно пришлось вести собрание, опускались руки, но тут он смотрел на скромно стоящего в стороне прекрасного Сяо Чжаня и внутренне подбирался. С самого начала Сяо Чжань не произнёс ни одного слова, но в его глазах и часто мелькающей на губах улыбке Ибо видел: тот одобряет и может даже восхищается. Ещё бы Хаосюань, не стоял к нему так близко и не прижимался, что-то нашёптывая на ухо. Но старший маг его никак не поощрял, и Ибо слегка расслабился. Несмотря на видимую безучастность Сяо Чжаня, все взоры обратились к нему, как только маги отошли, чтобы обсудить вопрос между собой. И его, в отличие от Ибо, слушали со всем вниманием, не перебивая, изредка задумчиво кивая. После слово взял Терри, и уже через несколько минут маги вынесли свое положительное решение. Ибо немного напрягся, когда Терри сказал, что останутся не все – кто-то должен был вернуться, чтобы за магов не беспокоились на работе – но в итоге всё сложилось как нельзя лучше: Сяо Чжань остался, а уехать должен был крайне недовольный Хаосюань. После горячих споров, молодой маг просто унёсся из комнаты, вне себя от ярости. Ибо почти сочувствовал ему. Поселенцы смотрели одинаково настороженно и на магов, и на тех, кто их поддерживал. Будто это от них исходила вся опасность. Хотя Ибо понимал их реакцию, потому что сам был ошарашен, когда маги сказали, что собираются учить магии людей для обороны от хищных растений – Сяо Чжань тут же ставил Ибо в пример, так как тот собственноручно уничтожил последний цветок, во что ему самому с трудом верилось. Но основной проблемы это не меняло – всего одно заклинание, перечёркивающее двести лет истории. Пусть и никто, конечно, не собирался раздувать ситуацию до такого масштаба. Ибо думал, что они начнут обучение сразу же, но Сяо Чжань настоял на том, чтобы дать людям время свыкнуться с мыслью: всё-таки столько лет вражды невозможно забыть в одно мгновение. В итоге маги пошли провожать Ван Хаосюаня, а люди – на работу. Алекса и Андреа ещё раньше отправили в западное и восточное поселения соответственно. Проведя остаток дня на стройке, Ибо ужасно устал от постоянных нападок рабочих, которые не желали обучаться магии. Завидев очередную ссору, прораб пожимал плечами и уходил, оставляя Ибо самостоятельно разбираться с недовольными, в сотый раз повторяющими одно и то же. Вот вроде всё понимают, что другого выхода нет, но надо всеми силами показать, что им это не нравится. К концу дня Ибо уже сам был готов скормить всех этих идиотов растениям вместе с их идиотскими предложениями вроде «лучше укрепить погреб». Сяо Чжань и Терри только подливали масло в огонь, с любопытством осматриваясь на площадке. Единственное, у людей хватало ума не устраивать потасовок с ними. — Что люди делают, чтобы снять усталость? — спросил Сяо Чжань, вечером раскладывая по тарелкам очередное странное сочетание продуктов. — Так плохо выгляжу? — иронично ухмыльнулся Ибо, цепляясь взглядом за милую родинку под губой. Ему очень хотелось притянуть к себе Сяо Чжаня и поцеловать, но было неловко. — Отдых точно не будет лишним, — честно сказал маг, садясь напротив и кивая на его тарелку, призывая поесть. Глядя на него, Ибо испытал совсем другой голод. Автоматически поднося ложку с едой ко рту, он мог думать только о Сяо Чжане и его великолепном теле, скрытом под рубашкой, которую сам одолжил ему. Свой расписной халат, как и рубашку Ибо, маг оставил в лесу, заметив на них капли сока растения. «Человеческий» вариант его ни чуть не портил, хотя и смотрелся непривычно. Одна мысль про Сяо Чжаня в его одежде по непонятной причине грела душу. — Ты – смелый человек, — сказал Сяо Чжань. — Нужно немало мужества, чтобы решиться на всё это. — Я просто видел опасность собственными глазами и был в секунде от смерти. — Но остальные не видели. Слышал, многие подозревают, что мы околдовали вас. — Конечно. И два поселения в придачу, — ухмыльнулся Ибо, неожиданно думая о том, что действительно ведёт себя, как околдованный, стоит лишь взглянуть на Сяо Чжаня. Было в этом что-то странное, как и в непоколебимом доверии, которое вызывали слова мага, но Ибо чувствовал сердцем – Сяо Чжань говорит правду и имеет только хорошие намерения, а поселяне просто застряли в собственных предрассудках. Он был в этом уверен.