Мой дом там, где есть ты

Яна пренебрегала данной ситуацией: ей казалось, что это очередная пассия к которой рано или поздно пропадёт интерес. Хотя, на удивление, я не распознала в ней негативной реакции, как это происходило обычно. — Готово, я нашла ее инстаграм, но спешу тебя огорчить, аккаунт закрыт… -черт! Гребаная неприступность! Из-за обиды я в сквозь забыла поблагодарить Иду. Весь мой разум покрывали мысли о том, как теперь напроситься в ее аккаунт? Я даже не заметила, как быстро прошёл вечер, и девочки разошлись по домам. Меня одолевало по большому счёту желание узнать и найти в ней новое, о любопытстве говорить и вовсе не смела. Я просто напросто не могла нарушить свои принципы, ведь вся прелесть их заключается в том, чтобы не сомневаться. Именно они являются частью моего нрава. Оставалось принять решение: шантаж или условие. Поскольку подготовка близилась к концу, я была погружена в обвал домашней работы. За вечер высылала намного больше, чем требовалось. Все потому, что я пыталась избавиться от своих банальных ошибок, которые допускала, несмотря на пошаговые объяснения Кристины. Ее досаждало, что все время спотыкаюсь на одном и том же месте, но она верила и считала, что на меня это непохоже и я могу лучше. К следующему уроку я подготовилась и уже знала, как преподносить ультиматум. Занятие проходило как обычно: проверка домашней работы, разбор всех ошибок, зарисовки на доске, прилегающие к ним объяснения и все в этом роде. Время урока пришло к концу, на вопрос все ли понятно, я, по обыкновению, ответила «да» без лишних слов. — Тогда приступим к домашней работе, которую вам нужно будет выполнить, -послышался знакомый шорох бумаг. — Кристина Александровна, можно вас попросить? — спросила я, буквально перебивая ее… — Я вас слушаю? — Не могли бы вы задать больше обычного, хочу поработать над своими ошибками, -пытаясь не вызывать каких-либо сомнений, обратилась к ней. — Конечно. Решите все варианты из сборника Д.Ю.Добротина до следующего занятия, включая задачи из второй части, что осилите, то осилите. -прекрасно, сама того не понимая, она подписалась на условие. — Кстати, о следующем занятии, когда и во сколько встречаемся? — Я могу завтра в 22.00 на полтора часа, -помня, что это будет слишком поздним временем для неё, и ожидая, что она обязательно замолвит об этом, предложила я. — А пораньше не можете? Хотя бы в 21.30, поскольку по моему времени будет уже поздно… -Бинго! Теперь появился мотив спросить, где она проживает. — Точно! Извините, я совсем забыла, что у вас не Московское время. Ну, давайте в 21.30. -ощутила ее улыбку. — Кристина Александровна, могу я задать вопрос личного характера? — Ммм? Задавайте, -как будто расслабляясь после тяжело рабочего дня, обратилась ко мне. — Вы живете в Тольятти? -предположила я, если что исправит. — Нет, с чего вы взяли? И почему сразу Тольятти? -вопросы прозвучали с легкой ухмылкой. — Просто часовой пояс один, вот и подумала. -конечно, я знала, что таких городов полно, но мне нужно было как-то привести ее к добровольному развёрнутому ответу. — Я нахожусь в Грузии с семьей, живу в Питере, но на данный момент проживаю в Чебоксарах. -Блять! Семья?! Злость и гнев в секунду одолели меня, я хотела уже поскорее закончить этот разговор и попрощаться. Надежда провалилась сквозь землю, ведь наверняка у неё есть любящий муж. — Поняла, -начала звучать долгая пауза, которая так желанно, как я и люблю, вызывала возмущение у Кристины. — Ну что? Тогда до следующего занятия, до свидания! -стремительно попрощалась Кристина. — До свидания! -из-за того, что я чувствовала на тот момент, мне так хотелось проигнорировать прощание и просто нажать на красную кнопку завершения вызова. Казалось, будто я делаю шаг навстречу, а на самом деле, делала два назад. Я пыталась стать ближе, но почему то отдалялась. Открывала одну дверь, но мне отвечали: «зря без стука». Смелость моя от этого, конечно, становилась крепче, но терпение рассыпалось. Она могла приблизиться, не давая разгадать себя. А отойдя назад, манила лишь сильнее. У меня не было ни единого козыря, единственное, что оказалось у меня — смелость. Смелость подставить своё сердце под ее губительную красоту и разгадать ее. Несмотря на накопившуюся злость, бросать это дело я не собиралась. Через некоторое время и вовсе была готова отбить ее у мужа. В ней будто слились все причины, чтобы добраться. Но главной причиной оставалась ее неповторимость. У меня был день, чтобы узнать про доступ в инстаграм. Решив весь огромный материал домашней работы, я написала Кристине в ночь. — Кристина Александровна, у меня к вам условие смешанное с просьбой. -решила смягчить условие, хотя на меня это было не похоже. К удивлению и к великому счастью, она не спала, казалось бы, что это судьба подкидывает свои шансы. — Если во всей моей домашней работе не окажется ошибок, вы примите мою заявку в инстаграм. -я покрутила барабан револьвера и приставила к виску раньше, чем она посмела бы отказать. — Заявку я уже кинула, -осведомила параллельно уведомлению о принятии запроса на подписку. — Доброй ночи! -на этих словах телефон был заблокирован и брошен на дальний угол кровати. Ее отказ пошатнул бы и так все то шаткое, за которое я цеплялась, ставя ей ультиматум, поэтому не дала вставить и слова. На утро страх обнаружить сообщения об отказе все так же не покидал меня. Взять телефон в руки и зайти в диалог — было для меня словно шагнуть навстречу войне. Я шла на риск, осмелилась неоправданно блефануть. К счастью, все было чисто. Но игнор в данном случае было худшее, что я могла ожидать. Гадать о том, какое решение она приняла, было тяжко. Услышать «нет» стало бы намного проще, чем молчание. То, что в работе есть ошибки, я была уверена, лишь процент из ста составлял мою надежду. Скорее всего, мне больше всего хотелось проверить ее: «А примет ли сама?». Мой вопрос личного характера, должно быть, оставил маленький след. Она наверняка думала, зачем мне такая информация. Ведь это был вопрос с непростым интересом. Тем более, превзойдённая небывалая сдержанность послужила визитной карточкой. На всякий случай, условилась я тем, что если не примет сейчас — примет потом. Моим главным качеством, что обычно называют проклятием, являлась упертость. Сдаться после первого отказа, оказалось бы напряжением в этой игре. Конечно, я надеялась на отсутствие ошибок и держала кулачки за себя. Мысли о том, что она намеренно могла выдумать ошибки, не было. Во всяком случае, сказалось бы это на ней, я ведь могла попросту взбесить ее. Увы и ах, как оказалось, допустила я их намного больше, чем когда-либо. Но тем не менее моя наглость порушила ее озадаченность. Запрос она приняла не сразу, лишь за пару недель до ЕГЭ. На странице было всего двенадцать фотографий. Из всех в моей голове отпечатались лишь две. Это были такие фотографии, которые я открывала каждый раз как что-то новое, и мне не надоедало смотреть на одно и то же. Человек не просто путал мои мысли, он дико манил. Она обыгрывала шёлк и бархат, и чёрное кружево, и всех мадам. Словно была из стали и мягкости, из легкости и резкости. В ней было что-то определенно искомое. Все это, включая саму неповторимость, я вылила в свой взгляд, который отныне был поселён только на этой женщине. Мне оставалось лишь гадать правильно ли она понимала все те намеки, которые я преподносила ей. Число занятий уже близилось к нулю, надо было действовать. Моя нерешительность могла погубить чувства, которые хоть и находились на начальной стадии, но присутствовали, и их присутствие я осознавала чётко. Во время занятий часто случалось, что я отправляла ей фото заданий с вычеркнутой буквой «К» на полях или именем. Таких фотографий бывало полно, она попросту не могла оставить их незамеченными, хоть и не выдавала никакой реакции. Конечно, ее могла не покидать мысль о том, что это ребячество или шутка. Наверняка она уже проходила подобное и не раз. Как бы меня не напрягала мысль, с которой я не могла никак смириться, что таких учеников и, возможно, учениц, которым Кристина симпатизировала, было много. Но на удивление, она не высказывала своего недовольства именно мне. Очевидно, я преподносила это со всей рассудительностью и строгостью. За три или четыре дня до экзамена при выполнении домашней работы, я решила написать Кристине о прогрессе, которого добилась благодаря ей. Где-то в начале при выполнении ещё самых простеньких заданий, я допускала глупые ошибки. Все это, конечно же, объяснялось моей некомпетентностью и полным отсутствием знаний химии. Я сфотографировала те самые ошибки и отправила ей. — Ахах, а начинала я ведь так… -еле сдерживая смех над своей же гуманностью прикрепила фотографию задания. — На ответ в третьем посмотрите. — Начинали вы так, «P2O5+NaOH=Na2O+POH») — в своей манере посмеялась над явью, я лишь улыбнулась. — Ахах, то чувство, когда учительница тот ещё «стёбщик». Издевайтесь, издевайтесь, — будто угрожая, выгорела я. — Так вы отомстите, возьмите девяносто восемь или сто баллов. — Продолжаете издеваться, да? -расплылась в ухмылке. — Нереальное, кажется, говорят здесь… — Нереально спать на потолке, возьмёте за девяноста два, соглашусь принять. -эти ноты убеждения меня отчасти поощряли. — Как получится, не обещаю, -в эту минуту я уже была готова заработать эти баллы ради ее веры в меня. — Смогли на время подбодрить) -я испугалась, что на этом диалог прекратится и решила продолжить. — Это «смоглИ», «можетЕ», брррр…-меня все также напрягало обращение ко мне на «Вы». В этом моем сообщении скрывался намёк с целью готовности к тому, что я буду предлагать переход к общению на «ты». Разум мне подсказывал, что она проигнорирует, но я чувствовала, что она ответит. — В чем проблема? -мне должно было хватить наглости, чтобы проигнорировать этот вопрос и заговорить вновь о своём. — Допустим сдам я, оправдаю ваши надежды, (хочу, но опять же, не уверена в себе), тогда примерным ученикам полагается что-то? -знание того, что теперь она точно не свернёт с пути, прибавило азарта. — Я сегодня в хорошем настроении, готова выслушать, что обычно полагается в вашем понимании. — Хочу быть исключением из учеников, кому что-то положилось. Доброй ночи! -озадачить человека и без объяснений уйти — была одной из главных фишек моего характера. Должно быть, мои слова могли ввести в ее состояние глубокой задумчивости. Это и являлось моей целью в тот вечер, ведь покопавшись, она могла придти к выводу о том, что я открыто намекнула. Она беспрекословно верила в мои способности, хотя я сомневалась и сомнения мои были оправданы, что не могло не огорчать. У нас оставалось одно занятие, которое должно было пройти за день до самого экзамена. С одной стороны, я была в восторге, что все это закончится и я вдохну полной грудью, но с другой, темной, это означало, что я могу потерять человека — редкость. Время к этому занятию подошло очень быстро. Повторение и непрерывный зубрёж всего материала, который мы прошли с Кристиной, отнимали все силы. А варианты по химии, я уже щёлкала, как семечки. Весь урок меня не покидали мысли: «А вдруг я слышу этот голос в последний раз?». Я бы отдала все, чтобы продлить тот час занятия до бесконечности. Но урок подошел к концу и наступило молчание. Молчание с моей стороны было вполне обоснованным, но меня удивило то, как она молчала в ответ, будто чувствовала то же самое, что и я. Это больше было похожим на одно из мелких боязливых шагов навстречу. Мне так хотелось выплеснуть все то, что я чувствую и сказать, что не хочу прощаться. Однако в голову никак не приходило, что я могу получить в ответ? Отчасти, из-за ее молчания, которое так же говорило за неё, я была уверена, что это взаимно. Но с другой стороны, она могла вспылить и бросить все к чертям. — До свидания, Кристина Александровна… -пришло время. Кто-то должен был сделать шаг первым и ею оказалась я. — До свидания. -звонок был сброшен моментально. Стоило нам проститься, как моя тяга к ней горечью застряла в горле, что было не разобрать, где дешевая сигара, а где обжигающая тоска по ее голосу. Посиделки за рабочим столом в задумчивости, свели меня к мысли о том, что я не могу ее отпустить так просто. Уже сейчас было невозможным представить свою жизнь без ее участия. Эта женщина крайняя редкость, оставившая огромный след в моем сердце. — Нет, я не могу ее так просто отпустить, ведь отпустив ее, я теряю все, что собирала на протяжении жизни: внешность, характер, мышление, голос, манеры, повадки. Если придётся, я вернусь в следующем году и буду пересдавать ЕГЭ. Сделаю все, но приду именно к этой женщине. К женщине, которая губительно красива. -затягивать со всем этим я не собиралась. Придя домой, начала строчить домашнюю работу и мыслить над тем, как написать и признаться ей. Сначала думала без лишнего отписаться о чувствах. Потом в голову пришла идея создать пазл на краю листа с домашней работой, собрав который, она поняла и у нас развязался бы диалог. Но вдруг, я обнаружила в открытом сборнике по русскому языку проблему сочинения: «Какими могут быть отношения учителя и ученика?», что это? Сама вселенная будто кричала, чтобы я сделала хоть что-то, и я полностью и безоговорочно была с ней согласна, сейчас или никогда! С такими мыслями я схватилась за карандаш и подчеркнула эту проблему. Дальше нужно было расположить брошюру так, чтобы при внимательном изучении фотографии, она заметила мое послание. В этом была изюминка моего «признания», если ей также, как и мне небезразлична эта ситуация, то непременно отреагирует. Но если же нет, то оставит все как есть. Я сделала все, что было в моих силах. Последствие, как мне казалось, было наихудшим сценарием развития событий. Фотография сделана и уже отправлена своему адресату, остается только ждать и надеяться.