О желаемом не говорят вслух

Стоит Чжухону отойти от закрывшейся двери, как он слышит глухие рыдания. Сердце сжимается от того, насколько жалобно звучат всхлипы. Альфа стискивает зубы и упрямо удаляется прочь от комнаты, где находится Чангюн. «Пусть, — убеждает себя мужчина. — Ему нужно время привыкнуть к новому дому». Спустившись на первый этаж, Чжухон направляется к дивану, на спинке которого оставил свой пиджак. На пути попадается скомканное одеяло, и альфа, нахмурившись, нагибается. Ухватившись за край, он зарывается носом в мягкие складки, жадно вдыхая запах. Свежесть. Кажется, ещё более насыщенная чем тогда в кафе. Альфа глубоко и часто дышит, не желая отпускать такой чистый и одновременно успокаивающий аромат. Зелень. Немного терпкий запах кроны. С каждым вдохом сердцебиение учащается, зрачки расширяются, волк в нем почти рычит. Завладеть. Заклеймить. Сжечь. Уловив разбушевавшееся влечение, Чжухон зло сжимает ткань и отбрасывает ее в сторону, на ходу подхватывая пиджак и быстрым шагом покидая квартиру.   Улица встречает ночной прохладой, и альфа с наслаждением втягивает воздух, не боясь уловить в нем нотки одного конкретного омеги. Чжухон тянется к карману пиджака, выуживая из него пачку Marlboro, щелкает зажигалкой и затягивается, прикрывая глаза. Крепкий табак дарит желанное расслабление, горечью оставаясь на языке. В голове постепенно проясняется, и Чжухон наконец может спокойно обдумать свои действия.   Кажется, он переусердствовал. Нет, он точно не должен был поддаваться желанию, затмившему рассудок. Чего он добивался, когда принуждал маленького хрупкого омегу жить с ним? Чангюн еще даже школу не закончил, ему занятия надо посещать, с друзьями гулять, а не сидеть в четырех стенах в ожидании мужа. Чжухон все это понимает. Понимает, но делиться тем, что по праву принадлежит ему, не хочет и не будет.   Он наконец нашел его, человека, предназначенного судьбой, и теперь ни за что не отпустит. Он будет гореть в своем персональном аду, получая от этого извращенное удовольствие. И хотя сейчас омега едва ли может признать в нем истинного, Чжухон будет рядом. Потому что не может иначе. Запах леса уже въелся в него, проник под кожу и растекся ядом, отравляя кровь и вместе с тем даруя новую жизнь. Решено. К экзаменам Чангюн будет готовиться дома с репетитором (Чжухон лично проследит, чтобы им оказался омега или бета), с друзьями придется общаться по скайпу, а гулять — с ним. Уж альфа постарается, чтобы его мальчик не заскучал. С этими мыслями Чжухон гасит тлеющую сигарету и спускается в подземную парковку.   Лакированный автомобиль в одиночестве стоит на своем месте, поблескивая в полумраке помещения. Альфа забирается в салон, отделанный темной кожей, заводит двигатель, краем глаза отмечая время на панели управления — 4.28 — и выезжает с парковки. Рановато для появления на работе, но возвращаться в квартиру к плачущему омеге, не успев толком разобраться со всем, хочется еще меньше.   Автомобиль плавно движется по трассе. До рассвета — полчаса, не больше, город постепенно просыпается, встречая жителей сереющим небом. По мере приближения к деловому центру машины на дороге попадаются чаще и Чжухон немного сбавляет скорость. Здание офиса выделяется среди других таких же просторной площадкой с фонтаном перед входом. Мужчина паркует автомобиль неподалеку от вращающихся стеклянных дверей, выбирается наружу и прикуривает у пепельницы. Чжухон размышляет, стоит ли ему позвонить Вонхо, дабы не оставаться наедине с хаосом, царящим в голове. Как он должен вести себя теперь? Чангюн наверняка его ненавидит за то, что не предоставил выбора: вихрем ворвался в жизнь омеги, перечеркивая все, что было до. Даже если так, своего решения Чжухон менять не будет, вот только понять бы, как расположить к себе нежного и беззащитного мальчика. Поколебавшись еще немного, он все же набирает номер друга.  Спустя четыре долгих гудка трубку поднимают и в телефоне раздается приглушенный голос, — Да? Интонация и различимая хрипотца не оставляют других вариантов, но Чжухон все равно уточняет, — Спишь? — Нет, что ты, сейчас же всего-навсего 5 утра, — даже сонный и абсолютно дезориентированный, Вонхо умудряется язвить. — Не злись. Я по делу. Приедешь в офис? — С каких это пор ты появляешься на работе раньше полудня? — С таких, что у меня дома мой омега, — Чжухон делает особое ударение на слове «мой». — И я просто не могу спокойно находиться с ним в одном помещении. На том конце тяжело вздыхают. — С тебя кофе и пончики. Буду через сорок минут. Чжухон слабо улыбается в трубку, на расстоянии чувствуя поддержку друга, — Спасибо, — и сбрасывает вызов.   ***    — Ну и как продвигаются ваши отношения со зверенышем? Вонхо первым поднимает волнующую обоих тему, утолив изначальный голод обещанными пончиками и выпив горячего кофе. Они сидят одни в круглосуточной забегаловке неподалеку от офиса. Деньги и статус не испортили мужчин, поэтому простенький интерьер и скудное меню ничуть не смущают альф, привыкших обедать в дорогих ресторанах. — Не называй его так, — Чжухон морщится на вопрос друга. Вонхо изгибает бровь, удивляясь реакции обычно невозмутимого мужчины. Чжухон не выдерживает испытующего взгляда, напряженно выдыхая и взъерошивая одной рукой ежик черных волос. — Я облажался, — признание дается нелегко, хоть альфа и рад поделиться мыслями, роящими в голове последние несколько часов. — Я поспешил, перегнул палку и, кажется, напугал его. Вонхо внимательно следит за бегающим взглядом друга и отмечает волнение, проскальзывающее в каждом его движении. После недолгой паузы Чжухон продолжает, — Он отключился у меня в машине по дороге домой. Пока он спал, я выяснил о нем все, связался с родителями, объяснился и, к своему удивлению, обнаружил, что они совсем не против, если Чангюн будет жить со мной. Но… — Но? — Но сам Чангюн, видимо, не в восторге от этой идеи. — Пф, — Вонхо не сдерживает усмешки. — Ты бы еще женился на нем в первый же день знакомства. Чжухон с упреком смотрит на друга, давая понять, что ему и без чужих замечаний тошно. — Прости. Помолчав, Чжухон тихо добавляет, — Он плакал у себя в комнате, когда я уходил. Вонхо видит смущение и неловкость, такие чуждые мужчине напротив. Ему становится жаль друга, обычно строгого и уверенного, но потерянного и запутавшегося сейчас. Он думает о том, что предназначение, с детства казавшееся сказкой, существует и его друг — прямое доказательство тому. Иначе как объяснить то, что суровый и порой жестокий Ли Чжухон выглядит как побитый щенок? — Эй, — Вонхо привлекает внимание альфы, нарушая повисшую тишину. — Все будет хорошо. Он примет тебя. Не может не принять. Мужчина приободряюще улыбается и получает робкую улыбку в ответ. — Пока ты узнавал информацию через своих людей, я познакомился с другом Чангюна и раздобыл его телефон. Позже позвоним, может, он захочет нам помочь. Не дрейфь, — Вонхо переваливается через стол и хлопает альфу по плечу. — Оттает твоя принцесса. Чжухон на это закатывает глаза, в душе благодаря друга и ощущая зарождающуюся надежду.