Thistle & Weeds

Особенно громкий грозовой раскат прогремел над лагерем. Нэйт вздрогнула и подняла голову с подложенного под нее предплечья. Взгляд никак не хотел фокусироваться спросонья, дело довершал царящий кругом полумрак. - Полночи громыхало, - оповестил ее тихий мужской голос, на который наша героиня тот час же оглянулась, - Похоже, надвигается шторм. Балин сидел в пол оборота к ней и помешивал угли в костре. Девушка протерла сонные глаза и приподнялась на локтях. Сразу дало о себе знать ребро. Чуть больше трех недель миновало с ее, не сказать, что грациозного, падения, однако боль все еще тревожила при физических нагрузках. Она поднялась на ноги и осмотрелась. Все спали. Их и дракон не разбудит. Тихонько миновав храпящих вокруг нее гномов, испанка уселась подле седовласого и вгляделась в темное небо. А потом лицо ее вытянулось в изумлении. Сейчас должно было быть утро. Отчего же так темно? - Такое бывает нечасто, но когда живешь в горах, уже не удивляет, - будто прочитав ее мысли, поведал он, - Впрочем, думается мне, и ты привыкнешь, - и выразительно посмотрел в сторону мирно спящего неподалеку командира. И если секунду назад физиономия Кастро выражала удивление, теперь на нем ярко читался ужас. Хоть кто-нибудь здесь, черт возьми, еще не в курсе? Брюнетка воровато оглянулась в том же направлении, убедилась в том, что Дубощит крепко спит, и только потом шепотом заговорила, чуть наклонившись: - Неужели все так очевидно? – ладони похолодели и едва заметно задрожали, а о том, что сотворилось с ее пульсом, вообще говорить не стоило. Теперь, когда она, наконец, разобралась в дебрях своей души, и поняла, что действительно любит, стало страшно. Боялась она даже не безответности, в которой уже не была уверена, как прежде. В закромах разума все еще имела место быть надежда на возвращение домой. От мыслей о предстоящем выборе ей становилось не по себе. Вместо ответа об лоб испанки разбилась увесистая капля воды. Потом еще одна, и еще. «Только этого не хватало!» - выругалась она мысленно, когда на лагерь обрушился самый настоящий ливень. Под ним мгновенно потух костер, а гномы и Бильбо тут же повскакивали со своих мест. От одних слышалось тихое ворчание, другие в открытую ругались на кхуздуле. Во всяком случае, ей так казалось, ибо гневные реплики звучали уж очень впечатляюще. В путь собрались не став даже завтракать. Испанка хотела уж втихаря стырить свой рюкзак, но не тут-то было. С милейшим выражением лица его умыкнул прямо у нее из-под носа Фили. Со дня травмы ей категорически запрещали нести даже собственную поклажу. Рюкзак кочевал от блондина к его брату, меч таскал на себе их дядя. На уговоры представители королевских кровей не покупались, как не подлезь. Подгорный король слово свое сдержал – теперь Кастро волей-неволей, но шла подле него каждый Божий день. А чувства свои становилось сдерживать все труднее, учитывая то, что мужчина внимательно следил за ее состоянием. Стоило появиться характерной для повреждения грудной клетки одышке – наследник рода останавливал колонну на привал, несмотря на всеуничтожающий взгляд смущенно краснеющей всякий раз больной. Участники похода в такие моменты только посмеивались. Впрочем, для Двалина здесь начиналось время нотаций на тему «дорожи его заботой». Ну а пока испанка с недовольным всем миром выражением лица вышагивала вслед за Дубощитом, отчаянно буравя его макушку взглядом. Дождь заканчиваться и не думал, а небо, казалось, стало еще темнее. Подошвы то и дело соскальзывали с мокрого камня, и приходилось идти предельно осторожно, чтобы не свалиться со ставшей невозможно узенькой тропки прямиком в пропасть, дна которой не было видно в густом тумане. Громовые раскаты с каждым шагом становились все громче, заставляя брюнетку время от времени пугливо вздрагивать. Довершением отличного денечка стал сшибающий с ног ветер. - Осторожнее! Держитесь! – послышался голос Торина сквозь всю эту какофонию, когда приходилось ступать уже боком и постоянно вжиматься в холодные скалы. Нэйт уже не понимала, который сейчас час, но противно ноющее тело, к которому так же неприятно липла вымокшая до последней ниточки одежда, подсказывало, что уже вечер, - Нужно найти укрытие! Только наша героиня с радостью подумала о сне в тепле костра, как сквозь ветер и падающую с небес воду раздался еще и крик Двалина: - Берегись! – прямо в их сторону летела огромная каменная глыба! Она врезалась в скалы над отрядом, раскалываясь на тысячи кусочков, которые тут же полетели вниз, и все до единого вжались спинами в темную породу. «Что ж мне дома не сиделось-то, а?» - возопила про себя девушка, чуть ли не сливаясь с каменистой местностью, в надежде, что очередной «снаряд» не отправит ее в нокаут. - Нет, это не простая гроза, это грозная битва! – послышался голос Балина, и все как по команде проследили за его взглядом. Кастро только и успела открыть рот, как на ее глазах из-за горы показалось нечто, имеющее очертание человека! - Легенды не врали! – подскочил к самому краю выступа Бофур, - Великаны! Каменные великаны! - колоссальных размеров существо просто оторвало огромный кусок породы и швырнуло его куда-то вправо! Как оказалось в еще одного! - Пригнись, болван! – заорал чуть ли не на ухо командир, и того оттащили под руки. Каменный град вновь обрушился на путников. - Держитесь! Теперь и Нэйт припечатала к скале чья-то крепкая рука. Торин. Камень под ногами закрошился, и девушка невольно ухватилась пальцами за тяжелый наруч мужчины. Но тут земля задрожала, а после вообще пошла ходуном! Они стояли на ногах еще одного великана! Они разошлись в стороны, разделяя отряд надвое, и гигант, не успев толком подняться, получил мощный удар лоб в лоб от своего оппонента. Он начал заваливаться на спину, и испанка не заметила, как уже двумя ладонями намертво вцепилась в руку Дубощита. Шум крови в ушах заглушил все остальные звуки, когда их нога врезалась в скалу, даря шанс на спасение. И этого шанса они не упустили, один за другим запрыгнув на твердую опору. Брюнетка вмиг подскочила на ноги, и, отплевываясь от воды и залезших в рот волос, всмотрелась в развалившихся перед ней гномов. Их была только половина! Остальные остались на второй ноге! Между каменными гигантами развязался нешуточный бой, и вот, их прежнему носителю просто снесли голову! Та пролетела несколько десятков метров и с грохотом разбилась над головами части отряда. Обезглавленного понесло в сторону, и на том же выступе, где еще недавно стояли все, промелькнула вторая половина. Великан начал заваливаться ногами на скалы. - Нет! – прогремел командир, когда они врубились прямо в скалы впереди. Из груди девушки вырвалось подобие стона, слезы уже подступили к глазам, смешиваясь с заливавшейся в них водой. Они погибли!? Не может быть! Нет! - Нет! Фили! – подгорный король сорвался с места, а вслед за ним и девушка, и гномы. Каково же было всеобщее облегчение, когда они увидели всех целыми и невредимыми, валяющимися на камушках. Испанка обрушилась плечом на твердую поверхность и негромко рассмеялась. «Нервишки шалят?» - тут же нарисовался внутренний голос, вмиг посланный куда подальше. - Где Бильбо? Где хоббит? – переполошился вдруг мечущийся на четвереньках Бофур. - Вот он! – тут же воскликнула брюнетка, краем глаза заметив его руки, цепляющиеся за край выступа. Гномы растолкали ее и бросились на помощь, но лишь сбросили его еще ниже! Она пыталась сфокусировать взгляд на маленькой фигурке, повисшей над пропастью, и упустила момент, когда гномий король нырнул вслед за ним! Торин вытянул Бэггинса, и сам уже хотел было подтянуться, но руки его соскользнули с камня! Он упал бы след за каменным гигантом, если бы не успевший схватить его Двалин. С губ испанки сорвался испуганный вскрик, внутри все будто сжалось в один маленький комочек. Она вцепилась в плотный доспех на спине татуированного воина и потащила на себя. - Я думал, мы потеряли Бильбо, - высказался он, когда Дубощит оказался на ногах. Нэйт облегченно вздохнула, искренне надеясь, что на сегодня приключения закончились. - Он потерянный с тех пор, как покинул дом, - поспешил вставить свое слово наследник рода, - Не надо было его брать. Ему не место среди нас, - сказав это, мужчина свернул куда-то вглубь скалы. Это что пещера? Девушка проглотила обиду за маленького друга и с интересом проследила взглядом за гномом, - Двалин, - позвал он, и тот шагнул вслед за командиром. А за ним прошмыгнула и Кастро. - Вроде бы безопасно, - оглядевшись, произнес воин, и брюнетка вышла из-за его спины вместе с Фили. Пещера просторностью не блистала, но вполне могла бы уместить в себе отряд. - Осмотри здесь все, - приказал предводитель, пройдя немного вглубь, - Пещеры в горах редко бывают незаняты. Гномы потихоньку стали располагаться внутри, испанка поспешила занять укромный уголочек, в который сразу же самозабвенно и плюхнулась, стуча зубами от холода. Еще веселее стало, когда король запретил разводить костер. «Очешуеть! Будем жаться друг к другу как эскимосы?» - ворчала про себя она, скукожившись на своем месте с проклинающим весь мир видом. Напоминала она жирненького снегиря, вжавшего голову в пушистое оперение в один из особенно морозных зимних дней. Впрочем, роль перьев играла куртка, все-таки великоватая и не дающая сейчас никакого тепла, ибо промокла насквозь, как и вся остальная одежда. Пещерный мрак разгонял одиноко горящий фонарь, на который тут же слетелась местная мошкара. С улицы пахло дождем. Из глубин тяжелых ворчливых дум девушку вывел голос подгорного короля, что стоял неподалеку: - Нэйт, - позвал он, - Подойди. Та устало вздохнула, поднялась с чуть подогретого пятой точкой места и, глядя себе под ноги, приблизилась к гному. И изрядно удивилась, заметив в его руках свой меч. - Пора его тебе вернуть, - отвечая на вопрос, будто написанный на ее лице, мужчина протянул оружие. Испанка тут же приняла меч и вгляделась в гномий лик. Что-то напрягло ее в глазах Торина. Беспокойство, ожидание чего-то. Должно быть, вот оно – предчувствие воина, - Держи его поближе к себе, - казалось, он читал ее мысли одну за другой, и брюнетка усилием воли выкинула прочие, столь волнующие, вон из головы. Она чуть заметно кивнула, прижав оружие к груди, и уже хотела вернуться на оккупированное место, когда ее мягко придержали за локоть. Сердце предательски пропустило целую серию ударов. Нэйт буквально через силу повернулась к гному, который вдруг снял с себя ту самую шубу, что она обнаружила на себе в то далекое утро. Ей казалось, с тех пор прошла вечность. Ему пришлось обхватить ее руками, чтобы накинуть на плечи тяжелые меховые одежды, и девушка забыла как дышать, когда лицо мужчины оказалось так близко к ее. Горячее дыхание опалило шею, согревая не хуже печки. Впрочем, в груди испанки в этот момент разверзся настоящий вулкан, перед глазами вдруг потемнело, и ей на миг пришлось крепко зажмуриться, отгоняя наваждение. Но какое там спокойствие, когда предмет твоего воздыхания всего в паре жалких сантиметров! Меховая тяжесть опустилась на плечи, и Дубощит спешно отстранился. Кастро и огорчилась, если бы не взыгравшая на его губах улыбка. Одна из тех, что бередила ее душу в сладкой истоме. И взгляд, полный той самой заботы, о которой без умолку твердит Двалин. Она безотчетно улыбнулась ему в ответ и медленно развернулась. Кто ж знал, что позади сидят три шпиона, имена которым: Кили, Фили, и уже упомянутый недавно воин. Первые двое живенько так захихикали, в глазах же последнего было черным по белому написано «я же говорил». Хорошенько побагровев и картинно закатив глаза, испанка зашагала к своему месту, успев продемонстрировать горе-разведчикам язык. Согрелась она довольно быстро и так же стремительно провалилась в сон. Потревожил его некий субъект, запнувшийся о ее ногу. Пальцы чисто инстинктивно сжали рукоять меча, что был под рукой. Нэйт раскрыла глаза и вмиг нашла своего «обидчика». Это Бильбо при полном параде крадучись вышагивал между храпящими членами отряда. Брови девушки сию минуту сошлись на переносице. Куда это он собрался? Поддавшись этой мысли, она тихонько встала, оставив оружие и «одеяло», и осмотрелась. Никто хоббита не видел, хотя лежащий в паре метров командир, похоже, только делал вид, что спал. Ей определенно не показалось, что он открыл на пару секунд глаза. А маленького беглеца уже изловил оставшийся в дозоре первым Бофур, у самого выхода из пещеры: - Куда это ты собрался? – шепотом вопросил он, полностью повторяя мысль испанки, что уже поравнялась с ним. - Мне вот тоже интересно, - шепнула она, оперевшись на холодный камень. Бэггинс обреченно вздохнул и обернулся: - Обратно в Ривенделл, - он был полон решимости, но и гном не отступал. - Нет-нет, ты не можешь сейчас уйти, - он поднялся на ноги и подошел к нему поближе, - Ты - участник похода. Ты - один из нас. - Это вовсе не так. Торин сказал – мне не место среди вас, и он прав. Я не Тук, я – Бэггинс. Не знаю, о чем я только думал, - не согласился полурослик, чем вызвал волну возмущения со стороны Нэйт. - И ты просто возьмешь и бросишь отряд? - она обвела рукой пещеру, выразительно посмотрев на маленького мужчину, - Бросишь нас? – интересно, он хоть подумал о том, как вернется? Тропа, по которой они шли сейчас на самом дне пропасти. - Помнишь, ты говорила, что чувствуешь себя здесь лишней? – неожиданно вкрадчиво поинтересовался хоббит, заставив девушку потупить взгляд перед ошалевши уставившимся на нее гномом в ушанке, - Ты можешь пойти со мной. Вернуться к себе домой. На голову Кастро словно вылили ушат ледяной воды. - Это было давно, Бильбо, - она лишь покачала головой, - И я не уверена, что смогу вернуться, - голос ее сделался печальным, как и взгляд. Вновь засквозила тоска в душе. - Ты скучаешь по дому, я понимаю, - заговорил Бофур после минутной паузы. - Нет, не понимаешь! И никто из вас не понимает! – вспылил вдруг полурослик. Как же не прав он сейчас, - Вы – гномы! Вы привыкли к такой жизни! Постоянно в дороге! Кочевать с места на место, не иметь своего дома! Нэйт так и пискнула на этом моменте. Гном чуть заметно вздрогнул и замер, изменившись в лице. В этот момент сердце испанки больно екнуло. Она мягко опустила ладонь на широкое плечо, чуть ее сжав. Будто успокаивая. - Извини, я не хотел, - поспешил оправдаться Бэггинс, осознав, что уж больно зарвался, и опустил глаза. - Нет, ты прав, - надрывной голос Бофура словно ножом врезался в сердце. Он оглянулся назад, к своим собратьям, - У нас нет своего дома, - падкая на эмоции девушка ощутила, как слезы подступили к глазам – настолько печальным показался ей взгляд гнома, - Я желаю тебе удачи, Бильбо, - заговорил он вновь, и прозвучало это очень искренне, - В Добрый путь, - и похлопал того по плечу. Хоббит посмотрел на Кастро, будто ожидал благословения в дорогу и от нее, но та не могла ничего сказать. И лишь кивнула, невесело улыбнувшись. Но тут на глаза сам собой напоролся кинжал, висящий на его поясе. Тонкая полоска голубого света сквозила из ножен: - Что это? – хором вопросили они с Бофуром. Бэггинс покосился на свой «меч», и в глазах его возопил самый настоящий ужас. Вслед за ним позади послышалось неясное шуршание и приглушенный скрежет, на которые девушка и гном мигом развернулись. Песок на полу пещеры стремительно сползал в какие-то щели. - Подъем! – воскликнул вдруг Дубощит, подскакивая на месте, но было уже поздно. Земля буквально исчезла из-под ног, и весь отряд провалился неизвестно куда! Отовсюду слышались крики и вопли гномов и хоббита, впрочем, и сама брюнетка не скупилась на звонкий визг. Сколько поворотов и крутых сходов было в этом треклятом тоннеле, в который они ухнули, можно было подсчитать по количеству набитых шишек, а их, наверняка, было уже с полсотни! Путники кувыркались в воздухе, прикладывались всеми частями тела о камни, и удивительно как все остались в живых после кульминационного падения в подобие огромной корзины. Нэйт с протяжным матом рухнула одной из последних, однако ее падение никто не смягчил – шлепнулась она прямиком на землю, приложившись об нее левым боком. Резкая боль пронзила руку, и потоки непотребств из уст ее стали много громче и богаче. Гномы тоже в долгу не остались – ругань на кхуздуле слышалась со всех сторон. Однако боль оказалась вмиг позабыта, когда из полумрака к ним выскочили какие-то полуголые горбатые уродцы! Они ржали и свистели, размахивая оружием, больше напоминающим металлолом, и из толпы спохватившийся гномов послышался восклик: - Гоблины! – и глаза девушки расширились от удивления и, чего таить, страха. Она зарыскала по земле в поисках меча, но тот, зараза, упал вместе с остальной поклажей слишком далеко, посему схватили ее одной из первых. Сопротивление отряда оказалось недолгим, что немудрено – какая, к черту, борьба, когда их по десятку на квадратный метр! Всех скрутили под руки и поволокли по хлипким подвесным мосточкам, которые того и гляди обвалятся! Кастро тихо ругалась, выворачиваясь из скользких грязных лап нечисти, к слову воняющей не лучше, чем выглядящей. Собственно, как и все это место, являвшее собой сеть огромных подземелий. И если недавно было до жути холодно – сейчас она просто задыхалась от духоты! С каждым пройденным мостом, опасно скрипевшим под ногами, гоблинов становилось все больше и больше. Девушка очумело разинула варежку, когда их выволокли в громадную пещеру. Повсюду были эти твари! Внизу, и даже на выступах в стенах. Они гадко визжали и гоготали, били по барабанам и еще куче каких-то железок, все эти звуки порождали собой подобие музыки – грубой и режущей уши. Наконец их вытолкали на деревянный помост, а в конце его… - Ну ни хрена ж, - пролепетала наша героиня, вылупившись на огромного жирного гоблина. Весь в отвратных бородавках, с большущим пузом и свисающим до него подбородком, он носил корону на голове и сидел на громадном троне, сжимая в корявой руке посох, пожалуй, в три ее роста. Испанка присмотрелась ко всей этой гадости и с ужасом осознала, что украшали ее…кости. Человеческие и не только. Гоблинов король затянул премерзкую песенку, он сполз со своего трона, давя собственных слуг и раскачиваясь из стороны в сторону, шатался по площадке, вроде как, танцуя, а в довершение всему закружился, вытянув посох увенчанный рогатым черепом, так, что всем пришлось нагибаться под ним, чтобы, не дай Бог, не прилетело по башке, и плюхнулся обратно на свое место. - Навязчивая, не правда ли? – поинтересовался он, - Эта песня моего собственного сочинения, - от него буквально веяло самодовольством. И смрадом. - Это не песня! Это издевательство! – воскликнул где-то позади Балин, на что жирдяй только гаденько ухмыльнулся. - Издевательство, надувательство, наплевательство – все это ждет вас здесь! - к его кривым ногам тут же бросили пожитки путников. Нэйт нахмурила брови, в надежде на то, что они не станут рыться в ее вещах. Ан, нет, как раз после короткого разбирательства о расе пришельцев, еще как зарылись, уроды. Хотя, ее рюкзак прихотливо оставили в сторонке, видимо, решили, что ничегошеньки ценного там нет. Зато в Нори разоблачили клептомана – целый мешок эльфийского барахла прихватил из Ривенделла. А потом вообще облапали! Девушка отмахивалась от ерзающих по телу лап, но куда там, когда их целая куча! Наконец их оставили в относительном покое, но и это продлилось недолго. Так и не добившись ответа на вопрос, кто они и откуда, король гоблинов решил прибегнуть к пыткам. От названий «чудо-машин» девушка невольно передернула плечами. К горлу подступил тошнотворный ком, который Нэйт с преогромным трудом проглотила, как и согнала темные пятна, забрезжившие перед глазами. Липкий пот покрыл спину, а колени противно подрагивали. Да, черт возьми, она боялась! Командир мельком оглядел напряженный женский профиль. Он успел узнать Нэйт достаточно, чтобы понять – сейчас ей страшно. Рука сама потянулась к ее ладони, чтобы хоть как-то успокоить, но девушка резко одернула ее, поморщившись, словно от навязчивой боли. Нутро пронзила почти физическая боль, будто в спину с размаху вогнали нож, а потом медленно его прокрутили. Дыхание неожиданно сперло, а шаткая надежда на ответ мгновенно обратилась в прах. - О, да у вас девчонка? – приторно сладеньким голосом пропел толстяк, и испанка вздрогнула от заскользившего по ней сального взгляда. Сразу захотелось слиться с местностью, спрятаться за чьей-нибудь спиной, но не тут-то было, - В сторону ее! – ржущие гоблины тут же схватили ее под руки и потащили прочь. Она отчаянно пыталась вырваться как никогда в жизни. Из груди рвался утробный рык, а тело налилось не только страхом, но и лютым гневом. Он застилал глаза, и она не видела, как взбунтовались гномы такому решению. - Не смей! – прогремел голос Дубощита, и отвратная музыка смолкла, как и гоблинские смешочки. Лицо их короля озарилось удивлением и злобной радостью, он поднял свою лапу, приказывая слугам остановиться. Нэйт вытолкали вровень с вышедшим вперед гномом: - Так-так-так, - прогнусавил он, гаденько улыбнувшись, - О, гляньте-ка, кто тут у нас! Торин, сын Траина, внук Трора! Король-под-Горой, - жирдяй выписал просто издевательски небрежный поклон, - Ой, я же забыл, что у вас больше нет никакой горы, и ты – не король! А значит, ты просто…ничтожество! – эти слова он буквально выплюнул, за что его отчаянно захотелось прикончить даже Кастро. Как он вообще смеет так говорить?! Она инстинктивно воззрела на Торина. От него веяло праведным гневом и силой, не смотря на невеликий рост и статус пленника. Взгляд его наверняка уже с десяток раз жестоко расправился с королем гоблинов. - Один мой знакомый хорошо заплатит за твою голову! – вновь заговорил он. Так вкрадчиво и глумливо, что по спине побежала свора мурашек, - Но только голову, ничего лишнего! Уверен, ты знаешь, о ком я говорю. О твоем старом враге. Бледный орк, верхом на белом варге. Неверие блеснуло на лице Торина: - Азог Осквернитель был уничтожен, - угрожающим тоном произнес он, глядя на своего оппонента из подлобья, а девушка судорожно вспоминала, где слышала это имя, - Убит в битве давным-давно! И тут ее осенило. Битва за Морию, где погиб Трор, а его сын бесследно пропал! Значит, эта бледная тварь осталась в живых? - Ты думаешь, его так легко убить? – толстяк рассмеялся в лицо подгорного короля, отвернулся от пленников, а затем вновь затянул нехитрую песенку, столь же отвратительную, что и предыдущая. А за спинами членов отряда уже доносился стук колес пыточных механизмов. Кастро нервно сглотнула, обернувшись. На деревянных конструкциях виднелись еще свежие пятна крови. Во второй раз подавив рвотный рефлекс, она отвернулась, стараясь не смотреть вообще ни на что. А тем временем гоблины продолжали осмотр вещей пленных. Взгляд сам собой напоролся на одного из них, он держал в лапах меч Торина. И стоило сдвинуть ножны, как он истошно завизжал наравне с собратьями, бросая оружие к ногам своего короля. Тот взревел пуще прежних, вскочив на свой трон: - Я знаю этот меч! Это рубящий гоблинов, это кусач! – возопил он. И девушка не успела толком вникнуть в сказанные слова, как на ее предводителя обрушился удар плетью! А затем еще и еще! И вдруг спину обожгло огнем, заставив рухнуть на колени, сокрушаясь под последовавшими ударами розг. Сквозь какофонию болезненных вскриков и своих, и отряда, за торжествующе гневными воплями гоблинов, она расслышала приказ убить всех…