Кот Блинчик

Сегодня переезд официально закончен. Все вещи разобраны, коробки выброшены, осталось только купить кое-что в кухню. Было бы здорово отпраздновать новоселье, но Чонгук никого кроме Юнги-хёна тут не знает. Он бы хотел пригласить его, но думает, что это будет странно. Они знакомы меньше недели и даже при том, что они уже знакомы, парень боится быть навязчивым. Поэтому, завязав кеды и нацепив на голову кепку, Чонгук выходит из квартиры и направляется в сторону ближайшего гипермаркета.

* * *

Он стоит у отдела с рисоварками слишком долго и никак не может понять, чем они отличаются. Одна дешевая, другая дорогая, но выглядят они все одинаково. К консультанту он подойти стесняется, всегда стеснялся, а в интернете отзывы у всех примерно одинаковые. Гук вздрагивает, когда в его бок упирается чья-то тележка. — Привет, мелкий. Чего завис? Ты здесь уже полчаса стоишь. — Хоть его слова и звучат насмешливо, сам Юнги не ухмыляется, смотрит заинтересованно, приподняв одну бровь. Уши Чонгука снова краснеют. И почему рядом с Юнги он превращается в неуверенного подростка? — Хочу купить рисоварку, но не знаю какая лучше. — Мин хмыкает, отодвигает свою телегу немного в сторону чтобы встать рядом с ним. Он какое-то время смотрит на рисоварки, его пальцы касаются губ слегка потирая. Привычка, наверное. Чонгук прослеживает его движения, сглатывая и приходит в себя, когда губы Юнги начинают шевелиться. — Если не хочешь сильно тратиться, то возьми эту, она неплохая, — он указывает на простую белую рисоварку, — но если планируешь в ней готовить что-то посложнее риса, то лучше взять вот эту. — Мин переводит палец указывая на черную рисоварку с металлическими вставками. Конечно стоит она дороже, но Гук любитель готовить насыщенную и разнообразную еду, так что он кивает и ставит коробку с техникой к себе в тележку. — Спасибо, хён. — Не за что. Тебе ещё что-нибудь нужно? — Эм, ну… — Не стесняйся, а то проторчишь здесь ещё столько же. — Мне нужно купить чайник и сковородку, но думаю что я с этим справлюсь, так что… — Пошли. — Юнги не дает ему закончить, разворачивает свою тележку, хватает чужую и уходит. Чонгук догоняет его и забирает свою, следуя за хёном. * * * Таким образом оставшуюся часть покупок они совершили вместе. Юнги предложил Чонгуку подвести его, так что до дома они ехали вместе говоря ни о чем. В этот раз лифт работал, так что они спокойно доехали до последнего этажа и разошлись на лестничной площадке. Уже стоя у своей квартиры, Чонгук разворачивается и выпаливает: — Хён, у меня сегодня закончен переезд, так что приходи на новоселье в качестве благодарности за помощь. — Он нервно перебирает пальцами, но смотря прямо на Юнги, ожидая ответа. — Хорошо, — пожав плечами, Мин улыбается и поворачивается обратно к своей двери, — я буду к восьми. — Хорошо. До встречи, хён. — Счастливый и взволнованный, Чонгук подхватывает пакеты и скрывается за дверью своей квартиры. * * * Бурлящую воду и шипящее масло сопровождает быстрый стук ножа о деревянную доску. Лёгкий взмах руки и овощи отправляются в кастрюлю. Глаза щиплет от лука, но Чонгук игнорирует слезы как настоящий мужчина и режет палец—тоже, наверно, как настоящий мужчина. Время близится к восьми, Чонгук нервничает. Все свои странные и внезапные чувства он вкладывает в еду, насилует бедную рисоварку и попутно накрывает на стол. Раздаётся трель домофона и парень испуганно подпрыгивает, начиная беспорядочно суетиться. Фартук летит на диван, Чон быстро подлетает к зеркалу чтобы пригладить волосы и бежит в прихожую. Первое, что он видит, когда открывает дверь—мордочка кота. — Не против, что он с нами? Прости, не люблю оставлять его одного и подумал что… — Все нормально, хён, проходи...те, — галантно предложил Гук. Юнги прошёл, опустил Блинчика на пол и разулся. Только тогда Чонгук заметил на том мягкий серый кардиган на пуговицах, делающий старшего более домашним, нежели его обычные толстовки. Задержав взгляд, Чон не сразу замечает ответный, продолжает смотреть на мягкий овал лица, щеки, нос, губы… Губы...которые что-то повторяют. Чонгук вздрагивает и переспрашивает. — Вкусно пахнет говорю, — Юнги все так же невозмутимо ставит кеды на обувную полочку вставляя ноги в предложенные тапочки. Блинчик терпеливо сидит рядом, ожидая хозяина. Только сейчас до Чонгука доходит: — А что он будет? Не думаю, что у меня найдется что-то подходящее… — спрашивает он, на что Юн достает из кармана пакетик с кормом, отвечая тем самым на вопрос. — А. Тогда...тогда я пожалуй приготовлю миску и может что-то ещё, — бормоча себе под нос уносится на кухню. * * * Уже сидя за столом, Мин наблюдал за тем, как младший суетится у плиты. Заманчивая картина. Блинчик умиротворенно лежал на коленях также наблюдая. Приятно, когда для тебя так стараются, но все же… — Чонгук, я не твоя мама чтобы ты так старался. Может сядешь? Тот оборачивается, выглядя виновато. Ребенок и есть ребенок, поэтому Юнги встает и ставит все блюда на стол. — Ого, твенчжан чигэ! Его очень сложно готовить, — комментирует Мин, — давай быстрей, засранец, я есть хочу. * * * — Уверен, что хочешь быть фотографом? — Вдруг задает вопрос Юнги. — А...ну да. А к чему ты это? — Чонгук с набитыми едой щеками недоуменно смотрит, чем вызывает короткий смешок. — Не думал о профессии повара? У тебя есть талант. "Ах вот оно что" — губ Чонгука касается благодарная улыбка, он проглатывает еду и выпрямляется. — Спасибо, хён. На самом деле, мне часто так говорят и правда люблю готовить, но фотографию я люблю больше. Юнги просто кивнул. Есть в нём что-то такое, до боли знакомое. Глаза. Они искрятся рвением и уверенностью, и даже неким безрассудством. С такими глазами, с таким взглядом он покидал собственный дом. Чонгук очень напоминает его же в старшей школе, но сейчас Юнги почти уже 29, он слишком стар для всего этого. Какое-то время они молча ели иногда вставляя пару слов, чтобы завязался диалог. Блинчик давно доел свой ужин, заботливо поставленный Чонгуком когда они сели за стол и теперь он мирно сопел у того на коленях. — Твоей девушке очень повезет, — вдруг выпалил старший и сам же испугался своих слов. — Что? — Гук был удивлен не меньше и лишь глупо таращился. — Ну знаешь, ты хорошо готовишь, хозяйственный… — "красивый" собирался сказать Юнги, но вовремя одернул себя — животные тебя любят. И тишина. — Прости, прозвучал очень… — но Чонгук перебил его. — Не думаю, что у меня когда нибудь появится девушка, хен, но спасибо за такой комплимент — неловкий смех, а до Юнги кажется дошло, но спрашивать было бы совсем не прилично. — Понимаю, — выдавил Юн. — Да…? — спросил Гук. Этот уже начал походить на вопрос с пристрастиями, что Мину вообще не нравилось, поэтому он резко встал собираясь уйти, но его остановил опрокинутый бокал и вино на собственных брюках. Ну конечно, конечно, мать вашу. * * * — Да- Чонгук, я напротив тебя живу, не нужно! — Снимай штаны, хён. Это хорошее вино, а у тебя светлые брюки, если их не застирать сейчас, то потом хрен выведешь. — Ладно, ладно, — вскинул руки Мин, сдаваясь под натиском мелкого, — Только давай я свои штаны сам сниму, хорошо? Только сейчас Чонгук заметил, что вцепился в штаны Мина в области талии и его щеки мгновенно налились румянцем. — Прости. Юнги начал стягивать брюки, вытащив перед этим кожаный ремень ранее скрытый под кардиганом. — Х-х-хен, ты что! — воскликнул Чон. — А что, никогда мужчин не видел? — уже без штанов, подбоченившись старший протянул тому штаны. Чонгук все пытался смотреть куда угодно, только не на голые ноги хёна, но глаза как будто сами к ним возвращались. Вопрос он благополучно проигнорировал. Что то заиграло в Юне, поэтому облокотившись рукой о стиральную машинку и чуть наклонившись, он произнес: — Или я тебя смущаю? Чонгук, застыл. Рука повисла в воздухе не успев нажать на кнопку запуска, также как и застыли мысли в его голове. — Хён! — возмутился Чон, — ты стоишь передо мной в трусах и тебе не стыдно!? Казалось, что Чонгук пытается скрыть смущение за возмущением. Точно ребёнок. Юнги не мог смотреть на него по другому, или, ему так казалось. — Не знаю такого слова. — Да всё ты знаешь! Я видел твои красные щеки как минимум два раза! — Брехня, это из за перепада температур, — чуть подумав Юн добавил, — зато твои красные щеки я вижу перманентно. — Ах ты- Чонгук начал щипать и щекотать Юнги в защиту своей чести, но тот даже бровью не повел. В какой-то момент обычная стирка превратилась в ребячество двух взрослых на полу в ванной. Они и не заметили, что за всем этим тихо наблюдал Блинчик, что-то подмечая и складывая в своей маленькой голове.