Эксперимент

Чьи-то смуглые руки, покрытые татуировками, грубо оттаскивают меня от дверей комнаты и с силой швыряют в самый дальний угол. Я ударяюсь коленями об пол. Ладони покрываются потом, кончики пальцев дрожат. Мне страшно, и я отчаянно кричу, пытаясь позвать на помощь. Напрасно. Мой голос эхом отскакивает от бетонных стен и растворяется в мрачной темноте безмолвной темницы. Здесь холодно. Очень холодно, а ещё пахнет сыростью. К одной из стен придвинута железная кровать, заваленная каким-то тряпьём, посередине хаотично расставлены несколько стульев. У самого потолка виднеется маленькое окошко, которое больше напоминает щель между камнями. – Ну, и ублюдок же ты, Люцифер! – звучит хриплый голос Дино, в нескольких метрах от моего уха. Я поворачиваю голову и пытаюсь встать, но те же грубые руки, не церемонясь, больно толкают меня в спину, заставляя оставаться на месте. Я фокусирую взгляд и нахожу его. Ангел лежит на каменном полу и тщательно отплёвывается, держась за рёбра. Левая часть его лица превратилась в кровавое месиво, а на белоснежной рубашке выступило несколько тёмно-красных пятен. Три высоких мускулистых демона продолжают наносить ему удары железными сапогами по спине и бокам. Видимо, в темноте его сразу сбили с ног, и он не успел защититься. – Я всегда знал, что драки с тобой не избежать, – продолжает он, прикрывая кулаками шею, – но думал, что мы сойдёмся один на один без твоих приспешников. – Значит, ты ошибался. – Из недр самого плохо освещённого места выдвигается плотная тень, которая по мере придвижения к Дино начинает принимать очертания человека, точнее, дьявола. Красные крылья, отточенная фигура, шея, покрытая татуировками. – Неужели я произвожу впечатление порядочного демона? – Это наше с тобой дело, – тяжело дыша, произносит Дино. – Больше ничьё. Вики не трогай. Ей не надо смотреть. Отпусти её. – А я так не думаю. – Люцифер обходит ангела по кругу, а затем вдруг хватает его за крылья и тянет на себя. Часть белых перьев загорается, становясь чёрными, как угли, а потом и вовсе обращается в прах. Дино сжимает челюсти до зубного скрежета – не изуродованная часть его лица остаётся каменной. – Молодец! – демон хлопает его по плечу и язвительно смеётся: – А если так? – и он прикладывает указательный палец к лицу ангела, удерживает его пару секунд на одном месте, а потом плавно ведёт по неразбитым участкам кожи. На лбу, щеках и подбородке тут же появляются черные пятна, от которых густым столбом валит дым. Дино вздрагивает, но по-прежнему продолжает лежать молча. – Боец! Даже не знаю, что и придумать. Может, вырвать крылья? – издевается хозяин темницы, – Одна непризнанная рассказывала мне, что это дико больно. – Остановись, – взмаливаюсь я. – Не надо, Люцифер! Будет война, если ты убьёшь его. – Серьёзно? – Демон играет бровями, криво ухмыльнувшись. – И ты думаешь, я испугаюсь слова «война»? Расскажи мне ещё про голод и мор. – Но равновесие пошатнётся, и… Скучающим жестом он отмахивается от меня и вновь наклоняется к Дино. Сердце в груди ускоряет свой бег, оно так сильно стучит о рёбра, словно хочет пробить грудину, выпрыгнуть на волю и оказаться там, на полу, рядом с моим любимым ангелом. Выхода нет, и я вскрикиваю, размазывая по лицу струящиеся вниз слёзы: – Я сделаю всё, что угодно. Пожалуйста, не трогай его! Стану демоном, стану, кем захочешь, только больше не мучай Дино. – Вики… – мой любимый поднимает голову и ведёт по полу рукой так, будто хочет погладить меня. – Это не твоя битва. – Всё, что угодно? – сын Сатаны наступает носком железного ботинка на пальцы Дино и задумчиво склоняет голову на бок. – Звучит многообещающе. А насчёт демона я даже не удивлён, после сегодняшнего мысль стать ангелом тебя навсегда покинет. – Не надо, Вики. Он не выпустит меня живым. – Приведите его в чувства, посадите на стул да привяжите покрепче, – командует Люцифер, подходя ко мне и помогая подняться. – Ну, что ж. Значит, вы сегодня ходили в кино, а твой ангелочек, оказывается, любитель оперы. А я, знаешь ли, уважаю театр. Демон прикладывает ладонь к моей щеке и медленно ведёт ею по подбородку. Его рука горячее огня, он и есть огонь, хотя и не оставляет на моей коже ожогов. Они в сердце. Все до одного. Двое его помощников в это время усаживают Дино на стул и выливают на его голову ведро ледяной воды. Несколько холодных брызг долетают и до меня. Третий почти заботливо убирает мокрые волосы с окровавленного лба и привязывает его руки и ноги к ножкам стула. – Мой отец любит ставить эксперименты, а мне нравится смотреть представления, это гораздо интереснее, чем просто сбивать людей с пути истинного. Цирк, театр, гимнастку, комнату ужаса, – и сын Сатаны поднимает руки, со смехом изображая графа Дракулу. – Ты никогда не хотела быть актрисой, а, Вики? – Нет, – коротко говорю я. Люцифер обходит меня сзади и неожиданно хватает в руки один из стульев, осёдлывает его, словно коня, а после придвигает к Дино. – Вышли все, – по-деловому говорит он своим приспешникам и нарочито щёлкает пальцами. – Это зрелище только для меня и моего приятеля. Когда ещё сын учителя увидит такое зрелище вживую. Разве только во сне. Демоны низшего уровня исчезают – мы остаёмся втроём. Сын Сатаны смотрит на меня, я не свожу глаз с Дино. Он по-прежнему мотает головой и силится что-то сказать, но кляп, плотно воткнутый в его рот, позволяет издавать только хриплые звуки. Складывается ощущение, что он уже разгадал мысли своего врага, а вот я по-прежнему не понимаю, как мне придётся выслуживаться перед этим подонком. – Раздевайся, – вдруг говорит демон, облокотившись руками на спинку стула. – Что? – Снимай блузку, – хохочет он. – Только медленно. Я с ужасом хватаю ртом воздух. Рука замирает где-то у шеи. В глазах темнеет, но я по-прежнему вижу Дино, привязанного к стулу и отрицательно покачивающего подбородком. В его решительном взгляде, как и раньше, без труда читается слово «Нет!» – Ну же детка! – подзадоривает меня Люцифер. – Ты вроде говорила: «Всё, что угодно», а сдулась на расстёгивании блузки. Я вновь гляжу на Дино, пальцы сына Сатаны тянутся к его крыльям. В груди холодеет, ткань с боков под рукавами становится мокрой насквозь. Он или я? Он или я? Он или я… И я делаю свой выбор… коснувшись россыпи пуговиц на блузке. – Умница! А теперь бюстгальтер! – командует мой мучитель. Дино впервые издаёт стон, но я больше не смотрю на него, заводя за спину руки и убирая крючки из петель. – Классная грудь! – демон встаёт со стула и хищно накрывает мои соски ладонями. – Одобряю, дружище, – смеётся он. – Как раз в руки вошла. Моё сердце падает вниз, я почти ничего не чувствую, мечтая, чтобы наши с Дино пытки закончились побыстрее, но Демон словно специально тянет время. – Теперь юбку. Эх, жаль нельзя включить музыку. Я стягиваю юбку и кидаю её к остальным вещам. Люцифер вновь обходит меня кругом, тянет за лямку трусиков и рвёт их пополам. – А задница у неё ещё лучше, Дино. Прям огонь. Одобряю твой вкус. Нет, ты открой глаза. такую красоту надо видеть. Впрочем, тебе, наверное, уже надоело? А ты чего стоишь? – лениво обращается он ко мне. – Иди на кровать и раздвигай ноги. Сколько уже можно ждать? – Пусть он не смотрит, – умоляю я. – Делай со мной, что считаешь нужным, но отпусти его. – Нет, детка, мы не можем себе позволить лишиться такого ценного зрителя. Ему придётся смотреть и слушать, как ты стонешь в моих объятиях. Сделав глубокий вдох, я ложусь на кровать и зажимаю уши руками: не хочу и не могу слушать хрипы Дино. Мы не выдержим этого… Губы Люцифера накрывают мои. Он целует жадно и даже больно, прикусывает мою нижнюю губу, проталкивает в рот язык. Я не отвечаю ему. Пусть знает, что сегодня под ним лежит мраморная кукла. Красивая, послушная, но холодная. Его пальцы скользят по моей груди вниз, обжигая, он щекотит внутреннюю поверхность моих бёдер, а затем погружает внутрь меня палец. Не сдержавшись, я вскрикиваю от боли. Люцифер разряжает комнату саркастическим хохотом, но палец убирает. – Поверить не могу, Дино, – издевательски тянет он, – Ты даже трахнуть её не смог. И что отец нашёл в тебе? Его голос звучит как гром ранней весной. На всякий случай я зажмуриваю глаза. Скоро последует ещё одна порция боли, намного сильнее первой, но к ней я буду готова. Больше он не услышит от меня ни криков, ни мольбы о помощи. Однако боль не наступает, и только холод сковывает тело. Какая-то гладкая, приятная на ощупь материя касается обнажённой кожи. Дверь хлопает, и воцаряется тишина. Никто не смеётся. Дино больше не истязают, меня не пытаются изнасиловать. И я позволяю себе разлепить веки. Люцифер ушёл. Кроме меня и Дино больше никого нет в комнате. Закутавшись в кусок ткани, которая оказывается покрывалом, я бросаюсь к своему ангелу. Его глаза закрыты, голова прижата к груди. Дыхание слабое, но он жив, а это самое главное. – Надо выбираться отсюда, Давай, – шепчу я, развязывая его верёвки. – Здесь нельзя оставаться. – Я трясу его плечи, пытаясь привести в чувства, но Дино молчит. Я умоляю его опереться на моё плечо, заклинаю идти всеми силами ада и рая, и только после всех упрёков и причитаний его пальцы находят мои. – Я убью его, Вики, вырву его крылья собственными руками и сброшу с небес, – шепчет он, вцепившись в край моего одеяния. – Ангел не может убить, – кричу я. – Давай просто уйдём. – Ты права. Ангел не может… Он поднимает голову, и я в ужасе отвожу взгляд. Небесно-голубая радужка любимых глаз окрасилась в красный цвет, став похожей на кровь, засохшую на его рубашке. «Сегодня я не прикоснулся к тебе, непризнанная, – звучит набатом в ушах голос Люцифера, – но придёт день, и ты отдашься мне сама…»