***
Частые лучики солнца пробивались в комнату, в которой мирно сопела Ваня. Тепло окутывало постель, свет ложился на подушки и одеяло. От того, что стало слишком светло, девочка нервно поморщилась и с трудом открыла глаза. Карие зрачки быстро заметались, осматривая место. Глаза расширились, а сама Ваня с трудом подняла свое тело с мягкой постели. Потерев глаза кулаком, девочка поняла где она находится. Как ошпаренная током, Ваня вскочила с постели, все еще не веря в то, что она спала в кровати Пятого.
— «О черт... Сколько время?» — Пронеслось в сознании девочки и та мимолетно глянула на часы. Потом, задержав на них свой взгляд, Ваня пыталась разбудить свой разум, что бы осознанно понять, сколько время. 9:30. Стоп! — «Пол 10?!» — Сердце заколотилось с бешеной скоростью. — " Не может быть! Я проспала завтрак!» — К глазам подступили горячие слезы, но Ваня быстро поняла, что вот-вот заплачет, поэтому подняла голову наверх и быстро успокоилась. Нервная система девушки давала сбой, поэтому ей нужно было больше отдыхать.
— Почему меня никто не разбудил? Почему Пятого нет в комнате? Почему я осталась у него вчера, а не ушла к себе? — В голове крутились множество вопросов, на которое было так трудно дать ответы. Решив не медлить, Ваня обула свои тапочки и выглянула за дверь. Ни души, лишь слабый голос Грейс звучал на 1 этаже. — «Все на задании? Я надеюсь… Не хочу, что бы кто-то видел, что я выхожу из комнаты Пятого.» — Засмущалась девочка, но после сразу выбросила из головы такие мысли. Ваня заглянула в открытую дверь, которая вела в комнату Бэна и Клауса. Их не было на месте. — «Значит точно на задании.» — Седьмая повеселела и немного закружилась. Она помнила, что произошло вчера вечером.
-… Пятый? — Услышал мальчик из его двери. Голос был тихим и девчачьим. Это была точно не Эллисон, и он это почувствовал. Он скучал по этому голосу. Скучал по родному звучанию этого голоса. Пятый сразу понял, что это Ваня.
— Ваня? — Сказал тот без волнения в голосе. Хотя, оно было, но мальчик из-за всех сил подавлял его.
— Извини, если ты спишь, я подойду утром. — Ваня поправила свою челку. Ее рука коснулась лица, и ладони сразу стали мокрыми.
— Нет, нет! Я не сплю. — Пятый резко повернулся и встал с кровати.
Улыбка расплылась на лице Вани. На душе стало спокойней, а в голову пробралась мысль, от которой стало смешно. — «Надеюсь, он не спал со мной в одной кровати!» — Засмеялась девочка, но успокоилась так же быстро, как и начала смеяться. Она решила спустится к маме, чтобы та ее покормила. Все-таки, завтрак должен быть, хоть и поздний. Но перед этим, девочка решила переодеться, чтобы Грэйс не поняла, что Ваня проспала. Может, Седьмая просто решила нарочно пропустить завтрак. Быстро забежав в свою комнату, Ваня накинула школьную форму, которая как всегда была опрятно сложена на ее стуле, а ботинки всегда были чистыми и стояли под стулом.
Но девочке так и не удалось поесть. Как только Ваня ступила на порожек лестницы и спустилась на небольшое расстояние, она посмотрела вдаль, где находился коридор. Там стоял отец с Академией. Он нервно ругался на них, а Ваня лишь молча наблюдала за этим. Она высматривала лица ее братьев и сестры. Лютер, как всегда, обиженно смотрел на отца, Диего то и дело цокал, да закатывал глаза. Эллисон виновато опустила голову. Клаусу, кажется, было все равно на крики отца. Бен внимательно выслушивал сэра Рэджинальда и иногда кивал. Немного помедлив, Ваня посмотрела в сторону Пятого. Ее щеки залились румянцем, а сердце предательски сильно забилось. Ноги не слушались, поэтому Ваня на всякий случай покрепче прижалась к перилам. Вот он, Пятый,
ее брат. Он явно нервничал, поэтому часто закусывал нижнюю губу и его брови то поднимались, то опускались. Ване стало не по себе. Почему он волнуется? Девочка покачала головой, рассеивая все мысли. Она боялась того, что скажет ей отец, ведь она опоздала на завтрак. Ваня призадумалась, но быстро вернулась в реальность и посмотрела вниз, в коридор. Все начали расходится, поэтому девочка тоже захотела скрыться с поля зрения. Но ее кто-то окликнул.
— Номер Семь! — Прозвучал строгий мужской голос. Ваня послушно повернулась и спустилась с лестницы. Точнее, она даже не управляла собой, ноги сами вели ее к отцу. — Ты опоздала на завтрак, надеюсь, у тебя была уважительная причина этого поступка. Хочу верить, что такого больше не повторится. — Сердитые, но такие измученные глаза отца смотрели прямо в душу девочки. Ваня громко сглотнула, а после несколько раз кивнула, подтверждая слова сэра Реджинальда. Тот выпрямился и направился в другую сторону, оставляя девочку одну. Седьмая буквально побежала на кухню, где готовила Грейс. Но что-то остановило ее и взяло за руку.
— Эй! Какого...? — Ваня постаралась убрать ладонь, но увидев, что это была Эллисон, успокоилась. — Куда ты меня ведешь? — Но после этих слов, Ваня успокоилась и поняла, что сестра просто ведет ее к себе в комнату. И вот, когда девочки перешагнули порог комнаты Эллисон, та отпустила руку сестры, давая ей отойти. Седьмая нервно потерла свою кисть, все еще смотря на Эллисон. — Зачем ты меня сюда привела?
Ваня стреляла глазами сестру, пока та не начала говорить. — Ваня, я хочу поговорить. — Третья присела, постукивая ладошкой на кровать, чтобы сестра села рядом с ней. Ваня глубоко вздохнула, потому что поняла о чем будет разговор. Но она послушно села на кровать, ожидая слов Эллисон.
— Я, как сестра, хочу тебя предупредить и отгородить от глупостей. Все-таки, я сама попала в такую ситуацию, и знаю как тебе может быть не просто. — Начала Эллисон, смотря на Ваню. — Поверь, уже все в Академии подозревают о тебе и о
Пятом. Я видела, как ты спала в его комнате. Он, кстати, очень разозлился, когда увидел меня в дверном проёме.
Эти слова ножом отразились на сердце Вани. Она не до конца понимала, что чувствует к мальчику. Принимает она его как брата, друга... или что-то больше? Ваня никогда не чувствовала такого ни к кому из Академии и ее это пугало. Это что-то запретное? Так нельзя! И Седьмая это понимала, но никогда не думала об этом в глубоком смысле. Вчера ей стало настолько
плохо, что хотелось кричать. И один Пятый смог ее успокоить. Успокоить бушующие чувства.
— Я хочу предупредить тебя. Ваня, послушай. — Эллисон взяла ладонь сестры в свои руки. — Я не осуждаю тебя, это нормально. Но… — Третья закрыла глаза и громко вздохнула. Видимо, она искала подходящие слова. — Слушай себя и свое сердце. Не бойся эмоций.
Ваня отдернула руку, словно ее что-то обожгло. В душе бушевали эмоции. Девочка начала невольно дрожать, а в горле образовался ком из подступающих слез. Безысходность ситуации ее пугала.
Ваня была слишком слабой. Она заплакала.
Эллисон невольно улыбнулась, по-доброму. Она потянулась в объятия сестры, и Ваня была не против. Она еще сильней заплакала, пытаясь освободить свои эмоции. — Я не могу так! Я не знаю! Не знаю… — Повторяла сквозь слезы Ваня. В комнате становилось напряженней. Стол и тумбочки начали дрожать, шторки на окнах задергались, будто от ветра. Но его не было. Чем ближе прижималась Ваня к Эллисон, тем больше дрожали вещи в комнате. Эллисон насторожилась. Голос Вани становился глубже, и пробирался в мозг, что очень не нравилось. Поэтому, Третья захотела отпустить сестру, Ваня легко поддалась. А после, из горла Вани выдались громкие слова — "Я не знаю!" — Они эхом отразились в комнате, а после зеркало на туалетном столике Эллисон треснуло. Ваня глубоко выдохнула, а Эллисон закричала. Девочки помолчали долгие несколько минуты, пока в дверном проеме не увидели голубой свет. Из него вышел Пятый, осматривая комнату. Он сразу заметил Эллисон, а за ней заплаканную Ваню.
Сердце Вани готово было остановится в тот момент. Она только что плакала от безысходности своих чувств, а теперь появился тот, из-за чего все это и началось.
— Глубоко извиняюсь. Не помешал? — Ехидно улыбнулся Пятый, но заметив
опять грустное выражение лица Вани, тот сразу помрачнел и застыл на месте.
— Нет, все в порядке, мы с Ваней уже договорили. Можешь идти. — Третья улыбнулась, повернувшись к сестре, а после и к брату. — Пятый, проводишь ее?
— Конечно, с радостью. — Пятый подошел к Ване, протянув ей руку. Тогда девочка была готова провалиться сквозь землю. Посмотрев в глаза Пятого, которые горели энтузиазмом, щеки Вани буквально загорелись всеми оттенками красного цвета. Пятый это заметил и невольно улыбнулся. Сестра протянула свою ладонь, а Пятый взял ее в свою руку и поспешно удалился из комнаты Эллисон, ведя Ваню прямиком к лестнице на второй этаж. Повисла неловкая тишина, но она продлилась ровно до того момента, как Пятый подошел к комнате Вани. Тогда, мальчик сильнее сжал ладонь сестры.
— Скажи, Ваня... Ты тоже чувствуешь это? — Пятый не мог правильно изложить свою мысль, но он постарался доложить все четко. Его глаза растерянно посмотрели в глаза сестры. — Я слышал, о чем ты говорила с Эллисон. И я видел, как лопнуло стекло после твоих слов.
— Пятый... Я сама не понимаю, что происходит, правда. И я думаю, пойму еще не скоро. Ты думаешь, у нас все, как у Лютера и Эллисон? — Ваня немного засмущалась, она даже не подозревала, что когда-то скажет такие слова.
— Нет, не как у них. — Пятый поморщился от упоминания их имен. — У них все сразу было понятно, и у них... все... как-то слишком быстро. Эти поцелуи, взгляды каждый раз. — Брови мальчика нахмурились. — У нас не так. Мы разные, мы отличаемся от них.
— Чем? — Ваня посмотрела на свои ботинки, которые размером были в полтора раза меньше, чем у ее брата. Но они ничем не отличались, только размером.
— Тем, что у нас все начинается с дружбы. И все будет не сразу. Но будет. — Тут уже покраснел Пятый, но Ваня тоже была шокирована такими словами, поэтому тоже засмущалась. Сердце колотилось, готово было выпрыгнуть из груди в тот момент. И мальчик чувствовал тоже самое.
Седьмая посмотрела на Пятого, а потом обняла его, поднявшись на носочки и положив голову на его плечо. Пятый тоже обнял ее, сомкнув руки на ее спине в замок. В нос попал легкий и приятный запах Вани, такой уютный и теплый аромат ее духов.
И в тот момент все эмоции слились в одни. Их общие, но не похожие ни какие, которые каждый чувствовал до этого момента. Это только начало, начало всего самого хорошего.
