Мат на мате

Поперечный любил собираться в узком кругу, состоящем из самых близких друзей: вместе ходить по лучшим барам, угощаться любимой выпивкой, проводить время с людьми, которых он хорошо знает. Каждый раз внутри него томилось ощущение неподдельной радости от предстоящего кутежа. Но желание быть в центре всеобщего внимания, чувствовалось более отчётливо. С этими мыслями, Данила стоял у порога квартиры, в распахнутой ветровке, небрежно накинутой на плечи. Прислонившись к стене, Спун незаинтересованным взглядом наблюдал за поведением остальных. Совершая череду торопливых действий, парни с удовольствием пользовались данным им временем на подготовку. Пока Старый вызывал такси, а компания суетливо металась по комнатам, Поперечный терпеливо ожидал своего выхода, стоя в стороне. -Нам две машины брать? — крикнул Андрей куда-то в потолок, ненадолго отрываясь от телефона. -Конечно две! Как ты в одну машину шесть человек запихнёшь? — послышался разгорячённый голос Юрца. Скрипач с нетерпением, подгонял всех вокруг наматывая круги по квартире, не обходя вниманием Старого, в этот раз отвечающего за транспорт. Вызов сразу двух машин влетал пацанам в копеечку, учитывая грандиозные планы на сегодняшний вечер, но раздувать из этого проблему никто не собирался. Усачев тоже был наблюдателем. Он не сводил с Поперечного глаз, аккуратно снимая с крючка замшевую куртку. Надев её, брюнет тут же сунул руки в узкие карманы и медленными шагами пересёк некоторое расстояние, пристраиваясь рядом с Данилой. -Ты бы ещё подумал, — вполголоса произнёс Усачев, — пять штук всё-таки. Прислушавшись к негромкому лепету рядом, рыжий быстро вскинул на Руслана прищуренный взгляд. Мысленно Спун уже спроецировал их с Усачевым диалог, придумывая достойную колкость в ответ, однако начать решил с чего-то попроще: -На что ты намекаешь? Что-то может пойти не так? -У тебя же не получится, — сказал брюнет, расплываясь в самодовольной улыбке, и намеренно растягивая предложения, — я конечно, могу на тебе подзаработать, но как-то нечестно получается. Уловив саркастические нотки в голосе Усачева, Спун воспринял это как вызов. Рыжий, отвёл Руслана в угол кухни, подальше ото всех, прежде чем вступить в полемику: -Хорошо, Усачев, а знаешь, что я могу? — Поперечный задал вопрос, не требующий ответа, неотрывно наблюдая за реакцией друга. Брюнет в наивном ожидании услышать продолжение данной мысли, наклонил голову, приподнимая брови. -Послать тебя нахуй! — со звучным смехом выпалил Спун, кардинально меняясь в лице, — А ты… АХ ДА! Ты, Руслан, не можешь! Потому что если хоть одно бранное словечко упадёт с твоих губ, ты в один момент проебёшь пять тысяч! — чеканная интонация, которую Поперечный частенько использовал, придавала словам вес. -Но, раз уж тебе так неймётся, давай! Прям здесь и сейчас, скажи какой я конченный долбаёб, и дело закрыто! — Даня развёл руками и, смотря Руслану прямо в глаза, проявил на лице дьявольскую улыбку. Смиренно выслушав шквал насмешек, Усачев раздражённо отвёл взгляд в сторону, сжимая кулаки. От слов рыжего, внутри Руслана зашевелилось чувство дикой злобы на друга, неконтролируемой и просящейся наружу. Их со Спуном отношения всегда были непростыми, но сегодня над ними нависло, что-то поистине тёмное и неестественное. Это чувствовали они оба. Затянувшуюся паузу между парочкой разорвал Эл: -Пацаны, вы едете или нет? Там таксист только вас ждёт, — без всяких эмоций произнёс Джарахов, стоя в дверном проёме. Руслан и Даня почти синхронно повернули головы в его сторону. Не прошло и пары минут, как квартира опустела; парни, быстро похватав свои куртки, уже ждали их двоих на улице. Поперечный, вбросив быстрое «Да-да, уже идём», снова взглянул на Усачева: -Ну что, Шерлок, в игру? -Как ты меня бесишь — сил нет, — процедил брюнет сквозь обнажённые зубы. -А я вот тобой очень дорожу, — с поддельной искренностью сказал рыжий, выходя из квартиры и продолжая уже на лестничной площадке, — столько бабла на тебе заработаю. «Вы где были, блять?!» — первое, что услышали парни, неспешно выходя на улицу. У тротуара, словно две царские кареты, стоял их престижный транспорт. Быстро разделившись на группы, ребята расселись по двум абсолютно идентичным машинам: Эльдар, Руслан и Даня — в одну, Юра, Ильич и Старый — в другую. Двери хлопнули, и обе кареты двинулись с места. Поездка шла абсолютно спокойно. Удобно устроившись на переднем сидении, Спун с улыбкой рассматривал вечернее небо над Питером, манящее своей томной глубиной. Ещё сильнее Даня улыбался когда, прислушивался к разговору на задних сиденьях. Джарахов, периодически отрываясь от телефона, поворачивался к Руслану с одной и той же невинной просьбой: -Руслан, скажи «хуй»! -Браво, — с кратким смешком произнёс Усачев, после чего добавил, — Эл, этот приём больше не работает, остановись. Украдкой поглядывая на Руслана через зеркало заднего вида, Поперечный неосознанно испытывал чувство умиления; вдумчивые голубые глаза блестели в свете из окна машины, пальцы его рук, переплетаясь друг с другом, выдавая привычные щелчки. Брюнет витал в облаках, устремив рассеянный взгляд в окно, думая о чём-то своём. Спун наблюдал за парнем через небольшое зеркальце, не решаясь оторваться. Обе машины притормозили примерно в одном месте, в одно время. Атмосфера на улице изменилась в полной мере: небо потемнело, медленно приобретая бардовый окрас, ветер задул холоднее и тоскливее, а фонари в один миг озарили своим светом всё вокруг, вдыхая в мрачнеющий город жизнь. Порывы прохладного воздуха, пахнущего городским простором, ударили в лицо, от чего Усачев непроизвольно прикрыл глаза, вслушиваясь в бесчисленные звуки оживлённой улицы. Таксист высадил их неподалёку; до знакомого бара оставалось пару минут ходьбы. Вновь собравшись вместе, шумной компанией они двинулись по аллее, прилегающей к большому количеству дешёвых магазинов и забегаловок. Парни шагали по вечернему Петербургу, в рое светящихся огней и отблесков от вывесок, мерцающих во все стороны. Сердце Руслана, то стучало в такт музыке, глухо доносящейся из окон проезжающих машин, то восторженно уходило в пятки. Факторов, что могли повлечь за собой такую внеземную радость, не было. Были лишь люди, идущие рядом. Компания шла торопливыми широкими шагами, Руслан же не хотел никуда спешить. Слегка нагнув голову, Усачев смотрел, как носки его туфель с каждым шагом звонко ударяются о брусчатку. Вновь погружённый в размышления, брюнет отстранился от группы. -Эй, ты где вообще? — Поперечный окликнул Руслана, заметив, как тот пристально пялится на свои ботинки. -Да, я здесь… — неуверенно ответил брюнет. -Голос у тебя какой-то странный. Усачев посмотрел на Данилу, не скрывая собственного удивления. Чтобы Поперечный заметил такую мелочь, как изменившийся голос — явление по-своему уникальное. Руслан поначалу не знал, как отреагировать на такое наблюдение со стороны друга. -Тебя это беспокоит? — настороженно спросил брюнет после недолгого молчания, невзначай потирая замёрзшие пальцы рук. -Нет. А тебя? Ничего не беспокоит? — рыжий задал сразу несколько встречных вопросов, смотря куда-то вдаль чётко перед собой, словно разговаривая с кем то другим. -Я в порядке, спасибо, — скромно произнёс Руслан, ища в словах друга скрытый мотив. Поперечный убрал с глаз волосы, растрёпанные ветром во все стороны, наконец почтив друга взглядом в его сторону. Уголки его губ кратко приподнялись и тут же смущённо опустились. Рыжий придвинулся ближе, и непринуждённо сказал: -Возьму тебе что-нибудь, когда зайдём. Хлопнув друга по плечу, Спун быстро отдалился от брюнета. Усачев, наоборот замедлив шаг, ещё раз обдумал этот краткий диалог, провожая Даню недоумевающим взглядом в спину. Невольно прокручивая в голове каждое сказанное слово, Руслан в то же время думал о том, как перестать это делать. Анализирование каждого его разговора с Поперечным, в какой-то момент стало для брюнета обычным делом. Задумчиво прикусив губу, Усачев сошёлся в мыслях на том, что мир между ним и Спуном был временно восстановлен, и, заметив вдалеке знакомое заведение, ускорился, быстро догоняя остальных.