Несбывшееся

      Геральд был готов поклясться, что еще несколько ударов сердца, и кровь пойдет у него из ушей — настолько сильным было давление в висках, нарастая с каждым сжиманием беспокойного органа. Кровь бешено пульсировала, вены сквозь кожу проступили особенно явно. Мужчина стремительно шел, нет — практически летел, по коридорам, разгоняя встревоженно перешептывающихся учеников школы. Один взгляд его горящих глаз пугал, заставляя ангелов и демонов прижимать крылья, а Непризнанных — в испуге отворачиваться. Мужчине было плевать, мыслями он был не здесь. Единственное, чего ему хотелось, так это быстрее оказаться в лазарете и своими глазами все увидеть.       Понять, что ядовитые слухи ошибочны.       Удостовериться, что с ней все в порядке, а потом лично вырвать болтунам их грязные языки.       Увидеть её чуть виноватую улыбку и лукаво сверкающие глаза, говорящие о том, что с ней все хорошо, несмотря на всевозможные собранные неприятности.       Распахивая заветную дверь, Геральд влетел в просторное помещение, в котором в ряд были выставлены больничные койки. Но столпотворение было лишь у одной, что находилась в самом конце лазарета. Сердце зашлось в бешеном танце, подобно набату. Еще немного, и разорвется. Медленно прикрыв за собой дверь, Геральд двинулся вглубь помещения, не сводя горящего взгляда с толпы преподавателей и медика.       Все началось с сорванной лекции. Утро ничем не предвещало беды: Геральд по обыкновению проводил семинар у демонов, заслушивая их доклады по классификации адских существ, украдкой зевая в ладонь и мысленно считая минуты до конца пары. И пусть мысли его рассеяно крутились вокруг совсем других вещей, он продолжал одергивать нерадивых учеников, которые бездумно скатали материал с ненужных источников, надеясь, что преподаватель не заметит околесицы. И только суета в коридоре отвлекла его от очередного разноса.       Раздраженно выйдя в коридор, чтобы потрясти стены школы своим окриком, он наткнулся на группу испуганных учащихся, которые взволнованно носились по коридорам. Вслед за ними мимо пробежала пара преподавателей, скрывшись в коридоре, ведущем к лазарету. Тревожные догадки тут же пронзили Геральда и он цепко выловил пробегающего мимо Непризанного, схватив того за крыло. Испуганный мальчишка сжался, завидев преподавателя.       — Что произошло?! Говори живо!       — Т-третья ж-жертва, — заикаясь, выдавил он. — Непризнанная. Уо…       Геральд оттолкнул мальчика и тут же вылетел из кабинета, устремившись вслед за коллегами. Он редко читал молитвы, но сейчас взывал к Шепфа, лишь бы та, о ком он думал, была в безопасности.       И вот сейчас, словно медленно надвигающаяся гроза, несущая в себе явную угрозу, он двигался к пострадавшему Непризнанному. Мисселина первая заметила его. Подняв глаза, полные слез, она засеменила к мужчине, останавливая его касанием бледных ладоней. Она не была осведомлена тайной Геральда, но на инстинктивном уровне почувствовала угрозу, которая исходила от него. Клокочущая ярость, страх, проблески надежды и абсолютная сила, что была готова сорваться с цепи. Пока эту бурю сдерживал сам Геральд, крепко ухватившись за вожжи своей силы воли. Но с каждым новым шагом его хватка слабела…       — Геральд, тебе лучше уйти… — едва слышно прошептала Мисселина, умоляюще вглядываясь в онемевшее лицо мужчины.       Демон уже не слышал её: он, растолкав сборище ангелов и демонов, смотрел на распростертое перед ним тело молодой девушки. Белая кожа, лишенная румянца, темные, спутанные волосы, онемевшие конечности, медленно твердеющие. Закрытые глаза с синеющими тенями под веками, голубые, просвечивающиеся вены… И огромный порез на тонкой шее, с рваными краями и запекшейся кровью, которую еще не успели смыть заботливые руки медсестры.       Геральд закрыл глаза, медленно вдыхая разом сгустевший воздух. До побеления сжав кулаки, он развернулся к присутствующим в лазарете. С каждой секундой его взгляд все больше темнел и терял осознанность, вены на висках проступали четче.       — Пошли вон отсюда, — едва слышно выдохнул он.       — Геральд, в чем де… — нахмурившись, начал было Фенцио, недоуменно разглядывая коллегу.       — Вон! Живо! — взревел мужчина, распахивая черные от ярости глаза. Разогревшийся воздух опалил всех присутствующих, волна демонической силы прошлась по телам, раскаленной волной достигая костей. Ангелы болезненно вскрикнули, демоны поморщились. Фенцио, прикрыв собой Мисселину, торопливо увел всех, с беспокойством оглядывая Геральда, запоздало понимая. Тот развернулся к ним спиной, опустив голову.       Один. Мужчина медленно наклоняется к лежащей на кровати Вики.       Два. Осторожно, практически нежно, он пропускает руку под ее голову, медленно приподнимая, садясь рядом.       Три. Звук, одновременно напоминающий скулеж и рев, вырывается из его горла, когда Геральд прижимает безвольное тело к себе, медленно раскачиваясь.       Он не понимает, как допустил это. Вики, казалось, была в наибольшей безопасности с ним. Еще раним утром, украдкой прогоняя её из своей комнаты, он, словно юный мальчишка, своровал у неё поцелуй и обещание быть осторожной. Беззаботная Вики, смеясь, искренне недоумевала, что же ей может угрожать, когда рядом с ней был такой сильный и надежный, словно адские стены, Геральд.       Мужчина касался темных волос, убирая их девичьего лица, вглядываясь в нежные черты. Тонкая носогубная складка от частых улыбок, тень от длинных ресниц, полные, побелевшие губы. Взгляд падает ниже, избегая страшного пореза на шее, на скрюченные пальцы, тонкие запястья. Боль и сожаление, чувство ужасающей утраты переполняют его. Никогда в жизни Геральд не испытывал такого горя. Крепче сжимая Вики в объятьях, Геральд утыкается лицом в её худое плечо, чувствуя выступающую ключицу, где раньше с силой билась жилка и чувствуя влагу от крови. А подняв измученное лицо, натыкается на осмысленный взгляд синих глаз, полных упрека.       Геральд просыпается в собственной кровати, среди смятого одеяла и перекрученных простыней. Их ткань влажная, сам мужчина — липкий от пота. Сердце заходится диким боем. Мужчина горбится, прижимая ладонь к груди, словно пальцами стараясь унять бешеный стук. Несколько секунд уходит на то, чтобы выровнять дыхание и с опаской взглянуть в сторону, чуть опустив левое крыло.       В лунном свете четко виден образ его комнаты, тени причудливо падают друг на друга. Мирно спящая девушка лежит рядом, повернувшись к нему спиной. Её узкие крылья расслабленно сложены на спине. Из заплетенных на ночь волос выбилось несколько непослушных прядей. Геральд облегченно выдыхает, не в силах сдержать улыбку, пусть обрывки страшного сна еще стоят перед глазами. Последние дни были слишком напряженными и, видимо, скопленные за день утомление и переживания сказываются ночью, выливаясь в кошмары с участием Вики.       Мужчине не хотелось разбираться в своих переживаниях, он лишь знал, что видеть Вики убитой на своих руках и знать, что он допустил это, никак не помешав её убийце — не хотел ни во снах, ни, упаси Шепфа, в жизни. И каждый раз он клялся себе в том, что сам костьми ляжет, но сделает все, лишь бы она была в безопасности.       Все еще подрагивая от облегчения и пережитого страха, он медленно сжимает плечо Вики, говоря с легкой улыбкой, совсем не тревожась, что будит её.       — Ты даже не представляешь, насколько сильно заставляешь меня переживать, Уокер. Даже во сне, — сказано это было громко, но настолько заботливо, что Вики не должна была обидеться. Но она не пошевелилась. Мужчина едва заметно нахмурился, сжимая пальцы на её руке и зовя громче. — Вики?       В ответ тишина. И даже в третий раз, уже на окрик, она не просыпается, продолжая мирно лежать, сияя в лунном свете. Геральд, не рассчитывая силы, дергает девушку на себя, словно в замедленной съёмке наблюдая, как неестественно, словно сломанная кукла, Вики переворачивается. Остекленевшие глаза, раскрытый рот, окровавленная шея и грудь. Зияющая рана на горле. Упрек в синих глазах. Демон прижимает руку ко рту, беззвучно задыхаясь в крике и собственном безумии.       Все повторяется по-новой.       Геральд открывает глаза, просыпаясь.