Псих +1. О проблемах доверия и не только.

Тэхён шёл по улице, довольно щурясь от июньского солнца и долгожданной тёплой погоды. Он, наконец-то, стал полноправным членом общества, омегой, что раскрыл свой аромат. Ему уже 18, поздний цветочек, и течка ещё только предстояла, в отличие от того же Чимина или Сокджина, но это ничуть не плохо, как заверил врач, с приёма которого парень шагает прямо в офис отца, чтобы порадовать родителя. Ким Сынмин хоть и являлся альфой, но мог устроить драму на ровном месте и мозг выносил мастерски, направляя своё чадо утром в клинику и строго-настрого запретив возвращаться без результатов всех возможных исследований, которые подтвердили бы нахождение младшего у доктора. Параноик в общем, но Тэ мог буквально почувствовать насколько отец волнуется о нём, заботиться и этого было достаточно, чтобы не вспылить. Они ведь семья, притом дружная. Парень привычно взбегает по широкой лестнице к главному входу в здание компании, ловя на себе взгляды работников и их пожелания "доброго дня", кивая, выдерживая дружелюбную улыбку. Он для них лучик света всегда, ибо Сынмин только с сыночкой добр, а подчинённых держит в ежовых руковицах, а сам Тэ им то булочек принесёт, то кофе, и развлекает разговорами незамысловатыми в перерывах. Его детская непринуждённость и врождённая харизма очень подкупают обитателей душного офиса, заставляют отвлечься от громоздких отчётов и сделок. И все эти омеги и альфы благодарны мальчишке сполна. — Тэ-Тэ, рады видеть, тебя целую неделю в нашей обитель не было. Учёбой нагрузили?- мило улыбаясь, расспрашивает один из охранников Чанёль, пропуская младшего господина через турникет. — Мне эти репетиторы даже отдохнуть не дают нормально. Всё готовят к поступлению, а так хочется на солнышке поваляться с бокалом шампанского в руке возле моря.- театрально прижимая ладошки к щёчкам и надувая губки, бубнит омега. — Учись, а то будешь как я в охране работать до конца дней своих.- посмеиваясь с маленькой сценки этого актёра, наставляет альфа. — Отец у себя? — Да. Как закончишь, то спускайся в буфет, мы будем там. — Не смогу к сожалению, папуля мне уже приглашение в салон красоты выписал, потому нужно ехать к нему после. Знаешь же, как он нетерпелив и стоит опоздать на минуточку, так он меня сожрёт с потрохами, а вместе со мной и отца, и всех, кто причастен к опозданию. — Эх,- вздыхает понимающе Чанёль,- Ладно уж, беги, не трать время, в другой раз расскажешь истории из школы. — Обязательно,- лучезарно улыбаясь отвечает Ким, махая ручкой и уходя к лифтам,- Бэкхёну приветик от меня и малышу Чони передай чмок в пупок. — Обязательно.- смеётся старший, пока мальчишка скрывается за поворотом. В замкнутом пространстве Тэхён чувствует себя немного некомфортно: душно тут слишком что-ли, или тому есть другое объяснение? Липкий пот катится по спине и на лбу проступает испарина. Хочется снять эту чёртову белую рубашку от Gucci, ткань которой раздражает, стянуть шорты и присесть прямо на грязную поверхность металлического пола, чтобы хоть как-то остудить тело. Омегу слегка потряхивает, в глазах немного плывёт, и ощущение такое, словно в обморок упадёт, но он стоически держится за перила, дожидаясь верхнего этажа. Покидая кабину, кажется что всё позади, и Тэ упрямо игнорирует собственное недомогание, идя вперёд по коридору до удобных диванчиков в зоне ожидания, а когда секретарь говорит, что отец отошёл, просит принести стакан воды. Голова кружится, во рту сухо, тело ломает в лихорадке, жарко и кожа зудит странно. Омеге даже приходится обнять себя руками от дискомфорта, согнув ноги в коленях и прижав к телу. Его из стороны в сторону качает, а ещё плакать хочется и выть, скрести ногтями грёбаную одежду и вспарывать плоть, чтобы чувство это ненормальное прошло. Парень бы и заскулил в голос, но одёргивает себя, понимая что не то место и время. Так он сидит один, совсем теряясь в течении секунд-минут, как вдруг улавливает приятный аромат, что заставляет поднять взгляд покрасневших глаз от рассматривания своих пальцев и устремить его в сторону лифта. Силуэт в чёрном стремительно приближается к Тэ вальяжной походкой, и тут мальчишке кажется что всё, вот она, смертушка с косой, но стоит запаху окутать, с головой утягивая в свой букет, как очертания начинают приходить в норму. Омега сразу понимает, что рядом садится никто иной как альфа. С большой буквы "А": на нём строгий костюм, что превосходно подчёркивает выдающуюся мускулатуру, расстёгнутая на три верхние пуговицы рубашка, демонстрирующая вид на ключицы и сильные грудные мышцы, каждое движение сдержанное, словно отточенное дабы показать своё явное преимущество над другими. И Тэ аккуратненько подглядывает за мужчиной, уперев лоб в колени так, чтобы остаться незамеченным. У этого альфы и рост, и осанка, и руки такие, вот прям как во вкусе мальчишки. А лицо добивает полностью: скулы, губы, забавный нос и явно большие глаза, но с прищуром, которые только что разглядывали какой-то журнальчик на столе, но тут же переметнулись, сверкая чёрными зрачками, на личико младшего. Тогда омега просто отвернул голову, смущаясь собственной реакции. Он вообще очень странно себя вёл, потому как привычкой пялиться на альф никогда похвастаться не мог. А этот был привлекательным, очень. Да и аромат ещё этот, который забился в нос до самых лёгких, который щекотал и плакать хотелось сильнее. — Вы в порядке?- трогая Кима за плечо аккуратно, интересуется незнакомец, и парень поднимает глазки встречаясь со встревоженным взглядом мужчины,- Вам плохо? Больно? Только тогда омега понимает, что всхлипнул вслух и румянцем пуще прежнего покрывается. — Вот знаете, я вообще поздний цветочек, как мне сказал доктор.- шмыгает носом мальчишка,- У всех уже любови-отношения, все уже вокруг целовались, течки переживали с альфами, а я вот вообще ничего и ни с кем не переживал. Так грустно от этого. А вы такой весь красивый тут сидите и пахнете так хорошо, вот прям очень вкусно. Даже укусить хочется и попробовать вас.- вздыхает, смотря в глаза альфы,- Но вы наверное заняты, наверняка муж у вас под стать вам красивый, и любит вас безумно. И детей вы скоро заведёте, если ещё не завели. И они красивыми будут. А я один буду до старости и никому такой не буду нужен. Ким почти срывается на слёзы, утирая их вовремя, с силой надавливая рукавами брендовой рубашки и тем самым марая их в тонком слое подводки, что была на глазах. Но парень не видит, как уголки губ собеседника приподнимаются в улыбке, и тот мягко проводит пальцами по щекам омеги. — Как знал, что нужно подавители и нейтрализаторы выпить, иначе сейчас бы мы не сидели так мирно беседуя.- произносит тот, заставляя посмотреть на себя. Тэхёну нравится его голос: в меру низкий, приятный-бархатный, и это лицо нравится с глазами-омутами, своей чернотой затягивающими в глубины Вселенной, а ещё руки прохладные, вот именно такие как нужно, на своей горящей коже. — Чонгук.- произносит альфа,- А как твоё имя, медвежонок? — Тэхён.- проговаривает на уровне слышимости мальчишка, расслабляясь немного под незамысловатыми ласками,- Я вообще к отцу пришёл после обследований, порадовать хотел, но почему-то плачу и хочу вас понюхать, а ещё обнять или поцеловать, а лучше всё и сразу. — Тэ-Тэ, что с тобой?- раздается голос Сынмина над головами обоих,- Секретарь сообщил, что ты пришёл, но какой-то бледный и болезненный. А ты,- общается старший уже к Чону,– руки свои убери от моего сына. — Не напрягайтесь так, господин Ким, я ничего плохого не делаю, просто у вашего мальчика началась течка.- младший альфа встаёт с насиженного места, заглядывая с едва различимой едкой ухмылочкой в глаза Сынмину. И Тэхён явно не ожидает, что отец начнёт рычать утробно, полностью позабыв о контроле эмоций и манерах. У омеги самого от страха поджилки затряслись, но аромат, что исходил от Чонгука не поменялся почти, разве что стал более концентрированным-спокойным. — Я уже говорил тебе, Чон Чонгук, чтобы и ноги твоей не было у меня в офисе, но ты всё равно пришёл сюда. — Да, пришёл. И тут мне вот такой подарочек.- кивает в сторону парня,- Сынок ваш такой заманчивый, течный, нетронутый. Уверен, что его отцу не очень понравится зрелище, если я сорвусь, а это может произойти в любую минуту, если вы не пойдёте на условия сделки, что предложил дядя. Игра в гляделки не длится больше минуты и Сынмин скрипит зубами, а вены на шее заметно вздулись от гнева. — Хорошо, только дай отвезти Тэхёна домой. Я не могу сосредоточиться пока он в таком состоянии. — Нет, господин Ким, я сам отвезу, а вы пока перечитайте условия. Очень внимательно.- делает акцент, мягко поднимая почти несоображающего омегу на руки,- И не волнуйтесь, я не такой урод, чтобы не сдержать обещания доставить его в целости и сохранности. Дядя должен подойти через несколько минут.

***

Говорят, что этот мир жесток. Так вот, Ким Тэхён убеждается в этом, когда в первую течку самый приятный из всех альф, что когда-либо встречались в жизни, оставляет омегу одного, напоив всеми возможными лекарствами, которые способны облегчить этот период. И ему остаётся только в гневе утыкаться в подушку носом, недовольно мыча, и избивая её изредка кулачками от досады. Потому что нет его запаха рядом, прохладных ладоней на лице и сосредоточенного обеспокоенного взгляда, от которого внутри всё плывёт. Но, что ещё хуже, отец запрещает хоть как-то контактировать с объектом влажных мечтаний омеги, потому как тот является самым известным ловеласом в Сеуле, поскольку ненадёжен и может причинить боль. А Тэхёну откровенно до жопы, вот честно, только предупреждения об опасности он в жизни от Сынмина и слышит. Ни утешений особых, ни поговорить по душам. А младшему кажется, что как раз этот говнюк, Чон Чонгук, несравненный и желанный альфа, вовсе не такой, каким кажется общественности. Типичный такой бэд бой с тонкой душевной натурой, что ищет того самого, кому сможет открыть свое сердце. Тэ-Тэ глуп до безобразия со своей верой в правдивость романтических дорам. Но что взять с мальчишки, жаждущего любви и внимания? *** — Тэхёни, милый, спускайся на ужин.– зазывает папа с кухни, и парню приходится подчиниться, мысли свои закрывая за железными замками и пряча эмоции, чтобы не расстраивать родителя. Прошло уже две недели. И все он провёл глубоко в раздумьях, словно отгородился от реального мира и во времени застыл. Маленький наивный ребёнок, что, похоже, безвозвратно залип на совершенно недоступного ему альфу. И тут можно долго рассуждать, почему Тэ активно следил за его соцсетями, но так и не написал: Чонгук выкладывал фотографии с банкетов, с острова Чеджу, где был в компании стройных утончённых омег и парочки друзей, где улыбался, лёжа в кровати и прислонив к губам указательный палец, а на другой стороне чётко виднелись два силуэта, рука одного из которых охватывала торс мужчины. Всё было просто. Младший никогда не принижал себя и тоже был симпатичным, но явно не дотягивал до идеалов состоявшегося альфы. Он не мог похвастаться мягкостью фигуры, молочной кожей, пышными бёдрами или чем-то, что делало бы парня более складным, более эстетичным. Угловатость, привычка сутулиться, отсутствие манер как у богатого наследника и аристократичности в целом. Родители его и таким любят, да, но везде Тэхён был известен, как белая ворона. Омеге не были интересны все светские вечеринки с их однотипными беседами, ровесники, что обычно обсуждали богатеньких альф-наследников или то, как потратили приличную сумму на очередную глупую побрякушку или какую пластическую операцию планируют сделать. Парень был изначально ближе к тихому времяпровождению, к искусству и литературе, о чём часами мог говорить, к вечерам перед камином в прослушивании Вагнера или Моцарта, и то ведь не для показухи, правда сердцем лежит к классике, временами просто в себя уходя, имея возможность побыть наедине с собой. Но описать Тэхёна довольно сложно даже для него самого: парень состоит из крайностей, где может цитировать Ницше, а в следующую секунду вспомнить про второсортный ситком нулевых, может активно выступать за закрытие зоопарков и распределение тех животных в местах их обитания, а потом жертвовать неприличные суммы, чтобы содержание там сделали лучше, искренне возмущаться из-за бедности людей, но встретив бродягу зажимать нос. Не хороший и не плохой, непредсказуемый и непонятный. Обычный человек, что сам же часто путается в собственных чувствах и желаниях. Таких много. Но даже так, и среди них выделяется. Будто ему места нет в обоих мирах. И куда податься тогда уж? Он для всех открытая книга, что написана на другом языке: вроде всё на лице написано, такой честный и говорит всё, что на языке крутиться, но там, между строк, его никто прочесть не в силах, да и сам он скрывает это от всех. Но ведь это Тэхён, он бы не был собой не будь в нём столько противоречий. — Что так долго? Ты в порядке? Мой малыш слишком бледный в последнее время и как-то исхудал.– воркует папа над парнем, мягко погладив по волосам. — Я в порядке, просто никак не могу отойти от течки.– юлит младший, беря в руки палочки и накладывая на тарелку всё, что видит перед собой. — Надеюсь, что ты не станешь искать встречи с Чоном,– прокашливается отец, сверля сына взглядом,– Ты у нас умный мальчик, не избалованный, не развращённый недалёкими умами людей вокруг, ласковый и нежный. Тебе нужна надёжная опора, тот, кто станет пылинки сдувать и обращаться будет как с самой редкой, единственной в своём роде, драгоценностью. — Мне ещё рано думать о свадьбе. Для начала хочу получить высшее образование и найти работу по душе. — У нас не принято заниматься подобным.– осторожно говорит старший омега,– Помолвки в наших кругах заключаются ещё до рождения детей в семье. Это традиция в верхних слоях общества. — Но почему?- как-то вымученно отвечает Тэ,– Это ведь похоже на изначальное рабство, ведь ты даже не знаешь человека, с которым тебе придётся быть, ты ведь можешь так и не полюбить его, а что если в браке встретишь истинного, то и дальше заниматься самообманом и причинять боль не только себе, но и всем вокруг? — Ты прав, эта система в рамках 21-го века изживает себя. Нынче молодые омеги не слушают родителей, даже из дома сбегают или и того хуже, сводят счёты с жизнью, дабы избежать брака с тираном или со стариком, что выложит немалую сумму за молодое тело.– соглашается Сынмин, понимая, насколько их мир изменился.- Девятнадцать лет назад я был очень близок с одним человеком. Лучшие друзья, партнёры по бизнесу, родственные души. И тогда, уже будучи в браке с твоим папой, я пообещал ему, что мы обязательно породнимся в будущем. — Дорогой, может не стоит это рассказывать?– пытается остановить супруга омега. — Его звали Чон Ёнги, страдал от домашнего насилия со стороны альфы, которому его продали, но с которым никто не мог сравниться по уровню влияния и доходов, он был изнасилован братом своего суженного, а ещё он биологический папа Чонгука. По спине Тэхёна пробежали мурашки, а липкий ужас сковал всё тело тисками. Его отец, что всем сердцем любил папу, любил и кого-то ещё. И этот кто-то мог стать тем, кто родил бы самого омегу, и, что ещё более страшно, они с Чонгуком могли быть родственниками. Может и звучит как бред, но с другой стороны всё в этом мире возможно и имеет место быть. — То есть я фактически был обещан Чонгуку? — Да, малыш. Никто не знает, что заставило Ёнги отправить мальчишку подальше от себя через неделю после его рождения. Наверное он не хотел, чтобы тот рос в таких условиях и видел то, что происходит. О Чонгуке не было известно никому, все думали, что первая беременность Ёна привела к выкидышу, но однажды он всё рассказал мне и просил сдержать обещание, что мы дали друг другу много лет назад. А на следующее утро его нашли мёртвым в собственной комнате. — Я плохо понимаю к чему ты ведёшь.– нервничает Тэ, обращая взгляд, полный тоски и сострадания, на отца. — Из-за этого случая я навсегда разорвал отношения меж нашими семьями. Ёнги был сильным и волевым омегой, управлял почти всем бизнесом, был первым и единственным в наших кругах, кому удавалось идти наравне с альфами, но тот, кто был слаб перед собственным мужем. Позже я поклялся самому себе,что обязательно сделаю его наследника главой, но дядя нашёл Чонгука раньше и сделал своей марионеткой. Никто не знает, как умер его отец, это дело так и осталось нераскрытым, но я каждый день жалел, что этот выродок сдох не от моей руки. — Мы не выдадим тебя за Чона.– ударяет ладонью по столу старший омега, повышая голос,– Я не отдам своего мальчика на растярзвние этому зверю, как и наши отношения с этой семьёй в целом никогда не будут восстановлены! Плевать мне хотелось на твои обещания, милый, ведь я всё делал ради тебя, ради нас, я терпел то, что никогда не был в твоём сердце и мозге также глубоко, как Ёнги, но старался изо всех сил. И даже если наши дети были предназначены друг другу свыше, я никогда не разрешу этот союз! Лучше умру, чем позволю такое! До Тэхёна начинал доходить смысл всего сказанного отцом ранее, две недели назад в офисе, и почему тот был так против младшего альфы: он знал реакцию своего супруга наперёд. — Сердцу тоже не прикажешь, папа.– тихо шепчет мальчишка, вставая из-за стола и смотря лишь под ноги,– Этот разговор, вся сюрреалистичность ситуации, происходящее в наших головах, недомолвки и склоки, всё сводится лишь к тому, что вы решили окончательно добить меня. Пусть моя маска радости заставляет вас думать, что я в порядке, но это далеко не так. Когда увидел Чонгука, то даже подумать не успел ни о чём, как увидел в нём того, кто будет идти со мной рядом по жизни. Кто-то, кто никогда не будет принадлежать мне полностью, но даже тогда ни секунды не сомневался в этом трепыхании сердца в груди. Я как и ты, папа, не хочу смотреть на то, чем Чонгук занимается и с кем. Не хочу, но попробую, если отец всё же решится на наш союз.– переводит взгляд на альфу,– Если ты дашь мне возможность, то наши семьи вновь станут партнёрами, а бизнес перейдёт к Чонгуку. Я не боюсь испачкать руки, не отступлю, сколько бы боли не пришлось терпеть, костьми лягу дабы правосудие восторжествовало. Отомщу за Ёнги, за папу и за тебя, стану тем, кто навсегда расставит точки над "и". — Малыш, ты несёшь бред,– старший омега пытается обнять сына, тем самым делая дать опомниться, пока не совершил глупость. — Отец...– пытливо глядит Тэхён на родителя, отходя от папы к нему ближе. Сынмин видит к чему клонит сын, чувствует решительность и осознаёт, что мальчишка приносит сейчас себя в жертву, как Ёнги много лет назад. Тэ хочет разрушить всё, что дорого семье Чон и бросить это под ноги родителям. Чтобы те забыли боль, чтобы все эти годы лжи и недосказанности закончились. И все будут дышать спокойно. Все ли? Нет... Каждый, кроме Тэхёна. *** На улице начинает заметно раньше темнеть, да и заморозки не за горами. Омега даже себе не может объяснить, почему сказал то, что сказал. Эмоции уже давно переполняют его, их слишком много, они разъедают душу. И оттого неспокойно. Всегда. Всегда нервы натянуты словно канаты. Парня тошнит от этого. Отец дал своё согласие. Тэхёну, наконец, удалось подписать себе смертный приговор. Но уйдёт он не один, оттого и не боится больше. В конце концов, страдания для всех должны закончиться.