Oh boy, come and light me up!

      Парень старался сохранять спокойствие при мысли о том, что ему предстоит сниматься в настоящем музыкальном видео рядом с Сараватом, он не хотел показаться непрофессионалом. Тем не менее, хотя он кивал на все слова видеорежиссера, как будто от этого зависела его жизнь, он понимал половину всех инструкций, которые он получал, если быть честным.       Его сердце билось слишком сильно, а глаза, казалось, горели желанием найти Саравата среди беспорядка в саду, где снималось бы видео. Музыкальный идол улыбался в отдалении рядом с Эрн, которая, казалось, рассказывал ему действительно интересную историю, и Тайн почувствовал намек на любопытство к их разговору.       Возможно, Сарават говорил со своей подругой обо всем, что произошло прошлой ночью, о том, что заставило душу Тайна начать летать по высотам и что не позволяло ему сосредоточиться на всех инструкциях, которые он должен был выполнять.       Потому что он проснулся в объятиях музыкального кумира после того, как они оба уснули и обнялись на ковре в гостиной. Щеки Тайна вспыхнули при воспоминании о том, как он проснулся утром, и на губах появилась мягкая улыбка. Правда заключалась в том, что он хотел, чтобы что-то произошло между ним и Сараватом, но даже в самых безумных своих мечтах он не мог вообразить, что проснется, лежа головой на груди музыкального идола, или что руки этого идола всю ночь прижимались к его телу, чтобы защитить его от холода.       Тайн проснулся первым, и когда Сарават открыл глаза, они оба улыбнулись, но ни один из них ничего не сказал. Это было похоже на то, как если бы утренняя тишина была убежищем для них обоих, и он чувствовал это, потому что они провели несколько минут в объятиях друг друга, погрузившись в сладкое молчание созерцания, которое ни один из них, казалось, не хотел нарушать.       Тайн подумал, что это был бы самый подходящий момент, чтобы сделать признание, которое Сарават прервал на полуслове прошлой ночью, признание, которое Тайн был готов сделать, потому что он не мог смириться с мыслью, что сердце музыканта, ставшего его другом каким-то необъяснимым образом, все еще болит.       Да, возможно, он придавал себе значение, которого еще не имел в жизни кумира нации, но разве такой обычный человек, как он, не мог сделать счастливым такого человека, как Сарават? Разве обычный парень не имеет права стать особенным человеком, которого всегда любила толпа? Фонг говорил ему, что иногда такие люди, как Сарават, не заботятся о том, чтобы иметь любовь всего мира, а ищут кого-то, кто мог бы стать миром, созданным только для них.       И да, он уже принял во внимание огромный список всех своих недостатков, но Сарават, казалось, видел в нем тысячу других вещей, потому что в то же утро, когда он проснулся рядом с ним, глаза Саравата сказали ему, что он смотрит на него иначе, чем на остальных людей, с которыми он проводил каждый день. В глазах Саравата он был кем-то другим, существом из другого мира, которое осмеливалось мечтать о том, что сможет просыпаться еще много дней с лицом этого знаменитого певца перед ним.       Да, в тот момент Тайн понял, что хочет разделить с Сараватом еще тысячу утра, наполненных этой сладкой тишиной, и поэтому парень решил, что для этого ему придется выразить словами то, что он чувствует, потому что так устроен реальный мир. Если он не будет говорить о том, что Сарават заставляет его чувствовать, возможно, идол никогда не узнает, а Тайн хотел, чтобы он знал. Хотя желания Саравата могут не совпадать с его желаниями, Тайн думал, что не пройдет и дня, чтобы идол не узнал обо всем, что он делает с его сердцем.       Он хотел сказать ему, что больше, чем быть рядом с музыкальным кумиром, ему нравится быть рядом с профессором Гунтитаноном и его легендарным терпением во время уроков игры на гитаре. Он хотел сказать ему, что это было то, чего мир не мог видеть, а он мог, что мало-помалу завоевало его сердце. Ему хотелось сказать ему, что он влюбляется в него, что он привык видеть его лицо даже во сне и что он больше не представляет себе мир, где он не мог бы улыбаться рядом с ним.       Он хотел сказать ему, что если бы он дал ему шанс, то позаботился бы не стирать шрамы, которые кто-то другой оставил в его душе, но что Тайн будет ласкать их, пока они не перестанут иметь значение, потому что он не хотел занять место болезненного прошлого, нет: он хотел построить рядом с собой радостное настоящее. Тайн хотел, чтобы у них обоих, у него и Саравата, был шанс получить счастливый подарок для них обоих.       Парень вздохнул и кивнул в последний раз на слова видеорежиссера с большей уверенностью, чем он на самом деле чувствовал, а затем он снова заметил глаза Саравата на своей коже, и не в силах сделать что-либо еще, Тайн улыбнулся парню, который отделился от Эрн, чтобы подойти к нему.       Тысячи бабочек снова запорхали у него в животе, когда он увидел, что Сарават улыбается, потому что парень снова стал таким же кокетливым и шутливым Сараватом, как всегда, тем, кто начинал говорить глупости всякий раз, когда оказывался рядом с ним. Тайн только смеялся и называл его идиотом, когда он говорил, что они спали вместе всю ночь и что он был единственным, кто отказался делать что-либо, кроме сна, из-за его очевидного решения быть девственником, пока он не женится. — «Это слишком большое давление, чтобы быть твоим музыкальным бойфрендом!» — сказал Тайн после того, как Сарават напомнил ему не нервничать.       Его голос сорвался с губ с оттенком искренности, которая немного ранила, потому что он все еще продолжал думать, что в конечном итоге испортит это видео, хотя самым большим желанием его сердца было, чтобы все прошло хорошо, чтобы он мог показать Саравату с фактами, что он стоит того, чтобы быть рядом с ним больше, чем просто его друг. — «Но ты самый лучший музыкальный бойфренд, о котором только можно мечтать.», — сказал Сарават, беря его руку в свою, заставляя Тайна почувствовать тысячи различных эмоций в своей груди при этом контакте. — «На самом деле, я не могу сделать это ни с кем, кроме Тайна Типакорна.»       Тайн почувствовал, как на его губах появилась яркая улыбка, в то время как его сердце желало, чтобы слова Саравата были больше, чем шутка, и чтобы музыкальный идол мог сказать ему позже, что он не сможет пережить еще одну историю любви, которая была бы больше, чем музыкальное видео с кем-то другим, кроме него.       И как раз в тот момент, когда Тайн хотел сказать Саравату именно это, мужской голос позвал их, чтобы они немедленно приступили к работе. Они оба улыбнулись и отпустили руки, направляясь к центру сада, где Тайн должен был делать вид, что записывает видео сцены с помощью старой камеры.       Тайн в последний раз вздохнул, обменявшись взглядом с Сараватом, и когда музыка Kan Goo затопила сад, парень почувствовал голос Саравата, и то, как он смотрел на него, было больше, гораздо больше, чем просто представление: I don´t know when it started or who started it exactly. <i>(Я не знаю, когда это началось и кто именно это начал.) I don´t know if you came into my life or I came into yours. (Я не знаю, вошел ли ты в мою жизнь или я вошел в твою.) Maybe it´s just a coincidence, maybe it´s not. I still can´t figure it out. (Может быть, это просто совпадение, а может и нет. Я до сих пор не могу понять это.)</i>       Иногда ему казалось, что в тот день, когда он написал этот список из десяти причин безоговорочной любви к Саравату, что-то большее, чем просто скука, диктовало ему каждое написанное слово. Возможно, даже то, что Грин пришел поговорить с ним, было частью плана, потому что сила, которая вела его в то утро к Саравату, ощущалась как то, что все называли судьбой. И в этот момент, игриво приблизившись к лицу Саравата, парень сказал себе, что иногда можно нарушить правила и позволить вселенной забрать тебя туда, где ты должен быть.

All I know is that the one in my heart is you. (Все, что я знаю, это то, что в моем сердце ты.)

      Да, это было очевидно, его сердце теперь билось вместе с сутью жизни Саравата. Теперь они вдвоем сидели на деревянном табурете, а музыкальный идол делал вид, что играет на струнах Nuisance. Тайн почувствовал желание поиграть с ним, поэтому он начал дразнить певца, заставляя Саравата делать странные жесты, которые делали его очаровательным. И Тайн действительно рассмеялся, потому что это было весело, и потому что музыка все еще играла вокруг них, и его сердце пело имя Саравата, который был парнем, который больше, чем украл его сердце, заставил его почувствовать, что у него есть сердце, готовое открыть, что такое настоящая любовь.       Потому что ни одна из девушек, с которыми он встречался, не вызывала у него таких чувств: теперь он был уверен, что нашел кого-то, за кого можно бороться каждый день. Никто не заставлял его думать, что все любовные истории — это нечто большее, гораздо большее, чем можно увидеть в фильмах или книгах. И улыбка Саравата была как намек на начало истории, которая будет написана только для него.

Whether it´s destiny or not bringing you and me closer, if it makes us fall in love it´s the right thing. (Является ли это судьбой или нет, сближает тебя и меня, если это заставляет нас влюбиться, это правильно.)

      Фонг сказал ему, что Сарават, несомненно, нравится ему до такой степени, что со временем он сможет влюбиться в него, но пока они смотрели друг другу в глаза без помех, Тайн понял, что, возможно, он уже влюблен. Сарават играл с одним из разноцветных шариков и клал его между их лицами, которые были близко, слишком близко, и глаза Тайна не могли остановиться ни на чем, кроме губ музыкального идола, тех губ, которые дарили поцелуи тому, кто их не заслуживал.       Тайн не может удержаться от смеха при мысли об этом, потому что прошлое Саравата больше не имело значения. Он станет новым подарком для музыкального кумира, который так красочно улыбается только тогда, когда стоит перед ним. И эта улыбка была как обещание, что пока он может видеть его, все будет возможно для них обоих.

I don´t want anyone to come between us, we will stay side by side. (Я не хочу, чтобы кто-нибудь встал между нами, мы будем рядом.) Wherever you are, I´ll be right next to you. Don´t look at anyone else. (Где бы ты ни был, я буду рядом с тобой. Не смотри ни на кого другого.) Can you just lock your eyes with mine? (Можешь ли ты просто закрыть глаза вместе с моими?) If there’s anything that comes between you and me, it´s love. (Если между тобой и мной что-то есть, это любовь.)

      Любовь… губы Тайна изогнулись в мягкой улыбке, когда его голова коснулась зеленой травы в саду, и лицо Саравата оказалось прямо перед ним. Музыкальный идол тоже не переставал улыбаться, когда последние ноты Кan Goo заполняли почти несуществующее пространство, которое теперь находилось между их лицами.       Тайн знал, что вокруг них было много людей, но это не имело значения. Тайн знал, что тот факт, что его лицо медленно приближалось к лицу Саравата, был не просто совпадением или чем-то, что ему диктовала романтическая атмосфера, нет. Это было осознанное решение, решение, вызванное желанием пересечь новый мир, держа Саравата за руку. Именно этого хотела каждая клеточка его тела. Вот что его губы хотели запечатать на губах Саравата.       Потому что в этот самый момент молодой репортер точно знал, что есть вещи, которые легче объяснить без лишних слов. Да, им определенно придется поговорить позже и провести один из тех серьезных разговоров, которые навсегда изменили бы вашу жизнь. Тем не менее, этот момент был создан не для слов, а для великих действий, способных изменить ход всех вселенных.       Так что с весенним солнцем в качестве свидетеля Тайн решил забыть обо всем и просто сделать первый шаг в приключении, которое, возможно, будет долгим и незабываемым. Это был первый шаг его истории с Сараватом на другом уровне, и парень не боялся сделать его или преодолеть расстояние размером с дыхание, которое отделяло его от рта Саравата, и воплотить мечту в реальность.

Оwn the space beside you because we are meant to be together. (Владеть местом рядом с тобой, потому что мы должны быть вместе.)

      И расстояние превратилось в ничто, когда его губы обрушились на губы Саравата. Губы бойфренда нации были мягкими, теплыми и не отходили от соприкосновения губ Тайна, который чувствовал, что тысячи фейерверков взорвались в его груди. Фейерверк был и в глазах Саравата, который смотрел на него теперь с глубоким обожанием, прежде чем снова закрыть их, как будто хотел раствориться во всем, что чувствовал в этот момент, потому что губы Тайна казалось, идеально вписывались в его.       Вдалеке режиссер клипа начал выкрикивать непонятные вещи, и Тайн мог поклясться, что слышал голос Эрн, выкрикивавшего что-то вроде: «Это мой Тайн!», но когда губы Саравата начали шевелиться под его губами, парень понял, что для него только что началось новое приключение, что пути назад не будет и что его единственной судьбой было затеряться в этом месте, чем был для него единственный поцелуй Саравата…