Запретный Цвет

Желтый — значит счастье.       Стыдно!       Шепфа, как же стыдно! Чувство вины, как язык колокола, било по груди, не позволяя дышать. Этот колокольный звон по ангельскую душу.       Стыд-но. Колокол звонил так громко, что ангел не слышал ничего вокруг.       Стыд-но. Бабочки в животе сгорали и снова возрождались от шальных воспоминаний. Воспоминания горели. Горели в адской печи под демонический хохот.       Стыд.       Но.       Но… как же это было прекрасно!       Ярко-фиолетовое пятно горело на бледной шее. Дино стоял перед зеркалом. Мысли его путались и метались, отчего болела голова. Он с осторожностью коснулся следа укуса и будто тысячи иголок вонзились в его пальцы вместе с живыми воспоминаниями. Вот он. Такой манящий. Запретный плод так сладок, и он поддался искушению. Поддался, как слабовольный дурак.       Дурак. Какой же ты дурак!       Вспышка. И вновь кожа почувствовала фантомные демонические прикосновения. Пьянящая сладость разлилась по телу от этих ощущений, заставляя чувствовать вновь возбуждение. Такое неправильное, но до боли нужное и необходимое.       Стоп.       Ангел отдернул руку от засоса, включил воду и тщательно умылся холодной водой. Не помогло. Выхватив полотенце, он попытался насухо вытереть лицо и шею, неосознанно подлавливая себя на попытке растереть место укуса до крови, лишь бы не видеть его.       Черт. Успокойся!       Он застегнул все пуговицы рубашки, чувствуя, как воротник тесно сдавил горло. Но фиолетовое пятнышко предательски выглядывало из-под белоснежной ткани.       — Ладно, — недовольно протянул ангел, хмуря брови. — А если…       Он снял резинку с тугого пучка. Светлые пряди мягко упали на плечи, прикрывая шею. Да, так определенно лучше. Дино в глубине души надеялся, что его распущенные волосы не привлекут излишнего внимания.       Но как же он ошибался.       Он шел на занятия к Фенцио, как чей-то нежный женский голос вдруг окликнул его. Ангел развернулся на зов, чувствуя аромат смутно знакомой ему энергетики. Она пахла, как гроза и миндаль. Добрые зеленые глаза встретили его с нежной и доверчивой улыбкой.       — Дино! Здравствуй, я хотела поговорить.       Твою ж…       Матариэль.       С Т Ы Д Н О.       Ангел улыбалась очень приветливо, но почему-то от вида ее доброго лица, сердце Дино пропустило удар. Он остановился посреди коридора, как вкопанный, не в силах ни сделать шаг к ней, ни убежать.       — Здравствуй, Матариэль. — Выдавил из себя юноша, чувствуя, как его уши горят. Он задался вопросом, как сильно он должен сейчас ей врать прямо в лицо. И почему-то после этой мысли, в голове всплыл образ ухмыляющегося демона. Как бы он сейчас отреагировал? Наверняка, смеялся бы до колик в животе, увидев ангела в таком смятении.       — Ох, прошу, называй меня Мата. С тобой все нормально? Я не отвлекаю тебя? — В зеленых глазах девушки отразилось беспокойство.       — Нет, все в порядке. У тебя что-то срочное? Я иду на занятие к отцу.       Она внимательно изучала его лицо проницательным взглядом. С легким уколом испуга, Дино заметил, как какая-то подозрительная мысль на долю секунды отразилась на лице девушки, но она тут же спрятала ее за доброжелательной улыбкой. Только на этот раз она была с каким-то легким оттенком… грусти?       Что случилось, Матариэль? Что ты почувствовала?       — Я просто хотела немного поболтать с тобой. Ты так резко сбежал с того вечера, и с тех пор ни разу так и не изъявил желание поговорить со мной. Ты меня избегаешь?       Дино нервно выдохнул, неосознанно зачесывая мешающие волосы назад. И тут же осознал, как опрометчиво его движение. Брови девушки на секунду приподнялись вверх, взгляд уперся в его шею. Шепфа, как неловко. Заметила. Дино почувствовал себя, как нашкодивший ребенок перед грозной матерью. Пару мгновений он не находил в себе слов для подходящего ответа. Мимо проходящие ученики школы заглушали своими голосами то, как сильно колотилось сердце ангела.       — Нет, я тебя не избегаю. — Дино отметил про себя, как внезапно слова во рту потяжелели. Он так ненавидел врать, да еще так открыто, прямо в лицо. — Просто мне нужно время, чтобы свыкнуться с мыслью о будущем.       — О нашем будущем? — Дино мог поклясться, что в уголках глаз собеседницы спряталась печальная улыбка. — Я понимаю. Меня это тоже заставило о многом подумать, но… Прости, я не могу говорить в таком галдеже, не хочешь прогуляться подальше от этого коридора? Я думаю, твой отец поймет причину твоего опоздания.       Она окинула взглядом поток ангелов и демонов, спешащих на занятия. Действительно, при таком шуме, собраться с мыслями было физически невозможно. В тишине должны прийти чистые мысли, а с ними и честные слова.       Матариэль ловко и ненавязчиво взяла его под руку и, будто плывя по воздуху, повела его через коридоры школы. На очередном повороте до ушей ангела донесся приглушенный вопрос. Ядовитый. Манерный.       — Белоголовый себе подружку нашел? — Голос Ости утонул в желчной усмешке. Дино обернулся, чуть замедляя шаг. Внимательный взгляд дьяволицы буравил его. Она слегка пихнула локтем рядом стоящего демона, привлекая его внимание, кивком головы указывая в их сторону.       Черт…       Люцифер окинул ангелов оценивающим взглядом. Открыто уставившись на Дино, он улыбнулся одним уголком губ, складывая руки на груди. Матариэль, ощутив остановку, непонимающе обернулась, заметив демонов, стоящих в противоположном конце коридора. Она задумчиво вздернула бровь, быстро оценивая обстановку.       Люцифер, будто издеваясь, кивнул ей в приветственном жесте и вновь вернул взор на Дино. Пауза затягивалась. Нужно было что-то предпринять. Дино сконфуженно отвернулся и потянул девушку к выходу, чувствуя, как в его спине прожигаются две дыры от пристального демонического взора. Выйдя во двор школы, они уселись на ближайшую пустую скамейку. Повисло неловкое молчание. Рука ангела в привычном жесте дернулась, в порыве поправить непослушную белокурую прядь, но Дино остановил себя на середине пути, понимая, что может еще раз бесстыдно продемонстрировать своей невесте красноречивый след на шее.       Вместо этого, он устало потер переносицу, пытаясь собраться с мыслями. Двор школы пустовал, вся суета осталась в ее стенах. Здесь же дивно пели райские птицы. Воздух был теплым и пах цветами. Так отчего ему настолько не по себе?       — Дино, что происходит? — То с каким спокойствием был задан этот вопрос, обескураживало. Матариэль смотрела на него с интересом и без осуждения. Ей действительно любопытно или это ловушка?       — Мата, — Ангел чувствовал, как деревенеет его язык, когда он произносил ее имя. Пришло время столкнуться с последствиями. — Тут вот какое дело…       Он еще пару секунд собирался с ответом, замолкнув в задумчивости. Что сказать? С чего начать? От внимательного взгляда собеседницы хотелось убежать, как он стремился сбежать от ответственности. Но он — ангел. Воплощение морали и благодетели. Он может бесконечно убегать от этого разговора, который, рано или поздно, должен когда-нибудь случиться, но ему, в любом случае, не убежать от собственной совести. Она грызет его душу изнутри и просит добавки.       — Я встретил свою родственную душу. — Выпалил он на одном дыхании, неосознанно подбираясь, будто в ожидании удара.       Ну, или возмущенного восклицания.       Удивления.       Хотя бы чего-нибудь.       Тишина… Матариэль все так же выжидающе смотрела на ангела, молча предлагая продолжить. Уголок ее рта несдержанно дернулся вверх, едва она увидела удивление в глазах Дино.       — Ты можешь мне не верить, но я это уже поняла. — Тихо ответила она, пытаясь его успокоить. — Платье бурого цвета мне красноречиво об этом сказало.       Дино не сдержал нервный смешок. Успокоиться не получилось. Однако что-то нежное в голосе собеседницы будто усыпляло тревожность в нем. И он решил ей довериться.       — Знаешь, я не очень люблю врать. И я не хочу тебе врать. Мы с тобой заложники фиктивного брака, который спланировали наши родители. Я уверен, что ты тоже не в восторге. Но я хочу признаться сразу. Я встретил того… — Дино осекся. «Того». Даже не «ту». Оживший заинтересованный огонек в глазах Матариэль просигнализировал ему, что сейчас он проболтался в весьма пикантной подробности. Мыслительный процесс молниеносно пронесся по ее удивленному лицу. Уши Дино запылали с утроенной силой.       Ох, Шепфа, нет-нет-нет! Только не догадывайся! Пожалуйста, будь глупенькой.       — Того… — повторила девушка, будто издеваясь над его и без того расшатанной нервной системой, и жестом подталкивая его продолжить.       — Того, кто стал моей родственной душой. — Он нервно вздохнул. Матариэль терпеливо ждала, уложив ладони на свои колени. — И все в моей жизни круто изменилось. Я не могу сказать тебе, кто это по многим причинам. Несмотря на то, что ты имеешь право это знать. И недавно… — Он снова потерялся в своей мысли, не зная, что сказать. Дино неосознанно прикоснулся к своей шее.       — Дай угадаю: недавно вы вступили в связь, — она сделала небольшую паузу, перед тем, как произнести последнее слово, — и теперь тебя мучает совесть, потому что ты дал обещание своей семье, а, следовательно, невербально еще и мне, а теперь его нарушаешь.       — Какая ты проницательная. — В восхищении ангела сквозили легкие нотки иронии.       — А то! — Матариэль довольно повела плечиком. — А хочешь, я угадаю, кто это?       Смешок застрял поперек горла, перекрывая доступ к кислороду:       — А может, не надо?       — Дино, — В ее голосе звучала отнюдь не девичья, а материнская интонация. Она мягко положила ладонь на его колено, но этот жест будто бы обжог его кожу сквозь ткань штанов. — Ты же в курсе о слиянии энергетик?       — Что, прости? — Он непонимающе моргнул, всеми фибрами души надеясь, что она сейчас лукавила, и это не то, что она собиралась сказать.       — То есть, родители в детстве говорили с тобой о пестиках и… кхм, пестиках, — Она сдавила в себе желание улыбнуться, — но не говорили о слиянии? Что ж, насколько мне известно, при физическом контакте родственных душ их энергетики немного, как бы это сказать, смешиваются. То есть, в энергетике одного ангела, появляются отголоски энергетики другого ангела. — Девушка поджала губы, на мгновение умолкая. Но все же, не сдержалась, — Но в твоем случае, демона.       Дино будто прошибло молнией и обдало морозным ветром в ту же секунду. Он замер в ожидании того, что сейчас небеса над его головой разверзнутся, и грянет небесный гром настолько мощный, что стены школы не выдержат и развалятся в труху в тот же миг. Будто бы прямо сейчас пред ним предстанет сам Шепфа и молвит он громогласно и сурово о том, что Дино — ничтожный ангелишка — предатель рода божьего. И убьет его, не моргнув божественным глазом.       Но ничего не произошло.       Тишина, лишь нарушаемая сдавленным хихиканьем Матариэль. Его немного задело осознание, что собеседница находит это смешным.       И ей действительно смешно? Сумасшествие какое-то.       — Что же тебя так веселит? — Спросил он, еле шевеля губами.       — Ты бы видел себя сейчас. — Она закрыла лицо ладонями, стараясь утихомирить свой смех.       — Знаешь, я, конечно, не такой наблюдательный, как ты, но сейчас ты меня не видишь, — эта фраза лишь сильнее раззадорила ее, — но все равно смеешься.       — Я ненароком представляю твою озадаченную физиономию. — Выдавила Матариэль, не сдерживая хохота. Она глубоко вздохнула, восстанавливая дыхание. — Ладно, не буду лукавить, энергетика Люцифера слишком специфична, чтобы ее с кем-то перепутать. Да еще эта переглядка в коридоре лишь подтвердила мои подозрения.       Дино открыл рот и тут же его закрыл, не находясь в ответе. Ладони предательски вспотели.       — Ты просто убийственна в своей дедукции.       — Не многие знают, но Артур Конан Дойль писал образ Шерлока Холмса с меня. — Она кокетливо ему подмигнула, откинув копну темных волос с плеча. Но Дино не разделил ее веселья, все еще сидев в диком напряжении.       — И что ты собираешься делать с этим компроматом?       — Ох, знаешь, — Матариэль сделала жеманно задумчивый вид. — Наверное, пойду поставлю свечку за упокой твоей гетеросексуальности, а потом примусь топить свою печаль в Глифте, снюхивая ангельскую пыль с пресса Геральда.       Воображение ангела работало с опережением. Он в красках представил себе эту картину, не сдерживая смешок. Однако глаза его все еще горели недоверием.       — Расслабься, — Она щелкнула тонкими пальцами перед его носом, второй рукой выуживая из кармана серебряный портсигар. Девушка протянула его в раскрытом виде, предлагая закурить. Воспоминания пощечиной приложились к щекам Дино, вгоняя его сильнее в краску. — Выдавать твои секреты, я уж точно не собираюсь. И эта тайна станет гарантом нашей дружбы.       Она затянулась сигаретой, подбирая слова:       — Если уж мы все равно помолвлены, то почему бы нам не начать дружить, раз на любовь рассчитывать не приходится. Ну что, друзья?       Матариэль затянулась сизым дымом, протягивая ладонь для рукопожатия. Дино в последний раз окинул ее взглядом с примесью легкого недоверия, но все же решился и ответил ей добром.

***

      Хренов святоша! Трахаться ее повел, не так ли?       Люцифер стоял, подпирая спиной стену, и какое-то время задумчиво смотрел в сторону выхода, где совсем недавно скрылись ангелы. Треп Ости жужжал над ухом, но это мало его беспокоило. Куда сильнее его взбудоражили чертовы испуганные глаза, цвета лазури. Он отметил про себя, что Дино был еще больше невинен и привлекателен с распущенными волосами. Ну, просто лесная нимфа, а не ангел. Фыркнув собственным мыслям, он устало прикрыл глаза, душа в себе внезапно вспыхнувший огонек ревности.       Так надо, Люцифер. Она его невеста. Твою мать, она его невеста! Конечно, она будет виться рядом с ним постоянно, вызывая дичайшее раздражение.       Почему-то эта мысль вызывала в демоне тупую боль где-то в висках. Чувство собственничества настойчиво стучало по затылку. Но он понимал, что нужно засунуть эти чувства подальше, иначе будут проблемы. Большие проблемы. Один Шепфа знал, чем им это грозило.       Воспоминания о вчерашнем вечере приятной негой сдавили веки. И будто бы весь мир отошел на второй план. Эти нежные прикосновения его губ и восторженная улыбка. Глаза. Тело, тянувшееся к его рукам. Как же он был красив в этот момент.       И красота его являлась какой-то извращенной смесью невинности взгляда и развратности действий. Что-то демоническое в нем явно было, потому что ангелы не могут так сексуально курить. Не могут так смотреть на него, выворачивая наизнанку всю его демоническую душу. А может, это я на него так повлиял? Испортил бедного ангелочка. Если бы я умел, то постыдился.       — И что она в нем нашла? — Отголосок вопроса Ости врезался в слух Люцифера. Она, видимо, уже какое-то время вела с ним диалог.       — В смысле? — Демон мотнул головой, отстраняясь от стены и прогоняя из воображения образ тихо поскуливающего от его ласк ангела.       — Ну, — демонесса хмыкнула, подбирая выражение, — просто посмотри на нее и на него. Она явно птенчик, которая на порядок выше по статусу, чем он.       Коридор заполнил звон колокола, оповещающий о начале занятий. Демоны неспешно двинулись в сторону кабинета Фенцио.       — Насколько мне известно, этих птенцов собираются свести. — Люцифер постарался придать этой фразе максимальное пренебрежение. Ости присвистнула.       — Она же дочь Джедутуна, да? И как же интересно Фенцио пришлось ублажать его, раз он единственную кровинушку решил отдать этому безродному?       — Там какая-то заморочка с силами и будущими поколениями. — Он неопределенно махнул рукой.       — А ты откуда знаешь? — Она с удивлением вскинула бровь.       Черт!       Люцифер до боли прикусил собственный язык, мысленно давая себе размашистую оплеуху. Применив весь свой актерский талант, он устало вздохнул, взглянув на собеседницу, как на идиотку. Чтобы скрыть свое замешательство, он сунул последнюю сигарету из смятой пачки за ухо.       — Ости, как, по-твоему, распространяется информация о чужих перемещениях в иерархии? Демонесса заметно стушевалась и после короткой паузы предположила:       — Тебе, как сыну Сатаны, докладывают?       — Бинго. — Он мысленно поблагодарил ее за оправдание, которое она сама придумала и поверила.       Ости притихла на пару секунд, погружаясь в собственные мысли, и неожиданно подавилась смешком. — Бедная девочка, — Она нахмурила бровки «домиком», наигранно сожалея. — Ждать, пока «этот» сделает ей наследника, пф-ф. Боюсь, ей придется ждать несколько лет, пока «святая ночь» не наступит, и он не позовет ее под одеяло.Он же праведник до мозга костей.       Она ядовито рассмеялась.       Ох, Ости, этот праведник сосет намного лучше, чем ты. Подумал Люцифер, но, естественно, вслух ничего не сказал.       Двери кабинета были открыты нараспашку, открывая вид на уже собравшихся учеников. Ости и Люцифер вошли вальяжно, ловя на себе несколько заинтересованных взглядов горстки непризнанных. Фенцио еще не было на его привычном учительском месте. Демонесса уселась за парту, закидывая ногу на ногу, и принялась доставать всякое барахло, которое могло пригодиться во время лекции. Среди множества вещей, вытащенных из недр ее черной сумки, глаз Люцифера зацепила ярко-малиновая зажигалка, выуженная впопыхах вместе с огромной стопкой разномастных конспектов предыдущих занятий. Фенцио вошел в кабинет, как обычно, морально высасывая всю радость из помещения, и захлопнул за собой массивную дверь. Громкий хлопок заставил учеников вмиг замолчать, обрывая свои переговоры на полуслове.       Люцифер всегда думал, что преподаватель ошибочно родился ангелом, ведь гнетущая атмосфера на его лекциях изводила даже самого сильного духом ученика. Когда он наблюдал за учителем, то иногда развлекал себя тем, что воображал его главным героем какого-то до безумия клишированного фильма в стиле «Нуар». Только так можно было вынести его занятия.       Он прошел мимо парт учеников, полы его плаща драматично колыхались в такт его шагам. Неожиданно он на секунду остановился, как вкопанный, рядом с партой, за которой сидели демоны. Люцифер и Ости уставились на него с удивлением, взглядом окидывая учителя снизу вверх. Люцифер увидел, как пугающе медленно повернулась голова педагога в его сторону, награждая демона таким красноречивым взглядом, что у него невольно что-то сжалось в груди.       Ой, не к добру этот взгляд. Ой, не к добру.       Внешне Люцифер остался невозмутим. Лицо Ости так вообще искренне выражало крайнюю степень непонимания. Фенцио попытался тоже сохранить маску спокойствия на лице, однако, широко раздуваемые ноздри и нахмуренные брови явно выдавали его праведный гнев. Он еще долю секунды молча стоял, буравя Люцифера красноречивым взглядом, а затем продолжил свой путь к преподавательскому столу, как ни в чем не бывало.       — Чего это с ним? — шепнула Ости, чуть наклоняясь к соседу по парте.       — Реакция на твой новый парфюм. –Он привычно усмехнулся, проглатывая невесть откуда взявшийся гаденький страх. — Кажется, ему не нравится.       Ости фыркнула, пряча улыбку в листки конспекта. Люцифер невольно окинул взглядом кабинет. Дино нигде не было. Мысленно выругавшись, он принялся чуть нервно тарабанить пальцами по столешнице. До его слуха долетали обрывки лекции, но мыслями Люцифер был далеко не здесь.       — Дар, которым награжден каждый из вас — это ценнейшая и уникальная способность… — Рассудительный голос учителя тонул на фоне бушующих дум в голове демона. Фенцио объяснял природу зарождения способностей ангелов и демонов, ученики, едва успевая за потоком его речи, интенсивно записывали, уткнув носы в конспекты. Люцифер эту тему знал, так как с самого детства ему вдалбливали эти учения в голову.       — Прежде всего, вам нужно уяснить, что дар ограничен, как нечто материальное. Вы все — сосуды для силы, которые любезно даровал вам Шепфа. Для непризнанных Дар открывается только после инициации.       По классу разнесся приглушённый бубнёж со стороны обладателей серых крыльев.       — Тишина! — Ангел Фенцио грозно постучал карандашом по учительскому столу.- В конце лекции я дам каждому из вас тест по этой теме. Вы должны очень внимательно выбирать те ситуации, когда стоит применить свои способности, потому что магия ограничена. Она не восполняется и требует платы.        — Тогда для чего вообще ее стоит применять? — Внимание Фенцио привлек непризнанный парень, сидящий за первой партой.       — Во имя Равновесия, конечно же. –Фенцио взглянул на нерадивого непризнанного, будто тот сморозил невероятную глупость. Тот заметно стушевался и опустил взгляд в конспект.       Люцифер не слушал того, что происходило на уроке. Остаток лекции преподаватель разъяснял базовые правила применения силы, а также занимался запугиванием еще совсем зеленых непризнанных последствиями лишения сил.       Когда до конца занятия оставалось не больше десяти минут, Фенцио заключил:       — Время теста. Сложность его будет варьироваться в зависимости от вашего уровня обучения. Сейчас каждый из вас подойдет ко мне и возьмет свой вариант, начиная с задних парт. — Его глаза устремились в дальний конец кабинета на парту, где сидели демоны.       Ости дернула задумавшегося Люцифера за рукав рубашки. Он медленно встал и направился к учительскому столу. Демон почувствовал, будто идет в стальную клетку с грозным и гордым львом. Фенцио смотрел на подошедшего ученика с абсолютно нечитаемым выражением лица. Лишь когда тот протянул руку, в надежде взять тест, стоя к нему достаточно близко, чтобы его фраза была не слышна остальным обучающимся, он процедил сквозь стиснутые зубы:       — Мне плевать на то, кем является твой отец. Если ты, щенок, еще раз приблизишься к нему — я размажу тебя по стене, будь уверен.       БАМ!       Кажется, демону только что выстрелили в голову. На поражение. Плохо скрываемый шок, вперемешку с гневом, судорогой отпечатался на лице Люцифера. Дверь кабинета распахнулась тихо, но в оглушившей тишине она звучала, как удар в гонг. Демон обернулся и увидел виновника их разговора на пороге. Усмешка появилась на демоническом лице по инерции — жалкая попытка спрятать горькое удивление. Лазурные глаза ангела сверкнули секундным изумлением и осознанием.       — Можно? — Дино перевел взгляд на отца, стараясь сохранять хладнокровие.       — Входи. — Коротко ответил Фенцио, буравя сына тяжелым взглядом.       Но юноша остался на месте.       Люциферу срочно понадобилось проветриться. Обмозговать. Подумать. Да, черт его дери, сбежать! Он круто развернулся и зашагал навстречу Дино, затылком чувствуя, как незаметно изменилось выражение лица педагога. Он выудил из-за уха сигарету, стиснул ее между зубов, и, проходя мимо своей парты, схватил со стола зажигалку Ости.       Дино все продолжал стоять истуканом, одними глазами наблюдая за действиями демона. Он ловко подбросил ярко-малиновую зажигалку прямо перед его носом, подходя ближе:       — Смотри внимательнее. — Люцифер сверкнул глазами, проворачивая ее между пальцами и подкуривая. Он вышел из кабинета, захлопнув дверь, всей душой надеясь, что ангел понял его тонкий намек.       — Дино. — Голос отца звучал сухо и напущено отстраненно. — Останешься после занятия.       Ангел тихо опустился на заднюю парту, лишь по одному короткому взгляду Фенцио осознавая, что что-то не так.       Спустя полчаса, когда последний ученик дописал и вручил в руки педагога тест, и дверь кабинета закрылась за ним, отрезая отца и сына от остального мира, Дино почувствовал, как попал в ловушку. Фенцио сидел неподвижно за учительским столом, уронив почти седую голову на ладони.        — Отец, в чем…        — Умолкни! — Рявкнул мужчина, награждая юношу уничтожающим взглядом. — Безмозглый идиот, ты что наделал? А? ТЫ ЧТО НАДЕЛАЛ?!       Во рту юноши резко пересохло. Он встал со своего места, в порыве подойти к нему, но остановился на середине пути, едва кулак учителя размашистым жестом громко ударился о деревянную поверхность стола.       — О чем ты? — Тихо выдавил из себя юноша, будто бы уменьшаясь в размерах под гнетом гнева отца.       — Не надо мне играть удивление. Ты прекрасно понял, о чем я.       Черт-черт-черт!!! Шепфа, молю тебя, пусть это не то, о чем я думаю.       — Почему от энергетики Люцифера несет тобой?!       Дино глубоко вздохнул, поднимая взгляд к потолку, в который раз убеждаясь, что Создатель над ним издевается.       — Я думаю, ты сам уже знаешь ответ. — Его голос звучал блекло, едва слышно, на фоне бушующего крика Фенцио.       Он вскочил со своего учительского кресла и принялся расхаживать из стороны в сторону. Ругательства нескончаемым потоком лились из его рта, соединяемые лишь предлогами и интонациями. Он в порыве гнева схватил с полки изящную вазу с душистыми небесными цветами и запустил ее в стену. Потом замолчал, переводя дух и глубоко дыша, прислонив ладони к глазам и протирая свое лицо.       — Ну почему?! Почему, Шепфа ради, почему?!       — Потому что он моя родственная душа, отец. Мы не можем иначе.       — Замолчи! Не смей об этом никому рассказывать, слышишь меня? Ты хоть понимаешь, в какое дерьмо ты втянул себя? — Он медленно осел в близстоящее кресло, глубоко дыша. — Ты хоть понимаешь, что будет, если об этом узнает Джедутун, а я напомню тебе, если вдруг память отшибло: он заинтересован в твоей персоне и просто так тебя не забудет. Мало того, что помолвку расторгнут, так тебя объявят преступником, Дино! Тебя, а не вас. Потому что Люцифер — сын своего отца, а ты — простой ангел. Ему уж точно сойдет это с рук, а вот тебя могут лишить крыльев и свергнуть с небес!       Отец схватился за сердце, ловя ртом воздух. Беспокойство отразилось на лице юноши, он сделал шаг к мужчине, тот пальцем указал, на один из многочисленных шкафчиков у стены. Ангел в ту же секунду бросился к нему, доставая с полки флакон со слезами морского дракона. Взяв стакан, он отмерил точную дозировку, какую всегда принимал отец в моменты сильного стресса, разбавляя водой из графина.Дино протянул лекарство Фенцио. Тот сделал несколько глотков, заметно расслабляясь и обмякая в кресле.       — Отец, послушай, я не выбирал свою судьбу. Никто не выбирает. Но так случилось, ты должен меня понять. — Голос дрожал, как у юнца. Дино пытался успокоиться, но это едва ли ему представлялось возможным.       — Ты больше не будешь с ним контактировать, слышишь? — Фенцио принялся устало массировать собственные виски. Немного поразмыслив, он добавил: — Я сегодня же свяжусь с Джедутуном. Свадьбу сыграете завтра.       — Что?! — Выпалил ангел, чувствуя, как его руки похолодели.       — Я все сказал.       — Но, отец!       — Никаких «но, отец»! Нужно как можно скорее заключить ваш брак, пока Джедутун ни о чем не догадался. Как только ты женишься на ней, ты начнешь жить нормальной жизнью, будешь держаться от этого сатанинского отпрыска как можно дальше, не привлекая внимания.       Дино онемел, не в силах возразить. Он давно уже понял, что его жизнь ему никогда не принадлежала, да и не будет принадлежать. То единственное, что он сделал по велению собственных желаний, привело к катастрофе.       А отец просто пытался его спасти, как истинный ангел-хранитель.

***

      Они встретились глубокой ночью на том самом месте, где когда-то впервые поцеловались. Звезды на темно-фиолетовом небе искрились холодно и отстраненно, отражаясь вместе с бледно-голубой луной на поверхности озерной воды. Изумрудная листва на деревьях переливалась теплым свечением от сотен маленьких светлячков. Так тихо.       Никто не станет свидетелем их тайны. Это было их место. Уголок спокойствия и безопасности, где можно выплеснуть чувства в единый поток нежности, страсти и бесконечной усталости. Где нет слова «нельзя» и «неправильно».       Дино нравилось это место. И сейчас он гордился тем, что понял намек Люцифера правильно. Он восхищался тем, как филигранно демону удавалось балансировать на лезвии ножа, заигрывая с ним или намекая на что-то в присутствии свидетелей. Он думал, что демон бесстрашен и даже немного глуп в своих порывах, но это было не так.       Демон до одури боялся. Но страх его заключался не в том, чтобы быть пойманным, а в том, что он мог лишиться возможности контакта с ангелом. Удивительно, как они смогли стать зависимы друг от друга за столь короткий срок. А может, они были зависимы всегда? Может, их вечное противостояние — лишь пыль в глаза для них обоих? Сколько демон себя помнил, он всегда испытывал к ангелу что-то, ошибочно принимаемое им за ненависть. Нет, это была не ненависть, а, скорее, желание контакта, скованного в цепи соперничества. Идеальное воспитание в противоположных мировоззрениях дали свои плоды, потому они думали, что были врагами. Они разные, будто отзеркаленные. Но зеркало отражает ту же суть. И как можно ненавидеть собственное отражение?       Когда Люцифер увидел ярко-бурую кровь на собственных пальцах, то все в его голове встряхнулось, но лишь для того, чтобы встать на место. Все стало предельно ясно и до невозможности правильно. Но только для них, а не для их окружения.       Люцифер сидел под раскидистым дубом. Крылья его устало лежали на земле. Лицо в глубокой задумчивости. Услышав шорох крыльев и запах до боли знакомой энергетики, он заметно оживился, уставившись на ангела, едва ступившего на твердую поверхность земли. Дино невольно улыбнулся, увидев, как глаза демона сверкнули радостью. Он поднялся на ноги и притянул ангела в крепкие объятия, настолько искренние и порывистые, что юноша поначалу опешил. Всего на долю секунды. А затем ответил, сомкнув руки на мускулистых плечах демона и зарывшись носом в изгиб его шеи. Вкусный запах энергетики кружил голову, как Глифт. Ангел оставил на коже короткий поцелуй, прижимаясь к демону ближе, и, казалось, что прижмись они друг к другу чуть сильнее, затрещали бы кости.       Им нужно поговорить. Нужно. Но не сейчас, когда все слишком замечательно. Когда можно просто сжать друг друга сильными руками, и стоять, замерев и боясь выдохнуть.       — Я рад, что ты здесь. Я так скучал. — Прошептал Люцифер куда-то в ангельский висок.       Дино с нежностью обвил лицо демона ладонями, оставив чувственный поцелуй. Люцифер слегка выдохнул в приоткрытые губы, жмуря глаза от удовольствия. Ангел почувствовал легкий укус в нижнюю губу и мурашки пробежались вдоль его рук. Касания ладоней вызывали головокружения, будоража в Дино отнюдь не ангельские желания.       — Как я могу не прийти на твой зов? — Спросил он с легким стоном, едва почувствовав игривый укус в шею. Как раз в том месте, где был след от их предыдущей встречи. Демон отстранился от него, одаривая легкой усмешкой, настолько сексуальной, что у ангела от одного взгляда на эти чувственные тонкие губы срывало крышу.       От одного взгляда демонических глаз в ангеле просыпалось первобытное желание наброситься на него, поддавшись своим чувствам. И впитывать, сливаться. А сейчас, после весьма неприятного разговора с отцом, огорошившего его своей осведомленностью, это желание лишь обострилось. Запрет стал для него пустым звуком, когда он глядел на демона, что с таким обожанием и вожделением смотрел на него в ответ. Мужчина, не прерывая зрительного контакта, сделал два шага назад и принялся медленно расстегивать рубашку. В голубых глазах отразились шаловливые нотки любопытства, внимательно следующие за каждым движением его рук.       — Весь день сегодня мечтал освежиться. — Черная рубашка была откинута в сторону. Его пальцы потянулись к пряжке собственного ремня. — Составишь компанию?       — Я не взял с собой плавок. — Ответил Дино, не в силах оторвать глаз от мускулистого торса и витиеватого узора татуировок.       — Я тоже. — Хмыкнул Люцифер, ловко выпутываясь из плена брюк и скидывая ботинки.       Вдох застрял где-то под грудной клеткой. Ангел смущенно улыбнулся, наблюдая, как демон с завораживающей грациозностью нырнул в озеро, скрываясь из его поля зрения на пару секунд. Вынырнув из воды, он скинул несколько прядей черных волос, прилипших ко лбу.       — Так и будешь там стоять? — Крикнул он ангелу, который все еще топтался на месте, в нерешительности пряча смущенную улыбку. — Не испытывай мое терпение.       Дино горделиво хмыкнул, вскидывая бровь и складывая руки на груди.       — Да что ты мне сделаешь в таком виде?       Люцифер недовольно цокнул. Одним ловким и одновременно мощным движением крыла он окатил ангела водой с головы до ног.       — Ладно! — Ответил Дино, вытирая с глаз озерную воду. Он разделся под пристальным взглядом, чувствуя, как пылают его уши.       — Ну, хватит тебе так очаровательно смущаться. — Люцифер подплыл к нему чуть ближе.       — Считаешь это очаровательным? — Спросил ангел, жестом указывая на свои уши. Люцифер улыбнулся и кивнул.       Мягкая зеленая трава приятно щекотала ступни. Дино сделал несколько шагов к кромке воды. — Стой. — Уверенный голос демона заставил его замереть. — Распусти волосы. Мне понравилось, как ты выглядел сегодня утром.       Ангел отозвался мягкой улыбкой на его просьбу. Стянув резинку с волос, он почувствовал, как его светлые пряди упали на бледные плечи. Люцифер подловил себя на том, что любуется юношей без зазрения совести. Он был так красив, лунный свет будто отражался от его гладкой кожи.       Сделав несколько коротких шагов, давая телу привыкнуть к прохладной озерной воде, Дино нырнул. Ему нравилось плавать. В воде, как и в воздухе, он ощущал свободу, сочащуюся из каждого его движения. Она наполняла его изнутри, отдаваясь приятным теплом в мышцах.       Чистая вода, нагота, небо, усыпанное мириадами звезд, и присутствие родственной души рядом — простой рецепт для ангельского спокойствия. Какое-то время они просто лежали на воде, наслаждаясь долгожданной тишиной. И казалось, будто бы вся суета осталась где-то далеко, будто все мироздание замерло, как фильм, поставленный на паузу, и все эти запреты были не про них, и вся их жизнь была сложена иначе. Здесь они были одни.       Здесь они могли стать счастливы, просто находясь рядом. В тишине ночного покоя никто так и не понял, как их руки встретились друг с другом, переплетаясь пальцами. Но что-то их притянуло, как противоположные полюса магнитов. По-сути, они таковыми и являлись. Противоположности, которые, по всем канонам, никогда не должны были полюбить друг друга. Но так уж случилось, что судьба очень любит иронию.       — Может, останемся здесь? — Голос демона почти убаюкивал. И сколь соблазнительно звучала эта фраза, столь невозможной она представлялась для ангела.       — Я бы очень хотел этого. — Ответил Дино, чуть крепче сжимая его пальцы. Ангел не мог этого пообещать, ответив взаимностью. Не после разговора с отцом.       Эта ночь должна стать для них той единственной, незабываемой. Они оба это осознавали, но не хотели произносить вслух. Не хотели рушить призрачную идиллию, эту иллюзию, сотканную хрустальными нитями молчания, поганить их райский уголок запретами и словами, способными растоптать и уничтожить их души, наполнять это место тоской и прощанием.        Не здесь и не сейчас, когда на душе так спокойно и легко. Когда их тела так расслаблены и головы отчищены от суетливых и гнетущих мыслей. Здесь случилась их нирвана, впитываемая каждой клеточкой их измученных судьбою душ.       Выбравшись на берег, они согревали друг друга теплом своих тел. Нежные касания успокаивали, отметая из голов беспокойство. Ангел притянул демона в новый поцелуй. Он прикоснулся к ключице губами легко, как пух, пройдясь быстрой дорожкой поцелуев вверх до уха, уделяя особое внимание зататуированной шее. Он с интересом изучал чернильные узоры на коже, следуя за ними, и подставляясь под шероховатые ладони. Люцифер гладил его плечи, стараясь запомнить ощущение гладкой кожи под своими руками. Рядом с Дино он мог позволить себе открыть новые грани нежности, которых раньше не замечал. Он не хотел причинять боль своему ангелу. Не хотел быть грубым с самой большой драгоценностью, ведь этот ангел — тот светлый лучик надежды, что озарил его темную и порочную душу.       Люцифер завлек его в сладкий поцелуй. Он отозвался на него с большой охотой, приоткрывая пухлые губы и углубляя их слияние. Демон с осторожностью огладил еще сырые крылья ангела, проглатывая вздох Дино. Его тело недвусмысленно среагировало на эти прикосновения, приливая кровь к возбужденному паху. Обхватив его плечи двумя руками, ангел потянул демона на себя, откидываясь назад. Люцифер целовал его, распаляясь с каждой секундой все больше, его руки блуждали по рельефному ангельскому телу.       Им обоим нечем дышать.       Хотелось больше. Глубже и интенсивнее. Задыхаясь от переполняющих чувств.       И в бурлящем потоке из эмоций, ласкающих движений и поцелуев имя ангела слетело с демонических губ со сдавленным стоном. Впервые. И так прекрасно. Ангел был готов утонуть в этом голосе, что так красиво зовет его по имени. Имя казалось таким соблазнительным и манящим, что грешно было бы оставить все так, без внимания. Дино расплылся в счастливой улыбке.       И ему казалось, что все, что сейчас происходит — невыносимо правильно, но не благоразумно. Так правильно и хорошо, что хотелось разрыдаться от осознания, что все закончится сегодняшней ночью. Но он гнал эти мысли прочь, стараясь насытиться этим моментом. Моментом их близости, когда их энергетики, подобно их телам, сплелись воедино и изменились навсегда. То, что произошло с ними в библиотеке вчера, — лишь крохотная песчинка в бесконечной вселенной удовольствия.       Связь.       Порочная, но правильная.       Трагичная, но счастливая.       Противоречивая, как они сами.       И в этом была их суть.       Демон с небывалой осторожностью растягивал его пальцами, зацеловывая ангельское лицо. Дино шипел сквозь стиснутые зубы, впиваясь в плечи Люцифера короткими ногтями, подставляясь под его ласки, и вся его поза, его глаза будто кричали: «Осторожно. Не сделай мне больно. Еще не время».       Люцифер крепко держал ангела за бедра, укладывая его ноги, на свои плечи.       — Смотри мне в глаза, ангел мой.       Один медленный толчок разделил их жизнь на «до» и «после».       Чувственно. Безболезненно. До безобразия прекрасно.       Кажется, они сошли с ума. Просто касаясь друг друга, зацеловывая нежную кожу, покрытую испариной. Ангел с силой прикусил нижнюю губу, тихо поскуливая от ощущения заполненности.       — Чщ-щ, — Люцифер успокаивающе коснулся кончиками пальцев ангельского рта, вытирая выступившую капельку крови, и снова толкнулся в открытое тело.       Заветное слово «ещё» сорвалось с пухлых юношеских губ вперемешку с несдержанными стонами. Демонические движения были аккуратными, Дино чувствовал, как Люцифер сдерживал себя, не желая причинять ему боль. Ангел видел, как среди наслаждения, плескавшегося на дне его глаз, затаилась еще и обеспокоенность.       — Сильнее… — Едва ли не хныча, вымолвил Дино, крепко зажмуривая глаза. Ангел чуть приподнял таз, насаживаясь глубже. Демон грязно выругался себе под нос, увеличивая темп фрикций, всаживаясь в податливое ангельское тело глубже и чувственнее. Его дыхание застряло где-то в горле.       — Дино, ты хороший ангел? — Спросил Люцифер, вновь меняя темп на убийственно медленную скорость, но увеличивая амплитуду движений. Он смотрел в эти лазурные глаза, горящие похотью, и в его голосе звучала явная усмешка, которая сводила юношу с ума.       Он смог выдавить только из себя нечленораздельное «мгм» и нервозный кивок головы, заставляя демона улыбнуться еще шире. Внезапно Люцифер отстранился от него, и ангел слегка удивленно хныкнул, ощущая непривычную пустоту.       — А ты знал, что хорошие ангелы стоят на коленях? — Мужчина вновь сверкнул похотливым взглядом, жестом показывая ему развернуться. Дино тут же повиновался, встав в коленно-локтевую позу. Демон вновь оказался в нем, но уже под новым углом, заставляя ангела захлебнуться в новом стоне, бесстыдно сорвавшегося с губ. Темп движений заметно ускорился, и ангел был этому несказанно рад. Он прогибался в пояснице все сильнее, с жаждой впитывая и наслаждаясь захлестывающими ощущениями.       И стоны, стоны, стоны… Они звучали почти в унисон.       Демон запустил ладонь в мокрые пряди длинных волос, слегка массируя подушечками пальцев кожу головы. Дино отозвался благодарным поскуливанием.       — Можно, — хриплым шепотом ответил он, и демон с силой сжал копну в кулак, несильно, но весьма ощутимо оттягивая их на себя, заставляя ангела запрокинуть голову назад. Он оторвался локтями от земли, упираясь только коленями, и потянулся вслед за движением руки Люцифера, отклоняясь корпусом назад, вновь меняя угол проникновения. Они встретились взглядом, и у демона окончательно снесло крышу. Одной рукой он настойчиво надавливал на поясницу ангела, заставляя его выгибаться сильнее, свободная рука лежала вдоль ангельской грудной клетки. Дино затылком ощущал сбивчивое дыхание Люцифера. Ангел завел руки назад, обхватывая талию мужчины и прижимаясь к нему еще ближе. Их речь смешалась в один бессвязный поток, состоящий только из слов «да», «мой», «еще» и «люблю».       Люблю… Какое красивое сочетание звуков.       Люблю. До ломоты в костях и хрипоты в горле.       Люблю. До хитрой усмешки и порозовевших ушей.       Люблю. До одури.       До стиснутых зубов.       Люблюлюблюлюблю…       Сильная рука Люцифера скользнула вверх по ангельской грудной клетке, смыкаясь на горле. Дино почувствовал, как воздух из его легких тихим выдохом начал покидать его. Темп увеличивался, сопровождаемый пошлыми шлепками от соприкосновения двух тел. Он пытался схватить ртом живительный воздух, но ничего не получалось.       — Ласкай себя, — Этот чертов голос, сводящий с ума. Этот чертов приказной тон, которому Дино не в силах сопротивляться. Это чертово тело, так идеально подходящее ему. Этот. Чертов. Люцифер.       И Дино поддался, бессовестно выстанывая имя демона, и ощущая легкое покалывание на губах от чувства асфиксии. Он ощутил, как чужой лоб, покрытый испариной, уперся в его плечо.       — Посмотри мне в глаза, Люцифер. — Голос ангела звучал хрипло, почти надломлено.       Демон поднял голову, рыча что-то нечленораздельное, радужка глаз была полностью затоплена в зрачке. Бешеный темп. Удовольствие, сравнимое с агонией. Зрительный контакт и долгожданная мощная разрядка, ворвавшаяся в тело ангела теплым потоком. А через пару мгновений катарсиса достиг и ангел, судорожно хватаясь пальцами за демоническое тело.       Они грузно опустились на траву, пытаясь восстановить дыхание и унять мелкую дрожь в конечностях после бурного окончания. Демон притянул ангела, укладывая его голову себе на грудь. Бледная полоска рассвета задребезжала где-то на линии горизонта.       — Знаешь, — Дино заглянул в расслабленное лицо Люцифера, подкладывая под подбородок руку. — Что мне всегда было интересно?       — Теряюсь в догадках. — Ответил Люцифер, бездумно скользя пальцами по белоснежным крыльям.       — Какого цвета твои глаза?       Мужчина хмыкнул и уставился в скопление бледных звезд на посеревшем предрассветном небе. Он помедлил, собираясь с мыслями.       — Давай просто условимся, что из нас двоих самые красивые глаза у тебя.       Дино тихо усмехнулся и оставил короткий поцелуй на демонических губах. Сонливость медленно накатывала на них, смыкая их веки и затуманивая мысли. Люцифер закурил, выудив из кармана недалеко отброшенных штанов сигареты. Табачный дым приятно щекотал ноздри, демоническая рука вальяжно и медленно гладила белоснежные крылья. Тишина, прерываемая лишь негромким дыханием. И Дино хотелось навеки запечатлеть этот момент в своих воспоминаниях. Момент, где ему так хорошо, просто ощущая демона рядом. Где никто не смеет нарушить их покой.       Рассвет встретил их ярким солнечным светом. Таким воздушным, невесомым и, одновременно с этим, огромным.Золотистые лучи наполняли собой все пространство вокруг, озаряя их обнаженные души, без стука врываясь и впуская счастье.       Желтый.       Лучезарный.       Палящий на вылет, во все стороны.       Цвет счастья, едва осознаваемого, простодушно несложного. Со свежим запахом зеленой листвы, теплого, как солнечный свет.       И такого до омерзения мимолетного.       — Мой отец…       —…Все знает? — Люцифер закончил фразу, устремив свой взор куда-то в пустоту. Его пальцы чуть сильнее сжались на пушистых перьях.       — Я сегодня женюсь. — Слова слетали с губ, как по инерции, будто бы сказанное было вовсе не про него, а про кого-то другого. Они не ранили. Было совсем не больно. Совсем. Ни капельки. Не про них же это, в самом деле.       — Можно было бы догадаться. — Отстраненность голоса зеркально вторилась интонации ангела. Нет, это не про них. Нет.       Нет…       Счастье слабо улыбнулось и рассыпалось на сотни разноцветных осколков. Розовый, Фиолетовый, Желтый. Оно стеклянной пылью развеялось по ветру. Будто в каком-то трансе, они медленно встали, неторопливо оделись, пряча пустые глаза друг от друга. А после…       Вспышка.       Осознание молотом приложилось об их головы, выбило воздух из легких. Медленно увело землю из-под ног.       Это… конец?       — Дино…       Нет-нет-нет, не называй меня по имени, прошу тебя. Не выворачивай мою душу наизнанку. Не надо.       — Дино! — Надломленный, осипший голос Люцифера разбивал ангельское сердце на части. — Посмотри на меня. Пожалуйста.       Демон нуждался в нем. Молил хотя бы о последнем взгляде, уже ставших родными, лазурных глаз. Как он без этого сможет жить?       — Пожалуйста, посмотри мне в глаза.       Лазурь показалась на какую-то жалкую секунду. Быстро и робко. Такая печальная. И тут же спряталась за длинными опущенными ресницами. Этот цвет прожег демона изнутри, оставив огромную дыру в душе, через которую зимним ветром шумел сквозняк. И демон будто бы оторопел, увидев невыносимую боль в ангельских глазах. Она ледяной пощечиной осталась на том месте, где раньше было его сердце.       Дино упрямо молчал, хмуря светлые брови и буравя взглядом свои ботинки. Он был не в силах снова посмотреть в глаза демону, потому что понимал, что потеряется в них и вновь поддастся искушению.       — Давай сбежим. — Он чувствует, как голос мужчины дрожит и звучит тихо-тихо, будто слова были непомерно тяжелыми для него. И в этой простой и короткой фразе надежда звучала, как издевка самой судьбы. Нельзя, Люцифер. Нельзя.       — Мы зашли слишком далеко. — Ангел прошептал это, глотая подступающий к горлу ком. — Пора остановиться.       — Я не могу, и ты это знаешь. — Он порывисто потянул ладони к рукам ангела, в надежде встряхнуть его хорошенько, чтобы он пришел в себя. Но скорбь, улегшись глубокими морщинами на ангельском лбу, вмиг отрезвила его. Люцифер застыл, сжимая зависшие в воздухе ладони в кулак, и отдернул их к себе. Ангел не позволит прикоснуться к нему, но и не сделает шаг назад, дальше от родного тела.       — Знаю. Поэтому, я сделаю это за нас обоих.       — Умоляю. — Слово резало ангельское сердце. — Останься со мной.       Дино с силой прикусил собственную щеку, сдерживая в себе порыв закричать от тоски и бессилия.       Нельзя, мой демон. Нельзя.       Люцифер, нервно вздохнул, зажмуривая глаза. Он понуро опустил плечи, будто бы гнетущая тишина сдавила их. Он сделал шаг навстречу, в надежде вернуть теплоту его рук, но так и остался на месте, сжимая кулаки от бессилия. Чертова высокая мораль. Чертово чувство долга. Почему благие цели разбили его сердце? Он жмурил глаза, будто бы темнота перед ним смогла бы забрать его с собой, чтобы забыться и потеряться в ней.        Прости меня, мой демон, если сможешь. Я так люблю тебя. Но пришла пора уходить.       Теплые белые крылья коснулись его спины, слегка притягивая в объятия. Нежность, окутавшая тело демона, стала немым извинением. И прощанием.       А мир, казалось, тихо терял краски, вновь становясь серым.