syndrome de Stockholm

Аэропорт, напряженные лица, полтора часа до отлета и куча мыслей в голове. Что будет дальше? Человеку, который кроме своего дома и лавандовых полей в жизни ничего не видел, очень сложно представить что-то большее. А вообще, может мне там и понравится. Может я буду жить с очень милыми людьми. По крайней мере, мои родители уверяют, что это действительно так. -Я тебе в ручную кладь положила сэндвичи с тунцом! Обязательно поешь в самолете! - сказала мне на ухо мама. Я зажмурился и ударил себя по лицу ладонью. -Мааам, на борту кормят, а эти сэндвичи развоняются на весь самолет. -Слушай мать, Леон, она волнуется! - с недовольным лицом вставил отец. -Знаю я, сынок, чем кормят в этих самолетах, и вообще, питайся там хорошо, не расстраивай меня. Мать никак не может отойти от моей нервной анорексии, которую я пережил в 13 лет. Сейчас в моей голове все в порядке. Конечно же, благодаря длительной работе с психотерапевтом. Тем не менее, на упитанного человека я мало похож. -Не давай себя в обиду, парень - папа по доброму потрепал меня за плечо и крепко обнял на прощание. Мама последовала его примеру. Я вдохнул ее запах так глубоко, будто не увижу еще целую вечность. Будет сложно. Время до посадки пролетело незаметно, я занял свое место, дожидаясь того, кто будет моим соседом по креслу до конца полета. Рядом сел парень лет девятнадцати в черной рубашке, пуговицы которой едва прикрывали торс. В нос ударил дорогой запах сандала вперемешку с едким сигаретным. Аккуратные черты лица совсем не пытались скрыть яркую эмоцию то ли злости, то ли дикого недовольства происходящим. Раздался звонок телефона и парень, шумно выдыхая, взял трубку. -Что? Я уже сказал, что я не буду искать с ним общий язык, мам. Я только возвращаюсь с прекрасных каникул в Провансе, которые вы мне с папенькой любезно устроили, но вы уже припасли для меня очередную головную боль. Вам скучно живется, скажи честно? Я не привык к такого рода общению с родителями. В голосе читалась нескрытая агрессия. По всей видимости, мажор, которого знатно избаловали достатком и вседозволенностью. -Не рассчитывай на то, что я оставлю вашу с папулей подлянку просто так, до встречи, мамуль. - последнее слово он выплюнул в телефон, едко, почти дьявольски ухмыляясь. Парень сбросил звонок и устало откинулся головой на изголовье сидения, открывая вид на витиеватую татуировку на шее. Это было похоже на кадуцей. Я всегда был не равнодушен к тату, хоть и сам до жути боюсь иголок. Мне потребовалось пару минут, чтобы отвести взгляд. До пересадки было много времени, я решил посмотреть какое нибудь кино. Выбор пал на «Леон». Как ни странно, я не видел этот фильм ни разу. -Мой любимый фильм. - парень с соседнего сиденья подал голос. -Что, прости? -Мне нравится этот фильм, один из любимых - парень тепло улыбнулся, глядя на экран. Когда говорил, о том, что ему нравится, он совсем не был похож на того, кто минут двадцать назад орал на свою мать в динамик телефона. -Я ни разу его не видел. -Серьезно? Это же классика, парень, такое надо знать - он снова выглядел напыщенно, будто я сказал, что не знаю, сколько будет дважды два. Я промолчал. -Меня кстати Кристоф зовут. - продолжил парень - Я не фанат «одноразовых» диалогов в самолетах, просто мне очень скучно, и тебе придется терпеть меня до конца перелета. Кристоф расслабленно сидел в кресле, слегка болтая ногами и говоря в пол силы, но с интересом. -Я смотрю, тебе еще и «Бойцовский клуб» нравится? -В точку. Представишься? -Леон. Меня зовут Леон - на выдохе выдал я, немного нервничая из-за странного разговора. Кристоф тихо усмехнулся. -Боже, серьезно? Иронично. -Невероятно иронично - я не удержался от сарказма. -Ты ведь тоже летишь в Сан-Диего, что собираешься делать? -Родители в качестве подарка на совершеннолетие оплатили учебу в хорошем университете, это хорошая возможность. По крайней мере, они так говорят. -Господи, это то, о чем я думаю? - Кристоф пробормотал это себе под нос, но я услышал. Остаток полета он провел слушая музыку в наушниках и не говоря ни слова. Я тоже не горел желанием продолжать этот бессмысленный диалог.