Twilight

Сидя на ветке огромного дуба, Чонгук расслабленно наблюдал за тем, как младшие оборотни хвостиком бегают за вожаком, не забывая про виноватый вид своих мордочек, а Юнги, в свою очередь, делал вид, что очень сильно на них злится. По мнению Чонгука выходило у него так себе, и ученики это тоже понимали, оттого за своими радостно мельтешащими хвостами и не смотрели. Их радость можно было понять – наконец-то у Юнги получилось разбудить своего внутреннего волка и сбросить с места вожака никчемного наглеца, который только командовать и может. А еще, по секрету шептался всем Хванун, учитель Мин встретил свою истинную пару, но упрямо об этом молчит. Такие шепотки от Юнги, конечно же, не укрылись, но хоть как-то комментировать их он не стал. Он сам в это поверить до конца не мог, но об этом догадывался только Чонгук, потому что знал Мина как себя. Юнги никогда не верил, что способен получить такой подарок судьбы как запечатление, но в жизни всегда все случается так, как ты того не ожидал. Чонгук не то, чтобы хорошо знал Тэхена, но времени хватило с лихвой, чтобы понять - он именно тот человек, который нужен Юнги. Ощутив на себе пристальный взгляд темных глаз оборотня, Чонгук тряхнул головой и приподнялся, пока, явно, не собираясь слезать со своего пригретого местечка. Учеников рядом не было – видно, Юнги отправил их побегать. - Что? – поднял вопросительно бровь вампир. Юнги кивнул, намекая спуститься вниз, но Чонгук мотнул головой, - Нет. Я знаю, что, как только спущусь, ты оторвешь мне ноги. - Быстро сюда, пока я дерево не повалил, - не дожидаясь конца трансформации обратно в человека сказал Юнги, отчего в его голосе еще остался не слишком доброжелательный рык. - Ладно, ладно, не кипятись, - закатил глаза вампир, - Только оденься сначала. Видимо, старые шутки стаи о запрятанных под кустами комплектах одежды не такие уже и шутки, подумал Чонгук, когда, спустившись вниз, увидел перед собой уже одетого друга. Юнги только ветровку не стал застегивать, отсвечивая своим неидеальным прессом. Впрочем, разве пресс может быть неидеальным? - Ну? – спрятав руки в карманы штанов, лениво начал оборотень, - Где ты пропадал и почему я не должен тебя убивать за это? - Под «этим» ты имеешь ввиду мою пропажу или то, что я теперь вампир? – настороженно переспросил Чонгук. Его инстинкты бушевали не только от такого близкого нахождения с волком, но и сам по себе он ощущал исходившую предполагаемую опасность от Юнги. Если его многострадательная память не подводит, то Мин был категорически против всего вампирского, что было в жизни Чонгука. - К тому, что ты теперь жить не можешь без сосания крови, я уже был готов давно. Сейчас я говорю про твое детское поведение. Почему ты улетел и никому, хотя бы мне, ничего не сказал? - Я не хотел ни с кем говорить, - отвернувшись от друга, едва слышно ответил Чонгук. Вспоминать о своем подавленном в тот момент состоянии хотелось меньше всего. - Чонгук, я понимаю, измена — это ужасно… - Это была не совсем измена. - Погоди, потом будешь оправдывать своего супруга-идиота. Сейчас я хочу, чтобы ты понял, что поступил как последний эгоист. Твой отец не находил себе места, он сразу же заподозрил что-то неладное, когда ты не позвонил ему по приезду в Сеул. Мне пришлось сказать ему правду о твоем исчезновении. - Ты не говорил ему, что я нашелся? – глухо спросил Чонгук, со странным усердием рассматривая лежащие на земле камни. - Пока нет, - Юнги передернул плечами от холодка, который он ощутил от младшего, и это ему совсем не нравилось, - Я думал, ты сам скажешь. Вместо ответа Чонгук достал из кармана сложенный аккуратно лист бумаги и, по-прежнему избегая смотреть в глаза другу, вложил в его руку. - Вот, передай это папе, пожалуйста. Это мое письмо, в котором я прошу не искать меня. - Ты с ума сошел? – повысил голос Юнги, но умолк, стоило только Чонгуку посмотреть на него своими рубиновыми глазами. Все это время он успешно игнорировал их, но теперь, когда правда прямо перед ним, ее невозможно избегать, - Ты не мог… - Я смог, Юнги, - кровавые озера завораживали своим ярким цветом, и в их отражении оборотень словно видел, как медленно жизнь покидает обескровленное человеческое тело, - Я убил человека. Людям теперь опасно находиться рядом со мной. И если пострадает моя семья - я себе этого никогда не прощу. Юнги недовольно поджал губы, но ничего не сказал. Да и что было говорить? И он, и его отец много раз говорили Чонгуку, что вампиры — это не шутка, и их компания до добра не доведет. Будь Мин Хюнэ здесь, Юнги бы устроил другу тотальный вынос мозга, но отца рядом не было. Не было и того Мин Юнги, который ревностно защищал и оберегал парня от опасности в лице ужасных-ужасных монстров, которым нет оправдания. Прямо сейчас был лишь Мин Юнги, который наконец-то открыл глаза и увидел, что за маской кровожадных убийц могут скрываться несчастные создания, которым претит их вынужденный образ жизни. В этот момент не было даже остатка той глупой, слепой «любви» - ее заменило то, что вот-вот было готово прорости ярким букетом настоящих чувств, пригретыми нежными касаниями по гладкой шерсти… Тряхнув головой, дабы прогнать мечтательное наваждение, Юнги вдохнул полной грудью и непривычно тихо спросил: - Ты хорошо обдумал это решение? - Нет, - горько улыбнулся Чонгук, - Поэтому и прошу тебя сделать это как можно скорее, пока я не передумал. Он знал, что причинит отцу неимоверную боль своим поступком, но это был единственный шанс уберечь близкого человека от страшной угрозы. Больнее всего было осознавать, что эту угрозу нес ему сам Чонгук. - Хорошо, я передам, - вампир позволили себе слабую улыбку и расслабился, из-за чего едва не пропустил момент, когда ладонь оборотня явно нацелилась на его седую макушку. - Хен, за что? – вовремя уклонившись от подзатыльника, проканючил Чонгук. - Еще и спрашивать вздумал, негодник? Да за все твои проколы одного раза будет мало, - фыркнул Юнги, поднимая вопросительный взгляд в небо, но тут, уловив подозрительные шорохи среди листьев деревьев, насторожился, - Ты привел еще кого-то с собой? - Ах, да, совсем забыл сказать, - расплылся в излюбленной кроличьей улыбке Чонгук, - Кое-кто очень хотел с тобой встретиться. Так сильно хотел, что ни слова не сказал своему отцу, и попросту убежал хвостиком за мной. - Что ты?.. - Тэхен-а, выходи! Ветки на деревьях затрещали слишком громко, отчего Юнги стало казаться, что это трещит его сердце. Он не рассчитывал, что так скоро снова встретит своего истинного. По правде говоря, он вообще не думал, что встретит его еще хотя бы раз – слишком быстро он тогда ушел, что даже имени его не запомнил, не говоря уже о внешности. Тогда он был больше сконцентрирован на своих ощущениях, да и эйфория от превращения в волка притупляла все остальное. - Поберегись! - Осторожно! Бух! - Вы оба в порядке? – наклонив голову, Чонгук смотрел сверху вниз на двух лежащих на земле парней, которым не особо повезло столкнуться после падения Тэхена с дерева. Юнги же, подавшись панике и инстинктам, попытался поймать его, но немного не рассчитал ни своих сил, ни тяжесть парня, который теперь, благодаря этой курьезной ситуации, оказался под ним, - Ого, хен, не слишком ли вы быстро? Ну, не буду вам мешать. Тэхен, дорогу знаешь, сам домой вернешься. Удачи! И, воспользовавшись моментом, Чонгук быстренько смылся, мысленно поставив галочку – свою работу здесь он выполнил, остальное за Юнги. Как бы он только не упустил свой шанс. А Юнги смотрел, как по тяжелым темным прядям бегают солнечные лучики, окрашивая их в волшебный пламенный цвет, и не мог поверить своим глазам – сколько раз он видел его в своих снах, ощущал тепло его тела, слышал его голос… …Лишь одно остается прежним – теплые, карие глаза, но теперь они с такой мольбой смотрят, что раненое сердце волка болезненно сжимается и ухает куда-то вниз. - Юнги-хен!.. – словно издалека слышится надломленный голос мальчишки, - Мне больно!.. Помоги!.. Юнги вздрагивает, его сердце мечется в страхе, но тут же резко останавливается, стоит только почувствовать легкое, словно крыло бабочки, прикосновение большой ладони к своей щеке. Ворох цветных картинок проносится в его голове, и все они кажутся такими знакомыми, словно все это происходило именно с ним, словно он всю жизнь Тэхена был его невидимым спутником. Калейдоскоп останавливается в какой-то момент, и Юнги узнает тот самый старый особняк, перед окнами которого он когда-то оказался за секунду до того, как Чольу разорвал бы его на части. В этот раз ничто их не тревожит, и прикосновение руки к чужой ладони больше ничто не прерывает. Их взгляды встречаются, и оборотень слышит, в голове и наяву, мелодичный голос своей судьбы, от которой ему совершенно не хочется убегать больше: - Я словно кролик, который… -…свалился с Луны? Тэхен не может сдержать широкую квадратную улыбку, которая ярким солнцем отображается в янтарных глазах Юнги. Мин и сам не замечает, как начинает улыбаться, потому что трудно сдержать улыбку рядом с этим парнем. Ему хочется целую вечность нежно так держать его большую ладонь в своей маленькой, и прижимать к щеке, наслаждаясь близостью и низким, ласкающим слух, голосом. Ничего подобного он еще никогда не испытывал в своей жизни, из-за чего кажется, что кончики пальцев дрожат от страха, но нет. Это сковывающее чувство исчезло навсегда с тех пор, как Юнги впервые ощутил прикосновения своего истинного. - Скажи, - просит Тэхен, не отрывая зачарованного взгляда от глаз Юнги, - Что ты чувствуешь? - Боюсь, мне не хватит слов, - Юнги готов поклясться, что слышал в голосе парня опасения. Неужели он беспокоится, что Мин не разделяет его чувств? Да, Тэхен боится. Он, которому так легко показать весь спектр своих эмоций всего через одно прикосновение, боится, и к Юнги это осознание пришло словно обухом по голове, из-за чего стало очень неловко. - Тэхен, я… - Учитель Мин, мы вернулись! Насвистывая себе что-то под нос, Чонгук и не заметил, как ноги привели его к знакомому дому. Оборвавшись на половине ноты, парень тяжко выдохнул – больше бегать от разговора с Чимином ему не хотелось, но и решится он все никак не мог. Будто его собственный щит снова взбунтовался и отгораживал всеми силами от вампира, как от наибольшей опасности в этом мире. Но ведь это не так, и Чимин ему не враг. Конечно, и уж точно не друг, - ехидно шепчет внутренний голос, заставляя Чона зажмуриться от неприятных воспоминаний о том дне, когда он молчаливо ушел. - Чонгук-и? – тихий, словно шелест ветерка, неуверенный голос Чимина доносится до слуха, и парень открывает глаза, дабы встретится с ним взглядами. Ему больно смотреть на ту тень, что осталась от его супруга, но еще больнее осознавать, что такое он сотворил с ним сам. Делая шаг вперед и безмолвно заключая Чимина в свои объятия, Чонгук с небывалой легкостью принимает то, что они оба натворили достаточно ошибок в своей жизни, и пора бы уже прекратить этот бессмысленный цикл обид и расставаний. Может в его голове и были мысли навсегда покончить с этим, отгородив себя от человека по имени Пак Чимин, но все они исчезли без следа, когда он осознал, что больше ни дня не проживет без того, кто целиком и полностью завладел его сердцем и душой. - Прости, - на грани слез шепчет Чимин, мелко вздрагивая. Все вокруг кажется издевательским сном, и это понемногу ломает его и так сломанную волю. - Не нужно, - в тон ему отвечает Чонгук и горько ухмыляется, - Мне кажется, что мы достаточно просили прощения друг у друга. Хватит на целую вечность. - Но то, что я сделал… - взволнованно начинает Чимин, приподнимая голову и с замиранием сердца вглядываясь в изменившийся облик возлюбленного, в его алые рубины вместо родной теплоты карих глаз, и растрепанные седые волосы, которые раньше были густыми локонами цвета ночи, - …с тобой. - Ты не контролировал себя, - Чонгуку неудобно от растерянного взгляда Чимина, который будто бы только сейчас заметил, что его муж уже вовсе не человек, - Поэтому я не виню тебя. - Но ты… - слова застревают в горле и царапают его наждачной бумагой, - Господи, Чонгук! Как такое могло случится, что ты… - Вампир, - Пак даже выговорить не мог до конца свою мысль, поэтому парню пришлось хмуро закончить ее за него и покорно прижаться к несмелой ладошке на своем лице. Одна температура. Между ними теперь одна температура. - Как? – боль в голосе Чимина ощущается, как своя, - Ты ведь так хотел жить. - Я не мог остаться в стороне, поэтому бросился наперекор вампиру и спас одного дампира от его клыков, - губы искривляются в кривой улыбке, - Только вот сам попал под них. Его убили, но яд успел попасть в организм. Повезло, что мой спаситель не бросил меня, а помог освоится, даже не смотря на мою амнезию. - Амнезию? - Я не хочу об этом пока говорить, - Чонгуку было стыдно признаваться в том, что он допустил слабость и пожелал просто обо всем забыть. Наверное, это единственное, что он не сможет себе простить никогда. - Чего же ты хочешь сейчас? – с замиранием сердца спрашивает Чимин, готовясь услышать то, что навсегда оборвет его жизнь. Чонгук не говорит ничего, лишь трепетно касается губами костяшек пальцев Чимина, где блестит золотой ободок, и закрывает глаза, в последний раз обдумывая свое непростое решение. Вот он, момент, в который все решится и назад пути не будет. Это последний шанс отступить и сдастся судьбе, признать ее победу и навсегда потерять того, кто стал кем-то больше, чем просто возлюбленный. Они давно уже единое целое и без ненужной истинности, что царит в их мире. - Есть слишком много вещей, которые я хочу, - все еще не открыв глаз, говорит Чонгук, но, едва последующие слова срываются с его губ, Чимин наконец-то делает глубокий вдох и совершенно не чувствует земли под ногами, - Но главным, что мне необходимо, всегда будешь ты, Чимин. Чтобы не случилось, какие бы новые повороты и события не ждали нас, я всегда буду нуждаться и любить тебя. - Но, если ты встретишь своего исти… - совершенно неуместная сейчас фраза прерывается чутким и пылким поцелуем, и Чимин совершенно забывает, что хотел сказать, отдаваясь давно забытым ощущениям. Чонгук целует, снова собирая по частям его разбитую душу, и знает точно – никакого истинного у него не будет, потому что его сердце бьётся вопреки всем законам природы только ради Чимина. Такова их судьба. Залечивая раны возлюбленного нежными касаниями, благо потребности в воздухе больше нет, Чонгук отпускает его лишь тогда, когда до его слуха доносятся едва слышные вздохи Чимина, что срывались с его пухлых губ. Внутри что-то опасливо завертелось от вида такого разнеженного и покорного вампира в его руках, словно в груди притаился хищный зверь. Сцепив зубы, Чонгук отвернулся, занервничав, что вовсе не укрылось от Чимина. - Чонгук-и? – спросил обеспокоенно вампир, заглядывая в глаза супруга, - Все хорошо? - Я не знаю, - вместе с рыком выдохнул Чон, - Я не могу это объяснить, но меня пугает… это. - Что? – сперва Чимин не понимал, что пытается сказать парень, но детальней изучив его невольное поведение, вампир все осознал и улыбнулся, - Теперь ты знаешь, как чувствовал я себя в нашу первую ночь. - Вот так? – уточнил Чонгук. - Поверь, - практически на ухо прошептал Пак, - Мне было намного хуже, ведь ты был человеком. Не бойся, это пройдет. - Как скоро? – снова рыкнул парень, резко отреагировав на такую близость. - Не могу сказать, - протянул Чимин, хитро улыбаясь, и эта самая ухмылка никак не спешила покидать его губ, даже тогда, когда Чонгук прижал его к дереву, взяв в плен своих рук, - Чонгук-и, мы слишком близко к дому моих родителей, имей совесть. - Если мне правильно подсказывает моя память, мы и в самом доме творили всякие бесчинства, - ох, как же Чимин скучал за этой любимой кроличьей улыбкой. - Не успели. - Исправим? - Не хотел бы прерывать ваше воссоединение, - послышалось вежливое покашливание Сокджина с ноткой насмешки, - Но к нам в дом ворвался Исин, который утверждает, что его сын сбежал. Чонгук, ты не знаешь где он? - Ой, - виновато протянул Чонгук, выпуская супруга из своих объятий, - Да, кажется, знаю. - Вот и отлично, - довольно кивнул мужчина, - Тогда приведи его, пожалуйста, к нам, потому что есть кое-что, что нам бы хотелось обсудить. - Нет необходимости, я тут! – из-за деревьев вышел, сверкая широкой улыбкой, Тэхен, а за ним, воровато оглядываясь, следовал Юнги, - Что, устроим вечер знакомства? - Нам много есть что обсудить, - пусть тон Сокджина был доброжелателен, почему-то всем, даже Юнги, стало не по себе. В самом доме атмосфера была чуточку получше. Получивший выговор за побег Тэхен притихло сидел на диване и показательно дулся на Исина, пока мужчина, стоя за его спиной, недоверчиво сверлил взглядом стоящего около дверного проема Юнги, хотя оборотню очень хотелось сесть рядом с дампиром, но он не рискнул, ибо жить хотелось сильнее. На другом диване, не отпуская рук друг друга, сидели Чимин и Чонгук, которым все еще не верилось, что они наконец-то вместе. Хотя, с некой иронией думал Чонгук, какой шанс того, что в ближайшем будущем снова не случится чего-то такого? Только вот теперь черт с два он уйдет или отпустит Чимина. Хватит, надоело уже. - Итак, - важно опустившись в кресло, начал Намджун, - Сперва мне бы хотелось поблагодарить господина Чжаня за его помощь. - Пустяки, - вежливо улыбнувшись, махнул рукой Исин, - Вы попросили помощи, а мы не могли остаться в стороне. - И все же мы благодарны вам, - взял слово Сокджин, - И хотелось бы знать, как вы познакомились с Чонгуком? Это вы его обратили? - Думаю, будет лучше, если он сам расскажет, - обратился к Чонгуку вампир, - Ты ведь сможешь, Чонгук? - Да, хен, - кивнул парень, выровнявшись, - Моя память восстановилась полностью после обращения, так что… В это время никто не обратил внимания, как, наблюдая за всеми со второго этажа, Дженни нервно прикусила нижнюю губу и в панике забегала глазами, пытаясь что-то придумать. В ее планы совершенно не входило то, что Чонгук снова вернется к ее семье, и теперь грозит напрочь разрушит ее репутацию в этом доме. А ведь все только начало налаживаться. Хорошо, что после того, как она рассказала Чонгуку про измену Чимина Дженни успела стереть себя с его воспоминаний, и, что немаловажно, это сработало. - Дженни, что ты здесь делаешь? – выйдя из комнаты, настороженно спросила Джису. - Я… - замямлила вампирша, - Я пришла навестить Чэен. Ей уже лучше? - К счастью, да, - скрестив руки на груди холодно ответила девушка. Нервное состояние сестры от нее никак не укрылось, кроме того, она еще раньше успела заметить странности, что происходили с Дженни после свадьбы, но времени обратить на них должное внимание у нее не было, - Только вот я не могу понять, что с тобой творится? - А что со мной? – горделиво вскинув голову, переспросила Дженни, пряча неумело волнение, - Думаешь, я должна скакать от радости, что этот снова с нами? - Этот? Дженни, Чонгук давно… - Да, да, - закатила глаза вампирша, - Он давно член нашей семьи, нравится мне это или нет. А мы что, клуб помощи всем нуждающимся? Пускай катится туда, где был! - Сестра, твои глаза… - внезапно позади раздался обеспокоенный голос Лисы, - Почему они красные? Дженни в страхе попятилась назад, осознав, что забыла вовремя сменить линзы, но ее тут же схватила за руку Джису, заставляя стоять на месте. - Отпусти меня! - Действительно красные, - совершенно не удивившись протянула Джису, но что она точно не ожидала, так это то, что, полностью потеряв рассудок от страха, Дженни резко выкрутится из ее захвата и случайно, а может и нет, столкнет ее вниз с лестницы. Как же повезло девушке, ведь, если бы не вампирская регенерация, то ее шея уже б была свернута. - Что здесь происходит? – рядом в мгновение ока оказались Намджун и Сокджин. - Дженни столкнула Джису с лестницы! - сама не веря в свои слова прокричала Лиса. - Дженни? – шокировано переспросил Намджун, пока Сокджин помогал Джису встать, - Зачем ты это сделала? - Я не хотела… - все это было похоже на кошмар. Заламывая руки и вцепившись в свои волосы, Дженни медленно отступала назад, пока не наткнулась на перила, - Я не хотела! - Это потому, что она узнала, что ты питаешься кровью людей? – Лиса в мгновение ока превратилась в разъярённую львицу, а ее янтарные глаза пылали, глядя на сестру, - Зачем ты это скрывала? - Почему ты не сказала? – придерживая Джису, которая все еще не могла отойти от падения, тихо вопросил Джин, - А если бы ты не справилась сама? - Она и не справлялась, - рядом безмолвно возник Юнги, - На протяжение месяца в полицейский участок приходили известия о том, что находили обескровленные тела людей. Я думал, что это вампиры-кочевники, ибо каждый раз тела находили все дальше и дальше от наших территорий, поэтому и не придал этому должное значение. - Мог ли Чольу догадаться, что это дело рук кого-то из нашего клана? – спросил у Юнги Намджун. - Вполне, - снизал плечами оборотень, - А после ему не составило труда впутать сюда и меня, и так одним махом двух зайцев. Все же дураком он не был. - То есть, - держась за побаливающую шею, тихо начала Джису, - Это из-за нее оборотни напали на нас? Из-за нее пострадала Чэен, пытаясь защитить нас? И ты еще смеешь скалить зубы в сторону Чонгука, Дженни? - Я просто хотела, чтобы все было как раньше! – кровавые слезы беспомощности потекли по бледным щекам вампирши, но никого из присутствующих они не задели, - Я просто!.. - Достаточно, - жестко прервал ее Намджун, нахмурившись, - Просто ты думала только о себе, как последняя эгоистка, но это полбеды. Посмотри мне в глаза и скажи, что те люди, которых ты убила, совершили хоть какое-то преступление, Дженни, и тогда, быть может, я дам тебе еще один шанс. Нет, такого она сказать точно не могла, ведь, каждый раз, как от ее клыков погибали смертные, Дженни из кожи вон лезла, пытаясь заставить себя забыть весь этот кошмар. В конце концов, она настолько измучила свой разум, что все же ей это удалось, и теперь она даже лица погибших вспомнить не могла. Глотая горькие слезы, девушка понимала, что теперь ее мечтам конец, и виновата в этом только она сама. Конечно, она могла бы попытаться заставить всех находившихся здесь забыть то, что она натворила, все же она сумела достаточно хорошо развить свой дар, но… Но это была ее семья, а сделать такое с ними это выше ее сил. Коротко всхлипнув, девушка резко спрыгнула вниз, на первый этаж, и также быстро умчалась прочь из дома, успев напоследок столкнутся взглядами с Тэхеном.