Алый постулат

Сны и Гёте

      "Ещё до того, как мои друзья отошли в мир иной, мне с горечью пришлось развести с ними пути. Ведь я не старел, а это бы вызвало слишком много вопросов. Совет не допустил бы такой расточительности. Было тяжело. Но со временем я привык. Со временем почти ко всему привыкаешь. (и ты ко мне привыкнешь, Иларин)..." - Фауст, я прошу прощения, но мне нужно прервать Ваш рассказ. - девушка выглядела напряженной и встревоженной. - Это безотлагательно? - Я выжидающе приподнял бровь. - Именно так! - Хорошо, слушаю тебя, Эмили, - я развернул её в свою сторону. - Знаете, мне сегодня снова снился тот вечер... Поэтому я бы хотела поговорить об этом. И, так как прошло уже 2 месяца, напоминаю Вам про нашу сделку. Свою часть которой я выполняю целиком и полностью, чего нельзя сказать о Вас. - Она говорила эмоционально, с обидой в голосе. - Хорошо. Касаемо первого вопроса: что ты хочешь обсудить? - Отвечал я спокойно и ровно. - Я... - замялась Эм, - я просто не понимаю, почему это произошло со мной. И что вообще там произошло, на самом деле?       Я ответил не сразу, чем заставил её немного понервничать, - сразу тебе могу сказать, что произошло это не случайно. Этот вампир знал, кого кусает. Он выбрал цель, по всей видимости, уже давно. И совет знает про тебя, как знал про меня до обращения. - Но почему? Почему я?! - эмоционально спросила Эми. - Что ж, раз ты не можешь забыть обо всем, держать тебя в неведении я больше не в праве. Эмили удивленно посмотрела на меня. - Помнишь, я упоминал авантюриста, который обратил меня? - девушка кивнула, - это он тебя укусил. - Но... Но Вы сказали, что меня укусил низший вампир! - Она нахмурилась, из-за чего на лбу образовалась морщинка. - Да, и я объясню свой поступок. Его зовут Чимин. Он чистокровный вампир. Правнук одного из старейшин. То есть он был рожден вампиром. - Это значит, что Вы... Полукровка? И разве вампиры могут размножаться? - В некотором смысле да. Но Чимин сделал меня высшим. Я может быть расскажу тебе позже, как. Размножаться, конечно, можем. Мы ведь отдельный вид. Эми сжалась. Я притянул её к себе и снова обнял, нарушив зрительный контакт. Хотелось избежать этой темы, как можно дольше или вовсе не делиться ей, но если не буду честен, как смогу требовать искренности от неё? Я тяжело вздохнул и продолжил: - Придется рассказать и про Идель. Но сначала немного об обращении. Если тебя кусает низший вампир, то ты будешь подвержен солнечному свету, серебру. Но, ко всеобщему заблуждению, это нас не убивает, просто отнимает силу. Мы становимся, скажем, такими слабыми, как вы, люди. - А на чистокровных, получается, управы нет? - Хах, ну, есть, конечно, но об этом тебе знать не позволено. Слушай дальше. Классовая иерархия - очень удобный механизм в политике. Серебряные оковы, суды при дневном свете и так далее. А так как мы выяснили с тобой, что вампиры способны к продолжению рода, то, сама понимаешь, строгий контроль для будущих обращенных введен не просто так. Если нас станет больше, чем людей, мы привлечем к себе ненужное внимание. К счастью, выживают после обращения далеко не все. Ко всему прочему, добавь ещё наше бессмертие. Если же тебя укусил высший, то тут два варианта: ты становишься таким же слабым, как от низших, но в добавок у тебя пойдет некая зависимость, привязанность к укусившему. Как легкий вариант подчинения, степень которого зависит от могущества и способности к контролю. Но, самое главное, в обоих случаях ты всё ещё не будешь полноценным обращенным. Чтобы стать вампиром, необходимо после укуса выпить крови вампира. Тогда и только тогда ты перестанешь быть человеком. - Вы хотите сказать, что я недовампир? Я не превращусь? Вы обманывали меня? - Она резко развернулась на меня, чуть отстранившись. - Нет, успокойся. Ты уже не человек. Но ещё и не вампир. Знаешь же, что пауки кусают свою жертву, чтобы потом её можно было кушать обмякшей? Тут немного схожая ситуация. Если человека просто укусили, он становится ручной кормушкой вампира. Питаться людьми и впрыскивать яд - разные вещи. Раньше мы попивали, скажем так, людей по чуть-чуть, вводя в дурман без яда, чтобы они не поняли, что произошло, но при этом остались людьми и выжили. Но вы ведь такие суеверные, а гонения нам были ни к чему. Поэтому мы ввели в вашу систему здравоохранения такое понятие, как переливание крови. У всех влиятельных вампиров есть своя станция. Это, как владеть недвижимостью. Позже мы научились синтезировать и клонировать кровь, чтобы максимально скрыть свое существование от людей. Поэтому делать из людей зомби-игрушки сейчас - неповиновение законам нашего Мира. - Как мило, - съязвила Эми, но уже не пятилась от меня, а села вновь подле. - Нет, я не говорю, что никто так не делает. Влиятельные вампиры могут себе позволить "купить" право на человека и держать того дома, как ходячий графин. Разумеется, незаконно и наказуемо. Так вот. Идель была как раз из таких. Но её методы были куда хитрее. Она вербовала вдохновленных вампирами людей, обещала им обращение (лишь укус со своей стороны, разумеется), управляла ими, как марионетками, а затем кусала, превращая в ходячий ужин. А когда они надоедали ей - добивала. - Тогда Чимин не такой плохой, как Вы описываете, ведь ему Вы теперь обязаны жизнью в целом и нормальным обращением? - Да. Чимин уберег меня от неё. Но не только из-за чистого альтруизма. С Идель у него были свои счёты. В древности к узам чистокровных вампиров с обращенными относятся как минимум с неприязнью. Как межрасовая связь. Но Чимин в невесты выбрал как раз человека. Прадед пытался вразумить его, запугивая изгнанием, но тому было все равно. Но, в его отсутствие - поездку к совету старейшин, Мелитина познакомилась с Идель, которая, в отличие от влюблённого и осторожного Чимина, раскрыла своё истинное происхождение. Мелитина, ослепленная желанием быть вечно юной и прекрасной, заключила сделку с Идель. Пару дней вампирша поигралась с ней в служанку и госпожу, затем укусила. А после, почти выпитую, изнеможённую и одурманенную, бросила в борделе. - Какой ужас! Но почему она убила так быстро? - Лучше быть выпитым до конца, чем умереть такой отвратительной и позорной смертью... А сделала Идель это потому, что именно она должна была быть одной из претенденток на место невесты Чимина. Он вернулся тем же утром, но было уже поздно. Мелитина была мертва. - Вот же тварь! - выкрикнула Эми. - Тише-тише, девушке не стоит так выражаться. Но я с тобой полностью согласен. Так как Мелитина не была даже низшим вампиром, Идель лишь лишили титулов. Прадед сжалился над Чимином и позволил ему впредь выбирать любую невесту. - Это бесчеловечно и несправедливо! - Разумеется. Но мы и не люди вовсе. Поэтому, могу тебе сказать, что когда я познакомился с уже слегка тронутым авантюристом, я решил, что пусть лучше укусит он, чем она. После того, как я в ответ испил его крови, наши пути не пересекались до того злополучного вечера с тобой. Помнишь свое состояние дурмана? - Да... - Вот. И, если бы я не вмешался, ты бы была при нем такой опьяненной всегда, если он, конечно, не дал бы тебе испить своей крови. Но он ввел тебе яд без твоего согласия, а это недопустимо. Человек должен сам принять это решение и быть за это в ответе. Быть избранным из немногих осведомленных и верящих в существование вампиров. Иначе обращённые посеют хаос в порыве мести за отнятую человеческую сущность. И еще одно: очень мало людей выживает после укуса вампира. Поэтому полукровок не так много, как ты думаешь. Запомни, в вампиров просто так не обращают... - Верится с трудом, - вмешалась Эми. - А придётся. Это, конечно, не посвящение в рыцари, но заслужить обращение, скажем так, тоже необходимо. Поэтому твой случай особенный, из ряда вон выходящий. - А кольцо? - Да... Кольцо, по всей видимости, принадлежало Мелитине. Когда ты потеряла сознание, я снял его и передал Чимину. Не могу сказать, как долго он тебя выслеживал, но, возможно, ты уже видела его, не подозревая, что он вампир. После случая с Идель, он открыто бы не стал общаться с человеком. Видимо, он решил сразу обратить тебя, чтобы наверняка тебя бы уже не убили. - Боже, но я ведь не знаю его! Я же не вещь! - Именно. Это и странно. Он словно помешался. - А я что, похожа на Мелитину? - Я родился намного позже, чем она, но, судя по портрету, который он мне показывал - нисколько. Да и характер другой. Плюс я не вижу в тебе рвения быть вампиром и склонности к нарциссизму, как у его несостоявшейся невесты. И запрещаю я тебе выходить как раз таки потому, что пусть я и высосал большую часть его яда, боюсь, что некую власть над тобой он все же ещё имеет. - Но, погодите, почему он до сих пор не пришёл за мной? - Потому что обратил тебя без твоего разрешения. Если это вскроется, старейшины будут недовольны. И, самое главное, ты чуть не стала полуобращённой, а это, по сути, как деяния Идель. - Да, но, может быть, он дал бы мне укусить его в ответ. Просто Вы помешали. - Так, ты его теперь защищаешь, не пойму? - Я немного повысил голос. - Что? Нет же! Просто он может оправдаться так перед старейшинами, если Вы обвините его в незаконном укушении. - Исправилась девушка. - Это не в его стиле. Слишком просто и не по чести. - А кусать меня в темном переулке - по чести? Получается, я могла умереть? - Да, могла. Причем, очень вероятно. Знаешь, "Кто ждет в бездействии наитий, прождет их до скончанья дней." - Опять цитируете Гёте? - Немного, - я улыбнулся. - Чтобы разрядить обстановку. Что ещё ты хотела обсудить со мной? - Сделку. Нашу сделку, - взгляд девушки стал злым. - Я в поисках противоядия. От полноценного вампиризма лекарства не существует, а вот от полуобращения возможно. - Так возможно или существует? - Эм начала нервничать. - Я изучаю литературу по этому вопросу. И уже сделал запрос в лабораторию. Но шансов немного. Ведь тогда бы Идель и ей подобных так не критиковали бы. - То есть, я могу остаться в заточении до конца своей жизни, так получается? - с этими словами Эмили вскочила с дивана. - Сядь на место, - сказал я более жестко. - Нет! Я не вижу смысла больше подчиняться Вам! - Она чуть попятилась назад и выжидающе посмотрела на меня. - Сядь, сказал, - с этими словами я встал сам, используя силу подчинения. Эмили, словно потерявшая всю силу воли, почти беззвучно сползла на диван, прижимая дрожащие руки к груди. К её глазам подступили слезы. Не переношу плачущих женщин. Не знаю, что с ними делать. К тому же, вампирши не ревут вовсе. Я сдался. Сел к ней рядом, взял её руку в свои и уже спокойным голосом сказал: - Сладость моя, послушай меня. Я вовсе не желаю зла. К тому же к тебе успел привязаться. Как видишь, я без особого труда могу подчинить тебя себе, но, заметь, я не использую это. Я лишь показал тебе, как ты уязвима в своем состоянии. Хочешь уйти - иди. И надейся, что попадешься Чимину с его непонятными планами на тебя. Ведь можешь угодить и к полукровкам без особых моральных устоев. И одному Дракуле известно, что с тобой будет. Она было хотела перебить меня, но я не дал ей вставить слово: - А если ты думаешь, что днём, уже без вампирской силы и способностей, они тебя не смогут одолеть, не забывай, что есть и грубая физическая. А такая хрупкая девушка навряд ли сможет дать отпор группе парней. В конце концов, тебя могут продать в подпольный центр переливания, ведь твоя кровь больше не чиста, а отравлена ядом Чимина. Но решать тебе, дорогая. Она молчала. - А ещё, Эмили, тебе могут влить вампирскую кровь силой. Притом, скорее всего даже не от высшего вампира. И будешь ты низшей полукровкой, подчиняющейся неведомо какому отморозку. Хочешь? Эми заплакала. Слезы огромными кристальными каплями стекали по её бледному от страха лицу, застывая на мгновение на острых скулах и подбородке, а затем срывались вниз. Ладони задрожали, дыхание стало рваным и болезненным. Немые всхлипы тишиной били по ушам. И чем дольше я смотрел на неё, тем тяжелее становилось на душе у самого. Я подошел ближе, стер вновь проявившиеся струйки слез, поцеловал в лоб и приобнял, позволяя ей выплакать все накопившееся отчаяние безвыходного положения. Когда слезы кончились, я уложил её, обессиленную и измотанную, на диван, накрыв пледом. А сам, посторожив какое-то время её сон, отправился в город. Я встретился с Чонгуком, своим приближенным среди вампиров. Нужно было выяснить насчет противоядия, а заодно узнать что-то новое о Чимине. Гук ждал меня в вампирском баре. Он был один. - Здравствуй, Тэхен. - Приветствую, мой друг. Ну, что известно? Чон пригубил бокал крови, облизнул губы и тихо сказал: - Пока глухо, Тэ. Но мы, правда, стараемся. - Я верю тебе, не переживай. Ты же у нас голова. - Я одобрительно потрепал его по плечу. - Хах, скажешь тоже, - парень засмущался. - А зачем тебе инфа по Чимину? - Да тут он стал причиной появления полуобращенного человека. Надо бы узнать мотивы. - Я водил пальцем по горлышку своего бокала. - Хм, наслышан. А этот человек случайно не девчонка лет 25-ти? - Я уставился на него. - А ты откуда знаешь?! - я готов был просверлить его взглядом в ожидании ответа. - Да я слышал по пути к тебе разговор двух низших, что в ночной библиотеке на окраине города вроде как была такая обнаружена. - Твою ж мышью мать! - я схватил его за грудки и потащил к выходу. Так же молниеносно заталкивая на пассажирское своей мазерати. Переведя дух, Гук выпалил: - Ты ошалел? Ты что творишь, объяснить-то не хочешь? Я помедлил, но всё же сказал: - Я за ней присматриваю, вроде как. - Хорошо присматриваешь, раз она ночами шатается по городу одна. - Да, она живет у меня под домашним арестом. - Да ладно?! Опять ты со своими грязными играми? Я посмотрел на него так злобно, что он ретировался извинениями и немного вжался в кресло. - Послушай, дело серьёзное. У Чимина немного котелок поехал, а яд его, сам понимаешь, без его крови, штука опасная для человека. - Я посмотрел на него выжидающе. - Да, тут ты прав. Он очень сильный. Надеюсь, мы успеем. Добравшись до места, мы просочились через лоджию второго этажа. Эмили сидела на первом, недалеко от сотрудников библиотеки. Умный ход, она решила окружить себя свидетелями. Среди расплывающихся лабиринтом стеллажей я учуял двух низших, выжидающих и перешептывающихся. Переглянувшись с Чонгуком, мы легко вырубили их и направились к Эм. Мы сели с обеих сторон от девушки, держа в руках по первой попавшейся книге. - Я сейчас закричу, - прошептала Эмили мне. - Не вздумай, дура, - ох, как я был зол на неё. Девушка попыталась отодвинуться от стола, чтобы выйти, но я поджал стул ногой. Библиотекарь заметила наши вошканья и забеспокоилась: - Девушка, у Вас всё в порядке? Я вцепился ей в коленку рукой. Эми оставила попытки вырваться и ответила: - Да, мэм, благодарю. Это мои одногруппники. У нас утром экзамен по искусству, решили вместе подготовиться. - Она попыталась улыбнуться. Я помахал библиотекарше учебником. Она села назад на кафедру. Выставив руку вперед, я процедил сквозь зубы: - Как это понимать, дорогуша? Жить надоело? - А это ещё кто? - девчонка ткнула пальцем в Гука. Чон демонстративно и с наигранной брезгливостью отодвинул её палец от себя: - Тыкать пальцем невежливо. - Это Гук. Гук, заткнись! - Отреагировал я на обоих сразу. - Чего ты тут устроила? - Ты дал мне выбор, я его сделала, - фыркнула Эми. - Ага, теперь ты уже на "ты" со мной? Хорошо. Но что у тебя за план то такой, прятаться всю жизнь в библиотеке? Или ты думала, что тут будет больше информации о вампирах, чем в моей коллекции? - Деточка, твой, пропитанный ядом, аромат слышно за версту. Ты сейчас, как кусочек мясца в реке с пираньями. - Чон ехидно улыбнулся. Я молча посмотрел на него, давая понять, чтобы он заткнулся по-хорошему, или мне придется с этим ему помочь. Чонгук фыркнул и сложил обиженно руки на груди. Я повернулся и посмотрел на Эмили. - Я почувствовала, что за мной следят, поэтому пришла сюда. - А дальше ты не продумала, да? Знаешь, какого вервольфа я тащился через весь город, чтобы найти тебя? Мы спокойно можем реагировать на человеческую кровь, но, как верно подметил Гук, ты теперь приманка. Слабые вампиры, которые плохо себя контролируют, будут желать твоей крови больше, чем приевшуюся синтезированную. - Я поняла. Хватит меня воспитывать. Нас прервала библиотекарша: - Господа, вынуждена попросить вас покинуть библиотеку, время посещений закончилось, мне пора закрывать смену. - Мы уже уходим, - я встал и подал руку Эми. Она протянула свою. Гук пошел за нами следом. - Я свяжусь с тобой, как выясню хоть что-то. - заверил меня Чонгук. - Спасибо, друг мой. Я у тебя в долгу. - Да брось. - Он подмигнул. - Бывай, бессмертная дамочка. - Садись в машину. Девушка села без возражений. Всю дорогу домой мы молчали.