шанс все изменить

Пусть меня цепляют Знаки твоих многоточий

— Офигеть, — после десятисекундного молчания единственное, что смог выдавить из себя Нед. — Офигеть, Питер.       Паркер вернулся в комнату из кабинета директора еще быстрее, чем дошел до нее. Буквально пара мгновений, и он смог поделиться с другом безумной новостью лишь с третьей попытки, лихорадочно путаясь в словах.       Он едет на летние каникулы в башню Тони Старка, да-да, того самого Тони, а не какого-то самозванца. Вместе с женой, Пеппер Поттс, герой решил, что им просто необходимо разбавить скучные жаркие денечки под самым небом ребенком. Такое себе, конечно, развлечение, но три месяца можно и потерпеть.       Да Питеру сейчас было глубоко плевать, сколько времени он проведет с семьей Старков и как скоро вернется к серым стенам детского дома. Черт возьми, даже несколько дней с таким великим человеком, скорее всего, могли бы быть самыми замечательными и незабываемыми в жизни сироты. А тут сразу три полных месяца в семье настоящей легенды!       Невозможно поверить в такую удачу. Ведь Железный Человек просто так не приходит в обычный детский дом и не выбирает тебя в качестве летнего гостя своей огромной башни в Нью-Йорке. — Офигеть! — вновь восклицает Нед. — Питер, ты уверен? — Да.       Ни в чем еще так сильно подросток не был уверен: ни в том, что выиграет олимпиаду по физике, ни в том, что новая семья вернет его через пару месяцев, ни в том, что Нед хранит под матрасом коллекцию взрослых журналов. — Ты обязан им понравиться! — друг настроен, как всегда, оптимистично. — Представляешь, если ты им понравишься на столько, что они оставят тебя навсегда! — Нет, Нед, — прерывает его резко Питер. — Я скорее французский выучу, чем стану приемным ребенком самого Тони Старка. — Знаешь, мечтать не вредно, а вредно не мечтать, — продолжал он, будто не слушая Паркера. — Он же, в первую очередь, ученый, такой же ботаник, как и ты. Увидит в тебе родственную душу, и, считай, наследник готов. Я сейчас не шучу, а надеюсь на лучшее будущее для тебя. В конце концов, ты действительно заслужил.       Питер прекращает складывать потрепанные кофты в небольшую сумку и поворачивается к своему без остановки болтающему соседу. — Что? — Нед недоуменно сводит брови. — Спасибо, — Паркер похлопал друга по плечу и искренне улыбнулся. — Я всегда верю в лучшее, не забывай!       В ответ Нед не удержался и обнял щупленького подростка, прижимая его к себе, бормоча под нос: — А вдруг они на самом деле маньяки, и ты им нужен, чтобы проводить опыты. Может быть, они собирают самых умных детей по всем штатам и потом будут тестировать на вас лекарство от вирусов или оружие. Никто не знает, что скрывается за популярной маркой Stark Industries! Хотя, если Старк будет сам проводить эксперименты, тогда я считаю, что это честь. Поэтому, Питер, если сможешь, пиши мне иногда и обязательно рассказывай, какой части тела ты лишился сегодня. — Хорошо, хорошо.

***

      Через пару дней Питер уже сидел на полу в коридоре рядом с кабинетом мистера Боунса, теребя в руках ручку от дорожной сумки. Подросток резко поворачивал голову каждый раз, когда открытая форточка ударяется об окно или порыв ветра шелестит в страницах забытых книг на подоконнике.       Он ждал.       Директор сообщил мальчику, что именно сегодня днем Тони приедет за ним, поэтому после обеда, из которого Питер от волнения смог прожевать только хлеб, он должен быть у его кабинета как штык. Нечего заставлять таких важных людей ждать и волноваться лишний раз. Также Мистер Боунс настоятельно рекомендовал Паркеру быть как можно более доброжелательным и открытым, на что мальчик ответил молчаливым кивком.       На улице становилось теплее — май законно вступал в свои права. Но мурашки то и дело пробегали по коже, от чего Питер подумывал прогуляться до кабинета медсестры и попросить чего-нибудь успокаивающего. Однако оставить свою вахту он так и не осмелился.       Когда форточка в очередной раз ударяется о стену, Паркер не выдерживает. Сначала он вздрагивает, а потом направляется к злосчастному окну с целью подложить под него пару книг и остановить беспорядочные движения. Как только «1984» оказывается в заточении, насмешливый и уже знакомый мужской голос раздается из-за спины: — Рано, рано, не торопи события. Проживешь с нами пару недель, и я сам тебе открою окно башни, если захочешь выйти. — Извините, — Питер чувствует себя неожиданно провинившимся. — Расслабься, малыш.       Через полчаса его скромный груз оказывается в багажнике машины Тони Старка, и со спокойной душой и кучей подписанных бумаг они выезжают с территории детского дома. Первые минут десять они натянуто молчат, пока Тони следит за дорогой, а Питер следит, собственно, за мистером Старком. За тем, как опекун переключает передачи, как что-то одновременно строчит в телефоне, как почесывает внушающего размеры мышцы на руках. — Долго в гляделки будем играть? — Тони так же нагло смотрит на подростка, а тот в ответ нервно закусывает нижнюю губу, понимая, что бежать-то в принципе некуда. — Если тебя что-то волнует, ты волен задавать любые вопросы. — Мистер Старк... — едва хотел начать Паркер, как был перебит. — И, ради Бога, никаких Мистеров и Миссис Старк. Просто Тони и просто Пеппер. Пожалуйста, малыш, не усложняй.       Питер сдерживает усмешку, понимая, что последнее предложения вне контекста будет звучать так, будто они пара, поссорившая из-за какой-то мелочи. — У меня нет вопросов, — отвечает на ранее заданный вопрос мальчик. Потому что не в том он положении, чтобы влезать в личную жизнь незнакомого человека. — Хорошо, — Старк усмехается. — Мы с Пеппер решили порадовать каникулами в моей башне кого-нибудь, кто точно будет рад и заинтересован. Эта женщина продолжает утверждать, что мне нужно делать больше хороших дел. Мне! — Не беспокойся, ни в какие передряги ты не попадешь, я точно об этом позабочусь. Я постараюсь сделать все, чтобы тебе понравилось. Но не произойдет ничего, чего ты сам не захочешь.       Подросток улыбается, предвкушая ожидающее его приключение.       Питер даже не замечает, когда они оказываются в подземной парковке башни Старка и только рот открывает от увиденной коллекции дорогостоящих автомобилей, стоящих в ряд по обеим сторонам. А у него даже игрушечных таких в детстве не было, что уж говорить о настоящих в тех же мечтах.       Но тормозит Тони настолько резко, что Паркер от неожиданности улетает немного вперед, ударяясь лбом об переднюю панель машины. — Черт, привык ездить один, — тут же оправдывается опекун. — Питер, как ты? — Просто ушибся, — отвечает ребенок, проводя ладонью по лбу. — Дай я посмотрю. — Да не надо, все хорошо, мистер Старк. — Во-первых, Тони. И, во-вторых, ничего не хорошо. Чуть не угробил тебя в первый же час знакомства. Дай посмотрю.       Питер сдается и отпускает руки на колени. Бизнесмен запускает свои пальцы в медовые локоны подростка и наклоняет его голову так, чтобы свет падал на лоб. Никаких царапин и гематом обнаружено, конечно, не было, однако карие глаза мальчика внимательно наблюдают за любым движением Тони.        Момент длится явно дольше, чем положено при медицинском осмотре. Старк все же убирает пальцы и заключает с деловым выражением на лице: — Да, все хорошо. Жить будешь.       Неловкая пауза, во время которой Питер не чувствует ничего кроме бешеного биения своего сердца и проклятых мурашек по всему телу. Он внутренне ликует от факта, что они сидят в машине, уверенный на сто процентов в том, что ноги его сейчас точно держать откажутся. — Надо идти, — хозяин гаража проводит ладонями по рулю, глубоко вздыхая. — Пятница, сообщи Пеппер, что мы дома.       Подросток никак не реагирует на обращение Старка к искусственному интеллекту, который тут же отзывается положительным ответом.       Питер не знает, нормально это или нет, но ему определенно хочется вновь почувствовать пальцы Тони у себя в волосах.