Ветры Прайда

Здесь жарко. Нет, и мы говорим не о той температуре, когда жара цикличная, нет. В этом месте жарко постоянно, ярко светит солнце, а спасательной вещью от возможности сгореть являются, конечно же, проливные дожди. И нет, это так же имеет длительный период: дожди могут лить каждый день, и так может продолжаться месяц, а потом снова солнце, незабываемое солнце. В кустах что-то зашуршало, и мальчик с красиво загоревшей кожей обернулся: глубоко из кустов на него смотрели два немного прищуренных, застывших на какое-то время глаза. Ох, на него охотились? Нужно ли метнуться, бежать со всех ног или лучше вступить в схватку? А надо ли? Он еще слишком мал, чтобы противостоять большому хищнику. И все же, то, что он смог заметить на таком достаточно большом расстоянии, затаившегося в засаде, хищника, говорит о том, что он очень даже хорош для своих совсем малых лет. Ему было двенадцать. Небольшие львиные ушки насторожились и ловко начали смотреть в ту сторону, откуда пойдет беда, ярко-зеленые глаза с постепенно сужающимся зрачком также стали неподвижны. Это охота: здесь нельзя ни в коем случае давать слабину. По крайней мере, так решил полу-львенок, постепенно начиная выпускать из рук свои черные когти. И кто же нападет первым? Противник заметил его настороженность: плохо! — Ах! Катсуки! — немного возмущенным и испуганным голосом воскликнул мальчик. Его только что ловко обвели вокруг пальца, оставив в том месте, где было излишнее шевеление, безобидную приманку, а сами, в это время, бесшумно переместились сквозь кусты и опрокинули на землю, напав сзади, на что он и возмутился. — Попался, Изуку! — довольным голосом протянул мальчик с пепельными волосами с практически такой же загорелой кожей, как у попавшегося в западню соперника, и хищно улыбнулся. Видимо, ему очень нравилось охотиться на своего друга. В отличии от самого друга. — Когда уже тебе надоест эта опасная игра? — возмутился, надув щечки, «Изуку». Как вы уже поняли, подобные нападения случались не в первый раз. Далеко не в первый. — Когда ты станешь серьезен, — хмыкнул блондин, — Ты ведь почувствовал мой запах, и ту уловку тоже распознал, почему продолжил разыгрывать жертву дальше? — Потому что знал, что это ты, — улыбнулся мальчик, тряхнув черными вьющимися волосами, на свету отливающие глубоким изумрудным, — Твой запах вообще трудно не почувствовать. — Оу, правда? — шагнул к отряхивающемуся от песка Изуку, Катсуки, — И что же в моем запахе такого примечательного? И почему же его чувствуешь только ты? Изуку засмотрелся на хищную улыбку его друга: львиные клыки прекрасно блестели на солнце, совсем недавно остро заточенные, видно было, что сей обладатель данной львиной пасти каждый раз готовился перед тем, как нападать, что не могло не пугать самого Изуку: таким образом Катсуки показывал ему, что на все готов. Даже к встрече с настоящим зверем. — Ты пахнешь… как Вождь, — отводя взгляд, пролепетал Изуку, утерев ручонкой своё покрытое веснушками лицо, и немного опустил взгляд, спрятав жгучий страх в глазах. На самом деле, то, что они ушли достаточно далеко от Прайда — жестоко наказуемо для них. Если об этом узнают, конечно. — Хм, — недовольно поднял брови Катсуки, — Хочешь сказать… Что я будущий Вождь Прайда?! — с нарастающей интонацией, радостно провопил он, широко расширив свои алые глаза от восторга и самодовольства, — Но как ты это узнал? И вообще… чудила ты редкостная. — Да, — нервно прохохотал Изуку, краснея от стыда, — Просто даже сейчас… ты выглядишь совсем не так, как альфы твоего возраста, прям… выделяешься среди всех, что ли, и мне кажется, что пройдет совсем немного времени и ты станешь Вождем… Катсуки победно засмеялся. Он был молод, даже слишком, несмотря на свою уже внушающую страх силу, а потому не знал, что его может ждать за подобной судьбой, и как для него самого в скором времени это станет совсем не тем, чего он хотел, но сейчас это была чуть ли не самая первая мечта среди всех мечт выводка мальчиков-альф. Даже сам Изуку когда-то давно мечтал об этом, пока не стал понимать больше, чем все мальчики-альфы вместе взятые, и это очень быстро стало разрушать его самого. — Нам запрещено отходить далеко от Прайда, ты же знаешь? — в какой-то момент чуть ли не прошипел блондин, явно волнуясь за слабака-Изуку, — Особенно в тот момент, когда выбирается Вождь Прайда. Ты совсем отбитый что ли?! — Ну, я… Э-эм, — не знал, что сказать явно пойманный с поличным мальчик, — Просто… Просто мне не хотелось смотреть на насилие, в смысле, нет! Это круто и захватывающе, н-но… — Слишком страшно для тебя, жалкий Изуку-у? — с натиском пошел на него Катсуки, выпятив грудь и чуть ли не сбил полу-львенка с ног. К счастью, он смог устоять на ногах благодаря своим уже окрепшим когтям, чего не смог не заметить сам блондин, и усмехнулся. Он рывком запустил руку в рот скорчившегося от страха мальчика, и сильными пальцами раскрыл его, разглядывая зубы. У Изуку они были поменьше, чем у него, отчего стало понятно, почему его немного трусливый друг очень редко вступал в схватку с ним, даже в игровой форме. Он боялся, что мощи его зубов не хватит, чтобы долго продержаться. На самом же деле, Изуку просто не любил насилие сам по себе, чем и рисковал, ибо насилие было чем-то основополагающим в его племени. Все решалось с помощью насилия. В том числе и выбор Вождя Прайда. — Ну все, отпусти!.. — попытался вырваться из цепкой хватки мальчик, и не успел среагировать, как Катсуки притянул его за подбородок к себе, и, блеснув на секунду виноватым алым взглядом, лизнул его в щеку. До ушек Изуку донесся затравленный звук, похожий на мурчание, и он вновь испуганно отпрянул от блондина, закрывая, горевшее от поцелуя, место рукой, ошарашенно пялясь в дикие кошачьи глаза друга. — Если кому-то скажешь, — даже злясь на что-то, начал Катсуки, рыча, — То я вырву у тебя из головы клок волос прям при ребятах! — А, д-да… — пробормотал полностью вспухший румянцем Изуку. Вот чего-чего, а подобного внимания в его сторону он точно не ожидал. — Идем, — приказным, побуждающим тоном позвал Катсуки мальчика, и тот, встрепенувшись и опомнившись, наконец, метнулся вместе с ним домой. К счастью, бежать до Прайда с другом наперегонки было веселее, нежели охотиться на него, а потому они быстро добрались до дома. К огромному счастью, незаметно. Покидать Прайд было запрещено, и не важно, какого ранга или возраста ты есть. Нарушившим закон грозило ужасное наказание — изгнание из Прайда и голодная смерть. К сожалению, Изуку будет сталкиваться с законами Прайда не раз, и не сказать, что это будет его самыми счастливыми минутами. Мальчик уже с рождения отличался от места, в котором он был рожден.