Из ниоткуда в никуда

      Виллан рос невероятно самостоятельным и веселым ребенком: подолгу играл в саду на увитой плющом площадке, послушно делал домашние задания, убирал тарелки со стола и поднимал матери настроение после тяжелого дня. К середине начальной школы Марта поняла, что безнадежно к нему привязалась. Эта мысль уже даже не пугала — женщина смирилась, что из этого дома она никуда не денется, да и не хочет этого.       Вдоль забора цвели яблони, цветы, овощи и фрукты уверенно росли на всех доступных участках. За личной мастерской хозяйки (она открыла для себя мир робототехники, увлеченно собирала и разбирала безделушки вечерами) опасно позвякивали колокольчиками на ошейниках два экземпляра растений, принесенных с работы. Виллан играл с ними, когда ему становилось скучно, а чудовищные зубастые морды ластились к детским рукам.       Все было хорошо.       Однажды после особенно тяжелого вечера Марта отправилась в бар с Луной (на их дружбу не повлияла ни странная история с Максом, ни время, ни заботы) и после трех коктейлей обратила внимание на бармена за стойкой. Шатенка уверенно смешивала напитки, ехидно отвечала на шутки пьяных клиентов и была восхитительна. От души залипнув на ловкие руки, в которых шейкер парил как невесомый, Авен не удержалась. — Такие ловкие руки… Держу пари, ты ловко управляешься не только с шейкером, — пьяно проговорила она заплетающимся языком и заказала еще коктейль.       Скулы шатенки порозовели даже в полумраке бара. Ее кривоватая улыбка и поглаживающие стакан пальцы несколько противоречили словам: — Ты об этом сможешь только гадать одинокими вечерами, рыжая.       Марта пьяно рассмеялась, чуть не сверзившись со стула.

***

      Шатенка позвонила почти через неделю, хотя Марта была почти уверена, что не давала ей номера. Назначила встречу в ресторане, интимно выдохнув в трубку попросила не опаздывать, иначе никакой ловкости рук.       Встреча была странной и во многом неловкой. При свете дня стал заметен и округлившийся живот барменши, и кольцо на безымянном пальце, и неудержимо знакомые черты лица. — Как тебя зовут? — уточнила Марта через полчаса. — Рита Виллареаль, — в глазах мелькнул смех, — приятно познакомиться, Марта, — и в ответ на невысказанный вопрос, — ты успела мне сказать в тот вечер.       Авен понадобилось около 10 минут в туалете, чтобы просмеяться. И еще 10, чтобы убедить себя, что счастливая шведская семья с Максом и его женой — не то, что ей нужно, хоть и очень интригует. Пришлось бы расстаться с домом, и на секунду эта мысль показалась невероятно привлекательной, но перед глазами тут же встали витражные окна и библиотека, знакомая до каждой трещинки на стенах. Поэтому это было их последнее свидание. И никакой ловкости рук, к сожалению.