Кто ты такая, Соль?

Интервью прошло отвратительно. Первое: мы с Луной держали небольшую дистанцию. Хоть мы и, вроде как, помирились, напряжение витало в воздухе. И, скорее всего, выветрить я смогу его только одним способом — надавать Мишелю люлей. Мне стало стыдно, что я не могу постоять за свою девочку. Я же там был. Я мог спокойно вылезти из-под дурацкой кровати и впихнуть ему мозги обратно прямо там. Но я этого не сделал. Я позволил ему лишнего и теперь жалею об этом. Второе: вопросы какие-то у Хасмин были тупые. Может, я докапываюсь, но мне не понравилось. Единственное, что может спасти это провальное интервью то, что Горджеси уговорила меня сыграть отрывок новой песни, которую ещё никто не слышал. Её писать я начал ещё давно, около месяца назад, но за последнюю неделю не было почти никакого прогресса. Дни слишком забиты, я сильно выматываюсь. Вот и всё. На музыку не остаётся времени. Это очень удручает, но пока я не в силах что-то изменить. Третье: закончили мы достаточно поздно, поэтому я не знал, как поговорить с Мишелем. До завтрашнего дня это не потерпит, а идеи в голову не лезут. Боже, мне же ещё нужно забежать за подарком для Принцессы! Стоп, ещё же и поздравления придумать! Так, в добавок ко всему, я давно не общался с братом-геем… — Луна, — негромкий оклик слетел с моих уст, — можно, пожалуйста, с твоего телефона написать смс бабушке? Мой сел, а она будет нервничать. — Да-да, — торопливо Валенте вытащила свой телефон из сумки, и подала его мне. — Спасибо, — я улыбнулся. Просто улыбнулся. Если бы не дурацкий Мишель, портящий все мои мысли, я бы чмокнул её в щёчку, как минимум. Но не сейчас. Теперь я чувствую себя недостойным Луны. Я сильно провинился перед ней! Ведь… Вся сложившаяся ситуация приносит одни минусы только из-за меня… Быстро открыл «контакты». Первым попадается «быстый набор». Хм… Нинок, мамуля, папочка… Так-с, всё не то. Моя клубничка. Ой, а это я. Прикольно! Её клубничка. Так, сейчас не время! Быстро пролистываю дальнейшие контакты. Останавливая взгляд на букве «М», ищу номер чубза. Отлично! Набираю коротенькое сообщение: «Через час в парке около Блэйка. Без лишних вопросов». Отправил! Шикарно, одну проблему решил. Сейчас быстренько заведу Луну домой и побегу забирать подарок. Дальше — домой: оставлю гитару и презент для малышки. Ну, и в завершении дня, надеру Мишелю морду. А потом начнётся бессонная ночка! Поздравления себе сами не придумают… Завтра ещё на пары идти… Эх, я б лучше вздремнул. Но образование никто не отменял, да и отец будет в ярости, если узнает: сколько раз я прогуливал. — Не зайдёшь? — тихонько уточнила Принцесса, когда мы стояли у ворот особняка. — Нет, прости, — я не мог! Мне чертовски стыдно! Пока я не улажу ситуацию — в этот дом ни шагу. — И, пожалуйста, поменьше контактов с Мишелем. — Хорошо, — Валенте натянула на своё лицо подобие улыбки и, видимо, хотела прощаться. — До завтра? — я уже было хотел оставить лёгкий поцелуй на щёчке малышки. Но передумал. Сначала разберусь с подонком, потом с чистой совестью поцелую Валенте. — До завтра…

***

Паренёк с большим букетом цветов шагал к фонтану. Из-за темноты я не смог разглядеть лица, но что-то мне подсказывало, что это был Мишель. Подойдя немного ближе, я убедился в своих догадках. Это был он и никто иной. Теперь передо мной встал выбор: бить сразу или поговорить. — Мишель, — окликнув парня, я дождался, пока он развернулся. Когда он уже понял, перед кем стоит, я, долго не раздумывая, врезал ему кулаком правой руки. С размахом. Аж самому больно стало. Удар пришёлся на челюсть. Чубз пошатнулся, а букет выпал из его рук. — Маттео, — прошипел мне в ответ и полез на меня с кулаками в ответ. Не понимаю: на что он рассчитывает? Ещё один удар с моей стороны. Так же в лицо. Костяшки порозовели, и на них проступила кровушка. Пока я взглянул на руки, Мишель пихнул меня ногой в живот, от чего я скорчился от боли. Чубз не потерял возможности толкнуть меня на землю. Но и я своей не потеряю! Ухватив Мишеля за руку, я тащу его вниз, за собой. Удар следует за ударом, как с моей стороны, так и со стороны чубза. Он, признаюсь, достаточно сильно зарядил мне в лобешник. Больно. Но сейчас главное — надрать ему зад. Будет знать, как к чужой девушке лезть. — Ох, — кто-то громко воскликнул и подбежал к нам. Оттащив Мишеля от меня подальше, таинственная незнакомка приблизилась ко мне. К этому моменту я уже поднялся с бетонной плитки, коей была покрыта небольшая площадь, где мы сейчас и находились. — Бальсано, ты с какого дерева упал? — Хим?! Какого фига она шатается по паркам в такое позднее время? — Вы же тут чуть не поубивали друг друга! — Не ори, пожалуйста, — я потёр голову в ушибленном месте. — И так плохо. — Хочу и ору! — я её вижу крайне плохо, но по интонации понимаю: ох, как же я её выбесил. — Живо пошёл домой! — Вот так? — демонстративно развёл руками. — К бабушке? — на моём лице появилась лёгкая усмешка. — Да мне плевать! Лишь бы не в участок за избиение! — А с чего это ты взя… — «взяла, что это я его избил» вихрем крутилось в моей побаливающей головешке. Но, к сожалению или к счастью, договорить мне не дали. — А я, думаешь, такая глупая? Да и ежу понятно, что ты на него с кулаками бросился. — Но он! — меня накрыла очередная доза возмущения, так яростно заставляющая чувствовать себя ещё хуже, чем есть на самом деле. Договорить, на этот раз, я не смог уже сам, захлёбываясь воспоминаниями о Мишеле, что так и возникали в моём сознании, не давая возможности здраво мыслить. — Да знаю я: «что он»… — Химена глубоко вздохнула, возможно, в попытке успокоиться. После недолгой тишины, девушка немного язвительно продолжила: — Молись, чтобы твоя ненаглядная не узнала об этом. — Угу, — рукавом рубашки я утёр нос и до меня начало доходить: этот хлюпик не такой уж и слабенький. Потрепал меня знатно, раз пол моего лица в крови.

***

— Снимай, я сказала, рубаху! — повысила голос Медина. Обработав моё потрёпанное личико, где, кстати, подонок-Мишель оставил свой «след». Разбитая в мясо бровь кровоточила ещё долго, вся кожа горела синим пламенем, словно её кто-то вылил на неё чёртову уйму бензина и поджёг. Ну, а нос… А из носа просто текла кровь, которая довольно-таки быстро была остановлена Хим. — Нет! — Я не буду снимать рубашку! Нет, и точка! Плевать я хотел на то, что там может быть какая-нибудь «ранка-царапинка». Если я сниму дурацкую рубашку, то мой маленький «секретик» перестанет им быть для ещё одного человека, между прочим, являющимся близкой подругой того, кого я всеми силами от этой «тайны» оберегаю. — Не беси меня, Бальсано! — сквозь зубы прошипела снова вщбешённая рыжуля. — Рубашку снял. Живо! — прикрикнула не меня та. Снова. — Нет! — наотрез отказался я от этой затеи. Нет. — Доиграешься сейчас, — взяв со стола ножницы, она подошла ко мне и пригрозилась, мол снимай, иначе я её к чертям порежу. — Ладно, — серьёзный взгляд, тяжёлый вдох и куча плохих мыслей спороводили эти слова.— Только… только не осуждай… Медленно расстегнул каждую пуговку на рубашке. Потянулся к одному рукаву. Достал руку. Потянулся к другому. Тоже самое. Снял рубашку и повернулся к Медине спиной. — Ах, — вскрикнула девушка, проведя ладонью по моей татуировке. — А-а-а, — опешивши, протянула она, — а кто это? — Что б я знал, — недовольное бухкатенье вылетело из моего рта. — И… — Хим пыталась подобрать правильные слова, коих, на мой взгляд, не существовало. — А… Почему ты ещё с Луной? — глубоко выдохнула и посмотрела мне в глаза.