Во имя всего, что нам дорого

Повисла мёртвая тишина. — Чтобы вы глупых вопросов не задавали, мы не шутим, — ворчливо донеслось из общей голограммы. — А что это значит? — первым отошёл от шока Джаз, — Что мы все...? — Деактив, — на выдохе закончил Рэтчет. — Именно так, — подтвердил тот же голос, и голограмма распалась, а её составители вернулись на свои законные места. — И ничего нельзя сделать? — спросил диверсант. Его талисман только с сожалением покачал головой. "Он лжёт..." — произнёс Лайтрикс в голове Тандеркрекера. — "Сделать-то можно..." "Что именно?" "Мне нельзя это говорить..." Что ж, теперь сикер знал, что что-то сделать можно было. Оставались лишь два вопроса — что и как... — Тем не менее, просто опрометчиво кидаться в бой не будет выигрышным вариантом, — заметил Проул. — Стратегия нужна нам, — подтвердил оранжевый артефакт. — Чего вам, "стратегию"?! — фыркнул талисман Рэтчета, — Мегатронус вас что со стратегией, что без, разорвёт в клочки, прежде чем вы к нему прикоснётесь! — Ты неправ, Артауэр, — заметил Лайтрикс, — Несмотря на то, что моя ментальная связь с Мегатронусом была утеряна, у меня с ним почти образовалась Искровая связь... Нанося боль мне, он сам получает её. — Разве это не эффект как раз ментальной связи? — недоверчиво поинтересовался Джастис. — Не только. Легенды гласят, что Искровые партнёры не раз чувствовали боль друг друга и приходили им на помощь, — промолвил Аталомон. — Ну хорошо, 'Мон, тебе я верю. Тогда что ты предлагаешь, Лайт? — Мы с Тандеркрекером отвлечём его внимание. Зайдём с воздуха, нанося ему пока лишь крупицы боли, чтобы завладеть его концентрацией. Я заговорю ему дентопластины, а вы в это время сможете атаковать с тыла. Когда от боли у него случится замыкание, атакуем и мы с Тандеркрекером. — Блестящий план! — Артауэр показал "класс". — Всё веселье себе хочешь отжать, да? — Артауэр! Я долго терпел твои выходки, и сейчас не поведусь на твою провокацию! Заткни пасть и слушай! — Голубоватая аура вокруг Лайтрикса сменилась тёмно-фиолетовой. — Ладно, ладно, молчу... — пробурчал бело-розовый артефакт. — С высказыванием "блестящий план!" я соглашусь, — подал голос Джастис. — Когда ты стал таким великолепным стратегом? — Мегатронус будет в Тайресте ровно через десять циклов, — уведомил красный артефакт. — Мы будем готовы. — уверенно ответил Лайтрикс. — Братья мои, в этот непростой для нас цикл мы должны быть вместе. Манипулятор об манипулятор, плечо к плечу, вера! — к вере. Братья мои, дава йте же вместе одолеем Мегатронуса! Его последнее слово утонуло в многоголосом хоре "ура!", будто многотысячного войска. — И на этом наше собрание оканчивается, — объявил Джастис. — Приятного просмотра кинокартин, — хмыкнул Артауэр. И снова наступила темнота.

***

Мегатронус медленно шёл через города, стараясь никому не попадаться на окуляры. Несчастных, кто всё же видел его, он расстреливал без промаха и без капли жалости. Он искал... Искал Лайтрикса, который так мерзко и подло бросил его на верный дезактив на этом астероиде, который даже не попытался его возродить, который взял — и стал таким же, как Льеж... Он ведь чувствовал, что что-то не так. Чувствовал, что не должен приземляться на этом куске космического мусора, что что-то обязательно пойдёт не так... И нет, не поверил самому себе. Но теперь у него была цель, ради которой он был готов восстать даже из деактивных: убить настоящего предателя.

***

— Санни, — позвал Сайдсвайп. — М? — не шелохнувшись, отозвался ему Мерцатель, сидя в кресле и читая датапад, подперев голову манипулятором. — А как думаешь, что с Джазом? — Что, что, — ничего! Просто разогрелся немного. — А как думаешь, он горячий? — На губах красного ламбо на клик мелькнула какая-то ухмылка, но Санстрикер её не заметил, не отрываясь от чтения. — Конечно горячий. Как Плавильни. — Жёлтый фронтовик осознал сказанное только после громогласного взрыва смеха от своего брата. — Тили-тили тесто, жених и невеста! — захихикал Сайдсвайп, благоразумно пригибая голову, чтобы не получить летящим прямо в него датападом. — Мазила! — Сейчас я тебе такого мазилу покажу! — Окуляры разозлённого Санстрикера горели дикой кровожадностью, и красный ламбо, пискнув "ой-ой", моментально ретировался из отсека, только его и видели. Жёлтый разведчик не отставал, ловко петляя по коридорам и всё время держа брата в поле зрения. И какая же нелёгкая принесла в этот момент навстречу летящим братьям самого Ультра Магнуса, совершающего вечерний обход! Столкновение было неизбежно. Сайдсвайп, потеряв управление после резкого поворота всего на долю клика, врезался прямо в ходячую стену, а за ним в командующего рекерами впечатался и Санстрикер. Заместитель Оптимуса выстоял, даже не покачнувшись, и пока молчал, но братья, мысленно потирая ушибленные лбы, уже представляли, какая гроза на них движется. И вроде сегодня они даже не планировали никого злить... — Санни, — шепнул красный фронтовик. — М? — А помнишь, что Джаз нам должен? Мы его из медблока вытащили пару недель назад. — Да, было бы классно, если бы он пришёл нам на помощь! Младший ламбо с готовностью написал монохромному диверсанту призыв о помощи, на что получил отрицательный моментальный ответ. — Не хочет, — буркнул Сайдсвайп. — Предатель, — в тон ему ответил Мерцатель. — Сайдсвайп, Санстрикер, — начал Ультра Магнус. — Почему вы: а) нарушаете комендантский час, б) превышаете скорость и в)... — Взрезаетесь в старших по званию? — хмуро подсказал жёлтый фронтовик. — Это тоже. — Вы нас к Оптимусу поведёте? — спросил красный ламбо. — Оптимус вместе с небольшим отрядом сегодня отсутствует, — объявил командующий Разрушителями. — Должное наказание вы отработаете завтра. А сейчас! — ... Близнецов уже как ветром сдуло. Ультра Магнус позволил себе довольно ухмыльнуться краем губ, а потом, вернув себе строгое выражение фейсплейта, продолжил обход. Тандеркрекер очнулся сидящим в той самой позе, в которой его и вывели в стазис. Вокруг медленно приходили в онлайн остальные. Десять циклов. На функционал у него осталось только десять циклов. Осознавать это было так страшно и странно... Будто смертная казнь, назначен деактив на определённое время. "Тандеркрекер..." — обратился к нему Лайтрикс. — "Я знаю, как остановить Мегатронуса так, чтобы вы все остались активны" "Как же?" "Если мы все вместе энергии ваших Искр используем свои души, то тогда энергии будет достаточно, чтобы заточить его в стазисе на долгие тысячелетия" "Ты хочешь сказать, что готов пожертвовать функционалом шести сильнейших существ ради спасения нашей расы?" — ужаснулся сикер. "Я это заслужил. Я предавал слишком много и слишком долго. Остальные талисманы могут меня поддержать, — а могут и нет. В любом случае, это только моё решение, и никто не обязан принимать такое же." Громовержец поражался самопожертвованию артефакта. Он был сильнейшим из существ (кроме Праймуса, Юникрона и Праймов, конечно), и для него ценнее был функционал обычного летучки, нежели свой? "Дело в том, Тандеркрекер... Что ты не "обычный". Ты намного лучше "обычного". Мы сражаемся не ради самих себя, а ради того, что нам дорого. Мы сражаемся во имя всего, что нам дорого. Я сражаюсь за благополучие расы трансформеров, я сражаюсь за благополучие Мегатронуса, и я сражаюсь за благополучие тебя, Тандеркрекер." "Я буду сражаться и за твоё благополучие тоже, Лайтрикс" — пообещал Громовержец и почувствовал, что та самая ниточка, которая недавно хотела порваться, стала прочным и надёжным канатом. Тогда он ещё не понимал, что это называется преданность. Автоботы вернулись на свою базу, а сикер полетел к себе. Он надеялся, что его отсутствие никто не заметит, ведь иначе могли возникнуть серьёзные подозрения или вопросы... Но ему повезло: измотанный тренировками Старскрим уже мирно перезаряжался в обнимку со Скайварпом. Тандеркрекер, легко улыбнувшись, лёг рядом с ними и тоже ушёл в оффлайн.