Во имя всего, что нам дорого

Время до общего сбора пролетело быстро и незаметно. Тандеркрекер снова рассекал воздуха, летя перпендикулярно земле, чувствуя сильный ветер, бьющий по лобовому стеклу, наблюдая за стремительно приближающейся поверхностью.. и снова взмывая в небеса, теперь вверх, к облакам!.. Нет, колёсникам никогда не понять этого счастья! Лайтрикс указывал путь голубой тропой. Она, будто навигатор, струилась по кронам деревьев, скрываясь где-то вдали, там, где виднелись гаснущие лучи заходящей звезды. До места встречи они добрались нескоро, но вовремя: Проксима как раз начала скрылась за горизонтом. Громовержец трансформировался в воздухе и на анти-гравах приземлился, немного постояв на полусогнутых коленных шарнирах, чтобы удержать равновесие. Он осмотрелся и никого не увидел. — Похоже, мы с тобой раньше всех, — заметил сикер. Ему всё ещё было сложно привыкнуть к тому, что чтобы пообщаться с Лайтриксом, не было нужно говорить что-то вслух. Но вместо чего-нибудь согласного, артефакт вдруг вскрикнул: "Берегись!" и резко заставил своего носителя броситься в сторону. В ту же секунду прогремел выстрел, за которым послышалось хриплое ругательство. Тандеркрекер счёл за лучшее пока сидеть тихо, не высовываться и слушать. — Вот шлак! Ушёл, — с досадой проговорил Айронхайд, опуская пушку. — Интересно, что он тут вообще забыл? — спросил Джаз. — Может, он носитель, такой же, как и мы? — предположил Проул. — Тебе микросхемы переплавили? — Голос оружейника посуровел. — Они изверги, извращенцы, идиоты и ещё кучу слов на букву "и"! — Вряд ли он уйдёт далеко, — как ни в чём ни бывало, продолжал тактик. — Он наверняка заинтересуется тем, что здесь происходит. — Вечеринка поехавших, — съехидничал диверсант. — Не укоротить ли тебе глоссу? — заботливо предложил Рэтчет. — Я как раз скальпель прихватил. — Тише, — произнёс Прайм, и все послушно умолкли. — Нам надо узнать, кто он и чего хочет. Если его намерения будут противоречить нашим, к сожалению,ф придётся начать бой. "Давай, принцесса, покажи всем своё личико!" — фыркнул Лайтрикс, злой непонятно на что. Хотя нет, пожалуй, понятно... "Напомню тебе, что мой деактив тебе невыгоден" "Не деактивнешься" — мрачновато ответил артефакт. Стоило ли говорить, что фирменный успокаивающий эффект обошёл Тандеркрекера стороной, и его напряжение только усилилось? Помнится, Лайтрикс как-то уже говорил ему что-то такое, и в результате сикер загремел в плен к автоботам... Громовержец глубоко провентилировал и вышел на открытое место, сразу услышав щелчок затвором. — Манипуляторы вверх, так, чтобы мы их видели! — приказал властный голос Айронхайда. — Я тоже носитель талисмана! — попробовал убедить его десептикон, но Броневик только хмыкнул, изображая смех. — Рассмеши меня чем-нибудь поинтереснее! Талисман у него, конечно! "Он меня бесит" — признался Лайтрикс. — "Можно я ему что-нибудь покажу?" "Ну покажи" Такое недоверие не нравилось и Тандеркрекеру, и пусть он понимал, что это вполне логично, ему хотелось больше веры, больше взаимопонимания и взаимовыручки... Сейчас действительно было не время для междуфракционных разборок! Из плечных сегментов сикера вылетели тонкие голубые струи, которые опутали собой пушку Айронхайда, сожгли её до основания и вернулись обратно к носителю. — Вам нужны другие доказательства?! — рыкнул он не своим голосом. — Я — Тандеркрекер — являюсь самым главным для вас носителем! Лайтрикс — талисман Мегатронуса Прайма! И только от меня вы сможете узнать все его слабости! — Тише, тише, — в успокаивающем жесте выставил ладони Джаз. — Мы поняли. Он говорил с неохотой, но всё же принимал правду, и ярость артефакта немного утихла. Он вернул Громовержцу власть над корпусом и лишь недовольно заворочался в своей камере. Всё было дико неудобно. Носители передавали слова талисманов, иногда кто-то брал кого-то под свой контроль, начиная творить всякую несуразицу, порой кому-то прилетал кулак в бок от чересчур разгорячённого артефакта... Но когда все более-менее успокоились, начал говорить Проул. — Джастис говорит мне, что мы должны прикоснуться друг к другу, и он сможет создать меж-ментальный портал... Где мы все, — и талисманы, и их обладатели, — смогут обсудить важные вещи. Все переглянулись. — То есть, другими словами, мы должны сесть в кружок, как будто мы вызываем шарктикона, и сидеть в трансе, как пьяные? — перефразировал Джаз. — Лучше. Ожогов внутренних огранов не получишь по окончанию, — ответил Рэтчет. Айронхайд неодобрительно покачал головой. — Не нравится мне всё это... А особенно — он. Оружейник мотнул головой в сторону Тандеркрекера, стоящего немного поодаль. Инициатива того же Броневика — десептикон его жутко нервировал. — Нужно попробовать, — вынес окончательный вердикт Оптимус. Все довольно удобно расположились, включая сикера, который оказался между Джазом и Рэтчетом, готовясь перейти в некий меж-ментальный портал. Окуляры Проула налились матовым мраморно-белым цветом, и он начал выполнять пальцами какие-то странные махинации. Когда он закончил, резко вскинув манипуляторы вверх, окуляры всех присутствующих уже были притушены, да и сам тактик тотчас же погрузился в стазис. Было прохладно. Он чувствовал сильный ветер, бьющий в лицевую, оглаживающий голубые пластины, почти не касаясь сложенных за спиной и опущенных крыльев, даривший поистине божественное наслаждение. Было так хорошо, что он даже не спешил активировать оптические сенсоры. Аудиодатчики уловили гул турбин заводящегося мотора, в котором он узнал джета. Мощная модель, с толстой обшивкой, предназначена для долгих полётов в космосе... И вот только тогда он решился наконец принять и визуальное изображение прекрасного! И не пожалел — он был в Восе! Чуть поодаль стояли небоскрёбы, у которых верхние этажы скрывались в облаках, в небе стремительно проносились жители города, а рядом действительно разгонялся настоящий джет! Он даже не поверил своим окулярам — неужели это всё реально? На фоне еле тлеющего заката тёмными властными фигурами стояли высотки. Они создавали идеальное впечатление мира и благополучного спокойствия, которым он наслаждался. Он сражался за такой мир: за мир без тирании и войны. Мегатрон был прав, желая свергнуть Совет, но жажда власти положила конец его благим намерениям. Нет, Мегатрон должен быть уничтожен, любой ценой... Чтобы на Кибертроне воцарился такой же мир, как и здесь. Выстел за выстрелом, бесконечной очередью. И это — музыка для его аудиодатчиков. Чёрные дыры появляются на противниках, и они падают, сражённые его меткими выстрелами. Быть воином было куда интереснее, чем телохранителем, которому, вероятно, никогда в функционале не пришлось бы на кого-то нападать. И это опьяняющее чувство боли, ранения, клокочущий от адреналина энергон в магистралях! Всё это — настоящий рай для него. Большой зал, похожий на зал Совета. Много разных трансформеров, среди которых есть и хорошо знаменитые личности. И он трепетно рассказывает им о благоустройстве Кибертрона, исключая малейшие случайности, возводя родную планету на вершину славы... И сенаторам нравится его речь. Они одобрительно кивают. А Кибертрон возрождается, и города искусств — Праксус и Симфур — становятся ещё лучше, чем прежде... А в его родном городе снова стоит такая родная Полицейская Академия... Скорость. Безграничный простор. Трасса, поворот, идеальный переворот в воздухе! Трамплин, и он финиширует первым! А где-то в глубине зала, он знает, стоит его главный болельщик... И это знание радует его больше победы, больше сладко ноющих покрышек! Переносной госпиталь. Таких было много во время войны, и он — один из главных хирургов. И он спасает функционалы, не моргая и окуляром, не дрогнув пальцем. Игла уверенно скользит по металлу, зашивает раны, а с более лёгкими расправляется паяльник. И ожившие солдаты снова рвутся в бой, чтобы защищать благо родной планеты и фракции... И вдруг всё исчезло. Каждый парил в воздухе в своём определённом секторе, окрашенном в голубой, оранжевый, красный, белый, розоватый или зелёно-синий. Над их головами висели существа, окрашенные преимущественно в тот же цвет, что и их сектор. — Ну что ж, вроде, удачно! — проговорил один из них, мраморно-белого цвета, висящий над Проулом. — Объяснили бы им хоть что-нибудь, — хмыкнул розово-белый. — Именно что объяснение не требуется им, — ответил оранжевый. — Заткнись, — беззлобно отозвалось существо над Рэтчетом. — Лайтрикс, слово тебе, — произнесло красное существо. Голубое сияние над Тандеркрекером вдруг засветилось ещё ярче, а потом образовало из бесформенного сгустка энергии настоящую кибертронскую оболочку. Она начала говорить, властно и гулко: — Дорогие друзья и братья! Мегатронус Прайм был моим носителем долгое время, и мне будет тяжело забирать его Искру, но мы должны сделать это! Братья... Я расскажу вам о слабостях моего бывшего соузника. И он заговорил. Он рассказывал долго, иногда прерываясь, будто проглатывая комок в горле, но оптом снова продолжал. Тандеркрекер слышал омыватель в его голосе, он чувствовал, что Лайтриксу больно говорить, но не мог ничего сказать. Его талисман говорил и говорил, а закончив, снова превратился в сгусток энергии и устало опустился своему носителю на плечо. — Мы тебя поняли, — заверило белое существо. — Всё будет хорошо, Лайт! — Ага, как же, — пробурчало бело-розовое. — Деактив, — и всё, пока-прощай! — Артауэр, клянусь, я тебе все конечности поотрываю! — прошипело красное. — Надобности в том нет, — проговорило оранжевое, но его никто не слушал. — Важного дополнения никто не упомянул, — подало голос зелёно-синее, и все стихли, ожидая того, что оно продолжит, но оно висело молча. — А-а, да, точно... — протянуло белое существо и сникло. — Что вы имеете ввиду? — спросил Джаз. Все существа переглянулись, кроме Лайтрикса и зелёно-синего. — Уверены, что хотите знать? — уточнило белое существо. — Ну, самое главное-то нам надо знать, не так ли? — ответил Рэтчет. — Ну хорошо... Но чтобы вы всё понимали, мы расскажем вам и предысторию. Существа выплыли в центр, начиная что-то или кого-то образовывать, рассказывая поочерёдно совершенно разными голосами. — Сначала был Праймус, наш Создатель, — произнесло белое существо. Бело-розовое и оранжевое сплелись воедино, создавая вполне реалистичную иллюзию ВсеСоздателя. — Он сражался со своим врагом, Юникроном, — продолжало красное, пока манипуляторы ВсеСоздателя отправляли в фиолетовый сгусток потоки энергии. — И чтобы победить, создал Тринадцать Праймов, — дополнило голубое. Позади Праймуса появились иллюзии первых Тринадцати, созданные из зелёно-синего существа. — Сражались долго они, но за нами победа была. Фиолетовый сгусток растворился. — И стал Праймус жить в обители Праймов вместе со своими созданиями, — сказало бело-розовое существо. — Но среди Праймов оказался предатель. — Со словами белого существа, окуляры одного из Тринадцати загорелись красным злобным огнём. — Он обманом уничтожил Солус Прайм, обвинив в этом своего брата. — Мегатронуса Прайма, — добавило голубое. — Мегатронус был изгнан вместе со своим артефактом. — Со мной... — тихо произнесло голубое создание. — И нынче восстаёт Прайм Мегатронус, дабы власть свою установить... И дабы часть Лиеже Максимо, Мегатроном присвоенную, уничтожить... — И чтобы победить его, нужна энергия. — Наша энергия. — Но на понадобятся все запасы нашей энергии, и её не хватит. Все голограммы исчезли, и артефакты слились в одно существо. — Нам будет нужна энергия из ближайшего источника. — А именно... — Энергия Искр ваших.