Опасная близость

Несмотря на позднее время и на то, что глаза готовы были слипнуться в любой момент, Егор продолжал ждать Катю. По телевизору шла развлекательная программа, в смысл которой он особо не вникал, потому что волновало сейчас только одно - почему, черт возьми, Катя не поднимает телефон? Он звонил уже раз десять, слыша однотонные длинные гудки, которые порядком начинали раздражать. И, в очередной раз не услышав долгожданного "Алло", кинул трубку в угол дивана, борясь с желанием вообще разбить его вдребезги. Егор злился. Внутри закипало от того, что девушка, кроме игнорирования звонков, еще не дома, а ведь на часах почти полночь. Она хотела немного свободы, и получила ее, но теперь парню это не нравится. Гораздо лучше и спокойнее было, когда Катя сидела дома за книгами, убиралась, готовила и самое главное - никуда без него не выходила. А сейчас где она? С кем? Украдкой пролетела мысль "А вдруг она себе кого-нибудь найдет?". Что тогда? Испытывает ли Катя другие чувства к нему, помимо благодарности? Потому что, он, кажется, слегка ею увлечен. Громким заявлением было бы сказать, что Егор влюблен в Романовскую, но определенно она ему нравится. Импонирует как человек, как девушка. С ней комфортно и спокойно. У Егора с братом, оказывается, вкусы на девушек сходятся. Сейчас у него никого нет. Он и не хотел заводить ни с кем отношения хотя бы потому, что испытывал некое неудобство перед Катей, приводя другую девушку в дом. Дискомфорт, смятение, словно изменил прямо у нее на глазах, хотя по сути они даже не пара. Егор относится к Кате бережно, с заботой, как с хрупкой вазочкой, боясь уронить, а она не может даже позвонить и сообщить о том, что задерживается. "Знал бы что так будет - дежурил бы весь вечер возле кафе". Без пяти час входная дверь хлопнула. Первым желанием парня было затащить ее за шкирку в комнату, и как маленького ребёнка выпороть ремнём, но он сдержался и вышел к ней в коридор. Сонный, недовольный, с взлохмаченными волосами и все еще в деловом костюме, он стоял, упершись плечом об дверной косяк, глядя на нее из полуопущенных ресниц. Хотелось ужасно спать, но выяснить отношения хотелось не меньше. Катя думала, что Егор мирно спит и, когда управилась с обувью, наткнулась на явно злого блондина. Девушка слегка поникла. Она окинула его взглядом: мятая рубашка парня расстегнута почти до половины, галстук небрежно болтается на шее, сам он выглядит до жути уставшим, но стоит как стена, упрятав руки в карман черных брюк. - Я думала, ты уже спишь, - едва слышно проговорила она, переминаясь с ноги на ногу. Егор всего на несколько секунд прикрыл глаза, чувствуя подходящую волну злости. Она такая спокойная, в то время как он готов взорваться, как вулкан, прыская во все стороны жгучей горящей лавой. - Где ты была? - стальной голос удивил не только его самого, но и стоящую напротив девушку. - На работе, - Катя взмахнула в воздухе руками, так словно парень сморозил какую-то глупость. На самом деле она прекрасно понимала причину такого настроения Егора. И он имел право злиться. Поэтому сильно возникать ему в ответ не смела и старалась сводить конфликт на нет. Кроме того, она сильно измотана и нет сил даже толком возразить или оправдать себя. - Я прекрасно осведомлен до скольких работает кафе, и я хочу узнать, что ты делала три часа после закрытия, Катя, - Его скрестил руки на груди и вцепился намертво взглядом в девушку ожидая ответа. Да, он ведет себя как строгий папа, поймавший своего ребёнка за ночными гулянками, и совершенно не чувствовал себя плохо в этой роли. Она живет в его доме, под его опекой и он вполне имеет право знать где она, с кем и что делает. - Я работала, Егор, - устало выдохнула Катя. Сегодняшний рабочий день и так сильно ее потрепал, а тут еще блондин налетел на нее со своим допросом. - Пока закрылись, пока помыли... Романовская врала и даже не краснела. А что сказать? Что она вылила на голову обнаглевшему богатенькому буратино бокал пива? Или что её восприняли за девушку легкого поведения и спросили "что по чем"? Она ушла через черный ход, не попрощавшись даже с Коннором. Просто сложила свою рабочую форму в аккуратный квадрат и положила на полку, туда откуда ее и взяла. Звонить и говорить что случилось, наверняка, не имеет смысла. Все завтра и так будут знать, и задавать вопросов почему не вышла на смену явно не будут. Зачем утруждать себя и людей лишними заботами? Конечно, Катя чувствует себя подавленно, ведь первая работа в новом городе в первый же день больно ударила ее по голове. Отчасти, виновата и она сама. Реагировать на такие выпады стоит попроще, но когда ее открыто оскорбляют - сдерживаться очень трудно. - Почему не позвонила? Я за тобой приехал бы. Честно говоря, о Егоре Катя в тот момент думала в последнюю очередь, как и про то, что утром он сказал набрать его когда закончится смена. Девушка виновато закусила губу и опустила глаза. Сказать в ответ было нечего. - Катя, что происходит? - парень оттолкнулся от стены и сделал несколько шагов в сторону Романовской. Видя реакцию девушки и ее растерянный вид, он заподозрил что-то неладное. Она никогда так не мялась, не тушевалась перед ним и вела довольно открыто, а сейчас выглядит расстроенной, уставшей и явно что-то недоговаривала, ссылаясь постоянно на работу. Что уже успело произойти за один день? Дурные мысли посещали голову блондина. Кто-то к ней приставал? Запугал? Еще как-то обидел? Или... Он даже имя, которое мимолетом проскочило в голове, не хотел произносить вслух. - Я просто поругалась кое с кем на работе, - выдавила из себя Романовская. От части она сказала правду, а подробности раскрывать совсем не обязательно. Егор недоверчиво сощурился, внимательно следя за реакцией Кати, пытаясь словить на ней следы лжи. Пока он не смог определить правду ли сказала девушка, но то, что она прячет глаза вызвало некие сомнения. Даже если это правда, то где она была так долго после работы? - И ты из-за этого так долго шлялась по городу?! - незамедлительно задал вопрос блондин. Негодование внутри вновь подымалось жгучей волной прямо к горлу. Он не любит, когда его обманывают и пытаются что-то скрыть. А внутреннее чутье подсказывало, что его дурят. - Я плохо знаю город, - пожала плечами она. Катя понимала, что врать у нее получается плохо. Очень плохо. Настолько, что Егор начинает закипать не на шутку и скандал становится неминуемым. Но признаться о своем глупом необдуманном поступке было нелегкой задачей. Еще труднее было бы признаться о причине, которая сподвигла ее на этот шаг. Зная вспыльчивого Егора, можно предположить, что он захочет разобраться по-своему. Но она не хочет чтобы парень был ее "папочкой". Чтобы потом каждый третий говорил о том, что она находится под чутким попечительством самого Егора. Она в силах сама навести лад в своих делах и без его помощи. - Тебя ограбили? - Катя непонимающе свела брови. - Твой телефон где? Егор сам удивлялся своим внутренним порывам схватить девушку за плечи и вытрясти всю дурь вместе с правдой о том, где она была. Он был на грани. От чего-то его очень задел тот факт, что девушка не посчитала нужным ему объясниться, проигнорировала просьбу перезвонить когда закончится рабочий день и, напоследок, забила огромный болт на его самого и его чувства. Задело очень сильно. А еще в добавок в голову настырно лезли глупые картинки, где Катя обжимается с каким-то отморозком и даже не вспоминает о нем. Может, потому и забыла? Егор сжал челюсти и прикусил до боли язык, чтобы гнусные слова, вертевшиеся на нем, не выплеснулись наружу. - Егор, я очень устала, правда, и меньше всего хочу с тобой ссориться, - взмолилась девушка и подступила к парню ближе, проводя рукой по его плечу в успокоительном жесте. - Случился один неприятный инцидент на работе и пришлось задержаться для выяснения обстоятельств. Пока помыли внутри, пока закрылись, пока добралась домой. Кроме того, у меня первый рабочий день. Я еще многого не знаю. Парень продолжал стоять стеной, никак не реагируя на жест девушки. Ее слова мало его успокаивали. - Хорошо, - в итоге сдался он. - Но в следующий раз, пожалуйста, держи телефон при себе. Катя в ответ улыбнулась и закивала головой. - Хорошо, папочка, - весело проговорила она и обняла парня за шею, подпрыгивая как маленький ребёнок. Ростом блондин довольно высокий и ей пришлось становиться на цыпочки. Егор обнял девушку в ответ, проводя рукой по спине и наслаждаясь приятным ароматом цветочных духов, зарылся носом в копну темных волос и прижал Романовскую поближе. Успокоение приходило с каждым вдохом приятного аромата тела девушки и заполняло каждую клеточку тела. - Еще один такой выпад, Катя, и все твои последующие вылазки в город будут строго под моим руководством, - предупреждающе сказал он, отстраняясь от нее. Романовская вновь нахмурилась. Постепенно большая просторная и светлая квартира Егора начинала обретать темную окраску и вид тюрьмы, в которой она - заключенная. Она приехала за ним сюда, в другую страну в поисках новой жизни и свободы от прошлого, найти настоящую себя, а в итоге приобрела немного свихнутого брата Игоря и четыре стены. Единственное отличие между домом и Вашингтоном, было только то, что стены здесь американские. - Полегче, Егор, - предостерегла она его. - Я все-так свободный человек, и имею право передвигаться без отчета перед тобой. Слова девушки опять его разозлили. Глаза парня зло сверкнули и он схватил девушку за плечи, немного сдавливая. - Ты не знаешь так хорошо город, как я, это во-первых. А во-вторых, ты приехала сюда со мной и живешь в моей квартире, так что я все-так попрошу говорить мне куда ты идешь и как долго будешь, - парень договорил и удовлетворенно кивнул скорее всего сам себе, когда увидел рассеянный взгляд Кати. Вероятно, она не ожидала от него таких слов. Блондин посчитал, что разговор окончен и, развернувшись, планировал пойти и наконец лечь спать, ведь день выдался действительно тяжелым. Но Романовская пригвоздила его к месту одним единственным вопросом: - А еще ты боишься, что Влад тоже здесь? - Катя увидела, как напрягся Егор и выпрямился словно по струнке. Когда он продолжал молчать и стоять к ней спиной она продолжила: - Я ведь права, Егор. У тебя не столько переживания по поводу моей безопасности, сколько собственнические чувства разыгрались, - девушка сделала внушительный уверенный шаг в его сторону, цепляясь холодным взглядом в его затылок. Настал тот момент, когда чаша терпения переполнилась. - Вот только я не твоя собственность и то, что я приняла твое предложение переехать на некоторое время не обязывает меня плясать под твою дудку! Терпение у Егора с громким треском лопнуло, благодаря словам девушки. Ей удалось подцепить тонким женским коготком его за живое и он боялся только одного - что не сможет в нужный момент остановиться. Он развернулся на пятках и посмотрел на нее тяжелым злым осуждающим взглядом, от которого Романовская отшатнулась и на автомате сделала небольшой шаг назад. - Не смей. Больше. Произносить. Это. Имя. В моем. Доме, - отчеканил он, делая угрожающие шаги в ее сторону. - Ты не представляешь из какого дерьма я тебя вытащил и какое одолжение сделал, когда увез на другой материк! - Я тебя не просила! - в ответ ему наступала девушка. Где-то в глубине сознания она понимала, что намечается крупная ссора, после которой все не будет так как раньше, но остановиться не могла. Егор слишком высоко поставил себя в этой ситуации и сделал ангелом со светящимся нимбом на голове, и пора поставить его на место. - Я тебя не просила, Егор, - повторила она. - Справилась бы и без твоих чертовых одолжений, уж поверь! Ты слишком переоцениваешь свою значимость в моей жизни! Блондина больно кольнули ее последние слова и он поморщился, чувствуя, как ее слова мутным осадком залегают где-то на глубинах души. Черт, он и вправду думал, что значит для нее слишком много? Что он сумел наладить с ней контакт, установить даже больше чем просто дружеские отношения? Светлые иллюзии вмиг как ширма отъехала в сторону, открывая настоящую картинку происходящего. И эта картина показалась ему столь неприятной, что он, не сдержавшись, произнес, хоть и шепотом: - Неблагодарная сучка, - и прикрыл устало глаза. Катя онемела. Она явно не ожидала от Егора таких слов. Она открыла рот, но что сказать - не знала, лишь глотала воздух, как выброшенная на берег рыба. Обида захлестнула ее с ног до головы. Он назвал ее неблагодарной сучкой! И это за что? За то, что полгода следила за его домом? Стирала убирала, готовила? Занималась самообразованием и никуда не выходила без его разрешения? А сейчас, когда ей захотелось сделать глоток свободы, поднимать саму себя на ноги, он злится, кричит и говорит ей возмутительные вещи. Он рефлекторно сделал шаг назад. Зная характер Кати, вполне ожидаемо было получить звонкую пощечину. Но нет. Она просто испепелила его обвиняющим злым взглядом, сжимая губы в тонкую полоску. - Как ты можешь? - едва слышно прошептала она, начиная давиться горькой обидой, которая крупным комком подбиралась к горлу. Егор до боли прикусил язык. Если бы мог - вырвал бы его с корнем. Как? Как эти глупые слова смогли вырваться с его рта? Это просто тяжелый день для их обоих. Не самая лучшая идея была разговаривать в позднюю пору и на все еще игравших эмоциях. Но уже ничего не вернуть. Катя словно ураган пронеслась мимо него, склонив голову. Не хотелось сейчас даже его видеть. Она влетела в комнату, как в спасительное укрытие во время ливня, и громко захлопнула дверь, прислонившись к ним спиной. А Егор.. так и остался стоять на месте, ругая себя всеми возможными словами. Хотелось остановить ее, прижать к себе или упасть на колени и попросить прощения за свои гнусные слова, но первое, что нужно сделать им обоим - успокоиться и побыть в одиночестве. Сон уже пропал, а взамен пришло жуткое желание напиться. Блондин достал из бара полупустую бутылку "Джека" и стакан, уединяясь вместе с алкоголем. Он залпом опрокинул в себя стакан янтарной жидкости, когда услышал как в двери Катиной комнаты повернулся ключ. Она закрылась от него на замок.

***

Ночь выдалась тяжелой. Катя за все время не сомкнула глаз и просто лежала, смотря на белоснежный потолок. Вчерашняя (или сегодняшняя) сцена никак не хотела выходить из головы, а последние слова Егора настырной мухой вертелись в голове. Каждую минуту обида с новой силой сдавливала ей горло. Она слышала, как раз за разом плескалась жидкость в стакан, как бутылка с характерным звуком ставилась на стол, как тяжело вздыхал Егор и изредка издавал звуки раненого животного. Было не сложно догадаться, что парень решил изрядно набраться. Наверно, он уже тысячу раз пожалел о сказанном, но ведь "слово не воробей..". Уснуть удалось лишь под утро, но сон выдался недолгим. Романовскую разбудил ее звонящий телефон. Как оказалось позже, звонил он не первый раз, и первые пять звонков от Клои она успешно пропустила, а сейчас настырно поговорить с ней желал Коннор. - Да? - сонным голосом протянула девушка, удивившись тому, зачем же она понадобилась им всем так рано утром. Очевидно же, что нужно искать новую работу. Или, может, ей хотят лично вынести выговор? - Катя? Ты что спишь? - искреннее удивился звонивший. Романовская протяжно застонала, выпрямляясь на кровати. Уснула она в очень неудобной позе и теперь ее тело жутко ломило, а шея и вовсе неприятно затекла. Она чувствовала, как опухло ее лицо от ночных слез и представляла насколько плохо сейчас выглядит. Взгляд метнулся к часам, которые показывали полдесятого утра. - Сплю, - подтвердила она. - Тогда советую как можно скорее привести себя в порядок, выпить ядреного кофе и пулей прилететь на работу! Если, конечно, ты не хочешь, чтобы тебя уволили, - пролепетал бармен. Девушка мигом подорвалась с теплой кровати. - Что это значит? Разве после вчерашнего я не уволена? - спросила она, прижимая к уху телефон, боясь упустить хоть одно его слово. Коннор коротко засмеялся. - Мы давно ждали, чтобы кто-то проучил этого зазнавшегося мажоришку. Так что приходи скорей, и мы все дружно скажем тебе "спасибо"! - весело проговорил парень. Катя ничего не поняла. Неужели вчерашняя компания, в частности Дэн, не пожаловался на нее руководству? Неужели вчерашний инцидент так сойдет ей с рук? Она находилась в замешательстве, понимая, что на месте парня разнесла бы кафе вдребезги, а что сделал он? Ничего...? - Серьезно, Кэтрин, тебе стоит поторопиться. Главных пока нет, но если они придут - мы с Клои тебе помочь не сумеем, сама понимаешь. Здесь насчет этого строго, - уже на полном серьезе сказал Коннор. - Я поняла, Коннор, спасибо! Скоро буду! Романовская наспех натянула на себя вчерашние вещи. Выбирать новый образ на сегодня не было времени, как и на то, что хотя бы подкрасить губы и взмахнуть несколько раз тушью для ресниц. Все, что она сделала - умылась, оделась, причесалась, но уже на выходе из своей комнаты рука замерла над дверной ручкой. Она услышала, как за дверью копошится Егор. Желания пересекаться с ним не было, но, увы, этого не избежать. Ждать нет времени, через окно лезть - не вариант, слишком высоко. Она втянула в себя как можно больше воздуха и щелкнула несколько раз замком, выбираясь из своего укрытия. Катя решила не разговаривать с ним и даже не поднимать на него глаза. Первые несколько минут ей это удавалось делать легко. Парень просто молча стоял над ней, спрятав руки в карманы пижамных штанов. Катя чувствовала его прожигающий взгляд на себе, но не подавала виду. Она успела только натянуть один ботинок на ногу. Видимо, у Троицкого не хватило терпения и он в одно мгновение остановил все дальнейшие действия Романовской, ухватив ее крепко под локоть. - Катя, нам нужно поговорить, - осевшим голосом сказал ей парень. Девушка от неожиданности подняла на него взгляд, не удержалась и осмотрела его с ног до головы. Выглядел он ужасно: растрепанные волосы, залегшие под глазами синяки и красные глаза. Еще от него неприятно разило перегаром. На минуту ей стало его жаль, а потом в голове вновь прокатились слова парня, и девушка, поджав губы, попыталась выдернуть свою руку. Егор ее не отпустил. - Пожалуйста, - взмолился он. Катя выдохнула, решив, что играть в молчанку долго не может. - Мне некогда, Егор. Я опаздываю, - ровным голосом произнесла девушка. - Две минуты, - продолжал настаивать он. - Просто послушай меня. Романовская закатила глаза. - Я все услышала вчера, - она метнула в него тяжелый обиженный взгляд. - Или ты еще не все мне сказал? Блондин стыдливо упрятал глаза, глядя куда угодно, только не на нее. Но вот хватку ни на миг не ослабил, боясь, что девушка сбежит, так и не услышав его. А ему отчаянно хотелось быть услышанным. - Я совсем не хотел тебя обидеть, Катя. Прости меня за мое вчерашнее поведение. Мне очень стыдно, правда. Катя поджала губы. Она бы соврала, если бы тут же ответила, что простила. - Мой язык - мой враг, - продолжал тем временем он. - Я совершенно не умею контролировать себя в порыве эмоций. - Егор, давай вечером поговорим? Я, правда, очень спешу, - лишь сказала в ответ Романовская. - Давай я тебя подвезу, - оживился парень, пододвигаясь еще ближе. Катя протянула свободную руку и, положив на оголенный торс парня, слегка оттолкнула его, не упуская из внимания тот факт, как дернулся от ее прикосновения Троицкий. - Ты еще не отрезвел, Егор. Иди лучше отдохни, хорошо? У тебя ведь выходной? Романовская сама не понимала, откуда в ней взялась такая забота и почему ее голос вмиг сменился на милостивый. То ли из жалости, то ли из-за того, что долго обижаться не умеет. Парень нехотя, но все же согласился с ее словами. Он сам понимал, что алкоголь в его крови делает свое дело и он еще немного охмелевший. И, как никогда кстати, сегодня выходной. Так же неохотно он ослабил хватку и позволил девушке забрать из плена свою руку. Он все еще виновато смотрел на нее пока она собиралась, и когда перед выходом схватила с комода сумку, хотел сказать еще что-то: - Катя, ты... - было начал он, но вдруг умолк, глядя в ее красивые серые глаза. Она остановилась у выхода, вопросительно выгнув бровь, будучи одной ногой уже за порогом. Егор замялся, поджимая губы, и, смотря на нее грустными, но в тоже время взволнованными глазами. В голове хаотично метались мысли от одной к другой, а ком, вставший посреди горла, не давал сказать ни слова. А стоит ли ей говорить? Но если Катя узнает, что он укрыл от нее такую информацию, скорее всего, она его возненавидит. Он сам себя возненавидел за то, что вчера поднял трубку и услышал то, что слышать ему в принципе не нужно было и даже не интересно. Но важно ли это для нее? Наверное, да. Хотел он говорить ей это? Конечно, нет. - Будь осторожна, хорошо? - лишь сумел выдавить Егор. Катя приподняла уголки губ в подобии легкой улыбке. Все-таки забота парня ей приятна. И, кажется, вчерашняя ситуация начинала сглаживаться. - Заберешь меня после работы? - спросила она. Троицкий натянуто улыбнулся, стараясь не показывать девушке свое напряжение. Ведь пил он вчера не только потому что поссорился с ней. - Конечно, - ответил он ей. И, как только за девушкой захлопнулась входная дверь, от улыбки на его лице не осталось и следа. Он так и не смог ей сказать, что Влад исчез. За месяц после того, как они с Катей улетели. Он исчез так, словно его никогда не было: телефон отключенный, почты не существует, вещей и документов дома нет. В голове у Егора крутился только один вопрос. Какова вероятность того, что Влад сейчас здесь, у Вашингтоне?

***

Катя влетела в "Ла Милл", едва не сбивая с ног Клои, которая несла на подносе заказ к столику. Официантка недовольно шикнула на нее, но, осмотрев запыхавшуюся девушку, коротко ей сообщила: - Твоя рабочая одежда на месте. Советую поторопиться. Романовская мигом пролетела мимо столиков и барной стойки, по пути коротко кивнув Коннору в знак приветствия, к служебному помещению. И правда, ее форма лежала на том же месте, где она вчера ее оставила. На переодевание ей достаточно было минуты, и вот она уже в зале активно принимает заказы. Несколько раз она пересекалась взглядами с Клои, поджимая губы в извиняющем жесте. Посетителей утром тьма, и бедная Клои должна была весь удар принять на себя. Так же она изредка ловила взгляд Коннора. Тот ободряюще улыбался и, кажется, он единственный, кто был доволен вчерашней ее выходкой. К обеду кафе заметно опустело, но Катя успела замотаться и почувствовать легкую тяжесть в ногах. Ей еще привыкать и привыкать к такой беготне. - Ну ты отчаянная девка! - воскликнула Клои, когда появилась свободная минутка и они с Катей уселись возле барной стойки на высокие стулья. - О чем ты? - удивилась Романовская, отпивая горячего кофе, которым угостил ее услужливо бармен, ссылаясь на сонный вид девушки. Блондинка заговорщически ей подмигнула и похлопала по плечу. - Что он тебе сказал, за что ты его так обделала? - у официантки глаза блестели от поедающего любопытства. Романовская на самом деле не хотела обсуждать этот случай вообще, но в то же время ей очень интересно почему же она так легко отделалась? Она все утро возвращалась к этому вопросу, хотя и очень довольна, что работу все-таки не потеряла. - Остудила слегка его пыл, вот и все, - хмыкнула Катя. Клои отстранилась и прикрыла рот рукой, издав характерный для удивления звук. - Он что, приставал к тебе? - Клои! - осадил девушку и ее неугомонный интерес Конор. - Кэтрин, расскажи своим коллегам что все-таки случилось. Ее, - он ткнул пальцем в блондинку, - еще немного и сожрет собственное любопытство, а мне хочется узнать, что этот отморозок посмел сделать, что ты так отреагировала. Возможно, стоит потерять работу, но набить ему морду? Катя покачала головой. Эти двое уставились на нее, ожидая увлекательного рассказа, но рассказывать, в принципе, было нечего. Она развела руками. - Он принял меня за проститутку и спросил, сколько я стою, а я не выдержала и вылила ему на голову бокал пива. - Да ладно? - удивленно протянула Клои. - Я, конечно, знала, что они ненормальные, но не настолько же. Коннор с грохотом поставил бокал на стойку. - Вот сукин сын! - выругался он. Находившиеся в кафе посетители обратили свое внимание в их сторону. - Тише, Коннор, - шикнула Клои. - Кэтрин, если хочешь, мы поговорим об этом случае с руководством, - предложил бармен. Катя в очередной раз убедилась, что у него к этой компании особые чувства, раз он так остро на них реагирует и готов делать что угодно, лишь бы их изжить со свету. - Кстати, а что, об этом никто не знает? Я поэтому и не вышла сегодня. Думала, нет смысла..., - протянула Романовская. Между ребятами повисло тягучее молчание. Катя поочередно смотрела то на Коннора, то на Клои, а те в свою очередь переглядывались между собой, словно общаясь одними глазами. - Честно говоря, - начал неуверенно бармен. - Я думал, что после вчерашнего мы больше тебя не увидим. Катя нахмурилась в непонимании. - Ты хоть знаешь на кого вчера вылила дешевое пиво? - поинтересовалась блондинка. Романовская тут же замотала головой. Откуда ей знать, кто этот наглец? Наверняка, уголовник, которому вечером не было что делать и он со своими дружками решил найти приключения на ночь глядя. - Это сын владельца "Ла Милл", - закончил вместо Клои парень. - И, видимо, ты чем-то ему понравилась, раз он не нажаловался на тебя своему папаше. Прошлые его отношения с официанткой закончились ее громким увольнением. До Кати не сразу дошло, что вчера она нахамила сыну того, у кого же сама и работает. Она думала, что сынки богатых родителей должны выглядеть совсем иначе, но никак не в кожаной куртке и с набитыми рукавами. - Вы серьезно? - переспросила она. Оба синхронно кивнули головой. - И сегодня они опять должны придти, - "обрадовала" ее Клои. - Я надеюсь, сегодня ты никуда вечером не спешишь? - тут же спросила у нее Катя. Блондинка коротко хохотнула. - Не бойся, сегодня возьму их на себя, - подмигнула ей девушка и, спрыгнув со стула, подошла к только что вошедшим новым посетителям. - Спасибо, - выдохнула Романовская, но ее нутро подсказывало, что особо ее это не спасет.

***

Вчера они пришли под конец смены, за полтора часа до закрытия. Время уже подходило и Катя раз за разом оглядывалась на входящую дверь, и каждый раз вздрагивала, когда колокольчики давали о себе знать. Второй рабочий день и почти бессонная ночь дали о себе знать в виде ужасной усталости и головной боли. Хорошо, что завтра ей благодушно дали выходной и она сможет полноценно отдохнуть. Девушка пошла к служебному помещению, чтобы взять таблетку и хоть как-то угомонить свою разбушевавшуюся голову. И как раз вовремя, потому что телефон разрывался ее любимой песней, а значит, звонил Егор. - Алло? - Привет, Кать! Как твой день? - спросил парень. Его голос был уж чересчур приторным и он все еще боялся, что девушка на него держит обиду. - Лучше, чем вчера, - ответила она, мысленно добавив слово "пока что". - Во сколько за тобой заехать? - Думаю, через час буду свободна. - Хорошо, через час буду тебя ждать, - сказал он. Романовская посмотрела на телефон так, словно это было нечто не из мира сего. Егор всегда был с ней заботлив и слишком учтив, но не настолько, как сегодня. Его будто подменили. А еще девушка заметила, что Троицкий как-будто чем-то напуган: слишком нервно подрагивает его голос. - Егор, - позвала его она, когда парень хотел отключиться. - Да? - замешкался тот. - У тебя все хорошо? - взволнованно спросила Катя. Хоть она все еще обижалась на него, но переживала, как за близкого человека. - Все нормально, а что? - переспросил Троицкий, словно ожидая что-то от нее услышать. Девушка вздохнула. - Ничего, просто показалось, что ты чем-то озадачен.. - Не бери в голову, Катюш, - отмахнулся он. - Немного спешу, до встречи! - и спешно сбросил вызов. Катя снизила плечами. Не хочет говорить - не надо. Она оправила слегка заложившийся воротничок рубашки, осмотрела себя в зеркале на наличие других изъянов и вышла обратно в зал, хотя ноги уже с трудом ее несли. Ее тут же окликнула Клои, стремительно направляясь к ней. Блондинка выглядела растерянной. Романовская учуяла что-то неладное и насторожилась, понимая, что рабочий день еще не закончился. - Что случилось? - сходу поинтересовалась Катя. - Вчерашняя компания.. Они пришли, - сообщила ей официантка, наблюдая за реакцией девушки. - И? Ты же их обслужишь, правда? - Романовская взмолилась, строя щенячьи глаза. Клои виновато поджала губы и опустила глаза. - Прости, но они требуют чтобы их официантом на вечер была ты. Кате словно вылили на голову ведро холодной воды. - Что? Почему? - слишком громко возмутилась она. Но девушке в ответ сказать было нечего и она лишь снизила плечами. Романовская заправила выбившуюся прядь за ухо. Она вновь почувствовала волнение, прям как вчера, и легкую дрожь в коленках. Что им от нее надо? Она осторожно осмотрела опустевший зал, и, наткнувшись на одну единственную компанию за тем самым столиком, что и вчера, вздрогнула. На нее вызывающе смотрел тот самый Дэн, которого она щедро полила пивом. Вот только сегодня его взгляд не предвещал ничего хорошего.