Цыганка

Последние дни перед бурей были самыми счастливыми. Летние фестивали были наполнены весельем и красками, при посещении Коэндзи Ава Одори в Токио меня переполняло счастье и мысль карьеры танцора, но этим особо денег не заработаешь, так что пусть останется как хобби. Смотрю на фотографии с братом и его друзьями, и думаю, какой разношерстный же у нас с ним круг общения, но это больше сплачивает, чем отталкивает, если честно. Думаю, можно ребят назвать и моими друзьями тоже. От просмотра фотографий на стенке меня привлекло что-то за окном. Подойдя ближе, непонятное пятно оказалось желтой канарейкой. Странно, на плохое зрение раньше не жаловалась, а тут почему-то не увидела. Ну ладно, птичка птичкой, а мне пора на тренировку. Надеюсь, этот день пройдет нормально, и я не устану, ведь на праздниках особо не позанимаешься. — Тсуна, пошли, волейбол еще никто не отменял. Иногда на брата накатывает апатия и лень, но как мне кажется, волейбол — довольно хорошая идея отдохнуть от проделок Реборна. Недавно его шутки достигли своего пика — заставил брата залезать на гору без страховки, при этом проговаривая правила этикета на балу. Весело и страшно. Рада, что репетитор делает это с пользой, а не в целях поиздеваться. — Мидзуки, я сегодня не могу, извини. Не нравится мне его тон. Да и в целом, напряжение в доме растет с каждым днем все быстрее и быстрее. Если честно, то я даже не представляю, что случилось за последний месяц. Единственное что, начали пропадать самые сильные школьники, буквально на днях. Может, из-за этого? Не знаю, может, это просто из-за повышенных нагрузок. — И ты никуда не выходи, присмотри за мамой, хорошо? Нана-сан приболела и теперь мы по очереди за ней присматриваем. По сути, это всего лишь простуда, но мы ее очень любим, так что, стараемся сделать ее жизнь счастливей. Но меня все еще напрягает поведение брата. — Без проблем, — подхожу и обнимаю Тсу-куна, чтобы заговорить шепотом, — если что-то происходит, то я помогу, только скажи. В глазах напротив можно было заметить, кажется, все — от смущения, что он не может сделать что-то сам, до, пожалуй, страха, что с его близкими людьми может случиться неприятность. Но я все решила еще несколько лет назад, когда он, будучи маленьким мальчиком, пришел домой подбитый. Чуть позже выяснилось, что он пострадал от каких-то хулиганов, которых отчислили без их согласия. Жаловаться Хибари-семпаю неправильно, но… — С ней посидит Хару и Киоко, они же хотели поиграть с Ламбо, нет? Не выйдет, я пойду с вами, что бы вы не сделали. Вечером мы вышли из дома, предупредив девушек о небольшой опасности в городе, и что ребята их проводят по домам. В крайнем случае, если они не доползут, то это сделаю я. Проверяю все ли взяла: антисептик, бинты, мазь от ушибов и воду. Пожалуй, все, но за пару часов до выхода, я попросила Такеши-куна взять такой же набор, правда, чуть меньше. Я же тут главный саппорт, да? — Давай начистоту, что тут произошло? — Меня послали убить преступника. Пробивает на нервный смех, но если это связано с отчимом, то не удивлюсь. Он вообще довольно подозрительный, даже до такой степени, когда думаешь, что он работает на какую-то шишку. Может, на депутата? Не знаю. На перекрёстке около школы мы встречаемся с друзьями. Все на нервах, но стараются не подавать вида, сильные же. Да, всем по 12-13 лет, а уже ничего не боятся, конечно. Дорога до заброшенного парка аттракционов запомнилась плохо, да и прошла она в полном молчании. Подходя к месту драки (ну не верю, что на сражение послали мелких детей), вижу знакомое пятно. — Канарейка… Желтая. Маленькая. Канарейка. Так значит, этот преступник уже несколько месяцев живет в нашем городе, а никто об этом не говорил? Странно, очень странно. Напрягает, если честно. Не хочу высказывать это предположение, а то все может пойти не так, как планировалось. — Они тут редко, особенно такие яркие, — отвечаю на вопросительный взгляд остальных. Все, мы пришли. Назад дороги нет и не будет, разве что, ногами вперед. Несмотря на опасность, от которой трясутся ноги, даже в таком возрасте (суммарно мне все 26), я пойду за старшим братом и ребятами. Почему? Потому что они мои близкие. Мне уже не так страшно.